Зло

СОЯ: 5+6+4=5,0

В литературе довольно большое количество произведений о жестокости детей и подростков, начиная от Повелителя мух и заканчивая Чучелом . Роман "Зло", несомненно, стоит в этом ряду, однако, судить о его литературных качествах на фоне остальных непросто. Но и отказывать шведам в собственном произведении на вечную тему, видимо, не стоит.

Не мудрено, что у каждой книги чаще всего есть свой возраст читателей, которые и должны ее оценивать. Именно так и обстоит дело с романом шведа Гийу "Зло". Для человека с неплохим читательским багажом это произведение не станет знаковым и уж тем более обязательным к прочтению.

Во-первых, написанное лучше подойдет для чтения в подростковом возрасте. И дело не только в том, что книга наполнена юношескими максимами, которые в избытке можно почерпнуть в литературе для тинейджеров и которые, как было когда-то замечено, с возрастом проходят. Здесь скорее речь о желании автора вырисовать однобокий сюжет, создавая под стать ему, таких же художественно-инвалидных героев.

Во-вторых, простите за это слово, но диалоги исключительно убоги. Уж не знаю, вина ли в том переводчика или автор действительно видел в жизни, что люди в частных (да и не только) школах так общаются, но это ни в какие ворота не лезет.

В-третьих. Плоскость героев и их характеров, размышления из разряда "жизнь прожить не поле перейти" в итоге превращают всю эту писанину в неудобоваримую нотацию. Нельзя относится к своим читателям, как к серой массе, выдавая с серьезным видом свою правду-матку. Ведь есть же разнообразные литературные приемы и не всегда следует доносить до читателя авторские мысли прямым текстом.

Как итог получаем, вялый сюжет, картонные герои и чемодан нравоучительных проповедей.

Жаль, что скандинавская литература не пользуется большой популярностью у читателей за пределами Северной Европы. А между тем, выдающийся полубиографический шведский роман «Зло» Яна Гийу 1981 года о борьбе личности за человеческое достоинство в закрытом обществе, где вовсю правят радикальные националистские и милитаристские идеи, нисколько не потерял актуальности.

В книге чётко определены временные рамки: с главным героем — четырнадцатилетним «трудным» подростком Эриком Понти — мы знакомимся незадолго до олимпиады в Риме (проходила 1960 году), а прощаемся после его совершеннолетия, перед олимпиадой в Токио (1964 г.). Но пусть плавание и является одним из тех немногих «мирных» занятий, в которых главный герой, выживающий в мире зла и ненависти, находит отдушину, книга совершенно не о спорте.

Превосходно прописав характеры и мировоззрение героев, автор углубляется в историческую антропологию, показывая, как двадцать лет спустя после победы над фашизмом общество — начиная с матери Эрика, безропотно терпящей побои мужа, и заканчивая однокурсниками главного героя, учителями, врачами и т.д. — выучило не те уроки и постепенно привыкает к обыденности зла, свыкается с болью, учится закрывать глаза на несправедливость и беззаконие, не только не решаясь критиковать сложившуюся систему, но постепенно становясь её частью. Кажется, что порочный круг истории, когда сила понимается исключительно как стремление доминировать над слабыми, так и не получилось разорвать…

Произведение наполнено философскими рассуждениями, но они нисколько не умаляют накала страстей, ведь судьба героя постоянно висит на волоске. Если вы чувствительный читатель, то будете не просто переживать, но в некоторых моментах просто безудержно рыдать…

По сюжету перед Эриком стоит важная задача: во что бы то ни стало получить аттестат об образовании. Последний шанс — закончить закрытый интернат, куда Эрик попадает после позорного изгнания из прежней школы. Нет, проблема была не в успеваемости. Напротив, учёба всегда давалась молодому человеку легко… вот только редкий ум Эрика не позволяет ему молча терпеть самодурство некоторых «педагогов». Они же, в свою очередь, называют его «абсолютным злом» и считают, что его «непослушание» — следствие недостаточной порки.

