Франкенштейн

История создания этого романа не менее известна, чем сама книга. Дабы скоротать холодные и дождливые вечера, в качестве развлечения английский поэт лорд Байрон затеял литературный поединок между гостями на его швейцарской вилле. Победу отдали Мэри – самой молодой в этой компании– ей на тот момент было всего 18 лет. Она написала небольшой текст, который намного пережил произведения всех остальных членов группы, она создала Нечто, что продолжает привлекать и отталкивать читателей на протяжении уже нескольких веков, её роман считают чуть ли не первым научно-фантастическим романом.

Есть ли в литературе герой более трагичный, чем существо, созданное Франкенштейном? История самого создателя Виктора не менее трагична. Гениальный ученый одержимый идеей сотворить живого человека из мертвой плоти.

Но Мэри Шелли выходит за рамки простой истории ужасов и добавляет своему роману глубины. Психологическая тема, лежащая в основе главных героев – одиночество. Будь то Роберт Уолтон, отчаянно нуждающийся в друге, или Виктор Франкенштейн, оторванный от любящей семьи и одинокий в своей работе. И, конечно же, созданный им монстр, отличающийся от других и обреченный на изоляцию.

Но роман не останавливается на сотворении человека, на концепции жизни после смерти. Нет. Это несущественное для автора. Роман исследует последствия такого творения. Чувствительность чудовищного существа, которая впоследствии превращается в неисчерпаемую жестокость. И, читатель, постоянно задается вопросом, кто же был большим монстром – чудовище или его создатель?

Много лет назад я посмотрела запись спектакля (Лондонский национальный театр) Франкенштейн с Камбербэтчем и мне он очень понравился. Чудовище Франкенштейна обрело невероятную и поистине бессмертную популярность, эту историю интерпретировали, пересказывали, объединяли с другими и чего только не делали. Это миф, мем, статья по философии, психологии, научная фантастика и хоррор в одном лице. И я, наконец прочитав оригинальную повесть, определила для себя, что хотя история мне нравится очень, в изложении Мэри Шелли она сплошной кринж.

Мэри Шелли придумала прорывную, оригинальную идею и вписала ее в хороший, последовательный сюжет. Но жизнь в этот сюжет вдыхают те, кто берется его интерпретировать: сценаристы, режиссеры, актеры, другие авторы. Постановка Лондонского национального театра мне понравилась потому, что Дэнни Бойл грамотно ее адаптировал, задвинув все дыры, добавив драму и психологию, а актеры невероятно качественно все отыграли. С моей точки зрения автор написала не роман, а сценарий для трагедии, потому что ее история играет только когда кто-то другой берется ее рассказывать. Авторский же рассказ не погружает в сюжет и вызывает чувство раздражения.

И мне даже удалось четко для себя сформулировать, почему так происходит:

1. Виктор Франкенштейн раздражает невероятно. Он должен быть гениальным ученым, а ведет себя непоследовательно и истерично, как капризный подросток. Вы можете возразить, что истеричность главного героя происходит от того, что он после всех трагедий в своей семье просто едет кукухой. О да, определенно он сходит с ума, но вот только истеричкой он был с самого начала. В период одной из своих маний он пытается доказать всему миру свою гениальность и создает Cущество. Ой нет, что-то он слишком уродливый, хотя я сам его таким сделал, поэтому пожалуй я сбегу из дому и сделаю вид, что ничего не было. Существо убедило меня и я решил подчиниться его требованиям. Ой нет, кажется я передумал за один вечер и буду корчить обиженку. В таком стиле буквально каждое его решение! Его четко предупредили, что

Да, звучит похоже на маниакально-депрессивный психоз, но если предполагалось, что это был он, то автор не дотянула психологический портрет героя (это ирония, я понимаю, что признаки МДП не были еще описаны в то время).

2. Ужасные описания. Собственно, образно-выразительные описания здесь только у пейзажей, но я их не засчитываю, потому что они оторваны от повествования. Повествование ведется от первого лица, то есть мы видим мир глазами персонажа. У персонажа жесточайшая депрессия, из которой он не может выйти, но при этом пересказывает красоты Рейна или исторические события в городах Англии. Было бы правдоподобно, если бы повествование шло от третьего лица, но сам герой в его состоянии не способен любоваться пейзажами. Существо, все образование которого основано на трех прочитанных книгах и обрывочных рассказах французской семьи среднего класса, выражается первоклассными метафорами и терминами, которыми в то время могли общаться только деятели искусства или люди с университетским образованием. Проще говоря, люди из окружения автора.

