Little Aunt Crane

Трогательная история о почти невозможных семейных отношениях трех по-своему хороших людей.

Маленькая Тацуру живет в симпатичной, аккуратной японской деревне Сиронами. Вот только эту деревню и многие другие вокруг основали на отобранных у китайцев землях в северной части Китая. Когда Япония капитулирует в 1945 году, напуганные слухами о зверствах китайцев и советских солдат жители одной из деревень решают избежать мучений и позора и покончить с собой. Однако далеко не всем свойственен столь яростный самурайский дух (к счастью, полагаю). Увидев массовое самоубийство со стороны, Тацуру предупреждает семью и соседей, что и староста Сиронами тоже может такое задумать. Начинается трагическое бегство женщин и детей прочь от блюстителей японской чести. Голод, физическое истощение, детоубийства (одному из них героиня весьма удачно помешала). Местные жители от японцев, мягко говоря, тоже не в восторге, и уцелевшие японки пойманы местными бандами и проданы на сельском аукционе: кому-то из китайцев нужна прислуга, а кому-то и рабыня для утех. Тацуру тоже стала живым товаром. Но в каком-то смысле ей повезло...

Большая часть романа посвящена непростым взаимодействиям Тацуру, которую будут называть в дальнейшем Дохэ (оба имени переводятся как «много журавлей» в японском и китайском языках соответственно), купившего ее ради продолжения рода Чжан Цзяня и его жены Сяохуань, из-за нападения японских солдат не доносившей ребенка и лишившейся возможности стать матерью в будущей.

Здесь нет каких-то нескромных подробностей, автор деликатно пишет об интимных делах и не судит о людях прошлого, отталкиваясь от морали наших дней. Чжан Цзянь и Сяохуань – любящая пара. Хотя у них был договорной брак и сваха приуменьшила возраст невесты, молодые полюбили друг друга. Можно сказать, именно благодаря супругу Сяохуань выжила, так как тот потребовал у доктора спасать мать, а не младенца, хотя его родители настаивали на спасении наследника рода. Чжан Цзянь всегда уступал жене, терпел ее непростой характер, насмешки, а бойкая Сяохуань приноровилась к спокойному, молчаливому Эрхаю (детское имя Чжан Цзяня). Но Сяохуань стала бездетной, и родителя Эрхая взывают к сыновней почтительности, одно из проявлений которой – забота о продолжении рода и обзаведении наследником-мальчиком.

Тацуру страшно в чужой семье. Не зная обычаев, не владея языком, не понимая окружающих людей, испытывая страх и неприязнь, девушка взрослеет, меняется, но остается в чем-то все той же маленькой девочкой, бегущей от взрослых, которые собираются ее убить. С течением времени Тацуру превращается в Дохэ, в ее речи звучит причудливая смесь японских и китайских слов, она становится «двоюродной сестрой» Сяохуань, «тетушкой» для троих чудесных и своенравных детей. Про себя Тацуру-Дохэ считает, что, рожая детей, она восстанавливает исчезнувшую деревню Сиронами, втайне воссоздает для себя семью.

Сталкиваясь с непростыми историческими событиями и условиями (гражданская война, основание КНР, маоизм, «культурная» революция), необычная семья переезжает с места на место, заметая следы японского присутствия в своей основе, а трое взрослых постепенно притираются друг к другу, срастаются друг с другом, приобретают друг от друга какие-то черты, присловья, житейскую мудрость. Не обходится без драм, бытовых, любовных, общественных. Назойливое внимание соседей и сослуживцев, друзья, раскрывающие их тайну и раскрывающиеся из-за этого с новой, не всегда приятной стороны. Ни одна перемена в обществе не обойдет их стороной. Но каждый будет верен себе и своему характеру до конца.

