
Ваша оценкаРецензии
eva-iliushchenko14 января 2023 г.О путешествии досточтимого мужа
Читать далееПрочитать классику жанра утопии, написанную его родоначальником, который в придачу ещё и католический святой - это, конечно, интересно. Хотя ожидания от такого литературоведческого экскурса нередко разочаровывают: читателю, который увлекается, скажем, литературой в жанре хоррор, могут показаться ужасно скучными первые литературные эксперименты в этом направлении. Мне же ни утопии, ни антиутопии особенно никогда не нравились, поэтому к книге Томаса Мора я подходила с настороженностью, наверняка же будет скучно! Но на моё удивление "Утопия" мне даже понравилась. Не знаю, чем именно: сюжета там как такового нет, рассуждения тоже очень расходятся с моими взглядами. Наверное, у автора просто приятный и увлекательный слог, так что было любопытно и совсем не скучно знакомиться с его рассуждениями. Мне также попалось очень удачное издание, выпущенное "Наукой". Сам текст предваряют вступительная статья и письма Мора и его современников по поводу "Утопии". Несмотря на "советскость", выраженную в написании научных работ по всем канонам того времени, статья получилась познавательной и не тяжеловесной, с хорошими пропорциями научности и публицистичности. А ещё в ней автор не пересказывает сюжет, чем часто грешат аннотации. А вот письма - это единственное, что мне не понравилось в сборнике. Именно вступительные письма. В них Мор обсуждает с людьми своего круга недавно опубликованную "Утопию", причём обсуждается всё на полном серьёзе, друзья поздравляют Мора с путешествием в Утопию и всячески её нахваливают, он же соглашается с тем, какое это чудное место, дескать, он такого порядка и таких приятных граждан никогда не видел. Мне все эти ролевые игры очень не понравились, хотелось поскорее уже приступить к самому произведению, а не читать чужие игрища. Сама книга ничего особенного из себя не представляет, делится на две части, в первой из которых собравшиеся обсуждают и критикуют современный им общественный и политический строй в Англии, а во второй рассказчик знакомит их с идеальным государством Утопией. Написано всё это очень похожим на античные диалоги образом, конечно, в первую очередь на "Государство" Платона. Заимствований у античных авторов очень много ("Утопию" обязательно нужно читать с комментариями), гораздо больше, чем из Священного Писания (Мор ведь не только большой знаток и любитель Античности, но ещё и католик). Рассказ об Утопии похож на этнографическое описание, речь идёт о государственном управлении, общественном составе, экономике, языке, религии, праздниках, привычках. В общем, полноценное альтернативное государство. Как бы не резало глаза бесконечное упоминание коммунизма в аннотации, всё же Утопия действительно близка именно к этому социальному строю. Примечательно, что в одних случаях правила этого государство чрезвычайно строгие (например, без разрешения никуда нельзя уезжать), а в других - удивительно лояльные (в отношении свободы совести, например). Несмотря на то, что все детали жизни в Утопии автор прописал очень подробно, всё же она создаёт впечатление какого-то нереального строения, которое вот-вот развалиться. Как на картинках, на которых изображены абстрактные здания, выглядящие целостно и правдоподобно, но стоит приглядеться, как становится понятно, что с инженерной точки зрения такое здание невозможно. В целом какого-то вступления и заключения в этом произведении нет, оно просто повествует об устройстве Утопии, с этого примерно начинается (с небольшой предварительной "затравкой", бывшей, наверное, очень интересной и актуальной для современников Мора), а заканчивается прям сразу после окончания речи рассказчика. Такое абстрактное философское размышление об идеальном государстве, в котором автор ставит различные проблемы и предлагает их разрешение на примере порядков, господствующих в Утопии. В заключении сборника тоже приведены письма: впечатления читателей книги об этом произведении и о самом авторе - в одном письме есть даже очень подробное описание Томаса Мора, не только внешности, но и того, каким он был человеком. Книга, на мой вкус, вполне замечательная, издание подготовлено в наилучшем виде - комментариев очень много, так что социальный и идейный контекст написания "Утопии" становится понятен. Вот уж меня утомляют философские работы, но про эту не могу сказать ничего плохого. Она, конечно, не затягивает, но и скучать над ней не приходится.
16312,4K
TibetanFox20 августа 2017 г.Все совпадения случайны
Читать далее«Ах, утопия!» — вздыхаем мы и сладко причмокиваем языком. Ладно, нет никаких мы и никто не чмокает, даже зубом не цыкает, но всё равно при слове «утопия» появляется ощущение какого-то блаженства и справедливости. Как если бы было тебе лет тридцать или тридцать пять, а тебя снова отправили в детский садик, кормили всем готовым, покупали разноцветные штаны, разрешали много гулять, играть и спать. Утопия! Вот только в книге Томаса Мора утопия кажется совсем неутопической. Разумеется, если не с идейной безвременной точки зрения рассматривать, а с современной, прагматической, поближе к собственной шкуре. Про литературную ценность можно и в энциклопедии прочитать. Так хотелось бы вам примерить утопию Мора на себя или нет?
Пропустим первую часть книги (при чтении не пропускайте, Томас Мор достаточно ядовито описывает шаткие и жидкие нравы своего времени, политоту и общество, но государство, общество, власть и среднестатистические простые смертные всегда будут выглядеть гадкими). Во второй подробно и местами даже занудно описывается утопическое государство. Попробуем спроецировать его на нынешнюю реальность.
Вы живете целый год в центре города и даже немного довольны жизнью, рисуете картины, поёте и мечтаете стать великим инстаблогером, когда вдруг приходит разнарядка: вам явиться непременно в деревню, пасти коз и ворочать хилыми городскими ручонками бочонки с солёными огурцами. Вы приезжаете, ничего не зная о земледелии, но надо — так надо. Если у вас есть детская травма в виде родительской дачи с картохой и огурками, то вы поймете боль. Но бог с ней, вы растите чахлые помидорчики, которые проклинают ваше неумение, урожаи падают, вы тоже валитесь с ног, мечтая о капелюшке городского смога, а прирожденный любитель покопаться в земле сидит в это время в офисе и с зубовным скрежетом листает бумажки, мечтая о колыхании пшеницы на его полях. Пусть будет так, равноправие же.
