Мартин Иден

С первых страниц, поняла, что эта книга мне очень понравится, откликнется внутри и оставит в глубокой задумчивости. И самое главное, что нужно, начинать читать без спойлеров, без единого намёка на сюжет и синопсис.

1. Сюжет.

Однажды моряк Мартин попал в параллельный мир, мир наполненный книгами, светлыми идеями, светскими разговорами и красивой одеждой. В центре этого мира была прекрасная Руфь. Чтобы приблизиться к ней герой идёт чуть ли не на самый отчаянный шаг: переделать себя, вырасти, обрести крылья в взлететь. В этом ему помогают книги, Иден берётся работать над свои произношением, словарным запасом и вредными привычками.
Хотя симпатия девушки тоже зародилось в самом начале, несмотря на то, что он показался слишком грубым и сильным, сам Мартин, чем то привлёк Руфь. Хотя в этом она с трудом призналась и себе.
Во время своего апгрейда Мартин обращает внимание на литературную стезю, решает, что все эти наивные рассказики и глупые шутки в газетах, очень просты, и что, он-то,знающий реальную жизнь может написать более стоящие вещи.
И вот начался путь Идена с отказами, поисками, огромной работой, бедностью и пропастью. Знакомство с поэтом Бриссенден ещё более углубляет взгляды Мартина, теперь он даже светское общество, может назвать не иначе, как буржуа, а Руфь кажется поверхностной. В какой то момент, незадачливый автор один, бедный и обреченный, может рассчитывать лишь на помощь таких же бедняков как он.. но не перестаёт писать.
Куда это всё приведёт?

2. Что так прекрасно в этом романе?
У Джека Лондона прекрасный язык и образ мысли. Я так давно знакомилась с его творчеством, что для меня это стало открытием. Даже, когда автор долго кружит одну и ту же мысль, всё равно красиво и не нудно. А этот путь, который переживаешь с героем, чувствуешь кончиком пальцев.Да, конечно, в поверить в такое стремительное развитие человеческих способностей можно с трудом, но на самом деле есть и в истории/литературе/живописи удивительные примеры.
Тем более Мартин не был дураком, он и в своей среде был достаточно сообразительным и наблюдательным.
Пример Идена вдохновляет до определённого момента, но, всему есть придел. И вот наш герой достигает точки невозврата. Он был словно Икар...

Очень полезно прочитать и разобрать это произведение в молодом возрасте. Под конец, я растягивала произведение, как могла...

Неотёсанный моряк Мартин Иден попадает в гости к состоятельным буржуа, где влюбляется в девушку Руфь.

Непросто у меня складывается с Джеком Лондоном. В школе я рыдала, читая "Белый клык" и "Любовь к жизни", а теперь еле-еле домучила роман и осталась в недоумении. Мне показалось нудно и неинтересно, автор словно мусолит одно и то же по кругу. И мытарства Мартина Идена совсем не вызывали у меня жалости, это же надо было взяться переделывать себя в угоду кому-то. И как он вообще умудрялся не замечать ограниченности и пустоты Руфь? Девушка тоже странная - хотела места в обществе, так и искала бы подходящую партию, как ей бывший моряк может в этом помочь?

В общем, никакой мотивации от книги я не почувствовала, только раздражение и желание скорее её дочитать. Даже если Джек Лондон описывал свою жизнь, история получилась очень гнетущей и депрессивной, да простят меня поклонники этого романа.

Когда я читала книгу в юности, всё заслонил образ человека, упорным трудом добившегося мечты. А то, что мечта оказалась обманкой – было поводом для жалости. Хотя и сейчас я не совсем понимаю, почему Мартин Иден не перерос свою изначальную мечту, почему не заменил её. В итоге получается, что Мартин силён телом, но слаб духом. Или книга вообще не о нём как личности, а об обществе с его переменчивыми настроениями, которое не понимает и не принимает гения.

