Случај Кукоцки

Есть мнение, что писатель всю жизнь пишет одну книгу. В случае с Улицкой это, наверное, очень близко к истине. "Наверное", потому что я до сих пор прочитал только "Зеленый шатер". Теперь вот одолел еще одну. Ощущение сродни дежа вю, хотя "Казус" написан раньше, - снова сага, снова тот же промежуток времени, снова похороны Сталина (зверя и людоеда, разумеется), снова репрессии и реабилитации, снова, снова, снова. Подробней анализировать и описывать персонажей и действо не буду - тошно.
Я бы даже бросил книгу, если бы в середине не случился мистический сон Елены Георгиевны. Он хорош настолько, что примирил меня с книгой. А еще я надеюсь, что автор, сообщая о даре "видения" неких иных миров и сущностей, имела в виду, что сон сон может иметь отношение к потусторонней реальности. Иначе я не понимаю, зачем Улицкая вообще пишет. Всё плохо, мрачно , безнадежно, страна - говно, а люди в ней - какашки (или быстро тонут). Прекрасный посыл для большой литературы, но надоело. Напоминает Новодворскую, царствие ей небесное, но сочувствия не вызывает. Конечно, одну книгу написать можно, чтобы донести свое видение исторической правды, но вот так долбить читателя по темечку... Нет, не моё.
И еще о том, что отмечали многие: язык. Он хорош, правилен, но неимоверно монотонен. Редко можно сказать какие слова какому персонажу принадлежат. Кстати, если смешать "Зеленый шатер" и "Казус Кукоцкого", читатель не сразу и заметит - та же тема, тот же стиль. Читал и засыпал.
Закрыл книжку, и осталось ощущение, что меня в чем-то надули, хотя, благодаря сну Елены Георгиевны, о прочтении не жалею.

Очень долго стремилась прочесть "Казус Кукоцкого", не знаю, что именно меня к ней тянуло.
Врачей в семье нет, рассказать, что роман хорош, тоже никто не мог..
Я рада, что взяла его в руки. Книгой прониклась, прочла, вдумалась.
Читала с огромным удовольствием, перечитывая главы, подчеркивая слова, фразы, выражения.
Возвращалась к главам героев, перечитывала судьбы..
Потрясающе!
Совету книгу всем, кто хочет окунуться в прошлые годы СССР, кто хочет просто прочесть настоящую драму "настоящей" семьи.
Мечтается мне, что врачи станут нас лечить, глядя на нас своим "божественным даром". Узнавая все наши болезни вовремя!

Спасибо за рекомендации и отсыл к книге.

Ну вот и прочтен (дослушан в шикарном исполнении Марии Ливановой) мой первый роман Улицкой. Чувства немного смешанные. С одной стороны, потрясающей чистоты язык, чем-то отдающий (в положительном смысле) русскими классиками-зубрами и глубина мысли, завязанная на хорошо продуманной идее, а с другой стороны смутное чувство, что монументальный жанр как-то не присущ этой писательнице. Хотя это и первое прочитанное мной ее произведение, мне показалось, что где-то после «загробной части» она потерялась, не знала куда себя деть, чувствовалась какая-то неуверенность, что ли… Это конечно только личные ощущения…
В целом, книга однозначно заслуживает быть прочитанной, может и не один раз…

Немного оффтопа:
А ища для иллюстрации картинку, наткнулось на одну очень интересную цитату из книги, вместе с иллюстрацией на Sубъективной Lитературе…

(я, наверное, именно из-за этого собачница :), но слова от этого не менее «в точку»)

Как-то по-дурацки оно все закончилось… М-дя, ну ладно.

Об этой книге сложно правильно отозваться, сложно поставить ей оценку. Она хорошая, отлично написанная, с занимательным размеренным сюжетом. При этом в ней нет ничего феноменального, ничего, что заставило бы читать с трепетом восторга – но и скучной она не была ни в какой момент. Повествование вызывает неясную ностальгию о прошлом, какой-то душевный трепет – и тоску. Особенно третья и четвертая части, страшное разрушение неизбежно жестокого будущего, которое ждет всех в любом случае, просто в разной форме. Жутко и горько становится на душе.

А книга все равно хорошая.

Я считаю излишним, не очень органичным мистику, вплетенную в бытность – «рентгеновский» дар ПА. Лучше бы ему просто быть «врачом от бога», чувствовать болезнь, но не видеть ее откровенно мистически. По крайней мере, на мой взгляд.

Зачем, откуда и как туда попал психоделический бред второй части – я вообще не ведаю. Я читала ее с широко открытыми глазами, по диагонали и то и дело говоря сама с собой. На исходе неорганичной галиматьи меня добили появлением Толстого. Впрочем, оно все вместе было как-то… не отсюда. Слава богу, кончилось. И как не было.

