房思琪的初恋乐园

Не стала я оценивать эту книгу, просто не хочу. Мне она читалась как документальный роман, а я, увы и ах, не люблю документальные романы. Но даже не это. Я давилась этой историей. И потому, что она реально жуткая, и потому, что "основана на реальных событиях", и потому что единственные действующие лица здесь - это насильники и жертвы. Противостояния нет. Главную жертву неслучайно то и дело сравнивают с овечкой - она добровольно идет на заклание. И не только она - сотни, десятки сотен девушек поступают так же. В одной и той же школе. Их жестко насилуют женатые учителя - они продолжают их любить, превозносить, слушаться. И вот именно это для меня, хоть убей, непонятно. Возможно, потому что разные миры обитания. Возможно, азиатские девушки все сплошь такие. Но в это как-то мало верится. В конце концов, если история стала общественным достоянием, значит, кто-то встал и высказался. Значит, кто-то поплыл против течения, начал противостоять, бороться и в итоге победил. А то, что между этими душераздирающими сценами воткнута "высокая литература" еще больше убивает.
Мне не понравилась манера изложения, стиль повествования. Было ощущение, что автор взяла все, что имела и смешала в один неудобоваримый ком, такой сбивчивый, перескакивающий на одно и другое поток сознания. Поток сознания, в котором есть нектар, помои, высокое, низкое, глупое, умное, смешное, страшное, черное, белое. И то, что получилось в итоге, практически невозможно переварить.
Это не ханжеская позиция, уточняю. Про насилие, уверена, нужно писать, необходимо давать понять обществу, насколько это страшно. Но, по моему мнению, не так, как это сделано здесь.
А еще мне совсем непонятно вот что: Итин и Сыци подруги, которые словно "сиамские близнецы". И когда с одной подругой происходят метаморфозы - вторая их не видит, не чувствует, не задает вопросов. Как? Есть множество деталей, которые неизбежно вылезают и на которые нельзя не обратить внимание. Причем, подруга не просто "какая-то там", а вроде как верная, преданная и настоящая. По крайней мере, она сама так думает. Хотя, если составить ее психологический портрет, основанный, в основном, на одной очень говорящей сцене ближе к финалу, вопросы к чистоте ее дружбы тоже возникают...

В некоторых случаях будто бы нет и малейшей возможности на другой исход, просто не могло быть иначе, не могло. Как с Иэном Кёртисом (я посмотрела «Контроль») или Сыци в «Райском саду первой любви». Как будто помощь бы и не помогла, понимаете? Это не про «недосмотрели».

Роман для меня про единственно возможный способ существования (конкретно случае Сыци). Она будто не могла сказать/пожаловаться/сбежать «Она могла перестать ходить к учителю/могла сбежать в другой город/она могла что угодно». Не_мог-ла.

Язык азиатской литературы – прекрасный язык, и он душит вот этой предопределенностью (и это при том, что я не верю в судьбу, но не знаю как сформулировать иначе). Я имею право говорить о неотвратимости, здесь сделаю пометку.

Как будто бывает, что не может быть иначе, нет шанса на спасение. Я отдаю себе отчет, что это абсолютно отвратительное суждение, учитывая, что речь идет о жизнях людей. Линь Ихань – автор своего собственного «Сада» –совершила самоубийство, а ее героиня потеряла рассудок. Я будто утверждаю, что чужую жизнь нельзя спасти и бороться за нее не нужно. Но я не про это АБСОЛЮТНО.

Я проецирую «неотвратимость» на себя, про себя говорю, что временами не может быть иначе. Слова в книге – то, что я сама не могу артикулировать. Я чувствую неотвратимость сама, поэтому и нахожу ее в «Саду».
Со мной не случалось подобного насилия, про себя я говорю о другом, но, опять же, вообще не в содержании проблемы суть, а в чувстве. Это как будто просыпаешься, и чувствуешь отвратительную липкость в голове, как будто под водой, сразу, с первых секунд ясно, что будет «плохой» день, и это каждый день.
Я не утверждаю, что мои ощущения хотя бы на йоту близки к ощущениям человека, пережившего подобное, здесь алерт и тысяча восклицательных знаков.
Надеюсь, что сто моих оговорок не станут преградой для понимания моего [что хотел сказать автор этой заметки].

Я прочитала за день-ночь. Это одно и самых красивых (по слогу и конструкции) произведений, которые я видела.

когда я взялась за эту книгу, я знала о чем она, но я не знала, что она так сильно попадет в момент, когда новостная повестка кричит из каждого угла о насилии над девочками, девушками и женщинами.
поэтому прежде всего буду говорить не только о книге, но и об очень важной теме. возможно, вам покажется, что достаточно нравоучений, но нравоучений будет недостаточно до тех пор, пока насилие над женщинами в мире не прекратится, пока каждый виновный не будет наказан.