3. Проблематика рассказывается, а не показывается. Проблема взаимоотношения создатель-создание рассказана словами, путь, по которому оба героя пришли к выводам относительно друг друга, не показан. Создание определило, что он несчастен и следовательно ненавидит весь мир. Но нам этого не показали, это всего лишь его голословное утверждение. Виктор любит своего брата, своего отца, своего друга и свою жену. Он об этом только говорит, ни в одном его поступке мы не видим этой любви. В итоге заявлено очень много интеллектуальных и философских вопросов, но поскольку мы не видим психологического пути героя, то и эти вопросы нас не трогают в полной мере.

4. Нет научной фантастики. Но Мэри Шелли не писала научную фантастику, возразите вы. Она писала хоррор. Отлично! Хоррора тут тоже мало. Для научной фантастики тут не хватает какого-либо, пусть даже псевдонаучного, обоснования. Мы знаем, что наверное Франкенштейн как-то использовал химию и экспериментировал с трупами. Даже приблизительно не понимаем, как ему удалось сделать Существо. Почему оно уродливое? Почему он сильнее, выносливее и так далее человека? Где показано то, как герой осуществлял свои научные труды? Для хоррора тут не хватает накала атмосферы. Герой должен рассказать, как ему было страшно, а он рассказывает о том, как он страдал всю книгу. Это мог быть бы добротный психологический триллер, если бы автор завезла психологию. В текущей интерпретации я затрудняюсь определить жанр.

Резюмируя все выше сказанное отмечу, что я просто невероятно расстроилась и обиделась на книгу за то, что она даже близко не такая крутая, прорывная и интересная, как заложенная в ней сюжетная идея. И нет, это не потому, что она была написана в 1818 году, а я сужу с позиции современного читателя. Писательское мастерство же существовало в 1818 году!

Прочитано в марафоне #проклятая_деревня (старое кладбище)

Удивительно все-таки, насколько определенные художественные образы из массовой культуры закрепляются в общественном сознании.
Публика настолько привыкла к кинематографическому варианту этой истории (уединенная готическая разваливающаяся башня, грозовая ночь, колоритно подволакивающий ногу ассистент-горбун, маниакальное, на грани безумия IT'S ALIVE, выкрикиваемое в небеса), что среднестатистический потребитель (я), решивший ознакомиться с литературным первоисточником, может впасть в нешуточный диссонанс, обнаружив, что в книге нет ни башни, ни грозовой ночи, ни ассистента-горбуна и даже IT'S ALIVE никто не кричит в исступлении.
НЕТ СЕРЬЕЗНО
Ни одного it's alive за всю книгу.
Я никогда не чувствовала себя настолько обманутой.

По странному стечению обстоятельств, легенда, окружающая создание книги, гораздо более широко известна, чем события, происходящие в самой книге непосредственно (ай мин, масса людей искренне считает, что Франкенштейн - это имя монстра, ffs).
Вы наверняка знаете эту историю: Мэри, ее малахольный поэтический будущий муж Перси Биш Шелли, его сердечный дружочек Байрон

и врач последнего, Джон Полидори, отправились в вакацию к Женевскому озеру, провести время в высокодуховных увеселениях, подобающих английской золотой молодежи, но погода всю дорогу была настолько ни к черту, что никто не мог сделать и полшага от благословенного тепла камина и, дабы скоротать как-то время и не совсем впустую растратить отпуск, находчивый Байрон предложил каждому из компании написать по страшному рассказу.
Мэри подошла к заданию ответственно и накатала 200+ страниц. Этому взрыву небывалой продуктивности предшествовало, разумеется, привидевшееся ей загадочное сновидение про безумного ученого, собиравшего из разрозненных кусков некое существо, и таинственный двигатель, после включения которого в существе затеплились признаки жизни. Ну т.е. КОНЕЧНО в уравнении будет присутствовать сонная греза, мы тут про готический романтизм 19 века говорим или нет, в конце концов, господи, какое уважающее себя готическое произведение того времени обходилось без приличествующего ситуации мрачного сна.