Вы возвращаетесь в город, вроде бы всё нормально, батя пытается научить вас семейному ремеслу пропёрдывания дивана, но у вас нет дарования, поэтому вас отправляют в семью потомственных инстаблогеров. Казалось бы, победа! Но вы все равно должны помимо этого содержать огородик или поле, потому что надо. Пофотали днём свэготу, а вечером извольте полоть, не зря ж в деревне по распределению отпахали от зорьки до зорьки.
Раз в два года радость — вам выдают новые портки и шкуру, точно такую же, как и у всех остальных. За два года шмотьё размалывается в труху, но вы знайте умейте ставить на них латки, потому что надо быть домовитым. Ну и что, что вы выглядите в этом, как мешок картохи, которую вы выращиваете по вечерам, ведь мы же знаем, что истинная красота — внутри. Внутри мешка с картохой, не забывайте её поливать, а то не уродится. Ведь проднорму никто не отменял, независимо живёте ли вы в Краснодарском плодородном крае или где-нибудь на севере. Впрочем, что это я на вы, да на вы. Мы тут все — ты, в этой утопии.
В торговом плане — полная свобода. Можешь гоголем притащиться на центральный рынок и выбрать всё, что твоей душе захочется, совершенно бесплатно. Есть картоха, картоха и картоха, больше ничего нет, потому что производят только необходимый одинаковый минимум. Хочется твоей душе картохи? Не хочется, ну и ладно, приходи, когда захочется.
Но вот в твоем городе появилось слишком много дитачек, поэтому власти решили переселить вас в колонию (которую, кстати, подкупом оттяпали у соседнего государства, чтобы силком насадить там доброту и причинить справедливость). Нет, не спрашивают, проваливай и всё тут. Захочешь вернуться — получишь люлей, а если дважды проштрафишься, то отправишься в рабы. Рабство тут тоже есть, ведь все люди равны, но некоторые до ровноты не дотягивают. Да и кто будет вам наяривать утопию без рабов, Пушкин что ли? Отвлеклась. В рабы отправят, потому что свободное передвижение между городами запрещено, нужно связываться с бюрократией и властями, чтобы тебе разрешили хоть одним глазком посмотреть на картоху из Усть-Зажопинска, когда ты сам растишь картоху в Смерть-Яблинске. Картохи накапливается уже столько, что приходится продавать её в соседние страны, ну а что поделать. Деньги всё равно не нужны, но их хранят на всякий случай, для подкупа и мало ли что там вообще может быть. Сундуки с биткоинами громоздятся на чёрный день.
В утопической Россиюшке все могут быть теми, кем захотят, пока хотят они то, что говорит хотеть утопическое правление. Так ты можешь быть самим собой, но если ты будешь здоровым и красивым, то тебя будут ценить больше. Ещё есть свобода религии. Ну как — свобода. Ты можешь быть какой угодно религии и даже священником любой религии, которые пользуются огромными льготами, а вот атеистом быть нельзя ни-ни. Вдруг это оскорбит чьи-нибудь чувства верующих? За это сразу отнимают статус гражданина. Вместе с картохой.
Куда-то этот рассказ зашёл на скользкую дорожку, так что сворачиваюсь и не буду больше громоздить примеры. «Утопия» Мора создавалась, как произведение поперечное существующей власти, чтобы показать, что и по-другому можно. Сугубо теоретический эксперимент, местами неуклюжий и нелепый, поэтому горячий шёпот о том, что людям надо быть проще, добрее и эллинистичнее что ли не слышен за громыханием фантастических примеров. Кто-то хотел бы жить в таком обществе — мыслители прошлого, которые вращаются в сферах недостижимых и далёких от приземленного быта. Те, которые за идею зайца в поле лопатой убьют и готовы есть только картоху пять раз в сутки каждый день круглый год, только чтобы эти идеи торжествовали. А простые люди поплоше с утопией вообще не могут вступить в резонанс, потому что счастье у всех своё, щербатое, угловатое, неказистое, многогранное и не может под одну гребёнку подстричься даже с мощного пинка откуда-то свыше.
1175,6K
FATAMORCANA18 декабря 2015 г.Читать далееПрелестные утопийцы.
Они идеальны. как стандартный метр.
Они живут на прелестном острове в чудесных домиках. Домики не запираются, потому что а зачем? У соседа точно такой же домик, и через дорогу такой же домик. И в огородах - такой, не отличишь. Да чего там, у всех вообще всё одинаковое.Такие серенькие утипутечки. Вернее - утопусечки. Серенькие - это у них такая одежда - неброская, немаркая, без дизайнерских излишеств и прочих заморочек. Утопийцы прекрасно воспитаны, заботятся о благосостоянии всех и каждого. Если в одном домике излишек народишка, то его спроваживают в ту семью, где недостаток. Ибо нефиг нарушать гармонию. Больных в тех же целях провожают в мир иной. Ибо тоже - нечего тут нарушать картину мира и счастья.
Хотя, про счастье, кажется, вру. Про золото - брильянты было, про развлечения, еду, "обручение" или селекционный отбор - это все есть. А счастья нет. И чувств нет. И вообще, не советую для туризма.Тем более - для ПМЖ.А, нет, вспомнила, есть у них одно здоровское развлечение - они несут мир и счастье людям, завоевывая новые земли для своих расплодившихся человечков. Туземцы должны радоваться, что к ним пришли утипутечки, а кто не радуется, тот сам виноват (сценарий не оригинален).
Миленькая такая книжечка. Утопия, к которой просится приставка "анти-"
Интересно, какую бы книжицу состряпал автор, случись у него возможность жить в придуманном им государстве.
P.S. А вообще - жуть.
Нет, ну представляете себе мир, где ничего никому не надо, там нечего желать и некого жалеть. Только гордиться, почитать почетное, уважать уважаемое и тихо радоваться в отведенное для этого время.Ну и p.p.s.
На самом деле не миленькая и не книжечка. Великий труд. А учитывая время написания - вообще бомбовская вещь. Но слишком много слов потребуется для описания значимости ее в истории; о влиянии ее на нетрезвые умы гуманистов, социалистов и монархов; об актуальности в настоящем времени; о бессмысленности построения общества, где нет цветовой дифференциации штанов; о том, в конце концов, что смысла жизни нет вообще, а тем более - в таком государстве. И спасать милах-утопийцев тоже бессмысленно: и им зачем и кому это надо.