Маленький журавль, чей дом был разрушен, оказавшийся в неволе, но оставивший в душе клочок памяти о свободе, - так можно сказать об истории Тацуро из деревни Саронами, шестнадцатилетней японке, которая хотела жить во чтобы то ни стало. Избежав самоубийства чести, затеянного старейшинами деревни из-за натиска китайских войск, пройдя через испытания по дроге с выжившими, девушка не смогла уберечься от плена и продажи в китайскую семью. Единственная цель, с которой была куплена Тацуро – рождение детей для сына семьи, продолжение рода, которое в результате несчастного случая не могла обеспечить его семья. Так Тацуро становится Дохэ и автор посвящает нас в историю ее жизни и семьи, в которой она оказалась

Могут ли люди отнестись к другому человеку бесчеловечно, ссылаясь на то, что это враг? Каково понятие бесчеловечности и где грань, отделяющая ее от человечности? Отвечает ли один конкретный человек за дела нации? Можно ли приписать жестокость одной нации или все же конкретным людям? Что можно считать проявлением сочувствия? Именно над этими и многими другими вопросами можно долго размышлять, читая о жизни семьи Чжан, проходящую сквозь исторические события, начиная от противостояния китайских и японских войск в Маньчжурии в конце Второй мировой войны до Культурной революции. Определенно они сыграли свою роль в судьбе многих людей, в образе их мыслей, что также сказалось на участи крестьянской семьи.

Можно ли считать Эрхая, Сяохуань и Дохэ классическим любовным треугольником? Конечно же нет. Их взаимоотношения сложны, тяжелы, но за многие годы, прожитые вместе эти люди словно срослись в одно целое. Сложно понять и принять их взаимоотношения, но наблюдать за ними достаточно интересно. Во многом на них накладываются обстоятельства, но человеческие качества, присущие каждому из персонажей остаются при них. Эрхай - достаточно молчаливый человек, не видящий смысла в споре с другими людьми, но твердо стоящий на своем, если что-то очень твердо решил, Сяохуань – шумная, крикливая, имеющая кучу знакомых, Дохэ – тихая, но упрямо привносящая в быт семьи Чжанов свои устои словно дополняют друг друга. Долго размышляла, а любовь ли это – то, к чему постепенно они пришли, но пришла к выводу, что здесь нечто другое, более сложное. И не просто родственные чувства, и не сестринская любовь, и не романтическая, но подобрать правильные слова мне так и не удалось. Вместе они составили одно целое, но дети их, к сожалению, оказались разобщены. Честно, и Дохай, и Ятоу вызвали у меня разочарование, в отличии от Эрхая младшего. С легкостью меняли свое отношение к родителям согласно веянию политических настроений. И сколько же Эрхая, Дохэ и Сяохуань безусловной и всепрощающей любви к своим детям.

Отмечу, что не только хитросплетения взаимоотношений семьи Чжан вызывают в этом романе интерес. Мне было любопытно читать и наблюдать за различиями в устоях в менталитете китайцев и японцев, за описываемыми историческими событиями, о которых я ничего не знала, к своему стыду. И невольно проводила параллели с событиями в нашей стране, находя много общего. Однозначно я рекомендовала бы роман Янь Гэлин к прочтению. Я же, в свою очередь, присмотрюсь к другим книгам из серии «Роза ветров».

P.S. Отдельно отмечу, что получила эстетическое удовольствие от плотных мелованных листов бумаги. Чудесные тактильные ощущения, за что хочется выразить благодарность издательству «Аркадия»

Янь Гэлин исследует доселе неизвестный уголок Китая и китайской истории, проливает свет на пару малоизвестных исторических инцидентов: китайское вторжение в Маньчжурию и практику продажи японских пленных.
Книга начинается с трагедии, которую трудно принять, но если вы проявите настойчивость, то найдете деликатную историю повседневной жизни в необычном домашнем обустройстве. Полигамия редко появляется в художественной литературе, обычно только в африканской...
Мне понравились персонажи, молчаливый муж, сварливая, крикливая жена, загадочная Тацуру, которая почти в буквальном смысле глухая и немая, но все же присутствует в семье, чего никто не может игнорировать. История, которая следует за этими тремя от юности до старости и смерти, крайне странна, но совершенно убедительна. В этом есть что-то от классической семейной саги, но всё же это не совсем она.

В одной части, когда муж узнает об истории Тацуру, его отношение к ней меняется. Мы так многого не знаем о людях, с которыми сталкиваемся... И почему так трудно быть всегда вежливым и учтивым с окружающими. Вы просто никогда не знаете, куда заведет вас жизнь или на что была похожа чья-то чужая, до того момента как они встретились с вами.
Это действительно заставило меня задуматься, а я всегда любила и буду любить, такие книги.

