房思琪的初恋乐园

Линь Ихань - авторка всего одной книги. Но этой одной книги хватило, чтобы остаться в истории современной литературы. Её судьба и её роман складываются в цельную, почти замкнутую картину, где жизнь и текст сплетаются так тесно, что уже невозможно отделить одно от другого. Даже отсутствие других произведений кажется символичным: как будто всё, что она хотела сказать, было сказано сразу, целиком, без остатка.

Это трудная книга. Эмоционально выматывающая, требующая особого состояния, такого, когда можно смотреть прямо в боль и не отворачиваться. Я ждала почти год, прежде чем оно меня настигло. И, несмотря на всю внутреннюю боль, это удивительно красивая книга, это сдержанное минималистичное стекло. В этом тексте есть что-то от японского минимализма, от тишины после слова. Несмотря на весь ужас, книга звучит медитативно, её можно слушать во время повседневных дел, уборки, готовки, обычных женских занятий. Возможно, именно потому, что это и есть женская книга: о жизни, которая не перестаёт течь даже тогда, когда всё внутри разбито.

Главные героини читают, и это чтение значимо. Читают и русскую литературу. Но не Набокова, хотя именно он будто напрашивается в ассоциации, а Достоевского, он ближе и привычнее восточноазиатскому сознанию. Но их начитанность, их образованность не спасают. Они читают классику, далёкую от их реальности, и в этом кроется парадокс: умение мыслить не защищает от насилия. В этом, может быть, и заключается современность самой Линь Ихань: она пишет ту книгу, которой не хватало её героиням.

Грустно осознавать: эти женщины - умные, чувствующие, остаются без защиты. Они живут на Тайване, в обществе европеизированном, кажущемся открытым, и всё же здесь работает та же схема: социальная репутация сильнее правды, статус сильнее сострадания.

Многие события происходят в типичном жилом доме с соседями, которые знают друг друга слишком хорошо. Это мир старой соседской солидарности, красивый богатый многоэтажный дом, но похожий на советские панельки: много сплетен, много поддержки, много близости, фальшивой и настоящей. Это то пространство, где тебе могут помочь или сделать вид, что ничего не происходит.

Роман строится на двух зеркальных историях. Фан Сыци - девочка, которую растлил уважаемый учитель; Ивэнь - взрослая женщина, регулярно избиваемая мужем. Между ними Лю Итин, наблюдающая, но не вмешивающаяся, как будто лишняя. Она понимает, что видит, но не осознаёт, что именно видит. Я могу представить себя только на её месте, где могу видеть, но не действовать. В этом есть неприятное узнавание. Попади я в такую ситуацию в том же возрасте, поступила бы так же: не потому что равнодушна, а потому что не знала бы, как действовать.

Из этого рождается мысль: реакции формируются культурой, окружением, искусством. Обществу можно внушить что угодно, и даже родителю можно внушить что, это не пятидесятилетний учитель разрушает жизнь двенадцатилетней девочке, а наоборот, «девочка разрушает семью уважаемого человека». Но если внушать обратное - эмпатию, поддержку, внимание, то и этому можно научиться. Можно вырастить поколение взрослых, которое знает, что ребёнка нужно защищать, и поколение детей, которые знают, что имеют право на защиту.

Ребёнок - не маленький взрослый. Он не автономен, и именно поэтому мы ограничиваем детскую ответственность законом. Дети зависимы от взрослых, ими легко манипулировать. Они могут выглядеть взрослыми, говорить взрослые слова, совершать «взрослые» поступки, но последствия их нести не могут, ни морально, ни физически.

И внезапно после этого в книге наступает внезапная, почти шокирующая тишина - глава «Речь Ихань Линь на свадьбе».

Линь Ихань действительно вышла замуж в 2016 году, за год до смерти. Мы не знаем, произносила ли она эту речь, и ее семья не даёт комментариев. Но в тексте всё звучит слишком живо, чтобы быть выдумкой. Она говорит о депрессии, о стигме психических заболеваний, благодарит жениха, родителей, брата, родителей жениха.