Мэри было 18 лет, когда она написала "Франкенштейна", и - несмотря на полученное ею исключительное по меркам того времени образование, за которое надо сказать спасибо ее матери, известной феминистке Мэри Уолстонкрафт, и отцу крайне либеральных взглядов - эта наивная незрелость не просто заметна, она натурально костяк произведения составляет.
Гораздо позже, в 1831, Шелли опубликовала здорово переработанный вариант, и именно он является "каноническим", и именно его я читала, но даже в этой версии, написанной не восемнадцатилетней барышней с исключительной степенью ОБВМ (let's be real, учитывая ее в высшей степени поэтическое окружение, она другой быть просто физически не могла), а ~33летней женщиной, которая, хотелось бы думать, кое-что в этом мире уже начала понимать, каждая страница буквально криком кричит про ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ и НАИВНАЯ РОМАНТИЗАЦИЯ ЖИЗНИ (это довольно скверные вещи сами по себе, а уж в сочетании).
Но нельзя, конечно, возлагать вину целиком и полностью на юность, неопытность и тепличное воспитание Мэри. Давайте лучше вместо этого возложим ее (вину) на то, насколько явно "Франкенштейн" относится к зубодробительному сраному романтизму.

Ннннннгггххххъ романтизм.
Каждая буква в романе пропитана им, каждое утомительно ненужное описание красот природы (я понимаю, что не мне - великому любителю избыточных деталей и "лишних" слов - критиковать чью-то пышную многословность, но в самом же деле. всему должен быть разумный предел), сама структура. Это история в письмах, которые капитан корабля отправляет сестре в родную Англию, с типичными для жанра подуровнями "рамочной композиции" - в одном из эпизодов в истории, которую капитан корабля записывает со слов своего загадочного друга Виктора Франкенштейна, появляется история, которую Виктору Франкенштейну рассказывает в свою очередь созданный им монстр, а в этой истории - следите за руками - мы наблюдаем за историей семьи, за которой мерзкий монстр-вуайерист следит через дыру в стене дома в течение аж целого года. Рассказ в рассказе в рассказе

Все персонажи - все они, до единого - принадлежат к романтическим героям 1000%, каждой косточкой, до последнего вздоха. Т.е. вся книга полна тонко чувствующих природу, поэзию и душу мира индивидов со сложнейшей душевной организацией, вы знаете, как оно бывает. Каждый готов на ровном месте пуститься в многостраничный монолог о природе одиночества и красоте окружающей местности, решает все проблемы безотказным методом "в любой непонятной ситуации рыдай слезами и падай в нервные припадки".
Хуже всего, разумеется, протагонист, наш illustrious Victor Frankenstein.
Господь милосердный.
Более эгоцентричного, нервного, самодовольного, жадного до внимания, заносчивого хлюпика мало кому доводилось встречать (надеюсь, что и мне не доведется более никогда).
В день своей свадьбы этот омерзительный слизняк замечает, что его невеста чет приуныла, и немедленно запрещает ей печалиться: “You are sorrowful, my love. Ah! if you knew what I have suffered, and what I may yet endure, you would endeavour to let me taste the quiet and freedom from despair that this one day at least permits me to enjoy.”
"Ты печалишься, любовь моя, НО ПОДУМАЙ ОБО МНЕ. УЖ МНЕ-ТО ЯВНО ТЯЖЕЛЕЕ ПРИХОДИТСЯ О КАК Я СТРАДАЮ И БУДУ СТРАДАТЬ ЕЩЕ СИЛЬНЕЕ. ПРЕКРАТИ ГРУСТИТЬ И ПЕРЕТЯГИВАТЬ ВНИМАНИЕ НА СЕБЯ. ВСЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ТОЛЬКО ОБО МНЕ"

Потому что как это так, совершенно недопустима даже мысль о том, что он хотя бы на секундочку не пуп мироздания, что жизни его родных не вращаются вокруг драгоценного него 24/7, и что другие люди тоже умеют испытывать грусть.
После смерти означенной невесты он продолжает страдать: "no creature had ever been so miserable as I was; so frightful an event is single in the history of man."
Sure, Jan.
Ты ведь уникальная особенная снежиночка и ни один другой человек на планете Земля не переживал смерть близких (ну а если и переживал, то горе этих смердов не идет ни в какое сравнение с утонченным горем нашего изысканного, деликатного, тонко чувствующего страдальца Виктора).
Надо ли удивляться, что эта бесконечно ноющая - и бьющаяся в нервных припадках по поводу и без, обязательно упомянуть нервные припадки - тряпка, задумав потягаться с богом, создала пугающего идентичного себе во всем, что касается душевного склада, ноющего эгоистичного монстра.
Монстр, погубив всю семью Виктора, самого Виктора и попавшую под раздачу горничную, сокрушается о том, что "конечно, они страдали, НО КАК НЕВЫНОСИМО СТРАДАЛ Я. муки совести! было НЕВЫНОСИМО их убивать, я так ТЕРЗАЛСЯ".
¯\( ಠಠ)_/¯
Я большой поклонник Сурового Нордического Превозмогания, мне глубоко отвратительно такое вот нытье.

