Осінь в Пекіні

Про Пекин в романе, разумеется, ни слова. Про осень, кажется, тоже. Аннотация гласит, что это роман о любви. Я с некоторой долей сомнения соглашусь с ней, то есть, с Реймоном Кено. По мне, так в "Осени..." больше сюрреализма - не того, который стремиться удивить или шокировать, а за которым прячут людские недостатки, повседневную серость и пустату - словно боявшись или презирая мир реальный, Виан в противовес ему написал мир собственный. С открывками из "Табу инцеста", списками вылеченных и умерших пациентов, желтыми рубашками, больными предметами интерьера, сумашедшими водителями автобусов и девушкой по имени Бронза. Все это не для того чтобы анализировать тонкости перевода или характерные черты послевоенного французского авангарда - а чтобы не разучиться чувствовать и видеть.

По-моему, это одна из самых грустных книг, прочитанных мною. Если верить аннотации, то это китч, но я не уверена, что он бывает настолько безысходным. До сих пор держится ощущение, что Борису Виану было чудовищно в реальном мире, поэтому он кое-что подправил, кое-что подчеркнул и сунул читателю под нос нечто гротескное. Это еще не ужасная замкнутость лабиринтов, которой увлекался Роб-Грийе, но так близко, что от отчаяния хочется закрыть глаза.
И самое ужасное в мире Виана - что сквозь неузнаваемо-узнаваемый мир проглядывает живой человек с его страданиями и устремлениями.

"Осень в Пекине" - очень необычное для меня чтение. Написан роман был классиком интеллектуального китча, представителем французского авангарда.

Много дивных вещей можно встретить на страницах этой книги - и болеющий стул, и кусающийся мотор и автобус с необычным маршрутом, ведущим в Екзопотамию.

Да и само название вызывает вопросы - ведь ни про осень, ни про Пекин в романе не сказано ни словечка.

Но, не смотря на весь этот сюрреализм, затронутые в произведении темы важны и актуальны во все времена и эпохи.

Тем для обсуждения в романе много. Я для себя выделила три ключевые: тема религии, бюрократии и бессмысленной работы и нетерпимости общества к "другим" людям.

В пустыне, где никто не живёт, кроме археологов, которые ведут раскопки, решили построить железную дорогу.

Для этого создали комитет, приняли множество постановлений, построили гостиницу для рабочих и организовали приезд этих рабочих.

А потом... разрушили половину гостиницы, так как она стояла на пути железной дороги.

Проложить полотно дороги чуть дальше нельзя, ведь на бумажках всё решено.

Пока всё логично. Правда?;) Документы важнее реальности...

Руководит всем этим процессом Амадис Дюдю. Он нетрадиционной сексуальной ориентации. И это становится объектом насмешек. Каждый рабочий ухмыляется и оскорбляет его.

В книге вы встретите много грубых и нелицеприятных слов о нём.

Ещё один занятный персонаж романа - священослужитель аббат Петижан всеми своими действиями и философией подтверждает, что "религия для того и придумана, чтобы покрывать преступления".

Другие герои романа не менее глупы, тщеславны и эгоистичны.

Автор подобрал взрывоопасный коктель со всеми людскими пороками.

И будьте уверены, всё что должно было взорваться - взорвется.

Книга читалась сложно (всё таки авангард не мой стиль). Но забыть её будет непросто, ведь не каждая книга подбрасывает сколько пищи для размышления.

несколько лет хотела перечитать виана, но все не могла добраться, а тут порекомендовали, и я взяла и прочитала, ура.

(это, кстати, намек, что можете рекомендовать мне книги — свои, чужие, любимые, нелюбимые. если мне станет любопытно, почитаю и мнением поделюсь).

в чем разница между абсурдом и сюрреализмом? я бы определила ее так. сюрреализм — это в первую очередь про познание себя, своей перспективы восприятия мира, уход от реальности в зону вне ее через позитивную в целом призму изучения чего-то.

абсурд же — про внешнее, когда мир вокруг настолько жуткий, что ты больше не можешь воспринимать его через логичную связь вещей и событий. логика пропадает, связи рвутся — все лишается смысла. абсурд — это про боязнь реальности, про попытки осмыслить, как ты можешь в ней выжить.

и это, знаете ли, любопытно — потому что формально направления транслируют обратное.

абсурд выглядит более забавным со своими каламбурами, бессмыслицами, всяческими симпатичными лит приемами.

сюрреализм же кажется несколько пугающим, потому что там форма разбивается больше в содержании, а не в языке и композиции.