Это странная, тревожная, но честная речь без метафор, без поэтических гипербол, просто очень личное и неловко откровенное признание.

Вместо радости есть отчёт о болезни.
Вместо признания в любви есть признание в страхе быть непонятой.
Вместо счастливого финала есть чувство вины и стыда.

Это делает речь неуместной: человек стоит на собственной свадьбе и говорит не о любви, а о невозможности быть понятой.

Эта глава разрушает жанровую рамку. Это не просто послесловие, это разрыв ткани между вымыслом и жизнью. Как будто авторка встаёт на место своих героинь и говорит за всех, кто не был услышан. В этой речи сливаются Фан Сыци, Ивэнь, Лю Итин и сама Линь Ихань, их голоса становятся одним.

Некоторые гости свадьбы потом говорили, что текст действительно похож на тот, который она произнесла на свадьбе, но достоверно этого никто не подтвердил. После её смерти издатели сознательно не уточняли происхождение речи, ведь «она говорит сама за себя». И действительно: если читать роман, уже зная, чем закончится жизнь авторки, эта последняя глава становится не просто финалом, а посмертным эхом. И действительно, этот простой текст в финале переворачивает всё прочитанное, замыкает сюжет в кольцо и оставляет читателя перед бездной вопросов.

Была удивлена, как автору удалось написать роман на такую тяжелую тему. Тем более, что события реальные. Написано отлично, не скатываясь в пошлость. Другое дело, что читать о насилии очень тяжко.

Из аннотации казалось, что книга будет ассоциироваться с набоковской Лолитой. Не так. Дело происходит на Тайване. Понятно, какой менталитет. В данном случае учитель насильно заставлял девочек вступать с ним в половую связь. Ни о какой любви разговор не идет. Мало того, что девочка была не одна. Ли представлял девочек перед родителями и женой, как навязчивых, а он пострадавшая сторона. И ведь верили, не задумываясь. То одна, потом другая, то параллельно... Волосы дыбом от такой наглости. А разговор преподавателей в начале книги. Ну как так можно! Вы же должны нести доброе и вечное... А сами только о том, как совратить детей. Ведь им же еще по 12–13 лет. Какие вы преподаватели, если губите психику девочек... Вот где страшно.

В романе есть еще один насильник. Ивэнь любит своего мужа. Но он, стоит выпить, становится зверем и нещадно ее избивает. Она молчит и никому не говорит. Вот она-то единственная и догадывалась, что с Сыци что-то происходит. А девочка не могла никому ничего сказать. Понимала, что учитель поступает неправильно, но каждый раз, как бабочка на огонь, шла к нему. Жутко. Сломать ребенка ничего не стоит. Но вот как с этим жить. А Ли нормально. Будет следующая школьница. Ведь поверят ему, а не ребенку. Как-будто у окружающих шоры на глазах. «Бедненький», не может выдержать напора учениц...

Книга написана хорошим слогом, перевод сделан тоже качественный. Советую, если вылержите тему

Первоначально я не собиралась ставить оценку. Всё же тема достаточно важная и как-то это неправильно, даже если роман вызвал настолько негативные эмоции, чтобы не иметь возможности остановиться на нейтральном мнении. Но ближе к финалу произошла сцена, перечеркнувшая всякое "замалчивание". Во-первых, сразу скажу, что оценка никак не затрагивает моменты с изнасилованием и педофилией. Это невероятно трагичные описания, показывающие, как ломалась изнутри девочка и как с каждым прожитым днём, умирала её личность. Во-вторых, оценка целиком и полностью зависела от моего восприятия и того, как писательница всё это описала. Да-да, есть какое-то несоответствие первого и второго пункта, но попытаюсь объяснить.

Ей тринадцать и она спутала насилие с любовье. Ему за пятьдесят и он прекрасно понимал, что делает. Используя наивность ребёнка, мужчина воспользовался своим положением учителя и разрушил жизнь, причём не одну. Она никому не может рассказать. Он особо-то и не скрывается, потому что всем абсолютно наплевать, кто и главное как уничтожает сознания маленьких девочек. История аховая и вызывает множество чувств, естественно только негативных.