Из всего вышеизложенного вам может ненароком показаться, что это довольно скверная книга и нет в ней ничего, заслуживающего внимание.
Но это не так.
Мне было, например, безумно интересно обнаружить, насколько это женская (за неимением лучшего определения) история.
Несмотря на то, что Мэри явно отчаянно пыталась подражать своим литературно одаренным друзьям-мужчинам, сделала мужчин центральными персонажами своего произведения и задвинула женщин на настолько второстепенные роли, что их в сюжете и вовсе будто нет, на страницах правят бал исключительно женские опыт и восприятие мира.
Франкенштейн приводит в мир новое существо - и чувствует по отношению к нему только сумбурное отвращение. Осознание своей ответственности за собственное создание и муки совести по поводу того, насколько неподготовленным оно столкнулось с враждебным миром. На момент написания "Франкенштейна" у Мэри уже был полугодовалый сын и я понятия не имею, насколько хорошей она была матерью, но размышления о материнстве ("оно родится, а я его не полюблю, чо делать дальше") возникают у большинства женщин в какой-то момент, мне кажется.
Красной линией проходящая через весь роман идея о том, что, какой бы прекрасный внутренний мир у тебя ни был, никто не захочет знакомиться с ним, если тебе выпало родиться в теле, презираемом обществом. Конечно, тут можно увидеть вариацию античных представлений о красоте (в прекрасном теле - прекрасный дух, вот это все), но как же это резонирует с закрепощенным положением женщин в истории. Никто не принимал всерьез женское искусство - в "Своей комнате" Вирджиния Вулф вспоминает некоего пастора, написавшего в газету пламенное эссе о том, как бабе не дано обладать шекспировским даром ныне и присно и во веки веков, а на вопрос заинтересованной читательницы "но почему", снисходительно пояснившего, что, мол, кошек в Рай не пускают, хотя и у них есть "какое-то подобие души". Масса писательниц публиковали свои книги под мужскими псевдонимами, чтобы широкая общественность не отмела их творчество презрительно на основании одного только пола автора. Сама Шелли изначально опубликовала "Франкенштейна" анонимно.
Можно найти тысячу трактовок центральных тем романа, но мне нравится видеть их так - как хорошо завуалированные переживания женщины, живущей в глубоко патриархальном обществе.

Так что да. Мне не пришлись по душе ни стиль, ни композиция, ни персонажи (ugh), но я могу понять, почему "Франкенштейн" - это литературное достояние своей эпохи.

Виктор Франкенштейн - молодой, любознательный, пытливый ум. Он с детства увлечен естественными науками и получив возможность заниматься любимыми изысканиями, он задумал немыслемое - вдохнуть жизнь в мёртвую материю! Что из этого получится? Какого монстра он выпустит в мир? Какой опасности подвергнет себя и своих близких?
Книга мне понравилась, хотя я очень долго её читала. Видимо, я отвыкла от старой классики, с её тягучим языком, кучей описаний и отступлений и возвышенным стилем. Всё повествование казалось наивным, многословным и поступки героев меня удивляли. Взять Виктора, создавшего некого монстра, которого он бросил, стараясь забыть о его существовании - это, как минимум, безответственно! Так ли страшен черт как его малюют? Весь роман можно считать ответом на этот вопрос. Монстр действительно монстр или монстром его сделали люди? Если бы Виктор не отринул его и проявил сострадание и человечность, может бы чудовище смогло жить мирно и даже стать ему другом? Я склоняюсь к утвердительному ответу. Не смотря на время написания, в романе затронуты острые проблемы современности - ответственность за свои поступки, социализация в обществе, моральная и этическая ответственность учёных за свои открытия.

И как я могла забыть о волшебстве старинной классической литературы? Так давно не возвращалась к работам истинных мастеров пера, что теперь просто не могу прийти в себя и собраться с мыслями, чтобы выразить все свое восхищение, вызванное красотой письма Мэри Шелли и той невероятной атмосферой настоящего ужаса, которую она сумела создать, поделившись с читателями легендарной историей, созданной при таких интригующих обстоятельствах.

