Кафка на пляже

испытав гору эмоций, и некоторое разочарование в том числе, я могу сделать вывод, что книга мне понравилась. особенно сильно запали в душу рассуждения Вороны, именно в них раскрывается философия и те вопросы, над которыми интересно поразмыслить. поначалу мне также нравилось переплетение сюжетов, нравилось то, что есть и мистика, и романтика, и фантастика, но под конец меня начинало это раздражать, если уж использовать подобное переплетение, то как по мне, стоит брать что-то близкое друг к другу. раздражает незавершенность, нераскрытие, я ожидала необычной концовки из-за интриг, что были повсеместно, но конец оказался совсем уж неподобающий.
возможно, для этой книги требуется перечитывание, чтобы понять и найти лично свои ответы, ведь для меня, данное произведение нужно именно для разбора в себе, а не в персонажах и ситуации.
живой я себя с ней действительно чувствую, то ли от атмосферы самого автора, так как привыкла к нему, то ли от ауры комфорта полюбившегося мне персонажа книги – Осимы.
читается легко и достаточно быстро, однако не подойдёт для тех, кто любит, когда всё разъясняется,  читая книгу чувствуется восторг, но закрыв – разочарование.

Не прошло и тридцати лет с моего рождения, а с рождения «Кафки на пляже» и двадцати, как мы встретились. Какую роль в этой встрече мне было ближе всего принять – отправившегося на поиски своего пути подростка, обескураживающего своей чудаковатостью старика или пророчащего из-под облаков Вороны – сложно понять.

Вообще, есть что-то в этих произведениях, которые непросто резюмировать клишированными выводами. Потому что, как мне кажется, это, в принципе, дело неблагодарное и мало приносящее пользу. Разве что будет толк от этого на школьных уроках литературы, где в сочинениях нужно дать конкретную мысль, «заложенную автором». Как поведал мне однажды друг – автор гибнет, как только ставит точку в своем произведении, поэтому эти ваши смыслы – гнилой фрукт, Алла Михайловна. Ну а зато, когда непросто даже понять направление – приходится шевелить шестеренками. Вот спасибо, а то, думается мне, они бы у меня совсем проржавели.

Что же с «Кафкой»? Харуки Мураками написал этот свой десятый роман будучи уже зрелым и обласканным литературным обществом писателем. Как следует из данных в сети, это был уже тот период, когда он таки захотел писать о родной стране и японцах (насколько пронизаны его предыдущие творения западом не могу судить, до них не добиралась). И, точно так же мне сложно отделить от холста повествования именно восточные нити и узоры. Настолько мне кажутся эти аллегории на почти семи сотнях страниц покет формата характерными именно Мураками-сану. Ну, это по умолчанию, ведь мы одной книгой, можно сказать, ещё совсем мало знакомы.

Сюжет

Завязка весьма остросюжетна – не потому, что очередной потерянный в этом мире ребенок решает покинуть дом и отправиться на собственные поиски (кому из нас не случалось даже мечтать об этом?), но потому, что параллельно его переживаниям и приключениям мы наблюдаем за невинным, казалось бы, старичком, в чьём детстве имело место необъяснимое событие, повлиявшее на его память и когнитивные способности. За этими серьезными словами кроется простой диагноз – дедуля мало что понимает, разве что язык кошек и где после ежемесячного пособия от губернатора можно отведать любимого угря. Их истории как спираль ДНК: от определенной точки отсчёта сплелись и держатся друг за друга. Точкой, где цифры перестают звучать, является библиотека с её не менее поразительными обитателями: одним живым то ли юношей, то ли девушкой, одной то ли живой, то ли исчезнувшей женщиной, и (тут всё более определенно) – одним силуэтом на берегу (Кафки, но не Франца).

«Кто я и зачем» – столько было испорчено бумаги, кинопленки и пластинок, чтобы донести очередное личное «исследование» на эту тему. У меня, кстати, сейчас на почте мерцает непрочитанным письмо с такой темой – от какой-то школы эзотерики (чёрт его знает, почему они упорно строчат мне послания). Если кому-то из вас жизненно необходимо познать чёткий ответ, найти более-менее не иллюзорный ориентир, хотя бы, на этот вопрос – не возлагайте на «Кафку» ожиданий. Единственная более-менее доступная мысль, легко откликающаяся (поправочка: откликнувшаяся мне – наверное, потому что это цитата из Платона, а не Мураками-сана) звучит так:

На этом моменте (если этого ещё не произошло ранее) подцепляешь извилинами размышления относительно причины собственного существования, невольно проверяя, насколько темнее твоя тень, чем у окружающих. Видится мне, что в «Кафке» мы наблюдаем через несколько проиллюстрированных судеб (каких-то ярче, каких-то – лёгким намеком) неотвратимость сомнительности наших жизней. И развязки у героев (я противник спойлеров, если что!) очень разные, но весьма закономерные. Стоит ли тратить время на то, чтобы дойти до весьма логичного финала, но не найти универсального совета, раззадорив тревогу относительно своего пути – по-моему, всё зависит от вашей чуткости. Тут уловом будут (кроме пойманных в перевернутый зонтик обрушившихся с небес рыбёшек) ваши собственные вороны-мысли, возможно, немного рассеянные проклятья, насланные на самих себя, и пробужденные сопереживания (без спойлеров, но один изощренный момент заставил меня разрыдаться над книгой), определенный музыкальный вкус, сочащийся со страниц, в конце концов. А, ну и немного эротики, если это важно

Максимально странное и неоднозначное произведение. Линии героев такие разные и, кажется, даже параллельные друг другу, ни разу не соприкасающиеся физически, туго сплетены косвенно.

В начале книги с интересно следить за линией юного Кафки, его взаимодействием с второстипенными персонажами, его мыслями и размышлениями, но в то же время сидеть с тупыми выражением лица, пытаясь осознать все действия старика Накаты.

В конце же книги поймав волну, по кторой Движется Наката, становится интересно следить за его действиями и в чём-то даже понимать его. Действия же главного героя становятся максимально безумными, смысл его монологов, в каждой главе сводится к одной и той же теме, что аж на зубах свербит.

Вообщем-то я не могу назвать эту книгу плохой. Эта одна из тех немногих книг, взяв после которой в руки другую, возникло чувство моего личного предательства истории и её героев.

Разговаривающие коты, метафизические абстрактные объекты, торсионные поля, маленькие уши, выглядывающие из-под волос, как грибы из густой травы, Эдипов комплекс глазами Эдипа-подростка, секс с призраками, секс с любимыми, приснившийся секс, оказывающий реальное действие на приснившихся партнёров, злокозненные инопланетяне, пространные цитаты из классической японской и западной литературы, Трио №7 для фортепиано, скрипки и виолончели «Эрцгерцог». Всё это — «Кафка на пляже», книга, которую Харуки Мураками написал в 2002 году. Спустя пятнадцать лет, в две тыщи семнадцатом, он опубликовал «Убийство Командора», и если положить эти две вещи рядом, невозможно не заметить их явную связь.

Обе книги написаны по одним и тем же писательским лекалам, но на разном уровне писательского мастерства. И вроде бы у них разный сюжет, но идея явно одна. Если бы я не знала, что автором является один и тот же человек, то сказала бы, что автор «Командора» явно вдохновлялся «Кафкой», позаимствовав (и одновременно развив) сюжетные повороты и персонажей, включая загадочную сущность собственно Командора. Но поскольку я знаю, что обе книги — плод усилий одного писателя, то возьму на себя храбрость предположить: Мураками по каким-то одному ему ведомым причинам решил переписать «Кафку» заново, и — вуаля — у него получился «Командор». Если читать эти две книги параллельно, то можно заметить некоторую несовершенность, незрелость «Кафки», в то время как «Командор» практически безупречен. Слово «практически» здесь ключевое. Я допускаю, что «Командора» можно переписать тоже, доведя идею до абсолюта.

Возможно, когда-нибудь нам удастся прочитать новый, усовершенствованный текст. Правда, придётся набраться терпения и подождать лет пятнадцать.

Несомненно, Япония - другая вселенная, и Харуки Мураками - пророк её. Никаких предсказуемых поворотов сюжета тут быть не может, поскольку совсем иная система координат у японцев, контурные карты менталитета и бытования нашему сознанию не вполне доступны. Тем не менее, "Кафка на пляже" - это роман взросления с присущими этому жанру составляющими. Я не стану углубляться в сюжет, перечислять немногочисленных героев, самый обаятельный из которых, конечно же, старичок Наката, умеющий разговаривать с кошками, да это и не главное в книге. Важен сам процесс. Процессу в прозе Мураками всегда уделяется первостепенное значение: читатель в подробностях знает о том, что ел ГГ, что надел, о чём думал, кого видел по дороге, обязательно - что слушал и что в нём откликается на эту музыку. И приземляя этими, местами заурядными и скучными, деталями, отвлекает читателя от осознания момента, когда "вагончик тронется, перрон останется". Когда что-то щёлкнет и начнёт почти неощутимо, но при этом неуклонно, смещаться в ткани реальности. "Кафка на пляже" не исключение, метод безотказен, так же, как и неуловим. И заставляет ГГ, как и читателя, докопаться до вывода: всё является частью всего, где жизнь - это всего лишь метафора и, по гамбургскому счёту, метафора эта живёт только в твоей голове.
Не отнесу "Кафку" к своим любимым книгам Мураками, всё-таки трилогия об овцах (первая любовь, да), "Хроники заводной птицы" и "Убийство Командора" запали намного глубже. Но тем не менее, перед нами всё тот же Харуки Мураками