Вот он пункт первый, если рассматривать написанное в таком ключе. То самое из-за чего у меня возникли трудности с оцениванием. Всё же не каждый отважится такое написать и главное выпустить в свет. А вот со вторым пунктом непонятно, ведь писательница в одном абзаце пишет о боли и страдании, а во втором переключает внимание на насильника и будто смакует сцены изнасилования. Красивые цитаты из творчества китайских и тайваньских авторов снижают градус напряжения, метание девочки, не понимающей, что это - любовь или насилие, стирается. Не до конца, но оно становится менее важными, словно теряет часть себя. И отсюда начинается собственное восприятие.

Неправильная манера изложения. Поток сознания - это не плохо, когда он один посреди всеобщего непонимания. Совсем другое дело, когда в него вклиниваются все, тем самым заглушая крик. История учителя, его семьи, лучшей подруги героини, их общей старшей подруги, вставки с другими учителями и девочками, и даже с владельцем ювелирной лавки. Текст и так небольшой, а эти постоянные прерывания (причём они ещё и написаны то от первого лица, то от третьего) не делают его лучше. Это запутывает и вызывает недоумение.

Я прекрасно понимаю, что такое вероятнее всего сделано с единственной целью - показать все грани ненормальности, но как же странно это выглядит. Ты либо объём увеличь, разбей на главы и описывай себе тысячу и одну историю страдания, либо сосредоточься на одном (ладно, двух) людях и до конца веди их линию. Чтобы воспринималось иначе, чтобы не приходилось постоянно путаться (кстати, насчёт путаться. У старшей подруги и её мужа имена настолько похожи, что я постоянно напоминала, кто из них мужчина, а кто женщина). И ещё одно - меньше цитирования, пожалуйста. Его слишком много и оно отбирает время у главного "события".

Девочек мне очень жаль, а понимать, сколько их таких страдает по миру, страшно. К сожалению, эта не та книга, которую мне когда-либо захотелось перечитывать. И вовсе не потому, что тема тяжёлая.

Одна из самых тяжелых эмоционально книг, что я читала. Тема педофилии и беспомощности ребенка перед взрослым преступником сама по себе болезненная, а в данном случае эффект усугубляется тем, что история автобиографичная и вскоре после выпуска романа писательница покончила с собой. Впрочем, это была уже четвертая попытка, так что смерть была лишь вопросом времени и, скорее всего, почти счастливого избавления. Ее первое и последнее произведение с обманчиво райским названием - это лебединая песня девушки, которой больше не нужна жизнь, потому что у нее разом отняли и детство, и молодость, и старость. Ее фактически оставили без лица, без личности, без воли к выживанию. Строки этого необычайно поэтичного романа написаны кровью, колкие фразы составлены из кусочков выпавшей плоти, а описания самого насилия вызывают тошноту.

Если вы, как и я, жадно прочли "Мою темную Ванессу", захлёбываясь несправедливостью происходящего, то роман Ихань Линь вызовет в вас куда более неподдельный ужас. По-азиатски отточенное перо Ихань Линь разит сильнее американской сдержанности Кейт Элизабет Рассел. Антигерой "Ванессы" начинает казаться запутавшимся мужчиной, который оступился лишь однажды, в то время как мысли Ли Гохуаня, цинично наслаждающегося страданиями множества девочек, пугают на каком-то первобытном уровне. Ванесса из книги Расселл до последнего не признается себе, что стала жертвой насилия, а Сицы понимает все с первой минуты, и во время каждого акта, и после, и каждую минуту своей навеки испорченной жизни. Ее попытки влюбиться в насильника раз за разом терпят поражение, они в них совсем не верит, пока Ванессу от помутнения рассудка прочно охраняет иллюзия по-набоковски порочно-красивой любви, ведь оба учителя умели пользоваться словом. И наконец, Ванессу в книге поддерживали, пытаясь открыть ей глаза на истинную природу отношений с учителем. Ее ласково подхватывали волны американского движения #MeToo, пока косность и слепота по-восточному консервативного общества втаптывало Сицы в трясину.