Мне всегда очень нравилась предыстория создания этого великого романа, было интересно прочесть творение юной писательницы, начало которому положил никто иной, как его величество случай, нашептавший Байрону замечательную идею - предложить друзьям сочинить по "страшной повести". Мог ли кто-нибудь из собравшихся тогда представить, что развлечение, призванное скрасить ненастный вечер, станет причиной появления одного из самых знаменитых монстров, имя создателя которого будут знать буквально все, даже маленькие дети спустя десятки лет?

Первые впечатления о персонаже и самой истории, полученные благодаря просмотру разных экранизаций, от черно-белых до цветных, не превратили меня в поклонницу истории о Франкенштейне, более того, я считала, что она слишком старомодна и проста... Как же я ошибалась! Фильмы вновь доказали непреложную истину, гласящую, что ни одно кино не в состоянии передать то, чем хотел поделиться писатель в полном объеме и с нужными акцентами. Исключения безусловно есть, но они до того редки, что лишь подтверждают обоснованность правила.

Оригинальная история Виктора Франкенштейна потрясла меня до глубины души! Я уже очень давно не встречала книг, которые бы так сильно задевали и утягивали в пучину эмоций и событий, связанных с происходящим на страницах. Для меня в этой книге не нашлось изъянов или жалкого подражания, она была и остается живой, сильной и очень яркой.
Красота и изящество описаний выстраивали перед моим внутренним взором целые картины, моментально оживавшие, стоило кому-нибудь из героев заговорить или предаться размышлениям. Казалось, что я переживаю вместе с персонажами все их горести и короткие моменты счастья, которого было так мало в сравнении с тем кошмаром, в котором приходилось пребывать изо дня в день.

Я ненавидела ужасного монстра вместе с Виктором и в то же время осознавала, что и его творение имело право на горькую обиду. Творец отвернулся от своего страшного детища и поплатился за то жгучее любопытство, которое толкнуло его к раскрытию тайны рождения. Идея оживить мертвое привела к ужасным последствиям, ведь все получилось, но ученый, сумевший сделать невозможное, не пожелал хоть на минуту задуматься о последствиях, он просто закрыл глаза и наивно, как ребенок, решил, что все наладится, раз страх отступил и покинул его дом.

Меня поразила красота чувств, которые так ненавязчиво демонстрировали герои по отношению друг к другу, тепло семейных уз, искренняя дружба и нежная привязанность, все это был так чудесно и, к сожалению, хрупко. Писательница сумела распахнуть души домочадцев Виктора и показать все великолепие натуры его лучшего друга Анри Клерваля, сложно не восхищаться человеком, способным так искренне любить природу и восхищаться красотой окружающего мира.
Я привязалась ко многим персонажам и тем больнее мне было следить за тем, как чудовище, желавшее получить свое место в мире и немного любви, безжалостно отнимает все это у того, кто так неосторожно разбил свою счастливую жизнь.

Безобразное творение великого ученого, оставшееся безымянным, страшащее всех встречных одним своим видом, страдало так же сильно, как и жаждало мести. Была бы другой судьба этого человека, не брось его Виктор, или же расчетливая ненависть, с которой он приступил к уничтожению жизни своего творца, лишь ждала момента, чтобы вырваться и причинить кому-нибудь адскую боль? Мне кажется он мог бы быть другим, но общество, предрассудки и врожденная человеческая натура все равно сделали бы свое дело, озлобив его и перековав одним лишь своим смехом и жалким желанием укусить побольнее, лишь потому, что он оказался слишком другим, слишком безобразным и к тому же опасным.

Мне очень понравилась эта книга, я получила огромное удовольствие от каждой главы, было действительно интересно и поучительно, в лучшем смысле этого слова. В будущем я обязательно вернусь к этой истории, она великолепна!

Слушала в потрясающем исполнении Сергея Чонишвили. Это был именно тот редкий случай, когда я со спокойной душой закрывала глаза на ошибки в некоторых ударениях, понимая, что такой талант рассказчика, который продемонстрировал чтец, заслуживает лишь аплодисментов, а уж никак не мелких придирок. Его хрипловатый голос и особая манера чтения передавали не только мрачность происходящего, но и моменты ужаса, переходящего в отчаяние, с поразительной точностью и силой. А то, как он озвучил монстра... Подобное заслуживает лишь уважения. История и так показалась страшной, а при такой аудио книге и вовсе пробирала до костей. Великолепно!