Книгу можно условно разделить на две половины. В начале мы видим Мартина Идена – работягу, тяготеющего к высшему обществу, воплощением которого для него выступают буржуа. Для него чистота тела и обстановки приравнивается к чистоте мыслей, и он начинает упорно трудиться над собой, заниматься самообразованием, чтобы приблизиться к своей мечте: к Руфи, в которую он влюбился. Попутно он находит своё призвание в писательстве и начинает постигать это ремесло, стремясь не только выразить себя на бумаге, но и заработать на этом.

Эту половину читать было интересно. Целеустремлённость Мартина, его работоспособность и увлечённость вызывают уважение и восхищение. Впечатляют главы с прачечной: показан очень сильный контраст между поистине рабским трудом и интеллектуальной деятельностью, да, в общем-то, и любой другой работой в меру. Любопытно наблюдать и за тем, как формируются вкусы Мартина, как меняется его отношение к музыке, литературе, как он открывает для себя философов и пробует читать различные труды, как он перестаёт бояться высказывать своё мнение.

А вот вторая половина получилась несколько невнятной. В ней достаточно много философии, споров между социализмом и ницшеанством, плюс немного дарвинизма. Причём индивидуалист Мартин Иден не кажется мне убедительным. В нём даже появляется что-то неприятное, особенно когда он пытается не поддаваться жалости, глядя на родную сестру, ведь она – невольный представитель касты “рабов”. Мартин слишком далеко зашёл в своём индивидуализме, слишком много об этом думал и слишком придавал этому значение, вместо того, чтобы жить дальше после неизбежного разочарования. Это разочарование могло (и должно было) стать лишь этапом в жизни, но оказалось сильнее волевой личности.

Линия любви в романе скорее понравилась. Она выступает стимулом, вокруг неё всё крутится, хотя с самого начала понятно, что ничего хорошего из неё не выйдет. Когда два человека пытаются слепить друг из друга то, что им хочется – другого финала можно и не ждать. Собственно, эта предсказуемость и понравилась, любовь здесь играет важную роль, но не главную, и развивается именно так, как должна, чтобы герой сполна получил жизненный урок.

Роман интересный, но оставляет неприятное послевкусие. В мои читательские двадцать лет Мартин выглядел куда привлекательнее от начала до конца, а теперь хочется послать его к психиатру, который вылечил бы его от депрессии. Впрочем, в описываемые в романе времена это вряд ли было возможно, так что, увы, финал для Мартина выглядит закономерным.

— Ты еще не отказался от изящной литературы? — говорил Петр Иваныч, обирая пылинки с платья.

— Я не вправе отказаться от этого, — заметил Александр.

— Кто ж тебя неволит?

— Зачем я самовольно и неблагодарно отвергну почетное назначение, к которому призван? Одна светлая надежда в жизни и осталась, а я уничтожу и ее? Если я погублю, что свыше вложено в меня, то погублю и себя…

— Да что вложено в тебя такое, растолкуй мне, пожалуйста?

— Этого я, дядюшка, не могу растолковать вам. Надо понимать самому. Воздымались ли у вас на голове волосы от чего-нибудь, кроме гребенки?

— Нет! — сказал Петр Иваныч.

— Ну, вот видите. Бушевали ли в вас страсти, кипело ли воображение и создавало ли вам изящные призраки, которые просились воплотиться? билось ли сердце особенным биением?

— Дико, дико! Ну, так что ж? — спросил Петр Иваныч.


— Послушай, Петр Иваныч: ты, право, опоздаешь! — перебила Лизавета Александровна, — скоро десять часов.

— В самом деле, пора. Ну, до свидания. А то вообразят себя, бог знает с чего, необыкновенными людьми, — ворчал Петр Иваныч, уходя вон, — да и того…

