Скандал

Писателю Сугуро шестьдесят пять, и в своей литературной карьере он достиг кульминации. Наше знакомство с ним происходит на церемонии вручения престижной литературной премии, где ему заслуженно вручают награду за последний нашумевший роман. С тех пор как он стал писателем, его награждали не раз, трепетное чувство таинства действа давно утрачено, но всё же высокая оценка льстит писательскому самолюбию. На создание "главного" романа было потрачено три года, и им Сугуро подводил итоги своей жизни и литературной деятельности.

На церемонии Сугуро сталкивается с незнакомкой, которая утверждает, что они встречались в квартале Кабукитё, славившемся многочисленными пип-шоу, секс-шопами и отелями "на час". Последующий за этим утверждением гнев Сугуро вполне справедлив – ведь он исповедует христианство, верен жене и сомнительных кварталов не посещает. Единственное возможное объяснение – девица напилась и ошибочно приняла его за какого-то старого развратника, как две капли воды похожего на него самого.

Однако зерно сомнения в душе писателя было посеяно, а последующие знакомства с журналистом Кобари, и Нарусэ, женщиной-волонтёром из больницы, заставляют Сугуро сомневаться в целостности своей личности. Поэтому ему нужны доказательства существования двойника, очерняющего его имя. Иначе скандал неизбежен. Ему не простят измены собственным христианским принципам. Пусть даже Сугуро утверждает, что грех несет в себе порыв к нравственному возрождению, что через испытание грехом приходит его искупление, отступление от тщательно проповедуемых идеалов будет для него равносильно поражению.

Так для писателя начинается путешествие в мир человеческих пороков. Следуя за доппельгангером по злачным местам сумрачного токийского дна, Сугуро всё больше погружается в обвалакивающую паутину манящего греха. Пытливый писательский ум впитывает новые ощущения как губка, развращая светлые помыслы и вызывая желание опуститься ещё ниже. Он чувствует, что что-то запретное, животное, неуправляемое таится в глубине его души, и ещё немного – оно вырвется наружу, уничтожив его самого.

Несмотря на интригующую и многообщещающую тему доппельгангера, наличие пикантных и, порой, шокирующих деталей роман показался скучным. И не потому, что лишён какой-либо динамики, в принципе не свойственной азиатам, а скорее потому, что показался каким-то "потухшим". Но мнение чисто субъективное, а Сюсако Эндо всё же общепризнанный писатель.

Ты меня спрашиваешь, может ли Ланцелот победить Дракона?
Я тебе отвечаю, отвечаю как сыну, искренно.
Может.
Один раз не побояться, собраться с силами взять его за глотку и мордами, наступив на хвост, и мордами его, гада, понимаешь...
Вот так думают некоторые и ошибаются.
Потому что нашего Дракона победить может только он сам.
''Убить Дракона''

Воистину: нет глубже колодца, чем душа человека - темного, бездонного, таящего в своих глубинах такие сюрпризы, что днем с огнем не сыщешь. Неожиданно-бездонного. А на дне этого колодца водятся чудовища, а может быть дракон, который иногда может и победить, но его самого может победить только другой дракон, помните, как у Шварца: Единственный способ избавиться от Дракона - это иметь своего собственного. Это внутреннее чудовище можно любить, можно бережно взращивать, можно с ним бороться, можно рвать его из себя с кровью, но сначала очень-очень важно увидеть его в себе. Можно всю жизнь прожить с маской на лице, словно персонаж пьесы театра Но, скрывая от сотрудников, друзей и близких людей свое тайное чудовище, играя определенную, выбранную самим собой роль, совершенно искренне играя, страшась посмотреть и признать внутри себя источник не просто греха, а самого низменного и страшного зла. Жил-был заслуженный и почитаемый писатель-христианин Сугуро, получал премии, уважал жену, достойно прожил жизнь, его любили читатели, в своих книгах он делал акцент на том, что грех является трамплином к искуплению, вернее к воскрешению духовному, то есть, пройдя испытание грехом, человек получает шанс очиститься. И к шестидесяти пяти годам, написав свой главный роман, получивший престижную премию, Сугуро обнаружил, что некто очень-очень на него похожий ходит по злачным местам, участвует в садо-мазохистских шоу, яростно и сладострастно выплескивая в мир самый настоящий чудовищный и липкий порок, то, что таится где-то глубоко-глубоко внутри. Липкое, опутывающее, склизкое и темное…И страшно-то как посмотреть в глаза этому чудовищу. Вот этим альтер-эго, готовому разрушить гармонию в душе, жизни и творчестве, и перевернуть с ног на голову равновесие, достигнутое верой и творчеством, Эндо очень наглядно показал раздвоение человеческой личности: жена – добродетельная, скромная, которую и осквернить-то скандалом нельзя; Нарусэ – удивительно нежная, трогательная и заботливая волонтер в детском отделении больницы и в то же время неистовая участница пип-шоу. Две стороны человека: светлая и темная. Если попытаться встретиться со своим двойником, который и вовсе не ты совсем, взглянув сквозь увеличительную линзу потаенного зеркала на свое самое заветное желание, можно заглянуть в бездну, которая в свою очередь заглянет в тебя. Выдержите ли вы? Как выдержал Сугуро. Повод узнать о самом себе немного больше, чем думаешь сейчас, до этой увеличительной линзы. А если приглядеться?...