Да что они знают! С юных лет жизнь мальчика похожа на ад: отец — настоящий садист, привыкший самоутверждаться за счёт других, — ежевечерне подвеграет сына изощрённым и безжалостным пыткам, используя один из трёх любимых «инструментов»: длинную ложку для обуви, щётку или собачий поводок с металлическими наклёпками. Кровавые подтёки уже не оттираются со стен детской спальни…

Что ж, жизнь в элитном интернате, подальше от отца-психопата, как будто открывает перед героем новые возможности: забыть о прошлом, начать всё с чистого лица, наконец «вписаться в общество»… Не тут-то было, ведь герой попал в настоящее «нацистское гнездо» (как выразился местный врач, уставший списывать травмы и даже смерти учеников на очередное «падение с лестницы») — и Эрику стоит готовиться к новым серьёзным неприятностям. Смириться с происходящим ради получения аттестата, просто перетерпеть (ведь так проще) — или объявить войну тому произволу, что творят сынки богатеев-нуворишей и потомственные дворяне, объявившие себя т.н. «Советом»? Помощи ждать неоткуда, ведь другие ученики запуганы, а большинство учителей и сам директор, желающие «защитить традиции от подстрекателей», будут затыкать ватой уши и отводить глаза в сторону, пока кровь не прилетит им непосредственно в тарелку с едой.

Впрочем, именно в интернате у Эрика впервые появится настоящий друг — Пьер Безухов Танги, согласный с тем, что человек должен иметь принципы, но убеждённый, что надо использовать лишь ненасильственные, «интеллектуальные» методы борьбы. Сходство с героем Толстого очевидно не только на уровне идеи «непротивления злу насилием». Забавно, что даже двадцатишестилетний актёр Александр Густавссон, сыгравший Пьера Танги в сериале 2023 года «Абсолютное зло» (швед. Ondskan) — просто вылитый Сергей Бондарчук в молодости.

Можно ли отказаться от насилия в борьбе за свободу, особенно когда это самое насилие будет использовано правящими элитами как оправдание прессинга? Интересно в этом плане сравнить посыл книги и сериала. В книге (напомню, 1981 года) Эрику предстоит сделать невозможный выбор в борьбе против угнетения: последний, финальный акт насилия выглядит не как месть, но необходимость. Но современное (2023 года) шведское общество уже не готово принять идею, что «добро должно быть с кулаками», поэтому той силой, которая призывает злодеев к ответу, становится… закон. Т.е. именно государство, как ему и положено, берёт на себя обязательства защищать права граждан.

Любопытно также отметить изменения в отношении к животным. Современные европейцы души не чают в собаках, поэтому, конечно, было абсолютно неприемлемо показывать на экране доберманов Ромула и Рема теми «машинами для убийства», какими их изобразил писатель. Преданный и безропотный красавец Рем (по-шведки — Римус) теперь сам становится безвольной жертвой агрессии… (впрочем, что в книге, что в сериале безучастными в эти моменты могут остаться лишь люди, у которых совсем нет сердца).

Настоятельно рекомендую и сериал, и книгу (именно в таком порядке — читать после просмотра, потому что первоисточник всё же намного глубже, хотя и сериал вышел невероятно атмосферным), наверняка вы испытаете сильные эмоции, а после — будет над чем подумать.

Книга об Эрике, шведском подростке и двух школах, где он учился. О постоянном насилии, избиении, драках, угрозах, борьбе за выживание. И в семье, и в школе. Жутковато.

Лучшее в этой книге - сам Эрик. Его сила духа, целеустремленность, организованность, принципиальность. Дома его бьет отец-садист, и Эрик высчитывает каждый свой шаг, чтобы получить по минимуму. Совсем не получить? Не, ну так не бывает. В школе он бьется за достойное место под солнцем. Отличник и спортсмен, харизматичная личность, очень неплохо разбирающаяся в людях и их страхах.

Худшее - мрачняк, в который невольно впадаешь при описании, извините за выражение, школьной системы. Учителя. Гимназисты. Ты сильнее - ты имеешь право бить слабого. Ты слабый - ты должен смириться.

Что резануло глаз странная пунктуация и мальчики-подростки, начинающие каждое второе предложение с "Ах".

