Бюро проверки

Действие романа Александра Архангельского «Бюро проверки» так или иначе вертится вокруг религии, однако кульбиты при этом выписывает, подчас неожиданные.

Например, православие на протяжении большей части книги предстает перед читателем в роли чуть ли не тайного ордена (а может и не ордена, а может и не православие — но, кажется, к финалу подробности уже теряют для автора какое-либо значение). Просто какой-то «Код да Винчи» советского периода, причем исключительно в хорошем смысле. Потому что предъявить читателю размышления о боге и судьбах России в нашей современной литературе может примерно каждый первый, а вот выстроить вокруг них практически шпионский роман — задача нетривиальная, с которой автор справляется если и не на «отлично», то на твердую четверку (о том, за что снимаю балл, чуть позже).

Александр Архангельский — мастер неожиданных миксов. Любовь к богу в его романе сочетается с любовью к жизни, причем в самых вещественных и плотских ее проявлениях. Одинаково талантливо, ярко и с изрядным сладострастием автор описывает детали церковных обрядов, вкусную и здоровую пищу, а также объятия и прелести своей возлюбленной. Здесь напрашивается сравнение с еще одним нашумевшим бестселлером — просто-таки «Есть, молиться, любить» по-русски. И эта аналогия также лишена какой-либо иронии. Что для американской писательницы, красиво медитирующей в ашраме — закономерный итог, то для воцерковленного советского аспиранта (главного героя «Бюро проверки») — революция. Тема обретения гармонии - прямо скажем, не самая популярная в русской прозе, - придает роману удивительной свежести, даром, что речь идет о событиях почти сорокалетней давности. Тезис «Бог есть любовь», к тому же весьма вольно трактуемый, это уже не «все тлен» и не «разворовали Россию», а что-то приятно новое. «Бюро проверки» опровергает постулат, вложенный автором в уста одного из героев: счастье — понятие не христианское. И за это прямо хочется пожать писателю руку. Александр Архангельский лично для меня стал популяризатором религии. Пиар православия, как по мне, выходит у него лучше, чем у многих из тех, к чьим непосредственным обязанностям относятся подобные функции.

Я удивилась, когда в середине романа главный герой признался, что в бога он, безусловно, верит, а вот в церкви ему не по себе. Я-то сама совершенно разделяю эти чувства, однако то, что автор говорил устами героя до этого, свидетельствовало скорее об обратном. До того завлекательно были описаны детали православных обрядов, сопутствующая атрибутика, убранство и прочее — честное слово, в церковь захотелось сходить! Именно об этой осязаемой, буквально «предметно-бытовой» стороне религии в романе написано много, причем с толком, с чувством и проникновенно.

Еще один мой респект автору за то, что внятный разговор о религии в романе не перешел в философские искания на тему веры. Роман не смог бы обеспечить необходимой для этого глубины и не выдержал бы сопутствующего пафоса, а умение вовремя остановиться, равно как чувство меры и вкуса — навык для писателя крайне полезный. Александр Архангельский не лезет читателю в душу и не выворачивает свою, держит определенную дистанцию, но относится с уважением, и это приятно.

Роман «Бюро проверки» завоевал мое читательское внимание не сразу. Начинавшийся как вялотекущий рассказ об очередных бессмысленных похождения скучающего неудачника, он постепенно набрал силу, стал полнокровным, и я поймала себя на том, что читаю его всерьез, без скидки на общее бедственное положение российской литературы. Даже олимпиадная Москва к концу романа перестала казаться картонной декорацией в стиле ретро, ожила, задышала. Достигается этот эффект не только благодаря развитию сюжета, хотя сюжетная линия романа, безусловно, заслуживает отдельного упоминания.

Автор явно сделал ставку на интригу, и она сыграла. Тайна вокруг одного из героев, присутствующего в тексте эпистолярно, обеспечивает роману немалую долю успеха. Но вот что странно, потрудившись придумать вполне годную загадку, сочинение соответствующей разгадки автор как будто счел делом недостойным. Такая непоследовательность читателя, конечно, обескураживает, если не сказать больше. Нельзя всю дорогу играть в детектив, а в конце заявить, что твоя книга слишком большая, чтобы банально расставлять все точки над «и». По отношению к читателю — чистое вероломство.