Роман-матрешка: матрешка в матрешке и ещё в матрешке. Множество тоненьких ниточек торчат из клубка под названием ''Скандал'' – тяните за любую: насколько писатель несет ответственность перед читателем; может быть, в разных религиях есть точки пересечения; является ли грех путем к очищению; что такое творчество. Множество вопросов, а вот ответы читателю придется поискать самому. На дне своего колодца. Почему истинная чистота и доброта вызывает такое страстное желание со стороны причинить боль, измазать грязью, ущипнуть, вызывает насмешки и ухмылки? Почему же? …

Почти скучный и бездейственный роман Эндо оставляет в конце множество вопросов, на которые отвечать не очень удобно – хочется заслониться от того зеркала, отражающего тебя самого...

На одной из уже привычных вечеринок после литературных премий писателя Сугуро неожиданно отдергивает девушка, которая пытается напомнить о себе. Все бы ничего, но Сугуро - почтенный мужчина, любящий жену и верующий в христианство, а дама – свободная художница из кварталов с отнюдь не чистоплотной репутацией. Мимолетная встреча бросает зерно сомнения в спокойную жизнь Сугуро, которое разрастается в таких масштабах, что жизнь героя переворачивает вверх тормашками, хотя он упорно сопротивляется новой действительности.

К истории писателя Сугуро не стоит подходить с ожиданиями триллера о возникшем из ниоткуда двойнике из плоти и крови, это рассказ о душевном конфликте человека, его внутренней борьбы «хорошего» я и «плохого» я.

При этом роман представляет собой не нагромождения гнетущего и мрачного апофеоза, а своего рода колебания от отвратительного к светлому. От сцены совращения школьницы, до милой поездки с любимой женой. Здесь все живут в рамках внутреннего конфликта. Новая знакомая Сугуро, женщина по имени Нарусэ, волонтер, работающая с детьми в больнице. А в прошлом, в постели с мужем ее возбуждал тот факт, что ее мужчина на войне поджигал дома с живыми людьми. А вот та самая юная школьница Мицу, милая и добрая девочка, ворует деньги из дома главного героя, но потом, как оказалось, она делает это для хорошей цели.

Конфликт, везде конфликт и для этого не нужно встречать своего доппельгангера, надо просто копнуть немного в самого себя.

Интересный роман с точки зрения рассматриваемых тем и как достойный представитель японской литературы.

Новый автор в копилке прочитанных книг. Я люблю азиатскую литературу, но в данном случае книга лично мне сложной для понимания и восприятия.

Сюсаку Эндо — один из самых известных японских писателей, который сочетает сложные философские идеи с человеческими историями. В романе «Скандал» он погружает читателя в мир моральных дилемм (и аморальных тоже), веры и человеческих слабостей, отражая при этом реалии японского общества.

Сюжет повести вращается вокруг писателя, который неожиданно оказывается в центре скандала. В своих книгах Эндо добавляет много автобиографичного. Так главный персонаж Сугуро — известный автор, чья жизнь подвергается бурным изменениям после публикации его нового произведения. Вскоре герой сталкивается с критикой со стороны общества, друзьями и коллегами, и он начинает осмысливать свою идентичность, свою веру и свои ценности.

Интрига книги закручивается с первых страниц, когда Сугуро узнает о том, что у него есть двойник. И если Сугуро представляется читателю "правильным", то двойник предстает порочным и грязным, для которого ничего не чуждо.
Одним из центральных линий романа является то, как Эндо исследует тему человеческих слабостей и искушений. Он не осуждает своих персонажей, а скорее приглашает присмотреться к их внутренним противоречиям и поискам смысла.