Именно равнодушие окружающих поразило меня больше всего - я не знаю, действительно ли тайваньское общество такое, каким его описала Линь, но мне это напомнило параллельный мир, фантасмагорическую реальность: узнающие о растлении знакомые, учителя, друзья, родственники реагируют как угодно, только не так, как единственно возможно реагировать в такой ситуации. Они ругаются на саму девочку (мол, ну ты и распутница), просят ее извиниться перед женой учителя за то, что уводит его из семьи, смеются, шарахаются от нее или даже завидуют ее "отношениям" с извращенцем (это вообще за гранью моего понимания). Эту книгу надо прописывать всем родителям и даже детям, чтобы они знали, что молчать нельзя, надо кричать, пока не сорвешь голос.

Мне невыносимо жаль загубленной жизни героини и самой писательницы. Благодаря этой книге, понимаешь, что есть такие травмы, которые невозможно пережить, особенно если окружение вместо того, чтобы помочь раз за разом тычет острой иглой в и так не затягивающиеся раны. Ужасно хочется узнать, какие детали подлинны, а какие добавлены, кто послужил прототипами персонажей, был ли персонаж Ли Итинь одной из ее подруг или ее альтер-эго, которого отсутствие красоты бросающейся в глаза, уберегло от смертельного внимания учителя. Но больше всего хочется узнать, как развивался бы ее несомненный литературный талант, если бы он помог ей излечиться, чтобы жить дальше. А пока я ищу и ищу статьи про Ихань Линь, расшифровку ее свадебной речи, отчаянные интервью, комментарии неравнодушных - и не могу освободиться от ядовитых пут ее горькой истории.

Роман включают в Триптих растления -  книги от носительниц разных культур, написанные на разных языках, которые вышли практически одновременно: "Моя темная Ванесса" американки Кейт Элизабет Рассел (2018), "Согласие" француженки Ванессы Спрингора (2019) и "Райский сад первой любви" (2017). Удивительно, что самая тяжелая, горькая и больная, как и самая откровенная из них появилась в наиболее патриархальной традиционалистской культуре, где признание женщины в совершенном над ней насилии с большей долей вероятности породит осуждение, а не сочувствие. Появилась первой.

Каждая стала событием и имела мощный общественный резонанс.  "Моя темная Ванесса" национальный бестселлер, поднятый на знамя международным феминистским движением. Книга Ванессы Спрингора уничтожила карьеру живого классика французской литературы Габриэля Мацнеффа, о прекращении сотрудничества с которым объявило крупнейшее издательство Галлимар. Правительство Тайваня приняло закон о прозрачности в образовании, обязывающий образовательные учреждения к  сотрудничеству с департаментом полиции, отчету каждые два месяца о составе и послужных списках педагогов, дабы исключить саму возможность работы с детьми людей, подозреваемых в педофилии.

Правда произошло это уже после того, как Ли Ихань покончила с собой. Да, прекрасная богатая и знаменитая молодая женщина, написавшая книгу, пятый год как мертва. Ушла из жизни в двадцать шесть  лет, не имея сил справиться с диссоциативным расстройством личности, развившимся в результате многолетнего абьюза. Не последней в ряду причин суицида стал отказ департамента полиции возбудить дело против растлившего ее педагога.

Итак, Тайвань начала нулевых, страна, которая динамично развивается, делая ставку на высокие технологии, средний доход населения раза в четыре выше, чем в России, при том, что стоимость жизни всего в полтора раза дороже. Две двенадцатилетние девочки, соседки по высотному кондоминимуму, жизнь в котором предполагает определенный уровень доходов и социальный статус, дружны, практически как сестры.