Справедливость восторжествует, даже если её придется ждать оочень долго!
Книга пропитана насилием, человеческим злом, низостью и страхом, но вместе с тем есть герои, которые имеют сильную волю и понимают, что сопротивление не всегда действенно или подхалимство не освобождает от унижения.
В начале книги Эрик предстает обозленным подростком, который переносит свою боль на окружающих посредством запугивания, эдакий местный рекетер, глава школьной банды, которым уже школьников мало и даже перешли на мелкое воровство. Но жизнь кардинально меняется когда участники банды сталкиваются с полицией, Эрик переживает предательство от людей, которых считал друзьями, мало того ему приходится покинуть город и привычный образ жизни.
В интернате, куда сослали парня он пытался построить новую личность, забыть прошлое, не давать повода людям задумываться откуда у него шрамы на костяшках пальцев, но мир жесток, а трусливых людей жаждущих самоутвердиться за счет других, к сожалению, не мало. И опять все планы ГГ рассеваются по ветру, ибо никто не любит новых-и-крутых, даже если сам себя таковым не позиционируешь.
Самый ужас заключается в том, что угнетающие не желают изменять суть вещей и всю борьбу Эрика с советом воспринимают как забаву, ничего более.

Зло – книга интересная, неплохая, на самом деле.
Вот что я не поняла. Что хотел сказать автор? У меня было несколько вариантов.
Невозможно победить насилия без того же насилия. Есть такие отморозки, которых никакими словами или поступками не убедишь. У них это либо поставлено на поток и прекращено в отлаженную систему, либо они просто моральные уроды, которым доставляет удовольствие мучить людей. И вот таких типов только кулаками можно убедить. А что? У Эрика вроде неплохо получалось делать это в новой школе. Дрался он редко и только по дело, пустыми угрозами не бросался, от него получали заслуженно (хотя на мой взгляд он был слегка жесток). И со временем он систему немного поломал, возможно, если бы он продолжил там учиться, Эрик смог бы окончательно с нею расправиться. Однако, как мы видим, Эрику так и не удаётся окончательно уйти от насилия, несмотря на то, что он обещает себе это после каждого избиения.
Может, автор хотел сказать, что насилие порождает насилие? Эрика били в семье, он бил учеников в своей школе, а затем и гимназии, побитые им били его друзей, и Эрик бил их снова. В конце концов, Эрик вновь возвращается к этому методу. И это наталкивает на мысль, что насилие будет окружать его всю его жизнь. Возможно, лучше было бы прибегнуть к словам? Ганди же как-то добился для Индии независимости своей политикой пацифизма. Очень наглядно и внушительно было бы, если б человек, обладающей явной силой, демонстративно не стал бы её использовать. Всё-таки у каждого есть совесть, пусть она даже завёрнута в триста ковров в самом пыльном чулане души.
Но это приводит нас к следующей мысли. Суть такой политики – «у нас есть сила, и мы могли бы раздавить вас в лепёшки, но мы не сделаем этого, потому что мы за мир во всём мире». То есть ты можешь использовать это только в том случае, если ты сильный. Значит, слабому доходяге (типа Пьера) остаётся только безропотно принимать «горчичники», ведь его никто и слушать не станет, потому что в слова этого доходяге не будут подкреплены неиспользованной силой. Только словами, получается, ничего не добьёшься. Но это абсурд – пацифизм может пропагандировать только человек, способный причинять боль другим. Неужели другого не послушают? В любом случае, автор даёт пищу для размышлений.
Ещё мне непонятна стратегия Эрика. В самом начале он, вроде как, решает бороться с насилием. То есть его целью было не избавить лично себя от насилия, а именно бороться с произволом в своей новой школе, об этом ясно сказано в начале книги. Тогда почему Эрик не добивается поставленной цели, почему после ухода он ограничивается только тем, чтобы сжечь за собой мосты? Ему плевать, что будет с Щернсбергом после его ухода. Что за резкая перемена? Разве он не хотел свергнуть систему? А в итоге он просто мстит за личные обиды и уходит в закат, так и не совершив существенных изменений. Да, возможно, он посеял в реалистах зерно, но ведь пока существовал совет, пока учителя поддерживали «дружеское воспитание», пока зверства, которые происходили в Щернсберге, оставались в Щернсберге, ничего не изменится. И Эрик был не глупым, а значит, по крайней мере, догадывался об этом. И от этого герой кажется нелогичным и ненадёжным.
Ещё пару слов и Щернсберге. Американская школа нервно курит в сторонке. В их фильмах и сериалах максимум ущерба от травли – голова, опущенная в унитаз. Не спорю, это унизительно и неприемлемо, но по сравнению с тем, что происходило в Щернсберге, ерунда. А ведь это поощрялось школой и называлось «дружеским воспитанием». Что хотела внушить школа своим ученикам? Что выживает сильнейший? Что ты должен бездумно подчиняться вышестоящим? Что периодические трёпки –своего рода, профилактика «крысятничества»? Мдам-с. Швеция, была куда ближе к нацизму, чем я думала.
В общем, в книге есть что-то безрадостное. Герой создаёт видимость победы над системой, только видимость, не говоря уж о победе над собой. Однако финал был взрывной, я наслаждалась, месть совершена. Но какой моральный посыл сего произведения? Не ведаю.