"- Минус, в данном случае - косноязычие, содержит плюс - умение слушать. И это касается не только ораторского искусства. Ни один из человеческих недостатков не является абсолютным. Повторяю, в минусе заложен плюс. Даже в грехе заложен плюс. Грех несет в себе порыв к нравственному возрождению. Я постоянно напоминаю себе об этом, когда пишу."

Эндо создал сложную атмосферу, наполненную напряжением и внутренними конфликтами. Читая книгу, нужно быть готовым, что в сюжете будет много неприятного: садизм, мазохизм, сексуальные извращения. Отдельно Эндо показывает старость и увядание человека.

Сюсаку Эндо исповедовал христианство, поэтому его стиль письма пронизан философскими размышлениями, которые заставляют задуматься о том, как религия и общественные нормы формируют нашу самоидентификацию. Писатель поднимает важные вопросы о том, насколько мы можем быть искренними в своих убеждениях, живя в мире, где общественное мнение играет такую важную роль.

Финал книги оставил меня в недоумении. Но это был любопытный эксперимент, поэтому однозначно прочитаю еще книги автора.

Сильный роман. Автор на примере своего героя исследует светлую и темную стороны человеческой души, пытается понять, может ли человек быть полностью добродетельным, или где-то там, в глубине его души, свиваются кольца порока, который находит себе выход подчас невероятными способами. Пожилой писатель Сугуро, добропорядочный христианин, примерный семьянин, в общем, идеальный образчик человека и гражданина, неожиданно узнает, что кто-то, как две капли воды на него похожий, шляется по злачным районам города, пьет, творит всякие мерзости, и его настолько возмущает этот слушок, что он решает проверить, на чем же он основан.

На выходе получается этакий Дориан Грей с японским колоритом: с лица милый юноша, а душа черная. Сугуро мучается тем, что в своих произведения не пытается учить кого-то жить, однако читатели и критики воспринимают его прозу именно как наставления, воздвигая самого Сугуро на пьедестал непогрешимости, тогда как сам писатель знает, что он всего лишь человек. Много параллелей я увидела и с другим романом Эндо, "Молчание", по которому снят замечательный одноименный фильм - о том, как нелегко было японским христианам в семнадцатом веке, а "Скандал" показывает, что и по-прежнему непросто им и сейчас в окружении японского общества, которое верит совсем в другое.

Персонаж школьницы Мицу, которую Сугуро встречает на улице и желает вырвать из хватки порока, а посему берет ее к себе помощницей по хозяйству, чтобы облегчить труды своей немолодой жене - это вот та лакмусовая бумажка искушения, пройдя которое можно понять, добропорядочен ты или нет. И тут важен вопрос: по деяниям ли определяется грех или же достаточно мыслей? Нарусэ же, как по мне, это кривое зеркало самого Сугуро: днем добропорядочная вдова, волонтер в больнице, а по ночам - искушенная в садомазохистских играх дама, не чурающаяся лесбийской любви и никак не воспротивившаяся желанию своей юной любовницы покончить с собой. В своем письме Сугуро она признается, что открыла темную сторону своей души в день, когда ее муж признался в зверствах, совершенных в Китае во время войны, а ее это не ужаснуло, а наоборот - привело в состояние возбуждения. Она вспоминает Жиля де Рэ и Эржбету Батори и задается вопросом: не эти ли странные кинки подчас будят в людях эротизм, способность к чувственному наслаждению? А Сугуро, который, похоже, никогда об этом не задумывался, пока носом не ткнули, начинает понимать обманчивость внешности, в том числе собственной.