Вот этот диалог из замечательного произведения Гончарова бесконечно крутился у меня в голове, при прочтении "Мартина Идена". Первый раз я читала Лондона в ранней юности, но и тогда "путь становления гениального писателя" не казался мне убедительным.
Сюжет, я думаю, знаком всем с подросткового возраста. Молодой неотесанный моряк, случайным образом попадает в дом состоятельного господина и влюбляется в его дочь, юную и наивную Руфь. Даже не влюбляется, а обожествляет ее, (долгие и нудные размышления о неземном чувстве и ангельской сущности Руфи занимают добрую треть книги). Руфь тоже не остается равнодушной, неопытная невинная девушка, половое созревание давно прошло, а тут аж целый альфа-самец, красавец с литыми мускулами и животным магнетизмом. Да-да, именно так все и было). Лондон в таких красках описывал своего героя, чуть ли не на каждой странице, что мне уже хотелось с раздражением воскликнуть! "Да я поняла я, Джек! Поняла! Мартин молодой красавец с шикарной фигурой и бешеным мужским обаянием, поняла я что никто перед ним не устоит! Не надо это долбить по 100 раз!".
После знакомства с Руфью и происходит стремительное преображение Мартина. Неграмотный морячок со страшной силой начинает заниматься самообразованием, читать содержимое всех библиотек в радиусе 100 км. И все ему легко даётся, вундеркинд, не иначе. И решил наш герой стал писателем, да не каким то там середнячком, а великим. И чтоб все издатели дрались за него, наперебой закидывая его баснословными гонорарами. Работать в ожидании золотых гор, не считая эпизода в прачечной, Мартин не желал, как же так, "Я не создан для конторы или бухгалтерии, для торгашеского крохоборства и всяческого крючкотворства." Почему бы невесте не подождать пару-тройку лет, а там уж он ого-го! Там покажет всем этим ничтожным насекомым, на что способен. Но так как кушать то хочется, проще набирать еды в долг у лавочника, занимать у сестры, к слову тоже "ограниченной", бегать в ломбард через день, да нахаляву обедать у квартирной хозяйки, бедной вдовы с кучей ребятишек. Хозяйке поначалу тоже досталось от Мартина, "поначалу он возненавидел эту невежественную грубую бабу", но потом, так уж и быть, сменил гнев на милость.
А что же Руфь и ее родные, обеспеченные аристократы? Ну про то что они "узколобые людишки, недостойные понять великое",мы уже поняли, эпитеты в их адрес встречались едва ли не чаще, чем упоминания о мужественных мускулах Мартина. Чтобы им не было так обидно, наш герой всем раздал на орехи, БУКВАЛЬНО ВСЕМ. Каждому на лоб наклеил табличку "А ВОТ ОН ОГРАНИЧЕННЫЙ". Певцам в опере, художникам, музыкантам, учёным в доме родителей Руфь.
То есть Мартин позволял себе судить профессионалов своего дела, в чем он ни черта не разбирался, вспомним сцену в опере.
Диалоги же со знакомыми Морзов выглядели примерно так:
- Эй, я тут умнее всех!
- Ок.
- Вы кажется, меня не поняли. Я умнее вас всех!
- Ну молодец, хорошо.
- А ещё вы тупые и узколобые ничтожества, не в силах понять великое!
- Да чувак, хорош, не горячись!
- Тьфу на вас, ссскоты!!! (Уходит, гневно хлопая дверью).
Вот пример:
Эта дама-благотворительница просто попугай от социологии. Голову даю на отсечение, если кинуть ее среди звезд, как Томлинсона, в ней не сыщешь ни единой собственной мысли. Что до портретистки, она нестерпимо скучна. Ей бы выйти за банковского кассира, – самая подходящая пара. А уж музыкантша! Какое мне дело, что у нее проворные пальцы, и совершенная техника, и экспрессия – ведь ясно как день: в музыке она ничего не смыслит.
А что Морзы?
А зашоренные и косные  Морзы не только не выгнали этого нищеброда с завышенным чсв, но всячески его поддерживали в угоду дочке, предлагали устроить на работу, чтобы ему было на что жить, и всячески привечали в своей гостиной.
А что же Руфь? То что и ей в итоге приколотили плакат на грудь "ТУПАЯ МЕЩАНКА, НЕ ПОНИМАЮЩАЯ ГЕНИЯ". Хотя... По сравнению с Мартином, Руфь вела себя очень достойно. Тактичная и терпеливая, она ждала, когда же он наконец он красивых слов о своем таланте перейдет к делу, защищала его перед родителями, унижалась, буквально выпрашивая, чтобы он нес хоть какую то ответственность за их будущее, о котором так сладко пел. Эх, мышь меркантильная, чего с нее взять... Мартин же все это время нудил, что она его не понимает, да и некому понять столь светлый разум, да и ваще, чо те надо.
В итоге, он таки добился своего, причем по чистой случайности, его произведения выстрелили, НО ОПЯТЬ ВСЕ НЕ СЛАВА БОГУ. Все это "комариное племя", "чернь", именно так он называл своих поклонников, не так как надо поняло его блестящие идеи, теперь окружающие стали виноваты в его популярности. Куда им, глупцам понять гения. Закончилось произведение, печально, с Руфью не срослось, да и вообще не срослось.
Во время чтения, меня не покидал вопрос. Как? Как добрый умный юноша с бешеной жаждой жизни, повидавший эту самую жизнь, знающий, что никто ему ничего не должен, мутировал в такого чванливого высокомерного кретина? Ну вот как? Я бы ещё поняла, если бы вводные данные были другими, был бы бездельник с хорошим наследством, который маялся тоской от нечего делать. Притянуто за уши. Что он в итоге хотел от Руфи? Чтобы та переселилась к нему в съёмный угол, и целыми днями превозносила его талант, питаясь "творческой радостью"? Тогда бы тоже было бы не слава богу, 100 процентов.
Я видимо тоже ограниченная мещанка, но от этой книги и от хама и сноба Мартина Идена просто плевалась. И закончить хочу словами из басни:
"Ты здравым хвалишься умом везде бесстыдно,
Но здравого ума в делах твоих не видно"