И всегда, в любом обществе, самом счастливом, самом идеальном
кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку.*842,9K
Leksi_l18 февраля 2024 г.Государство Солнца. Томмазо Кампанелла
Читать далееЦитата:
Солнце стремится спалить Землю, а вовсе не производить растения, людей и т. д., но Бог использует самую битву борющихся к их процветанию. Ему хвала и славаВпечатление:
Выхожу на финишную прямую с утопиями/ антиутопиями/ дистониями в этом году, подучилось их больше, чем планировалось, но почему бы и да.
Эта книга мне попалась на глаза, когда я искала книгу для игры, так как там было условие- книга на иностранном языке. Книгу нашла и в аудиоформате- послушала ее и на иностранном языке, что позволило прочитать ее, так как она достаточно простая и посмотреть картинки- зарисовки.Если немного «порыться», то эту книгу ставят в связку с «Утопией» Мора, якобы она является ее «продолжением», но с точки зрения другого автора. Как по мне, у обоих авторов сохраняется один стиль и один посыл для читателя, но никак не вытекает одна книга из другой.
Если посмотреть по содержанию, то, конечно такой мир можно было бы создать, да чистый жанр в истории отработан полностью и не смотря на то, что история представлена, как диалог путешественника, который был в этом идеальном городе и его хорошим знакомым-ученым (как я поняла) история получилась скучноватой в плане описания (мое мнение) и соотвественно посмотреть город может быть, но жить там- ну такое.
В целом, как проходное-ознакомительное произведение- пойдет.
О чем книга: Мир стал другим, скорее нет, чем да, люди создали свое «идеальное» государство, да. Город Солнца- идеальное государство с своей политической, социальной, религиозной системой. Все в нем понятно, все в нем логично и даже базируется на учениях известных личностей.
Читать/ не читать: читать любителям жанра
83849
Zhenya_19815 октября 2024 г.Утопия - хоть топись
здесьЧитать далее
будет
город-сад!
(с) МаяковскийПримечательна та трансформация, которая, как мне кажется, произошла с жанрами утопии и антиутопии.
Думаю, что первоначально в утопии абсолютно не важен был тот факт, что все счастливы, все человеческие права реализованы, а все обязанности приносят радость и пользу. Это как бы само собой разумеется. Важны были детали. Как именно устроена система? Как устроено правление, воспитание, образование, как распределяются блага? Вся соль утопии именно в деталях.
Антиутопия же, по-моему, первоначально была задумана наоборот. Не важно как именно тебя контролирует старший брат - наблюдает с помощью камер или посылает тебе контент на стены. Сам факт этого контроля уже должен вселять в нас ужас. Технические подробности значения не имеют.
Но случилось иначе.
Утопии сегодня наивны как детские сказки. Дискутировать о конкретных деталях на полном серьезе нелепо, т.к. по сути неинтересно какой именно механизм позволяет курочке Рябе порадовать своих стариков золотым яичком. Если мы не верим в яичко, то зачем нам спорить о механизмах?
Антиутопии же наоборот. Из-за того, что сама их суть перестала шокировать и стала чем-то обыденным, именно технические детали вызывают особый интерес. За сколько лет до реальности Брэдбери предсказал интерактивное телевидение? Какие именно слова оруэллского новояза употребляются сегодня? Что можно считать сегодняшней сомой? Это уже не глобальный ужас от чтения апокалипсиса, а спортивный интерес читателей Ж.Верна, сравнивающих Наутилус с современными субмаринами.
Оставим в стороне ту человеческую трагедию, которая заключается в нормализации сути антиутопии. Это неважно. Мы здесь про литературу.
А для нее этот переворот заключается в потере интереса читателя к утопиям. Во всяком случае, моего интереса. А остальные мне неинтересны.
Возьмем к примеру “Город Солнца” (о гораздо более интересной утопии – «Туманность Андромеды» мы поговорим скоро). Прочел я её где-то год назад. Примерно в те же месяцы я прочел первую повесть про Незнайку. И хоть конкретно Солнечный Город появится лишь во второй повести, но города Цветочный и Зеленый тоже утопические.
Надо сказать, что устройство жизни в обоих произведения (Кампанеллы и Носова) заинтересовало меня примерно одинаково. То есть, никак. Но они похожи.
Давайте суммируем Кампанеллу, чтобы было понятно даже маленьким читателям Носова.
Городом правит Знайка. Шпунтик и Винтик – элита общества. Гусля и Тюбик – тоже важные винтики (и шпунтики) системы. Кнопочки и Синеглазки не хуже малышей.
Вернемся к Кампанелле.
Большое внимание уделяется архитектуре города. Советую вместо этого прослушать цикл коротеньких лекций на сайте «арзамас» под названием «как придумать город», где, между прочего, есть и лучевой город Ле Корбюзье, и другие утопические планировки – Зеленоград, Магнитогорск, Тель-Авив, пригороды Лондона.
Зависимость счастья соляриев от астрологии не выдерживает никакой критики, и вызывает в лучшем случае усмешку. А в худшем – зуд в пальцах, требующий немедленно перелистать.
Военное, политическое, судебное устройство – кто уже читал Носова, можно не повторяться.
Единственное, что вызвало мой живой интерес – это семейная и сексуальная жизнь в солнечном городе. Здесь Кампанелла оставил летописца коротышек с носом. Ведь в СССР секса еще не было, а в средневековой Италии он уже был. Люди уже "Декамерон" читали, и понимают, что откуда растет. И с этим нужно было что-то делать. Как-то регламентировать что ли, направить в нужное русло. Короче, не пускать на самотек.
Поскольку Город Солнца – это социалистическая структура, где все общее и нет никакого неравенства, то и жены, и дети не могут быть частными. Симпатии четко отделены от деторождения.
Дети с младенчества являются собственностью государства. Здесь Кампанелла переплюнул даже другого коммунистического утописта – В. Ленина и недалеко отошел от недавней практики израильских киббуцев.
Сексуальные партнеры назначаются сверху (в смысле – пары назначаются начальством, а не в какой позе) и раз в несколько месяцев меняются. Все это во благо государства и во избежание зависти, несправедливости и прочих неприятных чувств между соляриями. В принципе, интересно здесь то, что такая замечательная система органично смотрелась бы и в антиутопии.