Предпочитаю считать, что мне этот отрывок книги вообще померещился.
*

Сочувствовала многим, каждому – по-разному. Не было персонажей, вызывавших стойкую неприязнь. Таня удивляла своим поведением – этой детской щепетильностью, тем, что науку бросила, что отдалась первому встречному наркоману – странно, что не схватила какую-нибудь гадость, впрочем, дуракам везет. Потом ее жизнь хоть и убогая, тоже как-то отдавала непонятно ностальгией, чем-то таким… советским и почему-то родным, не знаю, может, память поколений? Я никогда так не жила, но чувство было именно ностальгическое.

Повеселила семейная жизнь с братьями, забавно оно было описано.
Вообще Таня была странная женщина, даже, пожалуй, с приветом – но не отталкивала. Я уже говорила – там никто не отталкивал.

Страшно читать о теряющей рассудок Елене, о ее старости – еще страшнее. Ужасно, и не заслужила она этого, невзирая на свою деревянную тупость, вдвое умножающую вину из-за кошмарных последствий, в вопросе с абортами.

Ужасно жаль ПА. От самого того глупого конфликта с двумя глупыми бабами, его безостановочно ужасно жаль. Оттуда – и до конца.

Ну и напоследок.

То и дело эта книга вызывала бури эмоций. Ураганы и шторма эмоций - когда касалась темы абортов. Когда тупые, ограниченные женщины начинали молоть бред, возводя глаза к богу. Меня вообще настраивает воинственно тема абортов, всякий, кто пытается ратовать за их так сказать незаконность. Убийства! Нельзя поощрять и защищать убийства, живые, видите ли, души губить! У меня зла не хватает! Такими темпами любая менструация, любое, простите, семяизвержение «в холостую» - такое же убийство и загубливание души! С чисто технической точки зрения – абсолютно то же самое. А вот со стороны здравого смысла – да кто какое право имеет заставлять человека рожать ребенка, если он забеременел? До рождения ребенок – часть тела женщины, часть ее самой, ее безраздельная, самой природой положенная, собственность. Ничто ведь не запрещает поступать со своим телом так, как человек пожелает (не считая использования наркотических средств)? При желании человек может отрезать себе палец. Никто его в тюрьму за это не посадит. Человек может лечить свои болезни, он имеет на это полное право. Так почему же камень на шею в виде беременности обязует женщину рожать ребенка и воспитывать его всю жизнь?! Ни на миг, ни на секунду не понимаю тех, кто протестует против абортов. В этом есть что-то противоестественное, в самой идее запрета абортов, в глупостях, которыми пытаются доносить правомерность такой идеи. Такое впечатление, что у людей, которые так думают, нет ни ума, ни совести, вообще и совсем. Никогда, никогда этого не пойму.

«…но разве не здесь пролегает существенная граница между человеком и животным, возможность и право выхода за пределы биологического закона – производить потомство не по воле природных ритмов, а по своему собственному желанию? Не здесь ли реализуется человеческий выбор, право на свободу, в конце концов?..» (с)

Флэшмоб 2012: 28/30.

Кукоцкие становятся врачами с петровских времен, Павел Алексеевич тоже не стал исключением и избрал своим поприщем гинекологию. Кроме медицинских знаний и практики, ему помогает дар “внутривидения” - взор Кукоцкого проникает под кожу и мышцы, где патологии и метастазы видны подкрашенными как в медицинских справочниках. Эта способность оказывается капризной – барахлит после плотного завтрака или ночи, проведенной с женщиной. Однако, Елену, спасенную во время войны в эвакуации, дар принимает. Да и Кукоцкого “мнение” шестого чувства в этом вопросе, кажется, мало интересует, Елена – его, он чувствует это во всем, и чувство это взаимно.

Поскольку действие романа во времени примерно соизмеримо с существованием Советского Союза, через судьбу главного героя и его близких прослеживаются все крупные репрессии - его друг генетик Гольдберг трижды оказывается в лагерях, самого Кукоцкого пытаются заставить выступить с поддержкой дела врачей.

Мне понравилась медицинская часть и то, как Кукоцкий пытался протащить через систему проект всей жизни, важная часть которого заключалась в легализации абортов. Именно этот вопрос, странным образом, и нарушит счастливое течение его семейной жизни.

Та часть романа, которая ложится в понятие семейная сага, тоже весьма хороша. Подрастает дочь Елены Татьяна, которую Кукоцкий любит как родную. Она, талантливая и выросшая в обеспеченной семье, решает вести жизнь свободную от условностей общества.

Для меня замечания Людмилы Евгеньевны относительно человеческих отношений в семье кажутся самым ценным в романе. Автор правдиво показывает, как из-за одной фразы, брошенной в споре, разверзается пропасть в отношениях таких близких, что и листок не проскользнет, а позже особенности характера и привычки не дают перекинуть мостик, чтобы что-то исправить.