но я вообще к чему — виана часто называют сюрреалистом, мне же кажется, что он — про абсурд. это же поствторая мировая, вокруг вся нелепость послевоенного мира, его упадка, расцвета бюрократии и оптимизма, который то ли хороший, то ли должен вызывать жалость, начало нынешней жуткой пропасти между бедными и богатыми — тут больше поводов и необходимости пытаться понять мир, а не себя.

я не была уверена, что читала осень в пекине, но да, и это добавило впечатлений — забавно читать книгу, которую совсем не помнишь, и регулярно ловить что-то знакомое, вспоминать какие-то куски.

пытаться пересказать фабулу таких книг — дело совершенно бессмысленное, поэтому даже не буду начинать.

книга — классная. местами в ней нет смысла, потому что его просто нет (и это я люблю), местами только кажется, что в ней нет смысла, хотя его в достатке (и это я тоже люблю). если сравнивать с чем-то более хм, традиционным, но при этом постмодернистским, я бы выбрала распрекрасную страну коров пирсона — это такой производственный роман, скорее сюрреалистичный, чем абсурдный, очень рекомендую.

я очень люблю французскую лит традицию — которая про нарочитую искусственность, литературность, игры с языком — абсурд на нее ложится как родной. виан сыплет каламбурами, зевгмами, бессмыслицами, которые случаются для ритма, из-за схожести слов/понятий, потому что он позволяет языку вести повествование, а не наоборот. такие тексты иногда — это практический сборник литературных приемов, и мне это доставляет огромное удовольствие.

как и многие, многие варианты прочтения. это может быть лит игрушка, роман о бюрократии, роман об ужасе бытия, роман, чтобы позабавить — все это и что угодно другое — некоторых, знаю, такая проза сердит, но я никогда не находила отсутствие одного правильного ответа печальным.

ух, и как же я мечтала так писать! в моих текстах всегда есть доля абсурда, это и сознательное решение, и защитный механизм (я всю жизнь много читала, почти все мои защитные механизмы — из литературы), но сделать таким целый текст — я не могу. это отчасти хорошо, связи с реальностью, то, что она не ужасает меня настолько — это хорошо, но все равно хотелось бы так. я пыталась, но стилизация выжирает столько сил, что так ничего и не вышло.

когда начался наш с вами апокалипсис, многие бросились рекомендовать читать чуму камю — потому что название, уверена, большинство ее не читало. я не рекомендую чуму, книга, которая вся о том, что люди стремятся быть хорошими, и в тяжелые времена — особенно — она сейчас скорее навредит, потому что в ней очень уж большой разрыв с нашей с вами действительностью.

а вот абсурд — скорее поможет.

поэтому рекомендую виана, рекомендую тетрадь кенгуру, кобо абэ // bad monkeys, matt ruff // всех классиков от абсурда: ионеско, беккета, пинтера, сару кейн.

реальность рассыпается, не за чем пытаться ее склеить.

Осень в Пекине вызывает улыбку у меня , но вот до сути я так и не добралась , но это не значит что автор или книга плохая. Нет это лишь значит я не доросла до сюра . Тут нужен острый ум и сарказм , ирония тогда да ты постигнешь то что хотел поведать тебе Борис Виан. А поведать он хотел о том что наша жизнь сама по себе сюр с правилами , догмами и законами.
Герои книги люди , очень странные , ты хочешь сочувствовать , но одна их фраза сбивает вас с толку . И все вся симпатия пропадет. Кто то брюзжит , кто плюется ядом и в этом вся наша жизнь.