Это и есть ложка дегтя, подпортившая мне хорошее впечатление от книги, но, к счастью, не нивелировавшая его совершенно. Все-таки пациент скорее жив, чем мертв. Александр Архангельский написал увлекательную, живую и где-то даже вдохновляющую книгу, а эти симптомы так нечасто встретишь у современного русского романа, что простить ему не вполне удавшееся заигрывание с жанром удается легко.

Жаркое лето восьмидесятого, Олимпиада, старцы всех мастей, разложившаяся элита, КГБ и схватка бульдогов под ковром, – и классический мучительный вопрос «Как жить? Куда податься?». Таков расклад в романе Архангельского «Бюро проверки».

Поначалу кажется, что перед тобой попытка писать душно и плотно, под Трифонова. Но потом понимаешь, что планку так высоко задирать не следует. Место «Бюро проверки» на одной полке с Анатолием Рыбаковым, цикл о Кроше. По нынешним небогатым временам - вполне неплохо. Да и что греха таить, книга Архангельского не просто рассказ о несостоявшемся архивном юноше, она обращена к молодым. Зрелому человеку роман читать поздно. Либо не поймет, либо уже давно все «понял». То, что «Бюро проверки» многие сочли детективом – лишнее тому свидетельство.

Один рецензент за другим укоряют автора – слишком много деталей, мелочей, обилие реквизита. Я же нахожу в этой изнуряющей подробности скорее позитивные моменты. Наконец-то закончились времена абстрактных литературных постановок - «Ночь. Улица. Фонарь. Аптека». Теперь все как у людей, в хорошем современном романе – вместо безвоздушного пространства в котором, действуют бесплотные герои – густой быт, как люди живут: с указанием цен, свойств, характеристик. Если мебельный гарнитур, то конкретной марки, не абстрактные папиросы, а «Прима». И все это не так тупо, в духе «Одноклассников», как у Идиатуллина в «Городе Брежневе»: «Кто помнит, жми «класс!».

Архангельский создает своего рода топографию и мифологию (всякий писатель - мифотворец) того времени. Вместо привычного серого безликого совка – там ГУЛАГ, здесь партком, где в ГУЛАГ отправляют, - современный город с улицами и памятными местечками, культурной движухой. Конечно, все это несколько концентрировано, в жизни все несколько более разрежено и менее ярко. Но для начала лучше больше, чем меньше. Чувство меры – дело наживное. Хотя то, что его в «Бюро проверки» не хватило - вполне очевидно. Слишком уж автор захотел объять необъятное. Одних идейных исканий студента Ноговицына хватило бы на всю книгу. Но Архангельский зачем-то пристегнул к ним политику, картины разлагающейся верхушки, КГБ и прочий авантюрно-сериальный антураж, заставив вторую часть книги нестись вприпрыжку. В итоге содержательно книга поблекла и превратилась в тривиальную беллетристику, типовой литературный продукт с агентами спецслужб, конспирологией и околоправославными апокрифами про чудеса и сильных духом.

Книга же в действительности не о том, как КГБ с МВД бодалось, а крещеный аспирант попал меж ними как зернышко, и не об антисоветских заговорах. Сам Архангельский говорит, что это роман воспитания и испытания. Что, в общем, так и есть.

Алексей Ноговицын стоит перед выбором. Все, кроме одного верного, – чистой воды искушение. Здесь славный стол и свободный разговор, там подвиги, или напротив жизнь любомудрого пескаря с теплым спокойным местом, диссертацией, одобренной ВАК и неплохими перспективами стать со временем таким же Учителем, как Сумалей или грузинский прядослов, возникающий на последних страницах.

Но вот беда, по тому, как складывается книга, нет ощущения, что герой нащупал этот самый верный путь. Скорее вынул его из цилиндра как кролика. Выбор собственный, но вот свой ли?