Так что Незнайка был бы освобожден от изматывающей необходимости выбирать из многочисленных поклонниц. Пилюлькин и Медовица не имели бы возможности разминуться. Разве что, если один из них показался бы Знайке слишком хилым, или зведы бы не сошлись, или рылом не слишком вышли. Да мало ли? А вот Пончику и Сиропчику пришлось бы серьезно занятся собой. Их перспективы на потомство, или на получение «достойной» пары, весьма тощи. А гомосексуализм в этом земном раю наказуем. Причем смертной казнью (но только, перефразируя знаменитое русское выражене, пойманым во второй раз. Гуманизм все-таки).
Ну и как обычно, главная идея этой утопии – «государство важнее конкретного человека». С такими посылом действительно любая утопия легко превратится в антиутопию.
79935
Leksi_l26 января 2022 г.Утопия. Томас Мор
Читать далееЦитата:
Мудрец будет скорее избегать болезней, чем выбирать средства против них, будет скорее бороться с страданиями, чем принимать утешения по поводу них.Впечатление: ну, что сказать. Книгу мне посоветовали в новогоднем флешмобе- это сто процентное попадание в жанр, но сто процентное не попадание в стилистику.
С одной стороны, я рада, что книгу прослушала, с другой- могла бы потратить эти 6 часов на другую книгу.
Прекрасное, утопичное государство глазами автора из 16 века, очень поразило то, что уже тогда этот жанр так развивался и ненароком сравнила с трудами современности.
Думаю, что книга подойдёт людям, которые любят философские рассуждения и беседы такого рода, но если вы фанат большого брата, то, конечно врядли зайдёт.
Световать книгу на чтение я не стала, а вот если включить ее, как источник в курс философии, то как вариант.О чем книга: автор в виде письма к другу излагает устройство идеального государства. Как в его системе относятся к людям, работе, болезням, религии, войнам и т. д. Книга больше похожа на философские рассуждения, нежели проработанную систему государства, которое могло бы существовать.
Формат книги: аудио книга. Длительность: 06:20:00. Начитка и запись были ужасные, много помех, некоторые абзацы вообще не слышно. Нет расстановки и логических пауз.
761,7K
antonrai25 апреля 2018 г."Утопия" Томаса Мора в 15 пунктах (с неуместными комментариями)
Читать далее1. Нет частной собственности. Семья есть. Государство тоже имеется. К сожалению.
2. Дома меняются по жребию каждые десять лет. Надо бы каждую неделю.
3. Земледелием занимаются все без исключения; плюс каждый еще осваивает какую-нибудь полезную специальность, например, выделывает лен. Мрак.
4. Рабочий день – шесть часов. Многовато.
5. В свободное время все предпочитают заниматься науками. Посмотрю я, какими они там науками будут заниматься после земледелия с выделкой льна. Смешно.
6. Исключениям даруется свыше освобождение от работы в пользу основательного изучения науки. И на том спасибо. Хотя наверняка не тем даруется. И не теми.
7. Все утопает в садах. Утопия, не утопающая в садах – не утопия. Одобряю.
8. В беспредельном количестве выращиваются цыплята. Неплохо. Виноград тоже имеется. Еще лучше.
9. Женщины в основном равноправны с мужчинами. Гуд.
10. Атеизм не запрещен, но атеистов все презирают и даже не считают их гражданами. Ничтожества, придурки безбожные. Но, если уж они так хотят… Уроды, вот бы на костер их всех. Но – нет, пусть, раз уж они.. не будем препятствовать. Безбожные твари. Отщепенцы поганые.
11. Счастье жизни - в духовной свободе и образовании. Ага, - и в прилагающемся к ним атеизме:)
12. Каждый обед и ужин начинается с какого-либо нравоучительного чтения. Увольте, пожалуйста.
13. Из золота делаются ночные горшки и тому подобное. Оригинально.
14. Книги Платона на острове есть. Аристотель, Гомер, Софокл. В общем, жить можно.
15. Книги эти были завезены со стороны, сами утопийцы ничего подобного написать не смогли. Тоже мне – утопия! Всем – в Грецию (желательно – в древнюю), вот там утопия - так утопия!
625,4K
Tin-tinka23 декабря 2024 г."Путь к благополучию общества заключается в объявлении имущественного равенства"
Читать далееПосле тяжёлых, грустных книг хочется читать что-то доброе, оптимистичное и что, как не Утопия, больше всего подходит под это определение. Хотя история Томаса Мора меня удивила, нарисованное им общество не показалось мне идеальным, скажем так: оно недостаточно утопично на мой вкус;) Ведь наряду с такими позитивными моментами, как отсутствие у утопицев бедности, тщеславия и алчности, на страницах книги спокойно уживаются войны, рабство, уж не говоря про махровый патриархат)
В случае отказа жить по их законам утопийцы отгоняют туземцев от тех пределов, которые избирают себе сами. В случае сопротивления они вступают в войну. Утопийцы признают вполне справедливой причиной для войны тот случай, когда какой-либо народ, владея попусту и понапрасну такой территорией, которой не пользуется сам, отказывает все же в пользовании и обладании ею другим, которые по закону природы должны питаться от нее.
Как я уже сказал, во главе семейства стоит старейший. Жены прислуживают мужьям, дети родителям и вообще младшие старшим.В этом дворце все работы, требующие несколько большей грязи и труда, исполняются рабами. Но обязанность варки и приготовления пищи и всего вообще оборудования обеда лежит на одних только женщинах, именно — из каждого семейства поочередно.
В убежище кормилиц сидят все дети, которым не исполнилось еще пяти лет. Что касается прочих несовершеннолетних, в числе которых считают всех лиц того или другого пола, не достигших еще брачного возраста, то они или прислуживают сидящим, или, если не могут этого по своим летам, все же стоят тут, и притом в глубоком молчании. И те и другие питаются тем, что им дадут сидящие, и не имеют иного отдельного времени для еды.
С той и другой стороны размещается молодежь; затем опять старики; и, значит, таким образом во всем доме ровесники соединены друг с другом и вместе с тем слиты с людьми противоположного возраста. Причина этого обычая, говорят, следующая: так как за столом нельзя ни сделать, ни сказать ничего такого, что ускользало бы от повсеместного внимания старцев, то, в силу своей серьезности и внушаемого ими уважения, они могут удержать младших от непристойной резкости в словах или движениях. Блюда с едой подаются не подряд, начиная с первого места, а каждым лучшим кушаньем обносят прежде всего всех старейших, места которых особо отмечены, а потом этим блюдом в равных долях обслуживают остальных.