Роман является и семейной сагой, и метафизической притчей: много всего, но я не смогла собрать воедино все части. Так сны и дневники Елены оказались для меня чем-то трудно дешифруемым.

Однако общий посыл книги проникнут человеколюбием и надеждой, что не может оставить равнодушным.

Гинеколог Павел Кукоцкий (страшно похожий на ирвинговского Уилбура Кедра) происходит из старой династии врачей, умеет сканировать организм глазами и вообще гений. Жена Елена — любящая и поддерживающая. От первого брака у неё есть дочь Таня, которая моментально становится Павлу Алексеевичу родной. Таня из тех девочек, которые по штуке распределяются по каждому школьному классу в мире, то есть умная, красивая и талантливая одновременно. Вторая дочь — Тамара — попадает в семью после смерти матери. Ещё в доме есть нянька-прислуга, оставшаяся с царских времён, бабушка Василиса.

Внешние обстоятельства — репрессии, цензура, если и затрагивают, то по касательной. Но этот пузырь достатка и безграничной любви однажды лопается.

Династия Кукоцких медленно и мучительно расщепляется, вслед за ней и сюжет.

Кукоцкий не может выбрать между семьёй и работой, и останавливается на втором. После некрасивой ссоры жена начинает сходить с ума. Таня протестует против родителей, хиппует, пробует свободные отношения. Только Тому, которая была не гениальной, но старательной и упёртой, Улицкая почему-то кровожадно превращает в отсталую пенсионерку.

На первых страницах «Казуса Кукоцкого» несметное количество крючков: тот самый дар «видения», проблема подпольных абортов и запрет генетики. А потом они исчезают. И вот уже на первом плане болезнь жены Елены, который посвящена вторая часть в стиле мистической притчи. Дочка Таня всё ещё протестует и превращает свою жизнь в мелодраму.

"Казус Кукоцкого" напомнил любой фильм со второй кнопки. Такие обычно смотрят по вечерам, сидя на диване рядом с бабушкой, и не ради сюжета, а чтобы разгрузить голову. В этом и казус.