Горячо рекомендую!

Как быть, когда твой мир разрушается прямо на глазах? А родные люди с честью принимают объятия смерти? Как быть, когда тебе всего шестнадцать лет и хочется жить вопреки всем зверствам происходящим вокруг?

Её зовут Тацуру и несмотря на чистую японскую кровь, она не захотела умереть, как подобает японцу. Молодая девушка выбрала жизнь и пусть её путь был испещрён трудностями, жестокостью, бесчеловечностью и насилием, она не отреклась от простой жажды к жизни. Естественной, настоящей и единственной ценности, которую японка смогла забрать с собой в мир, где теряет имя и право быть свободной.

1945 год. Маньчжурия.

Современному человеку ни о чём не скажет эта простая фраза. Идут и пусть себе идут, а в последнии дни Второй Мировой Войны в самой северной части Маньчжурии подобная фраза внушала животный ужас. Жителей 6 деревень, переселенцев из Японии ожидала неизвестность, омрачённая смачными подробностями о бесчеловечности китайских и русских солдат. А для японца нет ничего хуже, чем потерять лицо, будь он представитель аристократии или крестьянин. Тогда староста одной из деревень принял решение и моментально привёл его в исполнение. Невинная кровь полилась буйной рекой и крики в мгновение ока затихали, как и горькие всхлипы, горевавших матерей.

И среди безумия и хаотичных выстрелов только одна душа сохранила за собой право выбора. Тацуру не последовала примеру старших и не только спасла собственную жизнь, но и предупредила жителей других деревень. Так и началось большое бегство японцев, не желающих становиться жертвами солдат или отчаяния соотечественников в погоне за "подобающей смертью". Однако беглецов ожидали другие ужасы в пути. Голод, физическое и моральное истощение, а ещё детоубийство...

Знаете, меня сложно ужаснуть, я не боюсь тяжелых книг, но в эти мгновения хотелось закрыть глаза и не читать о том, как молодые матери душат младенцев и гоняются за слабыми и истощенными малышами. Мурашки до сих пор бегают по коже табунами...

С одной стороны, их с горем пополам можно понять, но разве глухое отчаяние лучше голода и трудностей пути? Разве надежда не ценнее отвратительно-горького послевкусия смерти на своих руках? Разве такое можно забыть, даже если делаешь для блага старших детей?

Как по мне, то нет. Да такое и вообще представить сложно...

Однако смерть всё равно настигла беглецов, как и мерзкая судьба стать живым товаром. Тацуру превратилась в рабыну деторождения для бездетной китайской семьи. И читая её историю волей-неволей ужасаешься бесчеловечности людей, которые по существу сильно похожи внешне.

Тацуру не понимает китайский язык и постоянно испытывает ужас, как и надругательство над своим телом. Однако выбирать смерть она не спешит. Ибо искорка надежды не даёт отречься от жизни, пусть и такой омерзительной и одинокой среди чужаков.

Есть ли на что надеяться японской девушке?

Или это всего лишь отсрочка неминуемого?

Атмосфера романа, наполнена до краёв болью, жестокосердием, ужасом, смирением, принятием своей судьбы, одиночеством среди людей/зверей и бесконечным отвержением простой истины. Ведь все мы люди, но те, кто отличаются от нас по национальности, редко удостаиваются чести стоять на одной ступени без омерзения. Страшное время, которое прорастило корни и в наши дни...

И знаете, что самое ужасное? Роман написан с реальных событий...

Плюсы:

I Бесчеловечная история о нелюдях с человеческими лицами,

II Повествование идёт от третьего лица и рассказывает как будто со стороны,

III Книга написана с реальных событий,

IV Атмосфера Второй Мировой Войны в начале книги,

V Сильная героиня, не желающая становиться овцой на закланье,

VI Непростая судьба,

VII Поднимаются острые темы: расизм, жестокость, неравноправие, сексизм, бесчеловечность, продажа людей, рабство, насилие, смирение со своей судьбой, детоубийство, самоубийство...,

VIII Многогранная история,

IX Жестокая и тяжелая атмосфера,

X Читается достаточно быстро,

XI Богатый язык и хороший слог,

XII Непредсказуемо,

XIII Трогательный финал.