Обе редкие умницы: читают Пруста, Маркеса и Достоевского в то время, как сверстники разглядывают манга. Девчонкам есть, на кого равняться,  прекрасная Ивэнь, недавно вышедшая замуж за их соседа, богача Ивэя. В том доме бедные не живут, но  семья Цянь это старые деньги и устойчивое положение в рейтинге национальных компаний - у девочек квартиры, а молодым свекры откупили целый этаж.  Так вот, Ивэнь имеет ученую степень литературоведа и, посвятив себя после замужества семье,  дружна с девочками, которые зовут ее сестрицей.

И в этот дом въезжает семья учителя подготовительных университетских курсов. Он из числа обаятельных интеллектуалов, смещающих представление о человеке гуманитарной профессии на шкале социальных рейтингов от "задрота" и "ботана" к "знаменитости" и "властителю дум". Не стоит забывать о сильном влиянии конфуцианства, в котором престиж наставничества много выше учительства западной традиции.  К удивлению и радости родителей девочек, учитель изъявляет желание дополнительно заниматься с ними. Ну так, по-соседски и безвозмездно.

Что ж, недурная иллюстрация к бесплатному сыру, сами знаете, где. Пока дурнушка Итин добросовестно готовит домашние задания, платонически вздыхая по златоусту учителю, нимфетке Сыци приходится столкнуться с иной ипостасью наставника.  Описание изнасилования,  совершенного человеком, убежденным в безнаказанности, умелым манипулятором внушившим девочке чувство вины за собственную порочность - читать физически больно.

Лин  Ихань со скрупулезным тщанием выписывает разрушение личности девочки, с которой (апофеоз цинизма) учитель Ли не довольствуясь плотскими утехами, действительно ведет просветительские беседы, мня себя едва ли не Пигмалионом. Постепенно подменяя в системе ценностей истинное на мнимое, взламывая самое ядро личности, гася божественное пламя ее души. Параллельно разворачивается драма красавицы Ивэнь, чей избалованный мажор муженек становится буен во хмелю, а хмелен он всякую ночь. Это тоже страшно и больно, хотя происходит в роскошных интерьерах и бриллиантовом дыму дизайнерских ювелирных украшений.

Невероятно сильная и очень хорошо написанная-переведенная книга, которую стоит иметь в читательском активе. Это больно и горько по смыслу, но, парадоксальным образом, дарит эстетическое наслаждение высокой поэтикой и читается удивительно легко.

Этот роман — моё первое знакомство с китайской литературой. И более чем удачное. Хотя в отношении книг со сложными темами трудно говорить о том, "понравилось" ли чтение или нет — в конце концов, разве может понравиться тема насилия? Тем не менее, книга невероятно актуальна и социально значима.
⠀
"Райский сад первой любви" — художественный роман, основанный на реальных событиях, происходивших с автором. Это история о начитанной и умной школьнице, попавшей под влияние взрослого учителя литературы и китайского языка. Это история совращения и многолетнего насилия, под прикрытием чувств. "Таким образом я выражаю свою любовь к тебе", "ты очень красива".
⠀
Это не просто дневник жертвы — в романе вы услышите несколько голосов. это и близкие подруги девушки, и предыдущая жертва, и сам Учитель. Главный ужас всего повествования в безнаказанности насильника, в его методах очаровывания несовершеннолетних, в том, что после каждой истории он и всё его окружение продолжают жить обычной жизнью.
⠀
Виной тому и зашоренность общества, и нежелание верить малолетней школьнице и её подругам, и невнимание со стороны родителей, и близкие дружеские отношения между семьями жертвы и насильника, и отсутствие доказательств вины этого человека — он прекрасно знает, что он делает, и как не быть привлечённым к ответственности по закону. Благодаря всему этому, Учитель занимался своим грязным делом более 20-ти лет. По признанию автора, его образ был написан с реального учителя.
⠀
В книге очень много красивых рассуждений о любви и нелюбви, сопровождаемых мыслями и школьниц, и учителя, и их окружения. Это до жути очаровательная тема, которая подпитывается нездоровыми отношениями главных героев — и всё это приводит к буре эмоций после прочтения. Очень рекомендую тем, кого заинтересовал этот отзыв — книга однозначно стоит прочтения.