Честно сказать, очень настороженно отношусь к отечественным авторам. Как повернутый на фэнтези товарищ, глотаю книги сего жанра по большей части зарубежных авторов. Из отечественных тащусь, как удав по стекловате, от Пехова, от всего без исключения."Киндрэт" форева! Во всем остальном, что касаемо русской литературы и авторов - семь раз отмеряю, потом еще три раза по семь.
Но с "Казусом Кукоцкого" вышло диаметрально наоборот. Всю настороженность как рукой сняло буквально с первых строк. Говорить о достаточно глобальных вопросах через призму отдельно взятой семьи - для этого нужно обладать недюженным талантом.
В "Казусе Кукоцкого" очень тонко и филигранно переплетаются высокие вопросы морали и этики, которые мучают человечество не первое столетие, легкая примесь мистицизма и эзотерики и внутрисемейные отношения. Но все это показано настолько концентрированно и сжато, что не задуматься невозможно.
"Казус Кукоцкого" рассказывает о судьбе гениального врача-гинеколога Павла Алексеевича Кукоцкого и судьбе его близких и родных. Это этакая семейная сага, но повествование завязано на судьбах всего лишь двух поколений этой семьи. Хотя, если уж придираться, то и семьей-то это назвать. Обладая колоссальным талантом к медицине, Павел Алексеевич спасает жизнь одной своей пациентке, Елене. И если до момента встречи с ней он живет в мире, практически лишенном чувств и эмоций, присущих простому человеку, то единожды взглянув на Елену, он вдруг с помощью своего дара внутривидения понимает, что жить без нее не сможет более ни дня. У Елены есть маленькая дочь от первого брака, в которую доктор Кукоцкий влюбляется как в родную и удочеряет ее. Его карьера идет в гору, однако, он не перестает оставаться немного замкнутым и чуждым славе человеком. Для него главной целью остается спасение жизней несчастных женщин. При этом Павел Алексеевич, несмотря на тяжесть эпохи, в которой ему приходиться жить и работать, не боится открыто выступать за достаточно радикальные и противоречащие канонам того времени идеи. В книге с позиции Кукоцкого поднимается весьма деликатный вопрос о необходимости легализации абортов. Эх, где была эта книга, когда мы проходили эту биоэтическую проблему на биоэтике... Перед партийным чинушей ПА красноречиво доказывает необходимость легализации абортов на законодательном уровне, но сама суть его доводов, его правота в этом вопросе показана отчетливо и ярко на примере несчастной дворничихи, которая погибает на своей старой кровати, а после себя оставляет никому не нужную дочь.
О каждом из героев "Казуса Кукоцкого" можно трактаты писать, подобные тем, что нас в старших классах заставляли писать про женские образы в романе Достоевского "Преступление и наказание".
Каждый из героев Улицкой несет свой крест. Кукоцкий - крест внутривидения и некоторой отрешенности от проблем внешнего мира, не связанных с глобальными вопросами медицинской этики и морали.
Елена, его супруга, теряет рассудок, снедаемая изнутри, вероятно, чувством вины за то, что вышла замуж за ПА, не удостоверившись в гибели своего первого мужа.
Таня, дочь Елены, удочеренная Кукоцким, вначале описывается как продолжательница дела своего приемного отца. Но, однажды столкнувшись с еще одной этической проблемой, резко свернувшей с пути на кривую дорожку. Как раз-таки Таня оказалась самым неоднозначным персонажем. Из разряда "а ведь так хорошо все начиналось"... Но у нее не было того внутреннего стержня, как у ее приемного отца. И поэтому даже легкое, казалось бы незначительное столкновение с жестокой реальностью профессии биолога и медика пошатнуло ее картину мира до основания. И Таня избрала путь наименьшего сопротивления, пустившись во все тяжкие. Как по мне, так слишком уж резко она решила сменить вектор своей жизни. Но, как известно, чужая душа - потемки.
В принципе, можно сказать, что каждый из персонажей "Казуса" является этакой квинтэссенцией представителей того или иного сословия той эпохи, во времена которой развиваются события в книге. ПА - типичный интеллигент до мозга костей, великий ученый, профессионал своего дела, светило, который на своем пути столкнулся с партийной машиной.
Елена - типичная советская женщина, домохозяйка, которая, потеряв одно счастье, вроде обрела взамен другое, но однажды и эта хрустальная ваза разбилась вдребезги из-за одной-единственной неосторожно оброненной фразы. Ее снедает чувство вины. Она считает себя предательницей своего первого мужа, раз так быстро вышла замуж за другого. И это в конечном итоге сводит ее с ума. И Елена это признает, и покорно несет свою кару.
Таня - представительница молодежи, перед которой открывается что-то новое и неизведанное, когда эпоха Сталина заканчивается с его смертью. Мир полон соблазнов, и она погружается в него с головой. Слишком уж долго она была примерной девочкой.
Василиса - типичный анахронизм, зацикленный на церковных обрядах дореволюционного периода. Ее слепота - это вроде символ того, что люди ее поколения не желают ничего видеть вокруг, ибо вокруг все кардинально изменилось, а им такие перемены ни по сердцу. Лучше уж ослепнуть, чем видеть то, во что превратился мир.
"Казус Кукоцкого" - это и учебник по биоэтике, и семейная сага, и наставление по психологии различных групп населения определенной эпохи в истории нашей страны. Язык простой, без наворотов и пафосных оборотов. У каждого из персонажей своя манера речи, но Улицкая ни разу не позволила себе высказать устами простой деревенской женщины Василисы что-то достойное Сократа или Платона. Все у Улицкой на своих местах, все уместно, логично и обоснованно. После того, как заканчиваешь книгу, спустя время понимаешь, что иного финала там быть и не могло. Определенно буду продолжать знакомство с автором. Да-да, тормоз-тоже механизм. Но лучше поздно, чем никогда. Да и принцип "всему свое время" тоже никто не отменял)))

Очень много сюжетных линий, которые сначала интригуют и пленяют, но уже к середине книги очень плотно друг на друга наслаиваются. Становится непонятно, зачем автор вводит все новых и новых героев, не раскрывая до конца старых

Редкий случай, когда страницы пролистывала целыми главами. Интригующее начало к середине книги превратилось в неинтересный микс мистики, философии и психоделики. Глава с псевдоболезнью и псевдосном Елены вообще не читабельно

В конце не получается никакого вывода ни о героях, ни об их историях и их судьбах. Вообще в принципе непонятно, зачем мне оних рассказали. Как будто просто послушала сплетни, отдельные обрывки чужих жизней

Ощущение, что автор хотел сказать: люди рождаются и люди умирают. Всё. Как-то слишком уж очевидно

Книга выглядит не целым произведением, а сбором историй и судеб, которые можно бы было разобрать на отдельные как минимум пять произведений. На самом деле хотелось бы этот набор истории разбить на более мелкие и прочитать о каждом герой подробнее.

Неожиданно тягостное послевкусие. Не хватило раскрытия героев, все как-будто полутона. Судьбы как-то промелькнули размытыми набросками. Даже сама фигура Кукоцкого не выкристаллизовалась. Да что уж там говорить! Даже не понятно, почему роман называется именно так. В чем основной казус Кукоцкого? В том, что он гинеколог, а его дочь умерла от гинекологической болезни?

Хотя надо отдать должное, в книге очень много ситуаций из ряда вон выходящих, которые можно назвать казусом. Но причём здесь фамилия Кукоцкого - абсолютно не понятно