Дракула. Франкенштейн

Я с детства обожаю хоррор — и в литературе, и в кино — поэтому пройти мимо «Дракулы» было невозможно. Это всё-таки один из тех текстов, которые буквально прошили культуру: от образа вампира “по умолчанию” до целого набора сцен и мотивов, которые потом бесконечно переигрывали и переосмысляли.

Но именно как чтение роман мне не зашёл. Слишком много текста, слишком много “викторианской” обстоятельности, а слог ощутимо устарел — не в приятном старомодном стиле, а в таком, который мешает вовлечению. В какой-то момент ловишь себя на том, что не пугаешься и не залипаешь, а продираешься: будто читаешь не хоррор, а архив.

И вот парадокс: влияние огромное, уважение к роли в жанре есть, а личного удовольствия — почти нет. Для меня «Дракула» оказался скорее культурной обязаловкой и источником первоистоков, чем живой страшной книгой.

4/10 — за историческую важность и за то, что “надо было прочитать”, но как хоррор-опыт он для меня усталый и перегруженный.

Вот и прочитала я одну из культовых историй в жанре ужасы и не скажу, что меня впечатлило. Конечно, книга была написана очень давно и можно сказать, что мы просто присытились и нас нечем удивить, но много книг, которые писались еще раньше данной и остаются лучшими. Взять ту же Божественную комедию. Поэтому комментарии из разряда, когда она была написана, это было необычно, не принимаются. Книги, как и фильмы, должны проходить проверку временем, эта книга не прошла. Но отдадим ей должное, поскольку это прародитель вампирской тематики. Прочитать можно, для ознакомления с первоисточником, так сказать, но перечитывать мне вряд ли бы захотелось.

Больше всего я посмеялась с того, что в книге про Дракулу, большая часть внимания уделена Ван Хельсингу.

В целом история неплохая, показаны особенности вампиров, как они существуют, их слабые и сильные стороны. Не очень понравилось то, что повествование идет в форме личных дневников героев, их записок, из-за этого как будто нет целого сюжета, лично у меня сложилось такое впечатление.

Вообщем однозначного мнения на счет данной книги я дать не могу, тут сами попробуйте прочитать, понравится вам или нет.

"Франкенштейн, или Современный Прометей" - одно из таких произведений, чтение которых я постоянно откладываю на когда-нибудь из-за иллюзорной уверенности в том, что знаю и сюжет их, и суть. Я ведь столько раз и во стольких видах встречала безымянного монстра, к которому в массовом сознании накрепко приросло имя его создателя, что чтение первоисточника казалось мне... не то чтобы делом совсем уж необязательным, но определенно не первоочередным.
Однако книга "Любимые монстры Мэри Шелли" сумела нащупать и правильно пощекотать мое литерадуроедское любопытство. И вот я наконец добралась до "Франкенштейна".

Разумеется, оказалось, что на самом деле я не знала об этом произведении практически ничего. Все встреченные ранее тени, подобия, отражения и прочие киноцитаты старательно вводили меня в заблуждение - и ведь успешно ввели! - и я еще некоторое время после того, как начала читать, ждала, когда же появятся мрачный замок, слуга Игорь и толпа с факелами . Но то, что всего этого в книге нет, меня нисколько не разочаровало. Потому что история оказалась гораздо глубже, сложнее, психологичнее и печальнее, чем я ожидала.

Агрх! - Ибо нет внятных и цензурных слов, адекватно передающих, насколько неприятен был мне Виктор Франкенштейн на протяжении всей этой истории! Какими бы восхищенными глазами не глядел на него "рамочный" повествователь Роберт Уолтон, сколькими бы хвалебными эпитетами не награждал, для меня Франкенштейн - эгоист, гордец и трус, не способный принять ответственность за последствия сбычи своих амбициозных мечт, не способный заглянуть глубже внешней оболочки своего же создания, не способный проявить милосердие... не способный даже всего-навсего рискнуть репутацией, чтобы попытаться спасти от смерти невинного человека! А еще он многословно, однообразно и патетично себя жалеет.

"Не в силах вынести вида своего творения, я кинулся вон из комнаты и долго шагал по своей спальне, чувствуя, что не смогу заснуть".

К слову о патетике. Я давненько не читала литературу этого периода, но рискну предположить, что в целом этот превыспренный, аффективный, оперирующий почти исключительно превосходными степенями и лишенный даже намека на юмор стиль был в целом свойственен тому времени. Хотя не исключен и вариант, что это все же особенности писательского почерка самой Мэри Шелли. Мне подобная стилистика не близка, но я вполне готова потерпеть, если высказанные таким образом мысли вызывают у меня желание то громко повозмущаться, собирая удивленные взгляды всего своего семейства, то молча в тряпочку поразмышлять, то, после некоторых раздумий, с чем-то и согласиться.

"Если ваши занятия ослабляют в вас привязанности или отвращают вас от простых и чистых радостей, значит, в этих занятиях наверняка есть нечто не подобающее человеку".

Насколько ничтожным было мое сочувствие к Виктору Франкенштейну, настолько же сильно расколупали мне сердце все его жертвы. Начиная с "монстра" (который со своей скоростью интеллектуального развития, физической мощью, выносливостью и неприхотливостью мог бы столько хорошего сделать для окружающих, не окажись его создатель таким трусом!) и заканчивая несчастной семьей этого "современного Прометея" ... (вымарано внутренней цензурой).

