Чапаев и Пустота

Заняв не своё место во время борьбы за жизнь, избежав смерти, Пётр Пустота после просмотра интерпретации "Преступления и наказания" знакомится с философом Чапаевым, с которым ему предстоит работать в ближайшее время. За это время Пётр узнает про возможности говорить с кем-то на языке этого человека, при этом самому не просто не вовлекаясь в разговор, но даже не осознавая собственных слов, и о жизненном восприятии, в каком-то смысле представленной в песне А. Маршала "Кто мы?"

Пётр также живёт в реальности психиатрической клиники, где проходит с некоторыми другими людьми экспериментальный курс. Из чужих историй любопытна была японская линия, в которой устраивающийся на работу становится жертвой традиций за счёт нашедшейся точки соприкосновения в эпизоде с лошадьми. Частично зацепил для меня больше психоаналитический, или психиатрический, в общем, больше, наверное, туда, чем в религию, разговор бандитов.

Про костры, у которых греются и разговаривают люди, немного знакомо звучит.

Ещё хотелось бы запомнить эпизоды:

• когда Пётр решил себя умным показать перед Чапаевым и у него не получилось)

Или тут как будто Петром проговаривается его виденье мира.

2. Про воск. Из интересного тут наличие антитезиса позже со стороны Чапаева.

3. Про сон и кошмары.

4.

Грубовато-неприятно высказывание Петра про сон и девушек, его отношение к другим в качестве противостояния поэта и толпы.

никто в 2022 году  не хвалит Пелевина (лень приводить форму исключения,но мы знаем этих борцов с трезвостью) ,и я не буду- мне лень ,да к тому же роман написан  ,страшно сказать :во времена Ельцина и его успешной "борьбы" ,куда и переносит нас автор устраивая поудобнее у ларечка ,оставляя сторонним наблюдателем остограмливания сегуна с психонавтом,но роман вообще не об этом,а о чем собсна он? на этом стоило остановиться по-подробней ,но если честно не хочется.можно было бы сказать,что в нем(романе) полно разного рода сцен ,но по моему в нем все же больше слов,но их меньше букв,так ,что опять как то не получается сказать что либо конкретное,тем более я пропустил дефис,Ценность же книги состоит в правильности написании (в отличии от этих предложений) слов и некоторые из них написаны не по-русски.
До прочтения этой книги ,мне не хотелось ее читать ,а после тоже.
на мой субъективный взгляд Пелевин в "чипаеве..." совершенно не рассматривает ,то ,,что,ему ,,,неинтересно,но опять таки же слишком много запятых   ,словно пустотной полнотой ,наполненный текст, одгого из знаковых романов русской литературы 90х .если же отождествить роман с эпохой написания ,то  роман как и те времена какой-то "П..."   ,т.е. постмодерн  получается  с "лишением девственности под пинк флойд и пристрастием к дзен буддизму" последнего  совсем не хочется ,а приходится.,но это не делает минуса Виктору Огеговичу.

Очень необычно читать сегодня «раннего» Пелевина, который только начинает учиться технике словесной лессировки иронией — и, кажется, что стоит немного поскрести текст и можно случайно наткнуться на фрагменты искреннего Пелевина, у которого за темными стеклами все-таки есть глаза, а не еще одна пара очков.

По сравнению с нынешним Пелевиным и, конечно, «нынешними нами», «Чапаев и Пустота» внезапно читается как очень наивное произведение. Автор с рекордной скоростью рефлексирует изменения российской действительности, а толпы критиков аплодируют этой резвости — и никому здесь пока не представить насколько сложнее будет осмыслить дальнейшую действительность, в которой и сам Пелевин окажется на расстоянии всего двух-трех законопроектов от полного запрета по статье о хранении, распространении и пропаганде стоицизма.

С невозмутимой непринужденностью начинающего бармена Пелевин замешивает «Лихие девяностые», и они нам нравятся: Терминатор, Просто Мария, водка «Абсолют» вприкуску с экстази, новые русские и… кто бы тогда сказал что после 10 лет интернет-мемов начнешь скучать по всем этим анекдотам про Чапаева. Взболтать, не смешивать, подавать холодным, чтобы поскорее запить горькую пилюлю эскапизма в виде завернутого в постиронию дзен-буддизма.