Пошлости много, но, а где её собственно сейчас мало?! На каждом шагу горстями… и в каждой личности до краёв.
Немного о героях…
Яркость каждого из персонажей колебалась (от «-» … до «+») от случая к случаю.
Амадис Дюдю - вначале рассказа он предстал передо мной большой растыкой, у которого день с утра не задался, у меня тоже бывают такие дни и примерно такие же проблемы с транспортом)). Но потом всё хуже. Он показывает себя изнутри во взаимоотношениях с остальными персонажами и мне это не по душе. И хотя против мужчин, которые любят мужчин я ничего не имею, но именно такой тип вызывает неприязнь.
Клод Леон – честно говоря, вообще не поняла его значимости в книге.
Аббат Грыжан – хм… он мне нравится в конце книги, его спокойствие и необречённость. Хотя в начале он не вызывает у меня симпатии и внимания.
Анжель – о, обычный образ неудовлетворенной озабоченной личности, которая влюбляется в особь женского пола и живёт лишь ей. Его мысли не настолько уж и чисты как он думает. Виан прописывает до мельчайших подробностей всю эту похоть. В общем Анжель – странный тип и мне не совсем интересен…
Анна – скупой на чувства, а вернее даже не знающий, что такое чувство. Есть в нём только желание обладать физически женщиной и всё. Это желание является его стержнем, а все остальные его качества (ум, красота и.т.д) являются только лишь приложением, хотя, на мой взгляд, должно быть наоборот!
«— Нет, не только физически. Даже с интеллектуальной точки зрения незаменимых женщин нет. Они все слишком примитивны».
Незаменимых наверно и вправду нет, и возможно Анна был прав, когда говорил это… грустно, но женщины сами в этом виноваты, а мужчины теперь являются только потребителями того, что есть на «рынке».
Рошель – среднестатистическое глупое существо женского пола.
Профессор Жуйживьом – мужчина –жёлток) знаешь, я люблю мужчин в рубашках, мне кажется, что красИвее мужчины в рубашке ничего не может быть, но тут ЦВЕТ жёлтых рубашек берёт своё, это высмеивается другими персонажами, хотя самому Жуйживьёму это собственно по барабану.
Атанагор Порфирогенет – мне кажется, что он мне очень нравится. Он единственный из персонажей который более-менее адекватен, хотя так же со своими заморочками – разбивать старинные горшки, чтобы они поместились в коробочку.
В книге есть что-то такое, что оставляет след, пачкающий сознание.
Все герои разношёрстные: от педофилов до мужчин с нестандартной ориентацией…мерзко! И как автору удалось собрать в своей книге столько персонажей, каждый из которых вызывает немалую неприязнь…
Женская часть, какая-то вся поношенная что ли, причём не стесняющаяся своего социального статуса.
Но в целом, как ни странно, книга зашла на ура!

С абсурдизмом я не очень дружу. Но Виан... он великолепен, блистателен, потрясающ.

Четыре начальных тонких ручейка - истории четырех центральных "персонажей" романа - особо и не прикрываясь литературными изысками сливаются в один мощный поток, в котором бурлят перемешиваясь реальность и абсурд, ирония и сатира, любовная интрига и потрясающая игра слов. Все сплетено, слеплено настолько крепко, переходы от реальности к "реальности" настолько тонки, что иногда путешествуешь по виановскому миру и не замечаешь, когда, где и главное что изменилось и изменило мир до неузнаваемости.

Да, и не пытайтесь найти в книге что-либо про Пекин. И про осень, кстати, тоже.

Когда-то давно, уже не помню точно при каких обстоятельствах мне попалась "Пена дней", которая меня очень удивила, заворожила и покорила. Я и не догадывалась что абсурд и сюрреализм в литературе может быть такой же прекрасный как и в изобразительном искусстве. И вот спустя время я дошла и до «Осень в Пекине».

Произведение, которое, хоть и отличается по настроению и стилистике, не менее впечатляет своим уникальным подходом к повествованию. В нем не меньше экспериментов, мир который создаёт автор насыщен абсурдом, сюрреализмом и игрой смыслов.

"Осень в Пекине" — это как взрыв фантазии и иронии, где логика уступает место калейдоскопу событий и образов. Здесь экспедиция по строительству железной дороги в пустыне превращается в метафору бессмысленности и хаотичности человеческих стремлений. Автор играет с читателем, заставляя сомневаться в привычных сюжетных канонах и искать глубину в кажущемся абсурде, каждый раз когда кажется ну вот сюжет начинает складываться во что-то более менее привычное и логичное, Виан тут же все перемешивает и подкидывает как-будто рандомные события и повороты.

Особенно ценно то, что Виан не теряет при этом остроты социальной критики, он высмеивает бюрократию, пустоту идеалов и коллективное сознание. Все произведение — это искристый коктейль из черного юмора, гротеска и легкой меланхолии.

"Осень в Пекине" — это роман который заставляет задуматься, и его точно хочется перечитать, чтобы найти и поймать все смыслы которые автор заложил.

Всем привет, друзья! С вами ††Ищущи醆, и мы ищем хорошие книги : )

Сегодня я хотел бы поделиться впечатлениями после прочтения романа "осень в Пекине", который вызвал у меня чувство недоумения в процессе чтения. Признаюсь честно, что это одна из немногих книг, которую я бросил читать, и заглянул в финал исключительно ради ощущения "завершенности" - чтобы понимать к чему приведет автор и какие итоги он сделает. При этом я не могу назвать себя ханжой, и мне уже приходилось читать произведения со странным и рваным повествования без цельного сюжета или с многочисленными уходами в сторону.