А старцы раздают по своему усмотрению сидящим вокруг свои лакомства, если запас их не так велик, чтобы их можно было распределить вдоволь по всему дому. Таким образом, и за пожилыми сохраняется принадлежащий им почет, и тем не менее их преимущества постольку же доступны всем.
За прочие преступления никакой закон не устанавливает никакого определенного наказания, но за всякий ужасный и злодейский проступок кару назначает сенат. Мужья наставляют на путь жен, родители — детей, если только они не совершат такого преступления, за которое, по правилам общественной нравственности, требуется публичное наказание. Но обычно все наиболее тяжкие преступления караются игом рабства.
Они познают непосредственно на опыте, что никакой красотой наружности жены не могут приобрести расположение мужей в такой мере, как своей нравственностью и почтительностью. Правда, некоторые пленяются одной только красотой, но привязывают мужа лишь добродетель жены и ее повиновение.
Если серьезно, то книга, конечно, продукт своего времени и интересно было изучить взгляд представителя XVI века на идеальное общество. Чем-то стиль произведения мне напомнил творчество Макиавелли, отчасти Марка Аврелия и Платона, очень чувствуется, что книга создана не нашим современником, повествование неспешное, особенно первая часть, где Томас Мор и его друг Петр Эгидий беседуют с мореплавателем по имени Рафаил Гитлодей. Именно от Рафаила читатели узнают о стране Утопии, но в начале книги повествуется о недостатках современного автору мира, о том, почему не стоит поступать на службу к правителям, какие язвы были у существовавшего тогда общественного строя и почему их не искоренить законами (ведь причины прежде всего в нечестном распределение доходов, лишь избавление от частной собственности даст возможность установить справедливое общество)
Впрочем, друг Мор, если сказать тебе по правде мое мнение, так, по-моему, где только есть частная собственность, где все мерят на деньги, там вряд ли когда-либо возможно правильное и успешное течение государственных дел; иначе придется считать правильным то, что все лучшее достается самым дурным, или удачным то, что все разделено очень немногим, да и те получают отнюдь не достаточно, остальные же решительно бедствуют.Прежде всего все короли в большинстве случаев охотнее отдают свое время только военным наукам (а у меня в них нет опытности, да я и не желаю этого), чем благим деяниям мира; затем государи с гораздо большим удовольствием, гораздо больше заботятся о том, как бы законными и незаконными путями приобрести себе новые царства, нежели о том, как надлежаще управлять приобретенным. Кроме того, из всех советников королей нет никого, кто действительно настолько умен, чтобы не нуждаться в советах другого, однако каждый представляется самому себе настолько умным, что не желает одобрять чужое мнение.
Поэтому, если в кругу подобных лиц, завидующих чужим мнениям и предпочитающих собственные, кто-нибудь приведет факт, вычитанный им из истории прошлого или замеченный в других странах, то слушатели относятся к этому так, как будто вся репутация их мудрости подвергается опасности и после этого замечания их сочтут круглыми дураками, если они не сумеют придумать чего-нибудь такого, чем можно опорочить чужую выдумку.
Так вот, повторяю, если бы в такой напряженной обстановке, когда столько выдающихся мужей предлагают наперерыв свои планы для войны, встал вдруг я, ничтожный человек, и предложил повернуть паруса обратно, посоветовал оставить Италию и сказал бы, что надо сидеть дома, так как и одно Французское королевство слишком велико, чтобы им мог надлежаще управлять один человек, а потому пусть король откажется от мысли и расчетов на приобретение других земель, как ко мне отнеслись бы?
никакого количества золота не достаточно для государя, которому надо содержать войско; затем король даже при самом сильном своем желании ни в чем не может поступать несправедливо, потому что все и у всех принадлежит ему, как и самые люди, а у каждого имеется собственность лишь настолько, насколько ее не отняла у него королевская милость; при этом для государя очень важно, чтобы такой собственности было возможно меньше, потому что главный оплот его власти заключается в том, чтобы не дать народу избаловаться от богатства и свободы, когда люди не очень-то мирятся с жестокими и несправедливыми приказаниями, между тем как, наоборот, нищета и недостаток притупляют настроение, приучают к терпению и отнимают у угнетенных благородный дух восстания.
Далее, к этой жалкой нищете и скудости присоединяется неуместная роскошь. Именно, и у слуг знати, и у ремесленников, и почти что у самих крестьян, одним словом, у всех сословий заметно много чрезмерной пышности в одежде, излишняя роскошь в еде. Разве не посылают прямо на разбой своих поклонников, после предварительного быстрого опустошения их кошельков, все эти харчевни, притоны, публичные дома и еще раз публичные дома в виде винных и пивных лавок, наконец, столько бесчестных игр — кости, карты, стопка, большие и малые мячи, диск?
если разбойник видит, что при осуждении только за кражу ему грозит не меньшая опасность, как за уличение еще и в убийстве, то этот один расчет побуждает его к убийству того, кого при других обстоятельствах он собирался только ограбить. Действительно, в случае поимки опасность для него нисколько не увеличивается, а при убийстве она даже уменьшается, так как с уничтожением доказчика преступления можно иметь большую надежду скрыться. Поэтому, стремясь чересчур сильно устрашить воров, мы подстрекаем их к уничтожению хороших людей.
Рафаил так же выскажет свой взгляд на суровость наказания за воровство - принятая в Англии того времени смертная казнь не имеет смысла, зато превратить человека в раба, отправить на каменоломни намного лучше (при этом не забыв отрезать часть уха у преступника). Конечно, сурово стоит обращаться лишь с теми, кто недостаточно усердно работает, к ним можно применять "поощрение ударами", но в остальном же их стоит хорошо кормить и лишь на ночь запирать в камеры. Кроме того, отмечает Рафаил, замысел о побеге может привести раба к смерти, а свободного, кто решился ему помочь - в рабство.