Казалось бы, книг про Франкенштейна я не читала, фильмов не смотрела, на какие-то пересказы, кажется, не натыкалась, а о чем эта книга изначально знала. Кажется, тот самый случай, когда о классическом произведении просто изначально наслышан. Хотя я была уверена, что Франкенштейн - это как раз "творение", а не ученый, уж больно фамилия такая, подходящая чудовищу. Хотя, так оно и вышло по итогу, ибо однозначно ответить на вопрос, кто тут главное чудовище, невозможно.
А все случилось лишь потому, что Виктор Франкенштейн оказался безответственным "родителем". Знаете, как это бывает - человек, одаренный в какой-то одной сфере, совершенно беспомощен в другой. Так и здесь - увлеченный химией (и немного своей будущей славой) Виктор начисто лишен какой-либо дальновидности (читай - мозгов). Иначе как вышло так, что после долгих лет исследований и копаний, буквально на пороге действительно гениального открытия Виктор просто трусливо сбегает и делает вид, что ничего не было? А если ты сбежал в первый раз, но видишь, что все плохо, зачем сбегать дальше и пытаться жить так, будто все хорошо, ничего не происходит? Может стоило сделать нечто большее, чем рыдать и страдать о том, что я виноват во всем этом?
Но ладно, реалий того времени мне не понять, я отдаю себе в этом отчет, просто размышляю. Теперь же о чудовище, создании или глубоко несчастном существе без имени. По факту - это новорожденный, хоть и со способностью мыслить и говорить изначально. Он не виноват в том, что Виктор сделал его уродцем - уж так сложилось. И вот большой, страшный, пугающий, он оказывается совершенно один во враждебном мире. Если бы он был симпатичным или хотя бы не страшным, он мог бы найти себе друзей, знакомых, возможно, любимую, однако с его внешностью это невозможно, не смотря на то, что изначально в нем нет зла. Оно обязательно появится, и вот уже случаются убийства, и нет им конца и края.

Честно - я не ожидала, что мне так понравится. При всей возможной наивности, местами глупости персонажей, очень и очень увлекательно. Атмосферности лично мне добавила аудиоверсия в исполнении Сергея Чонишвили, не уверена, что при чтении глазами сложился бы тот же самый эффект. Понравилось и обрамление истории про Виктора и его творение, о корабле, застрявшем во льдах, история в истории, это круто. А вообще, это все про ответственность, на самом деле, и про то, что если ты берешься что-то делать, то придется отвечать за возможные последствия. И даже если ты закроешь глаза, убежишь в другую страну, спрячешься под одеялко, где тебя никто не найдет, эту ответственность никто не отнимет и не заберет себе.

Это было очень долго, нудно и тоскливо. Я читала эту небольшую книгу больше недели. Самая удачная часть произведения - это письмо-обращение М.Шелли к читателям. Мне она показалась очень интересной, воспитанной и приятной женщиной. А вот дальше... Письма исследователя Арктики (или чем он там исследовал) были вполне приемлемы на этом все.
Бесконечные велеречивые, тоскливые описания. Они просто убивали. Не понимаю почему так трудно читать иностранных авторов того времени в отличии от русских. С самого начала мне было понятно, чем все закончится. Спойлер: все умрут.
Довольно необычные мысли для девушки, жившей в то время, выраженны довольно наивно. Неприятно удивила велеричивая речь у чудовища, которая смотрится приемлемо у Франкенштейна совершено не подходитсуществу прочитавшему пару-тройку книг.
Наконец-то это произведение дочитано.

Совсем не то, что ожидалось. Все эти стереотипы и ассоциации с Франкенштейном - просто пыль в глаза, и ноль совпадений. Данную книгу с трудом можно отнести к фантастике, ибо это абсолютно типичный английский роман, полный "страстей и переживаний", а так же бесконечно устаревшим и лично меня не впечатлявшим хоррором. Очень тяготил в книге финал - несколько последних глав, это вода водянистая, где долго и упорно разжевывается морализаторство. Книга понравилась именно как классический роман с хорошим языком и интересным повествованием. Правда персонажи не пришлись по душе совершенно. Сам Франкентштейн через-чур глупо себя ведет, часто поступает не логично, что странно, ведь он ученый. Характер монстра еще путанее, но тут можно найти много оправданий для этого. Остальные персонажи всего лишь приложения к первым двум, совершенно картонные и безжизненные. Это скорее образы, чем персонажи, они должны вызывать сочувствие, но из-за безжизненности не вызывают ничего. Хотелось бы больше монстра, больше его эволюции, жизни. Как он преследовал своего создателя по морям и горам? Как он выжил? В какой-то момент я даже решила, что автор хочет привести нас к выводу, что монстр лишь плод воображения Франкенштейна, но морализаторский финал все вернул обратно, как стандартному роману.

