Mary

Обычно гения способен понять только другой гений. Поэтому странно, что я никак не могу уразуметь, почему Владимир Владимирович, стеснявшийся впоследствии "Камеры обскура" и считавший её провалом, не только не стеснялся этой вторичной и, в общем-то, обыденной книги, но даже сподобился написать для неё комментарий. Ох уж эти причуды.
А тем не менее, книга - никакая. Ни плохого, ни хорошего сказать о ней нельзя - просто вполне удачная работа становящегося писателя, который набивает руку, расписывает перо и вот-вот собирается перевернуть мир.
Бедная сюжетом, бедная идеями и я ещё не знаю чем - аллюзиями, объёмом, может быть, - она не очень-то и походит на позднейшее творчество великого ВВ.
Разрешите спойлер: ну выпал человеку шанс встретить свою бывшую любовь (а были ли там любовь?), ну пошёл он, чтобы иметь шанс встретиться с ней, на подлость (на чем внимание не акцентируется), ну раздумал, дескать прошлого не вернуть и трали-вали, и уехал с глаз долой. Что с того-то?

В основе романа «Машенька» лежит сквозная тема всего творчества Набокова — тема утраченного времени и невозможности воскресить прошлое. Главный герой, Лев Ганин, не встречается с Машенькой вовсе не из-за внешних препятствий, а из-за глубинного внутреннего осознания, что встречаться уже не с кем.

Для Ганина Машенька за долгие годы разлуки перестала быть реальной девушкой. Она превратилась в «божество», в идеальный образ дореволюционной России. Она стала для него символом утраченной России, светлого, целостного мира до революции. Его воспоминания стилизованы, поэтизированы, почти вымышлены — как и сама «Россия в изгнании», которую эмигранты несли в себе.

Все четыре дня, пока Ганин ждет её приезда, он проживает не будущее, а прошлое. Он как бы оживляет их роман в своей голове, и эта внутренняя реальность оказывается ярче, насыщеннее и совершеннее любой возможной встречи в настоящем.

Набоков показывает трагедию эмигранта: память об утраченной родине прекрасна, но сама Родина, если бы в неё можно было вернуться, уже была бы другой. Точно так же реальная Машенька — жена скучного Алфёрова, женщина, которая едет в поезде, возможно, погрузневшая и отвыкшая от Ганина, — не выдержала бы сравнения с той Машенькой, которую он носил в душе.

Кульминация романа происходит не в момент возможной встречи, а в момент, когда Ганин слышит гудок уходящего поезда. Это сигнал к освобождению. Вся энергия, которую он вложил в четыре дня воспоминаний, позволила его душе совершить работу прощания. За четыре дня воспоминаний он «переселяется» в Россию, проживает свою любовь заново и, когда поезд с Машенькой уходит, понимает, что его прошлое наконец-то умерло окончательно и бесповоротно. Он сам решает не встречаться. Он отпускает призрак, чтобы начать жить своей, пусть трудной, но реальной жизнью.

Роман — не о любви, а о невозможности вернуть утраченное и о том, как человек сознательно выбирает иллюзию, чтобы сохранить красоту воспоминания. Это особенно резонирует с эмигрантским опытом 1920-х годов, когда целое поколение навсегда рассталось с родиной, сохранив её лишь в памяти.

"Машенька" - дебютный роман В.Набокова, но, боже мой, если бы каждый дебют был таким! По объёму это,скорее, повесть, охватывающая всего неделю из жизни героев. Пронзительная повесть, меланхоличная и, одновременно, лихорадочно-восторженная, болезненная, неуютная.