Пять звёзд в качестве оценки - явление условное. На самом деле, я испытываю от этой истории огромный и противоречивый клубок эмоций - от омерзения до бешенства; я очень выборочно буду советовать её друзьям и знакомым, потому что здесь, как нигде, нужно отделять смысл от содержания. И именно поэтому оценка высока - есть темы, на которые нужно писать и читать, потому что мы всё ещё не готовы многое обсуждать открыто, потому что нет более уязвимой категории общества, чем дети и подростки, потому что стигматизация жертвы - преступление не меньшее, чем изнасилование или педофилия.

«Райский сад первой любви» так и тянет сравнить с нашумевшей «Моей тёмной Ванессой» Кейт Элизабет Рассел. По внешним признакам книги очень похожи: история отношений девочки-подростка и взрослого учителя литературы. Но - не думала, что это возможно - история «Райского сада...» на порядок омерзительнее, а учителя Ли Гохуа хочется забить битой до полусмерти. Можно со скрипом понять любовь и одержимость Гумберта, но Стрейн и Ли - недочеловеки, лишённые какого-то базового набора человеческих чувств, поставившие преступление на конвейер. Китайская версия как будто тоньше и воспринимается больнее по двум причинам. Во-первых, из-за того, что в Азии положение женщин по-прежнему далеко от западных (тоже не идеальных) стандартов, и поднять вопрос об изнасиловании для жертвы зачастую означает потерю репутации и чёрную метку на всю жизнь. Дичайшие сцены романа - даже не принуждение ребёнка к сексу (это страшно и противно само по себе), а реакция близких, которые перекладывают ответственность на девушек. Что-то подобное я недавно наблюдала в корейской «Госпоже Ким Чжи Ен, рожденной в 1982 году», где школьниц наказывали за то, что они смотрели в окно на эксгибициониста, но полицию вызвать не потрудились. А, во-вторых, история Линь Ихань, к сожалению, не художественный вымысел. Это чувствуется и это пробирает до костей. Девушка сама подверглась насилию и так и не смогла с ним справиться: вскоре после издания романа она покончила жизнь самоубийством, а её учитель так и не был привлечён к ответственности, хотя правительство Тайваня всё-таки ужесточило законы в отношении репетиторов. Вряд ли это утешает семью Линь Ихань и, тем более, это не вернёт её к жизни, но всё-таки одним она помогла понять, что они не одиноки в своей беде, других от этой беды уберегла, а третьих заставила задуматься, всё ли в порядке в их уютном королевстве.

В романе есть ещё одна нездоровая линия - чудесная нежная сестрица Ивэнь, умница, окружённая книгами, изящная статуэтка, добрая душа и ещё одна жертва, молчаливо мирящаяся с насилием. Но при общей параллели и общей боли, Ивэнь всё же взрослая и делает свой выбор (что отнюдь не оправдывает её улыбчивого домашнего монстра). Потому и справляется, пройдя через собственный ад. А малышка Сыци - увы, нет.