Мартин Иден - невероятно сильное произведение. Трудно упорядочить все впечатления, которые оставила эта книга. Попробую сделать это по пунктам.

1. Язык, слог. Это первое, что меня впечатлило. Текст - огромный набор образов, большие абзацы с подробным внутренним диалогом, яркими описаниями и реакцией на происходящее. Несмотря на это, книга читается очень быстро.

2. Сам сюжет. Книга актуальна и по сей день. Много тем поднято в произведении. Мартин, обычный необразованный простолюдин, матрос, попадает в совершенно другое окружение буржуазии и влюбляется в Руфь, девушку из высшего общества. Его впечатляет этот новый мир, он окрылен любовью, и полон решимости завоевать даму мечты. И Мартин начинает работать над собой. И ему открываются новые знания, новые эмоции, новые чувства, новые люди.

Но вместе с умом к Мартину приходит недоумение, разочарование, злость. Он начинает понимать, что это высшее общество, в основном, состоит из набитых дураков, которые на самом деле

Но при этом, они не видят свою ограниченность, а видят её лишь в других. Руфь, как и многие другие не верит в Мартина, а ведь он хочет стать настоящим писателем. Мартин страдает, но не отступается от цели. Он пишет и пишет, мало спит и пытается, раз за разом. Он предан искусству, он любит писать, он уверен в успехе. Но успех так и не приходит, и Мартин бедствует. И никто в него не верит.

И на протяжении всей книги я размышляла - а поверила бы я на месте Руфь? Боюсь, что нет. Но главная беда оказалась не в этом. Главная беда в том, как распознать, фальшива ли эта любовь? Выдержит ли она испытание временем, верой и деньгами? И что вообще должно стоять на первом месте - любовь или общество?

3. Итог, впечатление.
Итак, Мартин - человек, который смог в короткий период времени, при помощи нечеловеческого усилия воли и любви выбраться из самых низов на вершину. Но вот ждало его там горькое разочарование. Книга напоминает произведение Д. Киза "Цветы для Элджерона". Только у Лондона все происходит естественно, а у Киза вследствие медицинского вмешательства. Но главная мысль совпадает. Что такое быть умным? - Тяжкое бремя.

Ох, сколько раз я слышала про эту книгу, и всё откладывала её «на потом». А зря! Это была настоящая эмоциональная встряска. Я прочитала её буквально за пару вечеров, и вот до сих пор не отпускает это ощущение — будто кто-то взял и показал всю внутреннюю кухню человеческих амбиций, надежд и разочарований.