Часто попадается мнение, что Пелевин исписался, а его последние книги будто бы все больше склоняют к мысли о созданной издательством «Эксмо» первой в мире нейросети, которую натренировали на творчестве какого-то «того самого пелевина». Как человеку, который еще очень много лет надеется с удовольствием читать «нового пелевина», мне было боязно открывать его «те самые» книги. И оказалось, что, наверное, не зря, потому что во всех этих «touch-anka»-шероховатостях сегодня действительно виднеются опорные конструкции творческих методов Пелевина. Но, с другой стороны, современные работы автора в таком сравнении только выигрывают; они демонстрируют отточенное годами мастерство лессировки под сотней слоев иронии, за которой Пелевин сегодня может смело спрятать даже самую крамольную истину.

В общем, это определенно Пелевин, который неизменно прекрасен, когда его начинает «нести» и автомобильные лебедки на машинах новых русских вдруг «выполняют мистическую функцию носовых фигур, украшавших когда-то славянские ладьи». Что касается остальных 80% текста, то не могу сказать что получил от этого произведения что-то большее, чем очередную встречу с приятным мне автором (и еще меньше уверен, что у него было в планах хоть что-то мне давать).

И другие цитаты:

Про такое можно было бы неблагодарно сказать что мало очень, но я нетакая. Буддистские мотивы под видом порой незамысловатой и не очень софистики, перемещения во времени, внезапный юмор. Отточенные метафоры, словно продиктованные Мариенгофом (под кокаином правда, не иначе) сменяются эталонными образчиками быдловатого остроумия. И все это невозможно хорошо, и у читателя только одна дилемма возникает - выписывать или все таки читать дальше. Я обычно иду по ленивому пути, созерцая ладно скроенные фразы, на которые у меня никогда не хватит таланта, и мысли, на которые никогда не хватит мозгов.

Обожаю.

Начинала читать несколько лет назад, споткнулась за описание перестроечной безысходности, несколько лет не могла подняться. Штош: всему свое время.

Тот редкий случай, когда зубодробительно сложно описать книгу, да потому как и сравнивать не с чем. Невероятно глубокое погружение в философию дзэн-буддизма, которым хочешь смаковать ещё и ещё.
Труд достоин воспевания од лишь разнообразной сюжетной составляющей, живым и многогранным языком автора, чёткостью образов и одновременной избыточностью (в позитивных коннотациях, конечно же) глубинного смысла персонажей. Всего-то навсего, не так ли? А то, как автор умело (я бы сказал, виртуозно, поскольку именно в этом заключается весь шарм в его работе) сшил повествования в книге с одной из самых сложных для восприятия философских концепций, в некотором смысле, переворачивает картину восприятия литературы в принципе. Однозначно рекомендуется всем и вся, и не думал же я никогда, что когда-то так в современника влюблюсь.

Осторожно, могут быть спойлеры

Это было первое знакомство с Пелевиным, и прошло оно очень интересно и забавно. Воспринимал книгу в контексте специфики 1990-х и направления постмодернизма со всеми вытекающими последствиями (ирония, постоянные отсылки к массовой культуре и буддизму, умственная и философская игра с читателем).
Да, местами книга может напоминать бред наркомана, но лишь в той степени, насколько бредовыми были события и явления времён Гражданской войны и 1990-х в России, собственно это и есть две основные линии сюжета романа, которые объединены главным героем с говорящим именем - Пётр Пустота. Отмечу основные плюсы романа:
1) Удачный выбор двух исторических отрезков - Гражданская война и современность 1990-х годов. И там, и там слом имеющихся традиций, выход наружу доселе маргинальных идей и слоёв населения, тем не менее объединённых бездействием и бессилием интеллигенции, которую в ходе романа Пелевин достаточно тонко и при этом бескомпромиссно высмеивает (объяснение смысла "тайной свободы" было просто гениальным). В этом отношении герой Пустоты напомнил Венечку из другого известного постмодернистского произведения Москва-Петушки, с той разницей, что свои интеллект и эрудицию Пётр не топит в алкоголе.
2) Хорошая структура романа. Есть чётко существующие две линии времени, которые перемежаются с историями соседей Пустоты по палате. Они в свою очередь неплохо раскрывают события 1990-х годов (сходки и философские беседы братков, метафизические браки России с Западом и Востоком). Последний, на мой взгляд, вышел особенно удачным, смотреть за взаимодействием Сердюка и японца и встречу двух менталитетов было невероятно занимательно и забавно.
3) Очень интересное обыгрывание исторического фольклора времён Гражданской войны. Такое открытое высмеивание исторических и литературных образов (подчеркну, именно образов, а не реальных людей) Чапаева, Котовского и Анки-пулемётчицы было ещё в новинку. Опять же выбор именно этих персонажей в качестве героев также неслучаен. Их имена обросли таким количеством легенд, анекдотов и интерпретаций, что чем абсурднее они поданы, тем более реалистичными они кажутся. Эпизод с "переправой" через Урал стал настоящей вишенкой на торте.