Зачем нам сомневаться в пользе того способа кары за злодеяния, который, как мы знаем, был так долго в ходу у римлян, весьма опытных в управлении государством? Именно уличенных в крупных злодеяниях они присуждали к каменоломням и рудникам, держа их, кроме того, постоянно в кандалах.
Так вот, у полилеритов пойманные при краже возвращают утащенное хозяину, а не государю, как это обычно делается в других местах: по мнению этого народа, у государя столько же прав на украденную вещь, как и у самого вора. Если же вещь пропадет, то после оценки стоимость ее выплачивается из имущества воров, остальное же отдается целиком их женам и детям, а сами воры осуждаются на общественные работы. Если совершение кражи не осложнено преступлением, то похитителей не сажают в тюрьму, избавляют от кандалов, и они свободно и беспрепятственно занимаются общественными работами. Если же преступники уклоняются от них или производят их слишком вяло, то их не столько наказывают кандалами, сколько поощряют ударами. Работающие усердно избавлены от оскорблений; только ночью, после поименного счета, их запирают по камерам. Кроме постоянного труда, их жизнь не представляет никаких неприятностей.
В результате эти люди никогда не бывают без работы, и, помимо заработка на свое содержание, каждый вносит еще нечто в государственную казну. Все вместе и каждый в отдельности одеты они в один определенный цвет, волос им не бреют, а подстригают немного выше ушей, одно из которых слегка подрезают.
С другой стороны, никто из рабов отнюдь не лишен надежды на то, что если он будет послушен, скромен и подаст доказательства своего стремления исправиться в будущем, то он может под этими условиями рассчитывать на обратное получение свободы; это и делается ежегодно для нескольких лиц из уважения к их терпеливости
Замысел бегства является столь же опасным, как и самое бегство. За соучастие в таком решении рабу полагается казнь, свободному — рабство. С другой стороны, доносчику назначены награды: свободному — деньги, рабу — свобода, далее, обоим прощение и безнаказанность за соучастие; таким образом, приведение в исполнение дурного намерения ни в каком случае не может доставить большую безопасность, чем раскаяние в нем.
Вторая же часть книги посвящена подробному рассказу о том, как устроена жизнь в Утопии, как люди трудятся, как и сколько отдыхают, где принимают пищу и как одеваются, как устроено правительство. Интересно было прочесть, что все горожане должны два года жить в деревне, после этого могут вернуться обратно в город, но по запросу из деревень города посылают своих жителей для уборки урожая. Вообще земледелие - это то ремесло, которое знает каждый утопиец, но помимо него они изучают семейное дело и чаще всего занимаются тем же, чем их отцы. Хотя нет запрета выбрать себе иное ремесло, в таком случае другая семья усыновляет этого человека или же можно изучить несколько и выбрать то, что больше по душе (если само государство не окажет влияние, испытывая потребность в конкретных специалистах)
Из книги можно узнать, что утопийцы работают по 6 часов, с 2-х часовым перерывом на обед, остальное же время тратят на отдых и науки, которые у них весьма в почете, так что большинство слушает лекции на интересные им темы. В Утопии нет излишеств, никто не стремится к роскоши, а золото - это непрактичный металл, подходящий лишь для рабов, так же как украшения с камнями - детские игрушки, которые стыдно носить повзрослевшим ребятам.
Туда, в определенные дома, свозятся предметы производства каждого семейства, и отдельные виды их распределяются в розницу по складам. В них каждый отец семейства просит того, что нужно ему и его близким, и без денег, совершенно без всякой уплаты, уносит все, что ни попросит. Да и зачем ему отказывать в чем-либо? Ведь, во-первых, все имеется в достаточном изобилии, а во-вторых, не может быть никакого опасения, что кто-либо пожелает потребовать больше, чем нужно. Зачем предполагать, что лишнего попросит тот, кто уверен, что у него никогда ни в чем не будет недостатка? Действительно, у всякого рода живых существ жадность и хищность возникают или от боязни нужды, или, у человека только, от гордости, вменяющейся себе в достоинство превзойти прочих излишним хвастовством своим имуществом. Порок такого рода совершенно не имеет места среди обычаев утопийцев.
Утопийцы не позволяют своим согражданам свежевать скот, потому что от этого, по их мнению, мало-помалу исчезает милосердие, самое человечное чувство нашей природы.
У них нет ни одной винной лавки, ни одной пивной; нет нигде публичного дома, никакого случая для разврата, ни одного притона, ни одного противозаконного сборища; но присутствие на глазах у всех создает необходимость проводить все время или в привычной работе, или в благопристойном отдыхе.
Между тем с золотом и серебром, из которых делаются деньги, они обходятся так, что никто не ценит их дороже, чем того заслуживает природа этих металлов. Кто не видит, насколько они ниже железа? Без него действительно люди не могут жить, так же как без огня и воды; между тем золоту и серебру природа не дала никакого применения, без которого нам трудно было бы обойтись, но людская глупость наделила их ценностью из-за редкости.
Но гораздо большее удивление и ненависть вызывает у утопийцев безумие того, кто воздает чуть не божеские почести богачам, которым он ничего не должен и ничем не обязан; он поступает так только из уважения к их богатству и в то же время признает их в высшей степени жадными и скупыми и вернее верного понимает, что при жизни этих богачей из такой огромной кучи денег ему никогда не перепадет ни одного грошика.
Утопийпы не считают рабами ни военнопленных, кроме тех, кого они взяли сами в бою с ними, ни детей рабов, ни, наконец, находящихся в рабстве у других народов, кого можно было бы купить. Но они обращают в рабство своего гражданина за позорное деяние или тех, кто у чужих народов был обречен на казнь за совершенное им преступление. Людей этого второго рода гораздо больше, так как многих из них утопийцы добывают иногда по дешевой цене, а чаще получают их даром. Рабы того и другого рода не только постоянно заняты работой, но и закованы в цепи; обхождение с рабами, происходящими из среды самих утопийцев, более сурово на том основании, что они усугубили свою вину и заслужили худшее наказание, так как прекрасное воспитание отлично подготовило их к добродетели, а они все же не могли удержаться от злодеяния.
Иной род рабов получается тогда, когда какой-либо трудолюбивый и бедный батрак из другого народа предпочитает пойти в рабство к утопийцам добровольно. К таким людям они относятся с уважением и обходятся с ними с не меньшей мягкостью, чем с гражданами, за исключением того, что налагают несколько больше работы, так как те к ней привыкли. Если подобное лицо пожелает уехать, что бывает не часто, то утопийцы не удерживают его против воли и не отпускают с пустыми руками.