Дождливая весна в Берлине. 1924г. Угрюмый пансион, где коротают свои дни за невесёлыми разговорами "семь русских потерянных теней". Среди них - главный герой, Лев Ганин, молодой человек, уставший от бессмысленного существования. Он тяготится своими нелепыми отношениями, никак не может их разорвать. Всё ему наскучило, везде сплошной тлен и скука. Берлин видится ему тусклым и негостеприимным. Ему всё кажется, что по железнодорожным путям,которые он наблюдает из окна, поезда движутся прямо-таки сквозь пансион, т.е. никакого покоя и чувства безопасности. Со своими соседями он не слишком дружелюбен, а порой даже груб. Но всё внезапно меняется, когда Ганин узнаёт, что жена одного из постояльцев, Машенька,- его первая большая любовь. И тут с героем начинают происходить метаморфозы.

В его сознании Берлин со своей серостью исчезает, а на его месте появляется летняя и цветущая Россия, солнечная, яркая, наполненная юностью и первой любовью.


"Воспоминанье так занимало его, что он не чувствовал времени. Тень его жила в пансионе госпожи Дорн, - он же сам был в России, переживал воспоминанье своё как действительность"


Первая встреча с Машенькой, взаимная влюбленность, взгляды, запахи... Первое расставание, письма, близость. Всё это очень живо предстаёт перед читателем. И вот уже Ганин вместе с соседом начинает ждать приезда Машеньки, строить планы о возобновлении их отношений.


Все эти мечты перемешиваются с разговорами о родине, в которых сквозит тоска, злость и отчаяние. Один из постояльцев говорит, что любить Россию можно только в эмиграции, а там, в самой России, её никто не любит. И становится понятно, что через каждого героя сам автор делится своей болью. Неприкаянный Ганин; умирающий пожилой поэт Подтягин, который никак не может получить паспорт,чтобы уехать в Париж; печальная Клара, влюблённая в Ганина; Алфёров, которому повезло жениться на той самой Машеньке... У каждого - свои горести и свои надежды. А Ганин... Он, с подачи Набокова, всё сильнее погружается в воспоминания и кажется, что реальная жизнь от него ускользает. Не осталось больше ничего - одни мечты о встрече с Машенькой.


Если бы я не прочла о судьбе Набокова, то могла бы,как и некоторые читатели, допустить ошибку, сочтя этот роман - ностальгией о навсегда ушедшей любви. Нет, Набоков, конечно, был бы не Набоков,если бы его сюжет не таил в себе второе дно. Ведь роман, по сути, не о женщине (не только), а об эмигрансткой тоске по родине. Все эти постояльцы пансиона - не люди, а тени, оторванные от своих корней, бежавшие от захваченной большевиками России и нашедшие приют в сумрачном месте, которое, непонятно, существует ли вообще (возможно, это вообще что-то вроде лимба, но это мои догадки).


Финал романа мне понравился своей логичностью. Ганин, осознав нелепость своих эфемерных мечтаний, прощается с прошлым. Он понимает, что его любовь к Машеньке/России - любовь к уже несуществующему, что его будущее уже не связано ни с этой женщиной, ни со страной. Напитавшись этими воспоминаниями, он заходит в поезд и спокойно погружается сон.

Маленькая грустная история. Когда-то давно он любил ее. Или думал, что любил. И она любила его. Или думала, что любила. Прошло 7 лет, судьба немилосердно разбросала их по миру и так же причудливо готова свести вновь. Она уже замужем, едет к мужу, который живет в том же бедном пансионе для эмигрантов в Берлине, что и ее бывший возлюбленный. И чем больше Ганин готовится к этой встрече, чем ярче представляет момент первого свидания, тем яснее понимаешь, что никакой встречи у них не будет. Снова даст слабину Ганин, снова разнесет их жизнь, и снова в своих бесконечных скитаниях он будет вспоминать тонкую фигурку в синей шевиотовой кофточке…

Прочитала с удовольствием. Набоков в очередной раз порадовал искусным языком. Сама история не нова, воспоминания о первой влюбленности. Правда, я не угадала ее финал, но этот факт ничуть меня не разочаровал, скорее наоборот.

Трогательно, тонко, нежно. Грустная, но светлая нотка ностальгии. Роман располагает к неспешному чтению, к размышлениям и воспоминаниям....