Главный герой сразу цепляет — его упрямство, веру в себя, жажду знаний невозможно не уважать. Очень близко оказалось это чувство: когда ты рвёшься наверх, хочешь доказать миру — и себе в первую очередь — что ты достоин большего. Но как же больно видеть, как мечта, к которой идёшь с таким трудом, вдруг теряет смысл, когда достигаешь желаемого...

Что мне особенно понравилось — это честность автора. Нет попыток приукрасить тяжёлую работу, ночи без сна и моменты отчаяния. Всё очень жизненно и до боли знакомо каждому, кто хоть раз гнался за своей мечтой, рискуя потерять себя.

Слишком затянутое повествование с повторяющимися скитаниями Мартина по кругу и его невыносимый инфантилизм в купе с приобретённым снобизмом делали чтение скучной и вынужденной рутиной, не принося никакого удовольствия.

Персонажи вроде бы и живые, но действуют и предстают перед читателем в какой-то ненатуральной и неорганичной манере, как удобно автору, а не свойственно реальным людям. В том числе и главный герой — его неправдоподобный успех и бескомпромиссный финал.

Было скучновато наблюдать за возвышенными потугами Мартина, да и побуждающая этим заниматься сила — ну, такое себе. Ещё и такое наивное представление о заработке на литературном поприще... Зато потом-то как зазнался, всех вокруг осуждает и все ему почему-то должны были помогать и бескорыстно жертвовать деньги на его содержание, пока он бедствовал и закладывал последние вещи в лобард. Это был его сознательный выбор отказаться от тяжёлой работы в пользу литературного труда и если уж уповать, так только на себя самого.

В общем, пока с Джеком Лондоном у меня не особо складывается, буду пробовать ещё чисто из любопытства, но без радужных ожиданий.

Первый раз этот известнейший и культовый роман Джека Лондона я прочитал лет этак тридцать тому назад. И потому второе прикосновение решил выполнить посредством радиотеатра, благо радио «Культура» в далёком 1976 г. сделала соответствующую запись. Да и имена актёров привлекали и даже будоражили — Владимир Высоцкий, Ольга Яковлева и Николай Волков — люди в театральном мире далеко не безызвестные, а вовсе даже популярные.

Дальше...

По сабжу писать ничего не буду, с идеями и смыслами романа и радиопостановки всё ясно. Впрочем, вот такая трактовка в голову пришла: Принято говорить о социальных стратах и о социальной лестнице, следуя по которой, можно подняться из одного социального слоя в другой (впрочем, спуститься тоже можно). Наш герой как раз принадлежал к не самому высокому социальному слою американского общества. Однако силой своих стараний и талантов сумел не только подняться на ступеньку выше, но возможно проскочил в этом своём движении пару ступенек. А тут ведь как, тут как с глубоководными погружениями — всплывать на поверхность нужно постепенно и медленно, иначе кессонка быстро прикончит торопыгу. Мартин Иден в этом смысле, скорее всего, оказался внутренне не готов следовать правилам игры, принятым в высшем обществе, он потерялся в этих играх, он потерял самого себя, он запутался где он сам и где его оболочка. Тот ли он, кем и каким он хотел быть? Тем более, что Руфь и её семейство добавило пищи в этот костерок сомнений и недоумений. Мартин Иден не просто утонул, он погиб в том числе и от этой вот самой «кессонной» болезни…

Я очень высоко ценю Владимира Высоцкого — песенника. Но не слишком любовно воспринимаю его актёрскую манеру, его подачу. Он так выпукло проговаривает фразы и строит диалоги, что порой кажется, что он делает смысловое ударение в каждом произносимом слове, причём порой это даже местоимения и частицы — такое возникает ощущение. Он слишком театрален, его актёрская речь настолько выпукло сценична, что не видишь реальной ситуации, где он мог бы так говорить ни с Руфью, ни с другими персонажами пьесы — только сцена, только подмостки и огни рампы. И потому пьеса превращается в некую возвышенную поэму (впрочем, возможно именно этого требовал и добивался режиссёр Анатолий Эфрос).