Пока что лучший роман, прочитанный мною в этом году.
Что можно сказать о столь восхитительной вещи? Одновременно все, и ничего.
Мне повезло, что я не смотрел ни одного фильма о "Франкенштейне" и мой ум был не обременен всем тем вздором, что породил гнилостный человеческий мозг за целое столетие. Кому принадлежат права на персонажей? Все, кому ни лень, пишут об этой теме, не стесняясь даже заимствовать имена. Спекулянты-грызуны. Когда я читал аннотацию к фильму "Я, Франкенштейн", меня просто обуревала ненависть граничащая с непреодолимым желанием причинить тяжкие телесные не совместимые с жизнью создателям этого, порожденного тяжелыми наркотиками, "шедевра". Кто такой Игорь, и откуда он взялся, я так и не понял, прочитав роман. Вообще, когда читаешь аннотации к чему-либо, где фигурирует имя "Франкенштейн", в душе начинает все адски пылать и пальцы истязает чудовищный тремор. Одна Мэри Шелли умница.
Роман этот яркий пример того, что классическая литература может (и должна) быть интересной. С одной стороны мы имеем, не побоюсь этого слова, крутой сюжет, а с другой - идею и посыл автора, над которыми не перестаешь размышлять продолжительное время после закрытия книги.
Рассказанная история настолько сложна с моральной точки зрения, что однозначного отношение к ней не будет никогда. Шелли затрагивает великое множество вопросов, о которых общество предпочитает умолчать.
Во время чтение я постоянно менял отношение к персонажам, испытывал неподдельные чувства, сопереживал и ненавидел.
Вначале я испытывал жалось к Демону, но со временем, во мне разгоралось желание самолично уничтожить эту дрянь. Сам монстр Франкенштейна оказался глубокой, утонченной личностью. Вначале он, правда, вызывает чуть ли не слезы, рассказывая свою историю. Это невольно натолкнуло меня на мысль, что Шелли хочет показать нам жестокость человека по отношению к отличающимся от них созданиям, как то было в фильме Д. Линча "Человек-слон". На деле же все вышло совсем не так. "Человек-слон" бесподобный фильм, но он, все же, о другом. Итак, перед нами ранимый, чувствительный детина с дефицитом внимания, который почему-то решил, что весь мир к нему жесток. "Никто со мной не дружит, не общается, не любит, я такой несчастный, пожалейте меня" - начинает он разводить сопли, а потом ловит бесинку и приступает совершать всевозможные бесчинства. Сожжет дом - плачет, убьет человека - плачет. Шизофрения какая-то. "Я тебя убью, но не думай, что мне принесет это удовольствие. Мне будет даже хуже, чем тебе, потому что мне придется еще с этим жить, а ты умрешь" - вот такая "философия" у нашего оболтуса. Никто не говорил, что будет легко! Страдай, мразь!! Кто слышал пословицу "Истинное величие человека заключается в понимании собственной ничтожности." - вот ее можно отнести к этому роману. Демон понимал свою ничтожность, но не принял ее.
Виктор Франкенштейн тоже неоднозначная личность. Вначале он раздражает своими поступками и безрассудством, которые в последствии приводят к печальным и необратимым последствиям, но с течением страниц, он реабилитируется и прямо таки поднимается на глазах. Мыли свои он начинает развивать далее, чем на пол часа вперед, начинает думать о последствиях, будущем, и судьбе человечества. Раскаяние же пришло поздно, когда уже поменять что-либо, было невозможно.
Это переменчивое отношение к главный героям показывает нам их "рост и взросление" в рамках романа, отчего верить в происходящее становится легче.
Можно еще много чего обсуждать касательно романа, но я не люблю заниматься подобным. Пусть лучше каждый сам прочитает. Одно скажу, что здесь я не раскрыл и малой доли всего того, что прочувствовал за время чтения.
Бесценная книга!!
10/10