Шельмовать, конечно, всегда проще, чем защищать, знаю, понимаю, каюсь. Но ничего не могу с собой поделать.

Такова особенность хорошей литературы - она будит во мне не только холодноносого аналитика, но и человека с чуйствами, которому хочется или восхищаться, или возмущаться, или делать то и другое одновременно.

Естественно, со мной можно поспорить и привести аргументы в защиту Франкенштейна. Не исключено, что я с этими аргументами даже соглашусь...

Йолки, кажется, я уже несколько абзацев подряд делаю то, чего не делаю обычно никогда - бухчу на героя, который, вообще-то, такой, какой он есть, потому что Мэри Шелли его таким придумала. Вероятно, как раз для того, чтобы мы могли порассуждать о том, кто из двух главных героев этой истории - на самом деле монстр. Или оба? Или ни один? В принципе, любую из версий можно обосновать, если задаться такой целью. И я бы с удовольствием поприсутствовала на такой дискуссии. Может, и свои пять копеек вставила бы .

Ни на секунду я не пожалела, что прочитала наконец это произведение (а вот с "Дракулой" Брэма Стокера, например, вышло печально - после "Дракулы" Фрэнсиса Форда Копполы он мне показался нудноватым и пресноватым). А теперь надо бы подумать: а какие еще произведения я не открываю из-за уверенности, что слишком хорошо знаю сюжет. И все-таки прочитать их.

PS: А кто заметил, что это - акроотзыв и первые буквы каждого абзаца складываются в слово "Франкенштейн" - тот индеец Зоркий Глаз .

Однажды я посмотрела фильм "Франкенштейн Мэри Шелли" с Робертом де Ниро и прониклась к созданию, мне его было очень и очень жаль. До сих пор, думая иногда о безмолвном Северном полюсе, я представляю, как он бродит там в одиночестве среди вечных льдов и снегов.
В октябре попалась на глаза очень красивая книга с этой историей, решила почитать на Хэллоуин.
Даже понимая, что это один из основоположников жанра, я все равно не могла побороть скуку и пренебрежение к этому тексту.
И все же тут есть о чем подумать. Главная мысль для меня - это неготовность человека к кардинальным, стремительным открытиям. Человеческая изобретательность и любопытство опережают его эмоциональное, моральное и интеллектуальное развитие. Знания, которыми мы еще не научились со всей ответственностью распоряжаться, обращаются во зло, в разрушение, если не знать, как, зачем и во что их применить, возможные последствия могут стать катастрофическими. В голову первым делом приходит ядерная бомба и тд и тп.
Вторая мюсль о том, что "мы в ответе за тех, кого приручили", в этом случае "создали".
Виктор Франкенштейн - круглый идиот) моральный деградант какой-то. Было просто невозможно читать историю, состояющую из одних сплошных нелогичных решений, уходов в беспамятство, вечных болезней и нытья.
Когда создавал, он не видел, что создает?) Добившись желаемого, он даже не задумался над тем, чтоб изучить результат, разобраться в его сути, неет, зачем, он просто моментально упал в обморок, а потом убежал, или наоборот, неважно, продолжал безостановочно ныть, снова убегать и падать в обморок до самого конца. О, какой "благородный несчастный" Виктор!
Был шанс поговорить с великаном, когда тот впервые предьявил ему ультиматум. Но неееет же! Мы будем орать, вопить, обвинять созданного нами урода в том, что он урод, но пытаться понять, конечно же, не будем.
Он же даже не попытался открыть охоту на чудовище, не обратился к полицмейстеру, не нанял головорезов, он мог, не говоря правды, придумать историю об одержимом преследующем его семью маньяке. На суде над девушкой мог хотя бы рассказать о том, что видел какого-то жуткого типа на месте преступления! Но нееет же, нет. Мы - Франкенштейн - тонкой и хрупкой душевной организации, мы не хотим, чтоб о нас плохо подумали.
Франкенштейн на протяжение всего произведения переживает только о самом себе, о том, как он сокрушен, разочарован, как он загнан в угол, как он НЕЧАЯННО стал причиной смерти всех своих близких и потенциально всего человечества.
Подвергать такой опасности свою невесту, женившись на ней, постоянно держа в голове угрозу чудовища, обещавшего кару в этом случае, уже отправившего на тот свет троих человек - верх тупости, равной которой я еще не встречала в литературах)
Виктор Франкенштейн теперь возглавляет мой топ самых отвратительных персонажей.
Великан, наоборот, предельно логичен, понятен, он действительно несчастен, я сочувствовала ему. Мало кто из нас способен представить ту степень одиночества, которой он был подвергнут, это очень страшно. Удивительно сообразительное существо получилось.
Опять же очень интересная писча для размышлений - общество, которое отвергает все инаковое, огромный уровень агрессии в человеке по умолчанию. Не интерес, куда уж там, даже не доброта, а именно агрессия - защититься и напасть. Это как в меме "когда мы все-таки встретим пришельцев, нам придется объяснять, зачем мы отсняли столько фильмов, где сражаемся с ними".
Последний монолог чудовища даже на слезы меня пробил.
Он тянулся к своему создателю как брошенный ребёнок, который беззаветно любит свою мать в то время, как та его ненавидит и винит во всех своих несчастьях. Очень грустно.
В любом случае произведение эмоции вызвало, хоть и гнева, но все же эмоции