Эх, я бы, наверное, не смогла поступить как Ганин, очень соблазнительно. Умом я понимаю, что это верное, мудрое решение, но сердце, от возможности повернуть время вспять, замирает в ожидании невозможного чуда.

Господи, до чего же грустная книга! На два дня меня захлестнула такая тоска, бесцветная осенняя безысходность… Захотелось забиться в какой-нибудь уголок поближе к батарее и греться, греться.

Вот, оказывается, как чувствуют себя люди, оторванные от Дома. Не по своей воле уехавшие, долго решавшие и собиравшиеся, а вырванные обстоятельствами, спешно бежавшие, многие – оставившие что-то близкое и дорогое. Семь человек, у которых выбита почва под ногами. Которые потеряли опору, потеряли веру, потеряли Родину. Они сумели найтись пансионе Лидии Николаевны и весь дом пропитан воспоминаниями. В этих воспоминаниях они «варятся» и существуют, и теряют интерес к жизни. Их положение неизвестно и шатко, и дом, продуваемый ветрами и периодически сотрясающийся от проходящих поездов тоже кажется ненадёжным, словно картонным. Унылые, обшарпанные стены, мебель, которая когда-то составляла единое целое разделена, разобрана по комнатам… Набоков называет пансион «убежищем для изгнанных и выброшенных» - печально и грустно.

Невероятно жаль Подтягина, на мой взгляд – самого положительного из всех героев. Он знал, что медленно умирает, оттого так и стремился покинуть наконец пансион, а вместе с ним и Берлин. Не успел. Грустно читать о Кларе… Ей двадцать шесть, но в её мыслях та же всеобщая безысходность. Лев Глебович – единственный, кто смог вырваться из всего этого. Благодаря чувствам к Машеньке у него хватило сил оглядеться, осознать своё угасание, принять решение и уехать. Он специально так глубоко погрузился в воспоминания о том лете, о первой любви, пережил всё как будто заново, всё перечувствовал, - это стало для него трамплином в новую жизнь. А холодный душ, под которым стоял Ганин перед выходом из пансиона – как своеобразная черта.

В целом мои впечатления положительные. Это – первое моё знакомство с Набоковым, как и с литературой об эмигрантах вообще. Так получилось, что этот «кусок истории» для меня «выпал»… И в особенности «выпал» внутренний мир людей, вынужденных покинуть Родину, оказавшихся вдруг ненужными. Их чувства, переживания, тоска по России для меня стали открытием, потому как я, к сожалению, принадлежу к тем, для кого благодаря воспитанию Ubi bene ibi Patria.

Эх ,какой язык, какой он насыщенный и красивый, пусть немного вычурный, но очень настоящий!
Однако, с самого начала заявляется, что пансион был русский и при том неприятный(!), и вот эта неприятность, она на протяжении всей книги тянется и тянется, ни один герой не вызывает сочувствия или симпатии, все герои потерянные, кто в своем прошлом, кто в безысходном настоящем, кто затерялся в опостылевшем романе, кто в поисках ангажемента, кто в своей самоуверенности или наоборот - в своей неуверенности в себе, кто в попытках быть не собой, а кто и в бюрократии. все герои для меня потерянные, даже сама Машенька, раскрытая нам в воспоминаниях Ганина, потерялась в своей любви, в наставлениях и желаниях и не-желаниях родителей, в своих мечтах о будущем, в своей робости, в своей жизни, Ганин даже спрашивает, как же она могла выйти за Алферова, ведь в его воспоминаниях у нее совсем другой образ. Она неизбежно изменилась и Ганин решает, в конце концов, сохранить за своими воспоминаниями ее светлый образ, образ своей любви к ней, и начать жизнь с чистого листа на новом месте, отрешившись от всего прошлого.
Но не вижу я для себя в "Машеньке" светлого, герои романа потерялись в серости, в грязи, в безысходности, все как-то тоскливо..