Жил-был писатель - известный и талантливый. Всю жизнь он старался жить достойно и книги писать тожее достойные, в общем, стремился к гармонии. Во многом ему это удалось: он много лет живёт с любимой женой, воспитал сына, книги его помогают людям, казалось бы, живи и радуйся. Но приближается старость, а вместе с ней и смерть. И на пороге смерти многое приходится переосмыслить, например, абсолютно изменить взгляд на самого себя.
Роман Эндо таит в себе мощнейшее противоречие: завязка его по-настоящему детективна (да и продолжение, кстати, тоже): у писателя появляется двойник, скользкий и мерзкий тип, который, прикрываясь его именем, творит всякие непотребства: якшается с проститутками, уважает садо-мазо, не брезгует юными девочками, и вообще тот ещё сладострастник. Вместе с тем повествование развивается по-японски неспешно, и размышления о человеческой природе - тонкие и глубокие - занимают Эндо куда как больше.
Книга яркая, неожиданная, провокационная. Совершенно точно не для моралистов - некоторые описания их могут травмировать, но и не для любителей чернухи - мир японских трущоб, конечно, изображен ярко, но довольно скупо, не разгуляешься.
Ницше писал: «Чтобы обрести мудрость, вы должны научиться слушать лай диких собак, что доносится из вашего подвала». Собственно, книга для тех, кто не только уже знает о существовании своих собак, но и кого они уже покусали за пятки. Невероятно насыщенное, горькое, но честное повествование.

Моё первое знакомство с творчеством Сюсаку Эндо оказалось удачным. В последнее время японская литература меня особенно интересует. Роман "Скандал" - это книга-размышление о человеческой природе, о двойственности, о грехе, о тёмной стороне души.
Главный герой - писатель-христианин Сугуро, который вдруг обнаруживает, что у него есть двойник, воплощающий всё самое худшее, греховное. Герою приходится разбираться в себе, опасаться скандала, чтобы не потерять лицо.
Название романа во многом оправдывает его содержание, есть некоторые шокирующие сцены, описанные достаточно натуралистично. Но роман мне понравился, в нём настолько глубоко раскрываются переживания человека в стремлении разобраться в себе, понять мотивы своих поступков.
В конце романа назревавший скандал должен был вот-вот разразиться, но...
Эта открытость финала даёт читателю богатую почву для размышлений о том, что будет дальше с писателем Сугуро, будет ли его жизнь прежней.

Насколько всё-таки в литературе мало сюжетов - навскидку могу назвать с десяток произведений, где обыгрывается тема двойничества (есть такое слово? или правильнее всё-таки немецкое доппельгенгер?). Что обидно, у того же Сарамаго ("Двойник") или дю Морье ("Козёл отпущения") тема раскрывается и глубже, и тоньше, и интереснее.

Есть писатель Сугуро. Образ очень автобиографичный; даже странно становится, как Эндо не побоялся вывести практически самого себя в качестве героя романа. Сугуро живёт размеренной добропорядочной (читай: унылой) жизнью, сидит в своём рабочем кабинете-утробе, изредка выбирается в мир, пишет романы о христианстве в Японии, ничем не беспокоит жену да и себя самого тоже. Ему даже страшна мысль о том, что его роман кого-то сподвиг на принятие судьбоносного решения. А есть двойник Сугуро. Он шатается по злачным местам, сомнительным заведениям, приватным вечеринкам, снимает девочек и при этом называется именем писателя. Скандал? Да не то слово. Хотя Сугуро всё это скорее возмущает, чем заставляет действовать. Каких решений можно ждать от человека, если единственное его желание - это чтобы его оставили в покое? И проблема не столько даже в пятне на репутации, которое точно появится, если самозванца не остановить, сколько в боязни запачкать свой чистенький внутренний мир чем-то неудобным, неприемлемым, некрасивым. Неслучайно же в голову Сугуро начинают приходить неприятные мысли - даже предположение о том, что кто-то, похожий на него как две капли воды, живёт развратной жизнью, перетряхивает сами незыблемые основы, запрещающие разговаривать, скажем, с женой о сексе. Боже мой, а как они сына сделали-то?.. Мне в целом нравится японская сдержанность, но порой она воистину доходит до абсурда.

Предполагается, что трансформация внутреннего мира Сугуро - это и есть основа романа. Он начинает сомневаться, начинает видеть червоточину и в себе, начинает видеть в грехе просто грех, а не шанс выйти к добродетели. Мир больше не чёрно-белый, потому что кто-то, оказывается, может днём искренне помогать больным детям, а ночью впадать в экстаз при мыслях о сожжённых с жителями деревнях. Все события романа так или иначе плавно подводят Сугуро к пересмотру своего я. И всё же "Скандалу" очень не хватает цельности, отдельные эпизоды с трудом подгоняются друг к другу, стыки плохо заделаны. Я понимаю, какую роль играет в романе Нарусэ (та самая противоречивая женщина с детьми и деревнями, которая ещё и очень сексуально поглощает еду), но переписывать её письма, историю её отношений с мужем или выдержки из книги про Жиля де Рэ, которым она восхищается - это слишком. 200 страниц - это не тот объём, который позволяет шататься в стороны.