Крест достается, а не выбирается. Проблема романа в том, что понимая различие между личным выбором и выбором индивида, Архангельский так и не соскочил с линии, ведущей к дурной бесконечности своеволия и индивидуалистической замкнутости. Пройти через страдания можно (особенно, когда приходится). Стремиться к страданиям нельзя. То есть романтическая путаница между сближением с жизнью и культом героической жертвенности в романе не преодолевается, а просто переносится в другую плоскость. Излишне говорить и то, что классический рецепт погружения в народную жизнь (символом чего еще может быть армия?), который невольно прописывает себе Ноговицын в финале, может оказаться фатальным как для него самого, так и для народной жизни.

Впрочем, сам абстрактный призыв жить своим умом и искать собственных дорог всячески достоин одобрения. «Бюро проверки» - роман о свободе, без которой невозможно никакое самостояние. Но свобода на то и свобода, что о ней непросто что-либо говорить в утвердительном плане. Книга рисует нам обратное, скорее картину бегства от свободы. На чем стоит вся антисоветская деятельность большинства персонажей книги? Не на борьбе за нашу и вашу свободу, как принято считать. Она представляет собой поиск человечной несвободы, просвещенного абсолютизма. Почти у каждого героя есть желание подчиниться кому-то авторитетному – огненному столпу православия, гуманитарию – эрудиту, барду с гитарой. Тому, кому не стыдно, кому сам себе можешь дозволить, а не кому следует. Люди живут кумирами, и эта слепая привязанность к идолам просто принимает разные формы, выступает в опасной для души и тела форме очеловечивания зависимости и слабости. На этом фоне поразительно свободными и раскованными смотрятся люди «системы» - Сергеев, Евгения Максимовна из КГБ, отец Илья – заурядный служитель культа. Они живут. Принимают решения и согласуют свою жизнь с фактами и обстоятельствами, а не духовными наставниками.

Рутинность, заурядная жизненная арифметика, которой они придерживаются, выглядит симпатичнее, чем искание идолов, облегчающих уход от ответственности. Увы, не для того, кто до старости щенок.

В этом смысле похороны Высоцкого в конце романа в определенной степени символичны. Истуканы приходят и уходят. Пора брать свою судьбу в собственные руки, обратиться к фактам.

Кое-что происходит прямо сейчас, в эти 9 дней, подробно описанные в романе. Нелепое и бессмысленное предательство всплывает, как в замедленной съемке. По деталям собирается предыстория судьбоносных для героя дней, совпавших с проведением Олимпиады в СССР.
.
Весь роман - тихая обыденность, неспешность жизни знакомая любому. Проснулся, позавтракал, трамвай, институт, магазин, подруга, телевизор, вернулся, поцеловал маму, лег спать.
.
И также буднично решается судьба парня. Кто-то, между делом, переводит стрелку и его Поезд несется совсем в другую сторону. И, судя по международной обстановке, несется в неотвратимый тупик.
.
Менее 10 лет до полного распада советского строя. Но он ещё успевает скрутить в бараний рог некоторых своих граждан.
.
А ведь ничего серьезного герой не делал. Поиски себя в молодости, поиски родственной души и доверительных отношений, столь необходимые молодым людям. Стремление постичь смысл жизни. Стремление любить.
.
Герой решает "стать православным". Окружает себя непомерными обрядами. И негде ему найти помощи. Все священники поверхностны и неучасны... Но роман не о религии, он о свободе.
.
В советской стране ее не было.
Книги, фильмы, беседы на любые темы - от мусульманства до кришнаитства, от феминизма до домостроя, все оттенки истории и философии - сейчас это наша простая жизнь, незаметная свобода выбора всего, что душе угодно. Сейчас это кажется естественным, как воздух. А вот глядите! Ещё наши родители этой свободы не имели.
.
Не бог весть какая свежая идея. Но эта странная история ещё раз напоминает об опасности идиализирования недавнего тоталитарного строя. Пусть даже и со множеством его очевидных плюсов.
.
PS: По моему отзыву может показаться, что книга тяжёлая. Но совсем нет! Это действительно тихий, бытовой роман. Вследствие чего, читается порой со скрипом - трамваи едут, почта работает, события не случаются. Можно заскучать. Но, если решите читать - не поддавайтесь скуке. Все мелочи окажутся востребованы.