Тема не нова и крайне заезженна - деспотичный отчим, вследствие чего сын протестует и вымещает злость на других людях, своих ровесниках.
Начало слишком затянутое, можно было его сократить до минимума, показав домашнее насилие и приступить к основному сюжету. Диалоги, как и мысли героев выведены в кавычки, что необычно для восприятия текста. Также написан курсивом целый кусок, где герои разговаривают друг с другом, когда свет выключили. То ли это была неловкая попытка передать шепот героев, то ли ошибка в оригинальном тексте. Написано так, будто герои то ли письма друг другу посылают, то ли смс-ки.

В целом, сюжет прост - отчим бьет Эрика и даже в новой школе ему не удается обрести покой. Сплошь, ущемление прав людей, тирания. Но в сравнении с остальными книгами на подобную тематику - эта проигрывает. Спасает лишь стремительное развитие событий да простой язык автора.
Книгу можно читать урывками и ничего не ускользнет от вашего взгляда. Также рекомендуется читать в ожидании своей очереди к врачу.

Эта власть "Совета" напомнила мне советские фильмы с комсомолом и пионерами. Только у нас люди дружнее были и более проще, без налета пафоса и аристократизма.
Тема угнетения и деспотизма меня не затронула так глубоко, как могла бы. Наш Максим Горький гораздо глубже показал все проблемы. К тому же, ну как можно понять людей, которые продают очередную дорогую картину, чтобы оплатить обучение сына. Ох, ну я вас умоляю! Да и Эрика в школе кормили, поили и давали образование - радовался бы. Это такие проблемы аристократов. Всех нас и круче жизнь мотает с острыми проблемами. Даже захотелось посмотреть старые советские фильмы про обычных людей, где все понятно и проблемы более насущного характера.

Взяла за живое и пробрала до самых костей фраза:

Экранизация 1 в 1 по книге, ничего не потеряете если посмотрите ее. Там внешность героев, ситуации более четко и понятно обрисованы.

P.S. Жертва неизбежно превращается в палача, хочет она того или нет. Кровь за кровь, месть за месть и унижение за унижение. Все по кругу.
Чтобы этого не произошло нужно отпустить все обиды, простить, иначе человек не сможет двигаться дальше, а все его психические травмы будут копиться, нанизываться на одну нить и тянуть мертвым грузом.

На счет конца...

Я думаю, Эрик после конечного эпизода не сможет спокойно жить дальше. Наказав отчима и совершив акт собственного "правосудия", а не законного, он не сможет откинуть прочь эту ситуацию и забыть. Это излишний романтизм считать, что все закончится на этом. Человек - не машина. Все откладывается в нашей психике, в глубинах подсознания, хотим мы того или нет. Этого из себя нам не выкинуть, это часть нашей жизни и прошлое.
Нужно избавляться от первопричины всех страхов, гнева и обид. Эрик мог вполне жить самостоятельной жизнью и незачем было избивать отчима и тем самым калечить собственную психику, рождая чувство стыда за себя и вины за содеянное. Каким бы сильным бойцом по жизни он ни был, чувства вины ему не избежать, как и воспоминаний об этом эпизоде.
И не похоже, чтобы на первых страницах книги он вынашивал план будущей мести на счет отчима, и следовательно, у него должна быть "выученная беспомощность", а ее нет.