Сложно сформулировать, что именно меня оттолкнуло в романе - не пара откровенных сцен, так точно. Возможно, их неаппетитность. Так может писать о чувственном только тот, кто по примеру Сугуро, считает это грехом. Да, в сцене с участием девочки-подростка никто не отменял моральный аспект и Уголовный кодекс, но эта сцена не вызывает вообще никаких эмоций. Сугуро слишком неживой в начале романа, чтобы то, что его шокирует, могло задеть и перевернуть заодно и внутренний мир читателя. Возможно, неинтересность "Скандала" для меня заключается в том, что во-первых, он постулирует в качестве открытия то, что для меня и так очевидно (добро и зло могут сосуществовать в одном человеке), а во-вторых, абсолютно беспомощно барахтается на волнах фрейдизма.

Это уже не первый роман, прочитанный у Сюсаку Эндо, но, хочу сказать, что определенно первый, что так снес мне крышу. Этот Эндо очень сильно отличается от привычного мне тихо размышляющего автора.

Признаться честно, я не ожидала такой глубины погружения в человеческие потёмки. Центральная тема - скрытые в психике человека бездны противоречий, порой тайных для самого обладателя. Посему и возникает в романе тема двойничества, причём не столько выраженная в существовании человека, похожего на тебя внешне, но в существовании копии с противоположным знаком.

Главный герой - стареющий писатель Сугуро. Он любим и уважаем издателями и читателями. Он примерный семьянин: заботливый муж и любящий отец. Однако однажды его репутация оказывается под угрозой, когда он узнаёт, что его двойник посещает сомнительные заведения и ведёт развратный образ жизни. Естественно, это начинает беспокоить праведного христианина Сугуро, и его покой отныне нарушается. В своём желании добраться до правды, Сугуро сталкивается с разными людьми и постепенно ему открывается тёмная человеческая бездна: сексуальные извращения госпожи Нарусэ и жестокость её мужа на войне, пугающие пристрастия художницы Мотоко Итои.

Все эти годы писатель жил и творил в соответствии с христианскими заповедями, уверенный, что греховность человека не абсолютна, что грех несёт в себе порыв к нравственному возрождению. Можно ли тогда оправдать эту темноту, которую вдруг увидел Сугуро в других?

А как же сам Сугуро? Восстанет ли его тьма?

Очень серьёзное произведение, задаёт много вопросов и заставляет задуматься. Определённо не для всех. В таком относительно небольшой по объёму работе автор размышляет о старости и смерти, о грехе и добродетели, о христианстве и писательстве.

А ещё мне показалось интересным его весьма необычное размышление о рождении младенца:

• Изгоняют?
• Да, вытаскивают из утробы. Мы, взрослые, называем это рождением, но для младенца это переход от дыхания в водной среде к дыханию в воздухе, рывок в страшный, неведомый мир. Первая смерть и первое воскресение в существовании человека. А потому крик новорожденного выражает не радость появления на свет, как мы на свой лад толкуем... Это вопль ужаса.

Как оказалось японская литература совсем не для меня. Все в этой книге трещало по швам, когда я ее читала. Мои нравственные устои были совершенно не согласны с выводами автора, подведенными им в конце, но, как и все другие, Эндо, как автор, тоже найдет своих почитателей, увы, не в моем лице.

Знаете, когда я читала данную книгу, то подумала, что данный автор вполне мог бы оказаться мизантропом, т.е. человеконенавиcтником. Лично я не думаю, что все жестокости, склонность к садизму и мазохизму являются частью нашего "альтр эга". Эндо, как я считаю, прав лишь в том, что любой человек может опуститься на самое дно. Но, что делать ему дальше: избежать падения в полную аморальность или вылезти к свету - выбор каждого отдельного человека, а не врожденная внутренняя уродливость каждого из нас.

В книге были одни запомнившиеся мне слова священника: "Почему ты не пишешь о чем-то более красивом, чистом?" - до конца данного произведения этот вопрос вертелся и у меня на языке.

Конечно, я не считаю себя таким огромным скоплением добродетели в сверкающих доспехах невинности и безгрешия. Но, на мой взгляд, не все люди такие мерзавцы, как представляет всех нас в своих глазах автор.