Но как я люблю говорить "что дозволено Паланику с его шокирующим контентом, то плохо получается у других писателей". Даже если они писали до того как на свет появился будущий пророк человеческих пороков Чак. У меня только одна существенная претензия, на которой и строится весь мой читательский опыт - я не люблю такую манеру повествования, в которой вместо четкого или иногда размытого сюжета (но хочу заметить, что это все еще сюжет!) нам преподносят какой-то бессознательный авторский поток, который льется нескончаемым потоком.

И читателю, судорожно хватая воздух, приходится снова и снова нырять в этот круговорот образов и событий, чтобы попытаться вычленить здесь хоть что-то вменяемое. То, что поддается анализу и может рассказать человеку про авторскую задумку. Потому что на первый взгляд это какой-то хаос, состоящий из обломков идей и каких-то персонажей, которые перетекают из одной истории в другую, и даже пытаются что-то рассказывать.

Мне такое нравится очень редко, и должны сойтись звезды, чтобы я погрузился с головой в подобное приключение и даже одобрил его. В этот раз у нас не срослось, и потому я вынужден признаться в собственном поражении - я не смог осилить потоки сознания Виана, и его "осень в Париже" останется для меня как негативное воспоминание и памятник еще одного поражения - за свою жизнь я бросил читать не так уж много книг, и поэтому для меня это не рядовое событие.

Дело в моей всеядности - я могу с одинаковым удовольствием читать как сложную фантастическую историю, так и сатиристической детектив в духе Донцовой. Единственное условие - мне должно это нравиться и вызывать какой-то резонанс во время чтения. А если точек соприкосновения не возникает, то скорее всего мне история не понравится. Но обычно я дочитываю книгу до конца хотя бы из-за уважения к писателю, который старался и трудился над текстом. Поэтому такие ситуации, что я решил бросить начатое можно считать исключением из правил.

Я не отношу себя к людям, которые "страдают и плачут, но не могут не дочитать из-за принципа". Даже плохая и скучная книга может развеять скуку. Просто сделает это не так хорошо, как любимый и проверенный автор. Но когда по ощущениям я "жую" абсолютно безвкусный сухарь, который не приносит мне даже малейшего удовольствия, то я действительно не вижу смысла тратить на это свое время. Так у меня было, например с "Улиссом", который считается жемчужиной и вершиной литературной мысли.

Готов чистосердечно признаться в собственной скудности ума и неспособности понять великие вещи и спокойно жить дальше. Мне это никак не мешает в жизни : ) Примерно тоже самое я испытал с этой книгой. Я попробовал, но мне настолько не зашло, что я её бросил. Потому что начало, что урывками прочитанная мной середина или даже финал не дали никаких внятных ответов на то, что мне предлагал писатель в рамках своей странной волны идей, которую он обрушил на меня без всякой подготовки.

Простите, но я не фанат такого формата.

Искренне рад за тех читателей, который нашли здесь глубокий смысл и остались довольны прочитанным. Честно. Но я не могу отнести себя к этому лагерю. Поэтому прошу простить и понять, и не кидаться слишком сильно тухлыми помидорами. Да, я понимаю, что для кого-то это сакральная вещь, на которую я осмелился поднять руку и написать негативный отзыв. Но тут ничего не поделаешь - жизнь вещь несправедливая. И все угодить просто невозможно.

В свое "оправдание" хочу сказать, что манера повествования у писателя действительно хорошая. Слог легкий и приятный. Я бы с удовольствием почитал у него какую-нибудь цельную историю, написанную в привычной форме подачи. А не то, что он наворотил тут. А на нет и суда нет, друзья. Так что если хотите попробовать что-то странное и бессознательное, способное вызвать ощущение надругательства над вашим сознанием, то можете попробовать "осень в Пекине". Может быть вам это понравится больше, нежели мне.

Ведь сколько читателей, столько и мнений. Я же предпочитаю умыть руки и постараться забыть про этот странный опыт.

Говоря о сюжетных линиях книги, я выразился в достаточно категорической форме о том, что тут нет общей сюжетной линии. Это, конечно же, не совсем так. Она тут присутствует, но чтобы к ней пробиться, нужно привыкнуть к постоянным скачкам автора между историями, которые сначала никак не связаны между собой. Добивает желание читать книгу и его привычка делать многочисленные отхождения в сторону от основной идеи. Не понимаю зачем он так делал, но видимо его разрывало от желания поделиться со всем миром своими идеями, и он не мог держать их в себе.