Сначала книга мне не нравилась - неправдоподобная какая-то ситуация, слезовыжималка. Смотрите, как все плохо - отец избивает, в школе все дебилы, в новой школе тоже все дебилы, сплошные избиения и унижения. Самое безумное - реакция матери и, особенно, - школьной медсестры. Мать вообще как блаженная, отец избивает ребенка каждый день, а она улыбается и играет Шопена. Что, простите?.. Медсестра спокойненько ходит и подтирает кровищу за школьными разборками, сшивает раны и ухаживает за избитыми. И ноль внимания вообще на происходящее. Пофигу, как будто так и надо. Ну и учителя, соответственно, делают вид, что ничего страшного не происходит. Какое-то глобальное помешательство, честное слово.

Но потом я незаметно забила на все это. Я поддалась автору, позволила ему влиять на меня беспрепятственно. Я ужасалась происходящему, я ненавидела всех этих членов совета, и одноклассников-предателей, и отца, и учителей. Я жаждала возмездия, болела за Эрика и Пьера, мне от всей души хотелось, чтобы у них все получилось. Мне даже не было скучно читать все подробности драк - настолько я переживала за исход. И, конечно, главная тема книги меня тоже захватила. Эрика исключили из первой школы, назвав его истинным Злом. Хотя злом был не он, а все вокруг, весь мир. Придя в новую школу, он искренне хотел быть хорошим. Но мир остался прежним, и он требовал борьбы. Эрик крут. Несмотря на всю жестокость книги, она - о дружбе, о честности, о верности себе, о смелости, о том, как можно стоять наперекор всем, если ты прав. Классная книга, сильная.

Книга Яна Гийу автобиографична, и этот факт усиливает эмоциональный отклик от происходящего на страницах книги. В центре произведения подросток Эрик Понти, глазами которого мы видим все описываемые события. Сюжет о жестокости в среде шведских школьников середины прошлого века достаточно прост на первый взгляд. Но книга не ограничивается только этим. Автор ставит перед собой куда более масштабную задачу – понять истоки такого поведения среди детей и подростков, выявить истинное зло. Главный герой задается этим вопросом на протяжении всего повествования.
В итоге зло кроется во взрослых и системе, которую они старательно поддерживают. Больше всего при чтении шокируют сцены, где взрослые безмолвно взирают на происходящее зло, старательно делая вид, что ничего не происходит. Это касается и матери Эрика, которая знает, что происходит в его комнате, когда он остается наедине с отцом, тренера по плаванию, который не мог не видеть шрамов на его спине, соседей в конце концов. Сцена с директором элитной школы Щенсберга, провожающего истекающего кровью ученика в медпункт и даже не пытающегося хоть как-то приструнить его обидчика, ошеломляет своей жестокостью. Правила элитной школы таковы: тебя можно избивать, но если ты ударишь в ответ, то тебя сразу же исключат из школы. Как жить в этом мире, если взрослый на которого ты должен полагаться, считает тебя злом, и не видит проблемы в себе? Сейчас такая ситуация кажется невозможной, преувеличением автора, но для Швеции в послевоенное время все еще была нормой.
P.s. прочла книгу после просмотра известного сериала. Они оказались очень похожими по своему нравственному посылу, но книга как первоисточник более логична и последовательна, более соответствует реалиям того времени.

Спасибо ElleKendy за совет этой книги в флешмобе.
Книгу просто проглотила! Люблю тему школы в разных аспектах. А тут школа для мальчиков ,вернее уже подростков . Закрытая. Элитная . И абсолютно подавляющая личность в самом зачатке. Должны повиноваться во всем. Это настоящая дедовщина. Сильнейший там не выживает ,его скопом еще больше хотят сломать.
Эрику удалось выстоять. Но за его плечами был опыт жизни с папашей садистом ! Меня только один вопрос смущал при прочтении- садист всегда должен иметь жертву. Если Эрик ускользнул от него ,то кто заменил жертву? Младший брат? Жена? Книга не дает на это ответ. Может он на работе свои склонности садизма проявлял.
Посмотрела одноименный фильм. Фильм не дотягивает до книги. Слишком взрослого Эрика сделали ,там ему явно не 14 лет. И якобы не папаша его бил ,а отчим. Школу первую лишь пунктиром обозначили. Хотя и там как Эрик устанавливал лидерство очень интересно.