Никогда не считали, что Ваши руки излишне грубы, когда в них попадает воистину тонкая и изысканная материя? Кожа подсушенная, с мозолями, из которых торчат острые кусочки, что наносят повреждения нежному полотну. Никогда не чувствовали себя грязными, нелепыми в дорогом месте, где все чуть ли не в вечерних платьях, восседают на своих местах с изящно выгнутыми спинами? Вся кожа начинает зудеть и отвратительно потеть, а на каждом видимом участке мерещится латка, разошедшийся шов, волокна шерсти или намёки на какие-то пятна от чего-либо. И всё такое неряшливое, старое и заношенное. Никогда не ощущали себя глупыми, слушая необычные мотивы, глядя на невероятные картины, сидя во время чтения всем миром признанной классики и не видя в ней ничего, только отражение пустоты собственной головы, скудоумия, невозможности постичь вершин, где воздух чище, дышится ярче и видно незабываемое?
Вот нечто подобное я ощущаю постоянно, случайно в этом хороводе жизни пересекаясь с подобными произведениями. Тема животрепещуща и всегда актуальна, не спорю. Речь авторши в конце необычна и имеет разрывной эффект. Но у меня были какие-то другие ожидания. Я думала, что сейчас прочту дневник жертвы изнасилования, обычной девчонки, а встретила меня история человека, потихоньку съехавшего с рельс. Это как сидеть рядом с психически больным человеком и слушать его бормотание о бабочках, пытаясь проникнуться его трагедией жизни. Мне больше подходят более прямолинейные тексты, но я ни в коем случае не желаю осудить. Речь идёт о моём личном восприятии: всё это излишне возвышено для меня, я не любитель поэзии. Мне плохо понятна "любовь" Сицы. Хотя возможно я просто не хотела это впускать в себя, чтобы услышать. Подобное - очень неприятно. И ещё хуже то, что порой сочувствие некоторые из жертв находят как писатели славу - только после своей смерти.
А книгу рекомендую, в особенности ценителям поэтического повествования.

Как то очень сложно про такую книгу говорить понравилась или нет. Для того чтобы сказать что она понравилось, придётся признать что и описания секса с детьми вроде как должны были понравиться. Сказать не понравилось, вообще рука не поднимется, потому что она какая то не смотря на периодическое чувства подташнивание при чтении очень легкая и невесомая. Но это заслуга, конечно, автора которая так все написала.
Тут вообще дело не в нравится не нравится, тут дело в том что такие книги нужно писать, их нужно читать и о них нужно говорить. Тем более когда они так красиво написаны. В моем окружении есть достаточно знакомых которые не желают разговаривать со своими детьми на такие темы как педофилия или инцест. А мне кажется и разговаривать нужно и вот такие книжки как эта или как та же самая «Моя темная Ванесса» давать читать, а потом вместе обсуждать. Иначе это позиция страуса получается, спрятать голову от проблем и сказать что то в стиле «Мы живем в хорошем окружении, детей нужно воспитывать и учить прекрасному, а не грязи». Нет, детям надо объяснять, что это все не любовь, это все не нормально, вина маленьких девочек во всем этом нет, да и большие девочки тоже не виноваты, но про больших это уже другая история. Такие истории случаются абсолютно в любом обществе и абсолютно в любой среде. Нельзя об этом молчать.
Книга автобиографична. И в каждой строчке чувствуется что боль и страдания не придуманные, а пережитые. Это истории девочки, которая в возрасте 12 лет стала любовницей своего учителя по литературе. Ну а если называть вещи своими именами, то учитель ее изнасиловал, а потом рассказал какая она особенная и какая у них классная большая и чистая любовь. Девочка поверила, заставила себя его полюбить, ведь когда любишь заниматься сексом должно быть приятно, а не мучительно. И это мысли ребёнка!
Вся дичь заключается в том, что учитель этот почитаемый в городе человек, родители девочки его знают и любят. А она у него естественно не единственная такая, свежее молодое «мясо» оно всегда привлекательно. И ничего что есть жена и дочь, дочь мы будем воспитывать как глупую и тупенькую куколку, чтобы потные мужики не позарились, а жене навешаем лапши, она женщина, схавает.
В общем в книге автор изливает, с какой то легкость и поэтичностью все те страдания и муки телесные, душевные через которые ей пришлось самой пройти. Все пережитое она должна нести в себе. Ведь даже когда Фан Сыци решает рассказать все лучшей подруге, то наталкивается на то что та обвиняет ее и называет грязной. Немудрено, что она сходит с ума.
Именно, поэтому такие книги нужно читать и обсуждать и вдалбливать своим детям, что в таких историях не может быть вины ребёнка, взрослые мужики они на то и взрослые, чтобы уметь себя контролировать, а не поддаваться своей похоти и заливать о любви, которой там даже и не пахнет.