Ничего против не имею. Несмотря на свой яркий скепсис, у произведения достаточно высокая оценка в сети на профильных ресурсах и куча восторженных отзывов. Так что произведение действительно пользуется успехом. Просто я оказался не целевой аудиторией. Бывает, ничего плохого в этом не вижу. Просто не мой формат, не мой писатель. В конце концов, мои любимые фавориты тоже вызывают у кого-то чувство брезгливости или непонимания как такое можно читать.

Даже упомянутый ранее в рамках отзыва Паланик пользуется сомнительной репутацией, и даже в самой Америке у него все сложно с читателями. Кто-то его обожает и взахлеб читает, ожидая новых историй. А другие люди считают его злом во плоти и совратителем своих детей (кстати говоря, романы Чака рассчитаны на взрослую аудиторию. Отсюда у меня закономерные вопросы к горе родителям, которые сами дают читать чаду то, что ему не следует читать, а потом орут белугой).

Поэтому повторю избитую истину - если книга понравилась хотя бы одному читателю, труд писателя был не зря. Что касается моих эмоций и впечатлений, то я уже постарался высказаться выше в сжатой форме. Не вижу смысла (и у меня нет желания) делать полноценный отзыв на книгу, которую я даже не прочитал целиком, а решил бросить и пробежался глазами исключительно для того, чтобы увидеть "размах трагедии", которая обрушилась на мою голову. И зачем я только решил довериться аннотации про гениального классика прошлого столетия и взять именно этот роман в библиотеке?

Не знаю : ) Вот и ведись после этого на заголовки и описания. С другой стороны - а кому тогда верить и как выбирать неизвестных ранее авторов?

Касаемо сюжетной линии книги, я могу выделить здесь следующие арки (не претендую на истину, и мог что-то упустить в силу того, что мной была прочитана не вся история целиком) - прежде всего тут есть рассуждения про религию, и её влияние на неокрепшие умы (ну как же в подобной истории без Бога, правда?). Не забыл автор и про бюрократию во всех её проявлениях и частотах, когда человек в системе заменяется бумажной, хотя первоначально все эти структуры вроде бы как создавались для того, чтобы помогать человеку.

И, наконец, поднимается вопрос на тему нетерпимости к другим людям. Под "другими" можно понимать что угодно - не понравился цвет кожи, ориентация соседа или просто его взгляды на жизнь. Если человек хоть чем-то отличается от соседа, то он уже может стать чужаком и врагом, к которому будет и соответственное отношение.

Почему же я тогда писал про сложность и рваность текста, если я смог сам же выделить несколько арок и обозначить их? Потому что мне буквально пришлось вычленять их из потока бессознательного автора. Чего стоит сюжетная линия с автобусом, в который садится герой одной из истории. И он не может выйти на нужной ему остановке, так как водителем является сумасшедший, который катается по городу так, как вздумается ему. А кондуктор еще не лишился последних крупиц разума, чтобы приказывать такому человеку.

Такой вот сюрреализм. И им будет пропитана вся книга целиком.

"Осень в Пекине" - действительно необычное чтиво. Но в моем случае это не комплимент, и даже не осуждение. Скорее признание в том, что я не люблю такой формат. Я не люблю такую подачу, и если бы я знал, что это будет очередной литературный сюрреализм, то я бы никогда в жизни не взял книгу на пробу. Но фамилия автора мне ничего не говорила, аннотация обещала мне бессмертную классику, и я повелся. Причем первые несколько страниц еще показались мне даже любопытными.

Пока Виан не начал насыпать свою гору потока бессознательного в текст.

Так что мне даже повезло, что я достаточно быстро осознал то, что меня ожидает дальше. Например, археологи, которые занимаются раскопками в пустыне, которая никому не сдалась. Вот вообще. Вообще непонятно зачем они там копают и что пытаются найти. Но так как там уже есть экспедиция, им нужны инструменты и ресурсы. А значит нужно прокладывать железную дорогу. Что, в свою очередь, ведет к новым проблемам и сложностям.

И так по возрастающей до бесконечной точки абсурда, которая никогда не достигнет своего пика. Непонятные люди, занимающиеся бесполезными делами. Но с таким видом, что только на них одних держится земной шар. И что стоит им прекратиться заниматься тем, что они делают, как все незамедлительно рухнет. Добавьте к этому еще перемешанный сюжет, и вы поймете мое отчаяние, с которым я пытался найти здесь хоть что-то внятное для себя.

Подытожив все написанное выше, хочу сказать, что это был эксперимент (не автора, который написал книгу, а мой как читателя). Он оказался неудачным. И я в очередной раз убедился в том, что подобная ниша не для меня. Я люблю более точные и понятные в плане изложения сюжеты. Без размытых форм и сюрреализма.

Так что только два балла из пяти, и опущенный вниз палец.