Удивляет внутренняя пустота героев. ГГ болтается просто потому что "так надо". Пришел к родителям девчонки - потому что "сам не знаю", не уверен даже что люблю. Но надо же жениться. Надо. Подружился с ней - потому что она САМА настояла. Воздерживаемся от секса - потому что "так сказано". Стал православным, потому что профессор-чистоплюй сказал так сделать. Поехали на разоблачительную миссию в самом конце и не доехали. Простите, это книга про каких-то импотентов.

Приходят письма, которые сделали ГГ наркоманом. А там присылают консприологические рецепты. Как сейчас учат через сети выполнять квесты, так и тут нечто такое же, (опережающее время соцсетей). И ни одного сомнения в правильности того, что тебе присылают... А где ты сам?

250 страниц - и ситуация ни на миллиметр не сдвинулась. Письма приходят, ребенок уже наработал на статью, а понимания никакого - это что за ГГ размазня? Я не понимаю, почему Архангельский подсовывает такого безличного, идиотического, отрешенного придурка? Хотел сделать трагедию, показать его как жертву? Нет. Хотел показать молодежь в сложное советское время? Нет. Хотел показать образец для подражания или наоборот осуждения? Не получилось.

Я не читал раньше книг издевательства издательства Шубиной. Эта первая, говорят, что все книги этого издательства - русофобские. В общем-то современная литература в упадке, подобные издательства безраздельно властвовали в литературном бизнесе более 30 лет. Об этом свидетельствуют многие книги. И вот из прочтенных мною недавно - тоже. https://vl09.livejournal.com/536577.html Такое ощущение, что в центре нашей литературной жизни сидит мерзкий паук и организовывает так, что множество авторов строчат эти книги с героями импотентами, больными ситуациями, унижающими человеческое достоинство... В принципе мысль духовной, физической, социальной немощи современного человека (импотенции) возможно в этом издательстве рассматривали как очень необходимую мысль.

Ведь посмотрите. Девчонка гг практически разоблачила "письма от старца с конспирологией" и они почти уже увидели разоблачение собственными глазами. Вдруг повествование резко обрывается - и машина залетает в канаву. Они еле живые возвращаются домой... Я рискну предположить, что в оригинале книги герои увидели бабу, которая строчила эти письма, подписываясь иеромонахом, и написала донос в КГБ, и разрушили ее гнусные происки. Но в издательстве сказали - нет, так не надо. Тогда интриги о православии не останется. Православие в книге тогда будет реабилитировано. Нет, так не пойдет. Если в русофобском издательстве ищут грязь, зло, дерьмо и тьму, думаю, что примерно так все и было.

Вообще, очень странно, брать для книги тему характерную для околоцерковных, полусектантских, псевдоправославных, криминальных, вредоносных социальных брожений и оставлять эту тему без решения. Вот как об этом пишет Юзефович: Однако в церкви Алексею душно: прозаичные попы, вечно всем недовольные бабки, суеверия, духовная тщета. Ноговицыну кажется, что из одной тягостной несвободы — советской — он попал в другую, не менее гнетущую и сковывающую движения его крылатой души. Единственной отдушиной становится переписка с загадочным и утонченным отцом Артемием.

Хотя правильно писать "отцом Артемием", но Юзефович, похоже намеренно не ставит кавычки. И скомканной концовке романа это не противоречит. Формально. Потому что герои так и не доехали до "отца Артемия", но правда, выяснили, что его не существует. Ее не интересует, что этот "луч света" в "душной обстановке" Церкви (и СССР) - сам подбил Алексея наработать на статью и сам же его и сдал. Не интересует ее так же и то, что подобные "прилипалы" к православию - не настоящее православие, а преступники, готовые развести молодых на что угодно. У меня складывается ощущение, что автор не стал прояснять эти вещи в книге специально, чтобы подобные Галине Юзефович критики могли делать свое черное дело и очернять Церковь.

Архангельский, вы извините, написали очень невнятно, но при этом все же на православие замахнулись. И никак это не объяснили - зачем это вам понадобилось.

Да, автор писал о 1980-м годе, об Олимпиаде, о Высоцком,.. узнаваемые ситуации, даже "теплые". Чувствуется сожаление по утраченному времени мощного государства, которое могло себе многое позволить. Юзефович обзывает это «парк советского периода» и дает подобной литературе характеристику "жутковатого зрелища", что больше всего характеризует не литературу, а ее саму.