Минусы/Предупреждения:

Только предупреждения:

I Повествование идёт от третьего лица и это с одной стороны даёт истории многогранность, но с другой, не позволяет лучше почувствовать эмоции Тацуру,

II Жестокая и бесчеловечная история, много крови, реальных ужасов, расизма, детоубийств (всё это в основном происходит в начале книги),

III Интимные сцены хорошо завуалированы и непристойностей нет. (Меня это приятно порадовало).

Непередаваемо тяжелая и сильная история о девушке по воле судьбы угодившей в самый эпицентр бесчеловечности и ужасов гражданской войны 1945 года в Маньчжурии. Когда брат идёт на брата и не видит границ, желая истребить лишь потому, что ты говоришь на другом языке. Смерть, кровь и ужасы царили на севере, унося жизни со скоростью полёта пули.

Отвратительно, жестоко и пронзительно...

Книга придётся по вкусу тем, кто не боится омерзительно-кровавых историй, написанных с реальных событий, а также тем, кто любит серию "Роза ветров" и хочет прочувствовать непростую атмосферу того мрачного времени...

История девочки из деревни Сиронами японских переселенцев на "китайскую целину" началась в Маньчжоу-го - Маньчжурия назвал этот край народный Китай в сентябре 1945 года, после изгнания японских оккупантов. 16-ти летняя Тацуру (Та - много, Цуру - журавли) на долгие годы потеряла своё имя, данное ей при рождении.У японцев в почёте культ смерти, лучше умереть, чем запятнать себя позором. Но Тацуру сильнее смерти любила жизнь и приняла позор. Она потеряла всё, кроме жизни,даже имя своё: стала Дохэ - так звучат иероглифы её имени в китайском произношении. Жуткий путь к спасению, начатый жителями деревни, от которых впоследствии осталась едва ли треть - чуть менее 300 человек, для Дохэ растянулся на 30 лет.
Невыразимо печальная история жизни женщины-японки на чужбине. Её продавали, насиловали, унижали, угрожали, лишили возможности называться мамой. Но маленький стойкий японский журавлик из убитой деревни Сиронами Тацуру-Дохэ тщательно исполняла законы японского жизненного уклада. Она искала радости в малом, и добилась своего.
Жизнь и уклад в народном Китае просто вызвала отторопь. Как-же можно так ненавидеть и бояться собственный народ, чтобы дать умереть от голода 15ти миллионам людей, но не попросить помощи у соседей?
После прочтения книги я долго была под впечатлением, а книга оказалась вся в цветных клеевых закладках. Не рекомендую читать чувствительным и беременным. Вся драма народа Китая второй половины ХХ века отражена в этом эпическом семейном романе.

Это было тяжёлое чтение по многим причинам. Главная из них, конечно, тема: сумасшествие коммунистического Китая, попытки семьи выжить в это сложное время и всепоглощающее одиночество "врага". Настолько всепоглощающее, что единственный выход - нарожать себе родственников.

Другая причина - вечные повторения. Одна Дохэ раз семь вспомнила, как же Эрхай её в мешке взял и унёс, и каким он был красивым, когда мешок развязал. Значит, на вот это место в книге нашлось, а как вставить пару слов про судьбу родителей и детей - нет?
Ах да, еще книга по какой-то причине стоит под тегом "любовный роман". Ребят, нет тут любви. Тут есть на редкость отвратительная глава, где Дохэ и Эрхай бегают на свиданки и транжирят бабло, когда семья (трое детей и Сяохуань) живут хер знает как. Ну и потом еще вспоминают, КАКОЙ ЭТО БЫЛ ПЕРИОД КАКАЯ ЛЮБОВЬ. Вы эгоистичные ублюдки, вот чего это был период. Отвратительно.
А если кто-то хоть слово плохое скажет о Сяохуань - хлебало разобью. Эта бедная женщина буквально НА СЕБЕ вытащила свою ненормальную семью, всё понимала и принимала, и, в отличие от ублюдка-мужа, никого не обманывала и не пыталась убить. Это как бы вообще была не её проблема, могла бы всех сдать и жить себе припеваючи, но она всеми силами старалась сначала сохранить секрет, а потом всех спасти. Это на ней всё держалось, и она ни разу не заслужила такой концовки.