эта книга своего рода компиляция Набоковской Лолиты и Моей темной Ванессы Кейт Рассел. проще говоря, Лолита по тайваньски. 

я в который раз убеждаюсь, что азиатская литература — это отдельный вид искусства. даже такую щепитильную тему автору удается рассказывать со свойственной азиатской литературе поэтичностью. текст плывет неспешно и журчит как река. 

этот роман основан на реальных событиях. его героиня Фан Сыци — 12-летняя девочка. она выступает в роли альтер-эго писательницы. однажды в дом Фан Сыцы заселяется пятидесятилетний учитель, он становится другом семьи Фан и предлагает бесплатные уроки литературы для Сыци. используя свой высокий статус, он начинает встречаться с Сыцы у себя дома и в гостиницах. эта связь продолжается много лет и для главной героини это превращается в ад.

вообще в книге будет несколько важных героинь. мы узнаём об их судьбах и о том, что творилось в их жизнях. две девочки, будучи 13-15летними школьницами подверглись насилию со стороны учителя. одна закончила свои дни в психушке, другая тщетно пыталась добиться для себя хоть какой-то справедливости. еще одна девушка вышла замуж за человека который постоянно ее бил, но она все никак не находила в себе сил уйти от него.

во всех этих историях поражает одно — тотальное безразличие окружающих. если учитель завел с тобой «взрослые» отношения, когда ты еще в старшие классы не перешла, то это ты распутница, извращенка, гулящая и сама его соблазнила. если тебя поколачивает муж, то ты сама во всем виновата и надо быть послушной.

я ничего не знаю о культуре Тайваня, но из диалогов учителей-мужчин становится понятно, что иметь отношения с девочкой-школьницей — это престижно и другие подобным учителям завидуют. никому и в голову не пришло пожаловаться на такого человека, если таких людей вообще можно считать людьми.

когда девочка пишет пост в интернете о том, что с ней произошло, всем плевать на ее слова. она это говорит, потому что учитель не захотел уйти от жены к ней. виновата только она одна, но никак не учитель. ВСЕМ АБСОЛЮТНО НАСРАТЬ НА ТО, ЧТО ОН ВТОРГСЯ В ЕЕ НЕВИННОЕ ДЕТСТВО И УНИЧТОЖИЛ ВСЕ К ЧЕМУ ПРИКАСАЛСЯ.

когда, найдя дневник девочки, которая попала в психушку, ее подруги узнают о том, что с ней произошло, они идут к адвокату, чтобы заявить на учителя и добиться хоть какой-то справедливости для нее. а адвокат говорит, что наказать виновника невозможно, потому что улик недостаточно.

когда мужчина приводит в отель несовершеннолетнюю девочку, все смотрят косо на девочку, но никто и пальцем не пошевелит и не спросит добровольно ли она идет с ним на это распятие.
родители выгоняют дочку босую на улицу, разочаровавшись в ней из-за связи с учителем вместо того, чтобы утешить ее, попытаться остановить этого подонка, который только и делает что растлевает одну за одной на протяжении ДЕСЯТКОВ ЛЕТ. некоторые девушки покончили с собой из-за этого, а он лишь НАСЛАЖДАЕТСЯ ЭТИМ, потому что это подпитывает его эго.

эта книга не из легкого чтива. тут очень много боли. у меня гири на сердце после прочитанного.

все, чего мне хочется, так это чтобы окружающие были более участливы к судьбам девочек. хочется чтобы родители внимательнее были к своим детям и обращали взор на любые изменения в поведении своих детей. и хочется чтобы родители были НА ИХ СТОРОНЕ, чтобы не случилось.

хочется чтобы виновные были наказаны. чтобы никто больше никогда не страдал от их рук. мне ужасно хочется справедливости для каждой из женщин в этом жестоком мужском мире.

Есть книги, читая которые, хочется задыхаться от злости и боли. Ты перелистываешь страницу за страницей и думаешь: "Нет, ну нет же! Так не бывает, ну должна же быть в людях человечность!". А потом осознаешь, что все-таки бывает.

Для меня данная история не первая, что была прочитана об отношениях учителя и учительницы, но первая, которая произвела настолько глубокое впечатление. Первая, которую хотелось прекратить читать из-за этого самого впечатления, а не из-за того, что она плохая.

Как с насилием от взрослого, уважаемого в обществе человека и учителя должна бороться юная девочка Сыци, любившая литературу? А ОНА ли должна была с этим бороться или общество, табуирующее данную тему настолько, что девушка оказалась в психиатрической больнице?