Нет, "бюро проверки" - конечно содержит некоторую эстетику "того времени", что бы не говорила Юзефович. Но невозможно ограничиться разрозненными воспоминаниями, нечеткими сюжетными линиями, мутной мотивацией героев... Для романа требуется нечто большее. Центром романа должна была стать вера гг, но автор постеснялся, загнал себя в непонятки, побоялся злых критиков..

В результате - книга с некоторыми бытоописательными моментами из 1980, узнаваемыми ситуациями, с характерами... но с огромным неразрешенным вопросом об адекватности гг, его странным импотентным безволием и конечно - вопросом о православии. Непонятно ни то, как гг относиться в конце концов к нему, ни как сам автор относится к нему.

Книга хороша и нехороша одновременно, и вообще напоминает не до конца пропеченный пирог. Вроде все есть, а как-то неубедительно, цельная картинка не складывается. Особенно с главным героем. Он сетует, что чувствует Бога, но не понимает церкви, ощущает себя там чужим. Но по книге как будто наоборот, складывается впечатление, что он принимает только обрядовую, ритуальную сторону религии. Не похоже, чтобы истинно, глубоко верующий человек позволял манипулировать собой как марионеткой. И ведь не абы кто, а человек образованный, аспирант МГУ, философ. Уж у кого должно быть критичное мышление. А попался как кур в ощип.

Вызывают вопросы и такие фразы и обороты как женщина размытого возраста, тополя бились в истерике, целлюлитная груша (и лимон тоже целлюлитный) и т.д. А слово «неизбывный» по размещению на квадратный сантиметр книги бьет все рекорды неприличия. Одним словом, впечатление, что книгу писал студент филфака и редактировал ее такой же студент.

Еще в предыдущих рецензиях авторы отмечали атмосферность произведения. Дескать, хорошо передан дух середины 80-х. Тоже не соглашусь, не передан совершенно. Если не обращать внимание на отсутствие кондиционеров, то по описанию можно принять и за наши дни. Обильное цитирование эстрадных песен той поры ничего не меняет, также как и упоминание цвета денежных купюр и прочие приметы времени. И…. честно, ну не помню я, чтобы пломбир продавался с земляничным сиропом.

Тем не менее, ставлю твердые 4 балла за поднятую тему. Духовные и религиозные искания в поздне брежневскую эпоху практически не освещены, а тогда действительно по выражению Дмитрия Быкова реальность настолько обветшала и истончилась, что просвечивала метафизика. Люди насыщали духовный голод как могли, об этом можно судить и по дневникам Тарковского в том числе. В общем, эта тема еще требует своего исследования и описания. А Александру Архангельскому, как говорится, «за попытку спасибо».

Книга понравилась, несмотря на то, что, в конце концов, даже в эпилоге, автор так и не раскрыл всех причин интриги и не сообщил, кто и для чего так гнусно обошёлся с Алексеем. Персонажи очень живые. Особенно удался образ невесты главного героя. Архангельский рассказал нам о трагедии законопослушного человека в условиях развитого социализма. Как раз в этот период я сам был в самом расцвете сил, и описанные события мне не пришлось воспринимать на веру. Но современная молодёжь вряд ли поймёт как нужно все обстоятельства, в которых очутился Алексей.

Сам я никогда не одобрял диссидентов. Ход истории нашего государства показал, что преобразования приходят не зависящим от нас эволюционным путём. И не истерики диссидентов, их протесты, погубленные жизни свои и близких людей привели к разрушению СССР и установлению того порядка, который существует в России сейчас. А бывшие диссиденты оказались ненужными и даже вредными для настоящей России.

Архангельскому удалось без страшилок и нагнетания негатива рассказать о жизни в СССР в 1970-х гг. И вряд ли кому-то, из прочитавших книгу, захочется вернуться к той жизни.