Любопытно было прочесть рассуждения автора о моногамии утопицев, о целомудрии до вступлении в брак, о том, как происходит сватовство (необходимое условие, чтобы невеста и жених предстали друг перед другом голыми, во избежание сокрытия каких-либо физических недостатков, спрятанных ранее под одеждой) и о том, что грех прелюбодеяния карается рабством, а повторный - смертной казнью.
Женщина вступает в брак не раньше восемнадцати лет, а мужчина — когда ему исполнится на четыре года больше. Если мужчина или женщина будут до супружества уличены в тайном прелюбодеянии, то оба пола подвергаются тяжкому наказанию и им совершенно запрещается вступление в брак, но князь по своей милости может отпустить им вину. Отец и мать того семейства, в чьем доме был совершен позор, навлекают на себя сильное бесчестие, как небрежно выполнившие лежавшую на них обязанность. Утопийцы подвергают этот проступок столь суровой каре потому, что если не удерживать старательно людей от беспорядочного сожительства, то в их супружеской жизни редко возможно полное единение, а между тем об этом надо заботиться, так как всю жизнь придется проводить с одним человеком и, кроме того, переносить все возникающие отсюда тягости.
Далее, при выборе себе супружеской пары утопийцы серьезно и строго соблюдают нелепейший, как нам показалось, и очень смешной обряд. Именно, пожилая и уважаемая матрона показывает женщину, будь это девица или вдова, жениху голой, и какой-либо почтенный муж ставит, в свою очередь, перед молодицей голого жениха. Мы со смехом высказывали свое неодобрение по поводу этого обычая, считая его нелепым, а утопийцы, наоборот, выражали свое удивление по поводу поразительной глупости всех прочих народов. Именно, при покупке жеребенка, где дело идет о небольшой сумме денег, люди бывают очень осторожны: хотя лошадь и так почти голая, они отказываются покупать ее иначе, как сняв седло и стащив всю сбрую, из опасения, что под этими покровами таится какая-нибудь болячка. Между тем при выборе жены, в результате чего человек получит на всю жизнь удовольствие или отвращение, они поступают очень неосмотрительно: окутав все тело одеждами, они оценивают и соединяют с собою женщину на основании пространства величиною чуть не в ладонь, так как, кроме лица, ничего не видно; этим они подвергают себя большой опасности несчастного сожительства, если впоследствии окажется какой-либо недостаток.
Утопийцы сильно гнушаются войною, как деянием поистине зверским, хотя ни у одной породы зверей она не употребительна столь часто, как у человека; вопреки обычаю почти у всех народов, они ничего не считают в такой степени бесславным, как славу, добытую войной. Не желая, однако, обнаружить, в случае необходимости, свою неспособность к ней, они постоянно упражняются в военных науках. Они никогда не начинают войны зря, а только в тех случаях, когда защищают свои пределы, или прогоняют врагов, вторгшихся в страну их друзей, или сожалеют какой-либо народ, угнетенный тиранией, и своими силами освобождают его от ига тирана и от рабства; это делают они по человеколюбию. Правда, они посылают помощь друзьям не всегда для защиты, но иногда также с целью отплатить и отомстить за причиненные обиды. Но они поступают так только в том случае, если, когда еще все было по-хорошему, к ним обращались за советом, они проверили дело, требовали и не получали удовлетворения. После всего этого они решают напасть на зачинщиков войны. Так поступают они во всех тех случаях, когда враги произвели набег и угнали добычу. Но особенно яростно действуют они тогда, когда их купцы, где бы то ни было, подвергаются, под предлогом справедливости, несправедливому обвинению на основании поддельных законов или злостного подмена настоящих. Увещание и внушение лежат на обязанности священников, а исправление и наказание преступных принадлежат князю и другим чиновникам. Но священники отлучают от участия в богослужении тех, кого они признают безнадежно испорченными. Ни одного наказания утопийцы не страшатся больше этого. Именно, подвергшиеся ему лица испытывают величайший позор, терзаются тайным религиозным страхом, и даже личность их не остается долго в безопасности. Если они не поспешат доказать священникам свое раскаяние, то подвергаются аресту и несут от сената кару за свое нечестие.
В книге много других занимательных моментов, расскажет писатель и о религии, и о войне, о торговле с другими странами, о науках и искусстве, так что рекомендую прочесть это произведение тем читателям, кто интересуется литературой, написанной много веков назад, а так же тем, кто неравнодушен к утопиям.
61983
alinakebhut22 мая 2023 г.Фантазия или реальность?
Читать далееНебольшая по своему размеру книга, которая вызвала во мне неоднозначные эмоции. Конечно, я не совсем поняла эту книгу, и многое что в ней описывалось так мне и не понятно. Возможно, это связано с тем, что автор писал очень давно, ещё в 17 веке. Но для меня хотя и не понятно, но очень интересно и необычно. В гугл говорится, что этот автор был один из основоположников фантастики. И да, я согласна, для того времени книга очень необычайна и интересна.
Книга написана с юмором, но если честно мне было совсем не смешно. Когда я читала, меня даже раздражали персонажи, и вообще ничего смешного не нашла для себя. Но юмор есть это видно издалека.
Если вы ещё не читали эту книгу, очень советую. Потому что она настолько интересна, что на каждой странице просто выворачиваешься на изнанку, в хорошем смысле.
Луна, мне тема луны не особенно интересна, хотя я всегда интересовалась подобной литературой, но уже давно ее не читала. Луна и ее жители в этой книге выглядели в образах довольно странными, и конечно бесконечно глупыми.
Мне искренне жаль было главного героя, я переживала, чтобы с ним ничего не случилось серьёзного. Но это книга с хорошим концом, и приключения главного героя довольно интересны.
Да, эта книга не дотянула до высшей оценки, но для меня открывать в литературе такие книги и читать их истинное удовольствие, потому что я очень люблю что-то необычное и новое, что дает много пищи для ума, и чем можно занять свой ум, пусть, хотя и на короткое время.