Как с насилием и побоями от собственного мужа должна бороться молодая женщина, которую будут осуждать, если она уйдет? Как ей уйти и быть уверенной в этом решении, как не вернуться?

Знаю только одно - обе героини имели право на помощь  и жизнь куда лучше, чем им досталась.

Книга невероятно впечатлила, но эмоции далеко не положительные, наоборот, читать быть больно.

Расстроила меня эта книга. Очень сильный контраст между формой и содержанием Таким прекрасным языком описываются такие ужасные события. Насилие над несовершеннолетними совершается с молчаливого согласия окружающих.
Особенно возмутило, что учителю коллега-женщина даже помогала совращать девочек.
Опять совершенно запуталась в китайских именах. Интересно, почему так часто героям китайцы подбирают столь похожие имена. Например, Сы Цы и Сяо Цы. Как нарочно, чтобы европейцы запутывались)))
Все говорят о загадочной русской душе, а мне в очередной раз кажется загадкой восточная душа, совсем другая психология.

описала подруге сюжет книги, она ответила: 'я бы читать не стала'. и дело не в том, что человек пытается скрыться от правды жизни, от чего-то такого страшного и в то же время не такого уж редкого, происходящего, быть может, совсем рядом, в соседней квартире, например. просто времена такие, что добавлять ещё щепотку тревоги не у всех есть силы.
но я всё-таки прочитала.
безнадёжно и жестоко. и читателю не выдаётся 'вознаграждение' в виде наказанного преступника. нет. судьбы сломанных девочек по конвейерной ленте следуют в утиль, новые жертвы подрастают и попадают в ловко сплетённую и годами опробованную ловушку, насильник удовлетворён во всех жизненных сферах: карьерной, семейной, общественной и извращённой. такой отвратительный круговорот боли и насилия.

Хлестко. Это такая пощечина наотмашь обществу - не только тайваньскому, а вообще всем и каждому.

Учитель! Какой же уважительной человек - взрослый, образованный, дающий и просвещающий. Маленькая девочка - "ты сама виновата, что такая красивая". Сор из избы не выносят, сор хранят, лелеют и запихивают все глубже и глубже в тела малюток, которые больше уже никогда не смогут быть самими собой, девочек, над которыми было совершено преступление - насилие физическое и психологическое. Девочек, чьи судьбы были изломаны, и все их детство убито в зародыше.

Если вы хотите пропустить через себя всю ту боль и гниль, что пришлось испытать главным героиням, то милости прошу. Если же нет, то советую не притрагиваться к этой книге. Знаете, это такая литература, которая может очаровать своей поэтичностью в одном абзаце, сравнивая каскад волос с водопадом, осторожные шаги с шепотом любимого человека и многое многое другое, а потом в следующем задать вопрос в никуда: "А вы знаете как это, когда вас действительно ставят раком?"

Сыци было 13 - она была умна, красива и любознательна. Ему было около 50 - и он строил карьеру мудрого учителя. В его паху билось сердце, когда он смотрел на маленьких девочек, он насиловал многих, но не всех заставлял поверить в то, что это любовь. А ей пришлось, чтобы хоть так заглушать боль. Каково это - убеждать себя, что твой насильник дарит тебе любовь? Каково это, когда ни одному человеку невозможно раскрыть свое нутро, потому что даже скрывая все это - ты чувствуешь этот ни с чем несравнимый смрад.

Ивэнь, она тоже жаждала любви, на ее долю выпал другой кошмар. Она тоже молчала и терпела, потому что, а как иначе? Ведь она любит, а он такой хороший, когда трезв. И только алая кровь смогла отрезвить уже ее - потерянные годы не вернуть, но есть шанс построить что-то новое.

А Сыци не смогла - рассудок не справился.

Сыци теперь любит фрукты, фрукты не причиняют боль.

Эта книга о женщинах и девочках, которые ими никогда не станут. Потому что умрут, сойдут с ума. Потому что общество пропитано гнилью педофилии и насилия. Потому что мы все живём и делаем вид, что девочек как Фан СыЦи не существует.
Если бы мне сказали охарактеризовать кратко эту историю, мне хватило бы двух слов: мерзость и смерть. Но смерть эта все же не телесная, а психичная- смерть ребёнка, смерть мышления, смерть души. Самое тошнотворное и правдивое произведение в моей жизни.
Хуже всего было осознавать, что таких насильников  тысячи, а травмированных ими детей - сотни тысяч. И все молчат об этом. Потому что педофилы умны и изобретательны, их не ловят годами. Потому что детей заставляют молчать. Заставляет общество, собственные родители, а потом и собственное искалеченное сознание.
Линия с навящываемой Ли Гохуа любовью стоит отдельного разбора всеми людьми на свете - как хорош в глазах общества может быть самый убогий человек на планете.