Впечатление. Книга понравилась, несмотря на то, что, в конце концов, даже в эпилоге, автор так и не раскрыл всех причин интриги и не сообщил, кто и для чего так гнусно обошёлся с Алексеем. Персонажи очень живые. Особенно удался образ невесты главного героя. Архангельский рассказал нам о трагедии законопослушного человека в условиях развитого социализма. Как раз в этот период я сам был в самом расцвете сил, и описанные события мне не пришлось воспринимать на веру. Но современная молодёжь вряд ли поймёт как нужно все обстоятельства, в которых очутился Алексей.

Сам я никогда не одобрял диссидентов. Ход истории нашего государства показал, что преобразования приходят не зависящим от нас эволюционным путём. И не истерики диссидентов, их протесты, погубленные жизни свои и близких людей привели к разрушению СССР и установлению того порядка, который существует в России сейчас. А бывшие диссиденты оказались ненужными и даже вредными для настоящей России.

Архангельскому удалось без страшилок и нагнетания негатива рассказать о жизни в СССР в 1970-х гг. И вряд ли кому-то, из прочитавших книгу, захочется вернуться к той жизни.

Юноша бледный со взором горящим!
Всё, что мы ищем - то мы и обрящем.
Всё, что обрящем: пропьём и съедим.
И будем жить мирно до самых седин.
(Жанна Бадалян)

Бывают такие книги, после которых остаётся всего один вопрос: «Что это было?». Попытка сделать «антисоветский советский детектив»? «Антисоветский» потому что вся книга пронизана различным «инакомыслием»: тут и религия, и «запрещённые» философы, и «запрещённое» кино и разглагольствования о том, что всё вот-вот накроется «медным тазом». А «советский» потому что написано всё вполне в духе советских детективов. Не по тематике, а по стилю, немного напомнило когда-то давно читанных Олега Шмелёва с Владимиром Востоковым. Они правда писали про шпионов («Ошибка резидента» с продолжениями), а тут совсем не шпионская история. Но что-то такое есть. Например, большинству героев явно не хватает «объема» и «жизни». Какие-то все, включая главного героя, плоские и немного скучные. Но читается при этом на удивление легко и быстро. А сюжет всё же держит в некотором напряжении почти до самого финала.
А в финале возникает неожиданный вопрос: «А в чём был умысел злоумышленника, который так долго и так настойчиво водил за нос главного героя?». Деньги? О деньгах речи не было. Просто развлечься? И два года так развлекаться? Это как-то слишком. В романах, конечно, бывает всякое. У Стивена Фрая в «Лжеце» описана «игра ради игры». Но там два игрока, пытающихся перещеголять друг друга. А тут что-то в духе: «кукол дёргают за нитки, на лице у них улыбки». Да и каким надо быть идиотом, чтобы на последнем курсе аспирантуры философского факультета вести себя так, как ведёт себя главный герой?
И это второе место «Большой книги» 2018 года? Даже стало интересно, а что в тот год было. И картина потрясающая. Первое место «Большой книги 2018» - «Памяти памяти» Марии Степановой. Второе место — вот это чудо чудное. Третье место - «Июнь» Дмитрия Быкова. Финалисты: потрясающий роман Алексея Винокурова «Люди чёрного дракона», не менее интересный роман Олега Ермакова «Радуга и вереск», симпатичный сборник Андрея Филимонова «Рецепты сотворения мира». В длинном списке были: «Душа моя Павел» Алексея Варламова, «Текст» Дмитрия Глуховского, «Учитель Дымов» Сергея Кузнецова», «iPhuck 10» Виктора Пелевина… И из такого великолепия был выбран Архангельский. Удивительно.

Начало было многообещающим. Я не знала, что книга, о религиозных метаниях героя и сначала мне это понравилось. 

Но потом все ушло в некие «шпионские» игры (не ведитесь на аннотацию, где сказано, что это «и детектив и история взросления и портрет эпохи» — две последние вполне, но детективом тут и не пахнет) и конец меня совсем разочаровал. Не убедительно и вяло.

Из плюсов: в «эпоху Олимпиадой Москвы»погружает отлично, но здесь я необъективна и насколько все точно написано судить не могу в силу возраста. И тем не менее.

Любовная и религиозная линия были неплохи, но все вместе это собралось как-то «на соплях» — вот-вот развалится.