Пока (надеюсь, что пока) сложновато читать китайскую литературу. Все тут странно/ непонятно/ фантасмагорично/ почти необъяснимо. В этой книге автор практически не помогает понять происходящее, особенно в начале книги: что за дичь происходит? Что именно люди понимают из взглядов без слов? Почему именно так реагируют? Книга про инопланетян… А вот про поведение, цели и действия японцев автор разъяснила все внятно, никаких вопросов. Вероятно, книга написана только для китайцев и им тут все понятно? Также много вопосов по контексту: почему у бедняка жена с перевязанными «лотосовыми ножками»? Почему никто не интересуется судьбой старшего сына, а просто как данность рассказывают что наш главный герой – второй сын? Что за галиматься с именами и для чего? Что за побеги жены к родителям? Кто кого и почему бьет? Автор пишет, что герои понимают мысли друг друга, но читателю не рассказывает, почему?
Перебравшись через невнятное начало – дальше пойдет получше. Соцреализм в самом карикатурном и диком виде. И снова автор дает мало комментариев к происходящему. Даже с советским бэкграундом – все это выглядит «диковато, но понятно», а интересно как это читается читателями из благополучных стран? Просто пару «картинок» для образа:

Отдельная захватывающая история - рейдерский захват завода на поезде. Объяснения причин, целей и да и просто описания происходящего автор дает крайне скудно, зато курьезно выглядит повод для прекращения:

Несмотря ни на что, большое спасибо автору, за обращение к болезненной теме. На любой войне больше всех страдают ни в чем не виновные, месть (в любом, даже самом причудливом виде) настигает не тех, кто вытворял мерзости, а тех, до кого оказалось легко дотянуться и «назначить ответчиками за все».

Большинство исторической литературы про Китай описывает период Культурной революции, знаковый период, известный образованному человеку из любой страны мира. Много было странных решений принято в то время, много людей исчезло с лица земли.
В этой книге действие началось немного раньше. В первой половине 20-го века японцы были настолько уверены в своих силах - и небезосновательно, - что поделили часть территории Китая между японцами, готовыми переселиться на новые земли и осваивать целину. После поражения Японии во Второй мировой войне оказалось, что на целину претендуют местные, китайцы, которых попросту в свое время выгнали с их земли, из-за чего они, конечно, затаили недобрые чувства. Созданию дружелюбной атмосферы не создавали и жестокие истязания китайцев захватчиками. Политическая обстановка кувыркнулась, и роли поменялись. Теперь простые японские фермеры спасались кто как мог: кому-то удалось выехать на историческую родину, кто-то вместе с родными и соседями добровольно ушел к предкам. Тацуру вместе с семьей нужно было пройти половину Китая, чтобы добраться до места сбора японцев, где, предположительно, им точно помогут. По книге неясно, добрался ли кто-то, потому что по пути их не стрелял только ленивый китайский партизан. Тацуру потеряла всю свою семью, а ее саму продали в китайскую семью рабыней, что удивительно, конечно, слышать про двадцатый век. Правда, семья хоть и простая, но человечная: Тацуру стала тайной матерью детей хозяина дома и его бесплодной жены, а с ней обращались как с дальней родственницей - хорошо и по-семейному.
Получилась необычная история взаимоотношений двух народов, исторически враждующих между собой, на примере маленькой семьи. Пикантность ситуации добавляли чувства, возникшие между главой семьи и Тацуру: любовь не любовь, но как будто наваждение с обеих сторон. Интересно было наблюдать за позицией жены, искренне привечающей новую жену своего мужа, и в то же время ставящей ту на свое место.
Много раз у Тацуру была возможность уйти от Чжанов и зажить самостоятельно, однако что-то держало ее, возможно, тот уголок родной деревни, который она старательно возводила годами, не уставая поддерживать кристальную чистоту в стране, повально не замечающей грязи, причем не только физической.

Роман очень нединамичный, но и не провисает, нет откровенно скучных мест, которые хотелось бы пролистать. Вряд ли его захочется когда-либо перечитывать, но общее впечатление - самое приятное.