В целом, Чапаева и Пустоту можно считать настоящим портретом эпохи и одним из ярких образцов российского постмодернизма в литературе. В первую очередь - это яркая, интересная и увлекательная игра с литературными и историческими образами двух смутных, сложных и переходных эпох России, которая слегка приправлена матом и пошловатыми сценами, но в целом, они были к месту и служили для раскрытия героев (например, беседа бандитов за костром), где реальность была с её постоянными убийствами, воровством, необразованностью и подлостью заставляла обращаться к поискам вечного кайфа и дороги в заветную Внутреннюю Монголию.

Этот роман, наверное, один из самых необычных за весь мой читательский опыт. Поначалу я, конечно, была уверена, что Пётр Пустота в реальности просто болен, а мир, где он рассуждает с Чапаевым о пустоте ему лишь снится. Но потом я вспомнила цитату Пелевина о том, что это единственный роман в мировой литературе, всё действие которого происходит в абсолютной пустоте. И тут я поняла, читая роман где-то на середине, что логику нужно просто отключить. Хочу отметить, что Пелевин, хоть и в своеобразной форме, но очень хорошо и понятно изложил одну из основных концепций дзен-буддизма - Пустоты. Зная о биографии писателя не так много (что очевидно, ведь кто-то верит, что Пелевина не существует, потому что на публике он никогда не появлялся, и скрывается он даже в интернете), читая роман сразу видно, что автор глубоко заинтересовать восточной философией и запрещенными природными «веществами». Временами было сложно продираться через потоки сознания разных персонажей, которые, как мне казалось, иногда не несли никакой смысловой нагрузки. Отмечу, что диалоги мне очень понравились — как просто и понятно говорили персонажи о сложных для понимания философских вещах. Наверное, любой читатель поначалу ассоциировал себя с главным героем Петром Пустотой, который тоже не понимал, что вообще происходит. В романе очень много абсурда. Но у Пелевина этот абсурд со смыслом. Особенно меня озадачила и немного позабавила сцена с рысаками, когда Петр спросил Чапаева, где стоящая перед ними лошадь находится, а Чапаев ответил — так вот же, стоит перед нами.
Очень много цитат я выписала для себя из этого романа. О том, как Чапаева поразило звёздное небо под ногами и Иммануил Кант внутри нас, о том, что всё, что мы видим — находится лишь в нашем сознании, и что и мы нигде не находимся, и сознание наше тоже нигде не находится — всё в таком духе. Естественно, большинство таких изречений принадлежит Чапаеву — он ведь идейный центр романа, этакий «гуру пустоты». Но мне из всех персонажей в романе ближе всего оказался таксист, который появляется буквально на 1-2 страницах, и говорит Петру: «Делать вид, что сомневаешься в реальности мира, - самая малодушная форма ухода от этой самой реальности. Полное убожество, если хотите знать. Несмотря на свою кажущуюся абсурдность, жестокость и бессмысленность, этот мир всё же существует, не так ли? Существует со всеми проблемами, которые в нём есть?»

Кто на самом деле в дурке? От кого пахнет (спасибо, сэр Макс) безумием, а от кого просто спиртом? Что есть наше бытие и есть ли оно вообще? И главное где оно есть, это самое бытие? Или точнее где его нет?!
Пелевин писатель непростой. Картины, нарисованные его сознанием или даже подсознанием, не каждому читателю придутся по душе, по вкусу, по уму. "Чапаев и Пустота" - не исключение. Если начинается всё достаточно странно, то дальше больше, то есть веселее, то есть страньше (или страннее?)... И когда вы отчаиваетесь что-либо понять, где вы сейчас - на свидании с железным Арни или читаете стихи в закрытом клубе, травите анекдоты про Чапаева или стараетесь понять суть всего с самим красным командиром - в этот самый момент Пелевин вбивает очередной гвоздь в крышку гроба вашего полнейшего непонимания и... И всё! Хана. Приплыли.
И вы остаётесь таки в совершенной пустоте. Вокруг ничего. То есть абсолютно ничего. Даже вас самого не осталось, даже мыслей нет. И этого текста то.......