571K
Rosio29 марта 2022 г.Вольнодумие Сирано в форме романа-карикатуры
Читать далееЭркюль Савиньен Сирано де Бержерак - французский гений семнадцатого века, философ и писатель, сатирик и памфлетист, ученик Гассенди и знакомый Мольера, что же можно было ожидать от его книги... До знакомства с этим произведением я понятия не имела, что такой роман существовал и что Сирано писал фантастику. Он был знаком мне как драматург и мыслитель. И какова же оказалась фантастика от де Бержерака?
Ну-у-у... Начну с того, что это не фантастика в привычно нам понимании. Фантастический жанр здесь скорее выбранная форма, в которую можно было поместить свои идеи, свою философию, свое мировоззрение. Не стоит ожидать и приключений, здесь их по пальцам одной руки пересчитать можно и служат они исключительно для того, чтобы переместить героя из одного места в другое, дабы показать разные стороны жизни "Земного Рая" и найти собеседников, с кем можно было бы обменяться взглядами, знаниями и мыслями. Свои взгляды Сирано передает через диалоги, которые состоят из длинных монологов, так как персонажи толкают целые речи, чтобы дать обоснование своей точке зрения и донести до оппонента, почему всё устроено именно так, а не иначе. Не будет здесь рассказов о создании каких-то аппаратов,технических деталей, долгого пути к открытиям и прочего, за что многие так ценят научную фантастику. Тут всё просто: придумал, как-то собрал, как-то полетело и как-то принесло туда, куда, собственно, надо. А уж назад с Луны на Землю и вовсе стараться было не надо, просто прихватили по пути и скинули в Италии. Зато тут будут передвижмые дома и первые аудиокниги, по типу шарманки сотворенные. Надо отдать должное образованности, широте мышления и смелости Сирано. Ведь здесь философия, физика, алхимия, астрономия, медицина, анатомия, психология и даже физиогномика. Но главное в книге те идеи, которые он хотел донести, и те вопросы, что писатель посчитал важным поднять: устройство Вселенной, бесконечность, взаимодействие веществ и существ, вера и влияние клириков, преступления и наказания за них, воспитание, вечные отцы и дети и т.д., и т.п. Всё припорошено религиозным флёром.
Мир, созданный фантазией Сирано, поначалу поражает своей красотой и благостью. Но постепенно он раскрывается, его листаешь, как книгу, в которой находятся и спорные главы, и картинки, содержание которых вызывает не самые лучшие чувства. Мир оказывается совсем не таким, каким он представляется в начале. Мир мудрецов, где во главе всего стоит разум. Вроде бы. Но... Хотя... Судить о людях и их качествах по длине носа? Каннибализм и групповой секс как метод перерождения самых лучших умов? Девство есть преступление? Можно воспринять это как перевернутый мир. Но для меня перевернутый - это когда подмена понятий, когда черное выдается за белое, когда искажают смысл и извращают мораль. На Луне же просто всё наоборот, как, например, прямохождение - признак животного, а шляпу, чтобы выказать почет и уважение, надевают, а не снимают. Это противопоставление, как способ показать противоположность взглядов, основа для её обоснования. А дальше вызвать дискуссию. И то, что отвергалось догматами того времени, представить, как науку иного мира. В итоге это столкновение. Рождается ли в этих спорах истина? Конечно, нет, ибо известно, что истина прячется в вине, а споры - плодотворная почва для зарождения конфликтов. Да и вопросы здесь такие, что однозначных ответов не находится. Да и вряд ли когда-нибудь найдутся, потому что речь о людях, а человек - это не только, а местами и не столько, разум, но и чувства, амбиции, стремления... И далеко не всегда благородные и нацеленные на принесение блага. Да и благо каждый понимает по-разному. Поэтому проще порассуждать о капусте, она, по крайней мере, не сможет оппонировать. Чёртова философия.
При этом нельзя не признать, что несмотря на то, что писалось это в середине семнадцатого столетия, многие взгляды Сирано, настолько прогрессивны, что до них и сейчас не дошли. Так, только задумываются некоторые индивидуумы, но в целом же устоявшийся порядок вещей принимается как должное и неизменное. Как пример, его рассуждения о том, кому нужно руководить семьей (читай руководить вообще). Старичье, что долго находится у власти, не мудрости набирается, а, наоборот, деградирует. Не без исключений, конечно, что, как известно, только подтверждают правила. Старики не подпускают к "трону" молодых, дабы не поставить себя под удар новых идей и веяний, что те могут принести. Они уже не хотят развиваться, они не могут ничего придумать, шагать в ногу с прогрессом, интегрироваться, двигаться вперёд. Они снова и снова возвращаются к "старым, добрым" методам, чтобы удержать власть в своих руках любой ценой, насытиться не могут. Власть - страшная штука. Она даёт много возможностей и возлагает большую ответственность за судьбы целых поколений. Но она и развращает, делает уязвимыми для параноидальных мыслей, сеет семена страха, что сковывают в итоге разум и направляют действия в сторону регресса. Молодость же более гибкая, она заражена идеями и мыслями о будущем, об изменениях, о пути вперед. Это время для мечты, для движения, для самых смелых идей, для свершений. Не зря подмечено, что революции делают молодые. Но и тут не без минусов - молодость слишком порывиста, у неё мало опыта и часто е хватает нужных знаний. Как найти золотую середину? Но вернемся к нашим баранам, то бишь к роману.
Сатира? Несомненно. И куда метил автор в целом видно.
Увлекает? Вообще нет. Потому что сплошная говорильня в велеречивом стиле, напыщенная, а от ораторов периодически так и несёт самолюбованием. В своё время это было на злобу дня, но сейчас такой текст воспринимается сложновато.
Выводы? О, книга чудесно иллюстрирует мысль о том, что думать нужно, но думать нужно уметь, а слишком много думать бывает вредно. Вон Сирано думал и думал, думал и думал, а в итоге скатился в полный абсурд. В сюр какой-то. Понятно, что всё это что-то символизирует, что-то отражает, как в кривом зеркале, но за градусом происходящего бреда нечто всё же ускользает.
Что в итоге? Спор о здравомыслии. А точкой стоит промысел Божий, что удалил неверующих на Луну, дабы они не могли развратить избранных им здесь, на Земле. Закончить такой труд чистой сатирой - это хороший тон, как по мне.Определила это для себя как роман-карикатуру. Да. Вот так. И ещё раз да.
531,1K