Лучшие исторические романы Эдварда Радзинского

Чем отличается профессиональный историк от эрудированного дилетанта? Профессиональный историк не только много знает, но и умеет критически осмыслять полученное знание. Он отдает себе отчет в том, что то, что мы знаем, мы не можем проверить на сто процентов, мы не можем отправиться на машине времени в прошлое, чтобы стать очевидцем тех или иных событий. Историк должен быть всегда готов к неожиданностям, к тому, что какие-либо новые данные могут разрушить привычную картину мира.
Эрудированный дилетант вроде Радзинского или Дм.Быкова или Акунина или, страшно даже подумать, Евгения Понасенкова (тьфу!) может в теории знать больше, чем любой профессиональный историк. Что тут сложного? История вещь увлекательная, а источников великое множество. И какой-нибудь Невзоров может умыть обычного профессора с исторического факультета тем, что скажет: "А вы мне вот скажите, какими духами пользовался Людовик XVI, чтобы его попка благоухала? Вот вы не знаете. Ну, и какой вы историк?".
Но при этом дилетант с возрастом начинает приобретать определенное мировоззрение, определенный взгляд на жизнь, на общество, на государство, в котором он живет. У него оформляются, в конце концов, определенные политические убеждения.
И эти же убеждения потом влияют на этого образованного дилетанта таким образом, что все его накопленные знания, вся его эрудиция начинают служить ему исключительно для того, чтобы в нужный момент защитить его точку зрения и его политические убеждения.
Вот, к примеру, Невзорова и Дм.Быкова трясет до усрачки от российской великодержавности, вот прямо аллергия на это все, и у них есть стремление во что бы то ни стало заставить "русского ватника" комплексовать. Поэтому в ход идут все накопленные ими знания о том, как Россия на протяжении своей истории позорилась и обсиралась.
У Радзинского тоже есть убеждения. Он люто ностальгирует по так называемой России, которую мы потеряли. России с гимназистами в фуражках, с барышнями с вуалью, с лихими гусарами, с попами, с юнкерами и кадетами, с извозчиками и ваш-благородиями. Ему кажется, что вот по сравнению с "совком" российской интеллигенции при царе было бы жить легче. Распространенное заблуждение...
Я Радзинского слушал по ТВ, где он в сжатом виде, увлекательно, поставленным голосом пересказывал содержание своих как бы исторических исследований. Читал он хорошо, и на меня это производило впечатление. Позже, уже в более зрелом возрасте я отметил, что содержание его сочинений в целом информативнее не намного школьного учебника. Например, не столь давно я слушал его истории по эпохе переворотов в России в 18 веке, и надо сказать, что это было очень слабо. Я не узнал вообще ничего нового.
Сильно начинает приедаться и манера рассказчика. У него не так много типов интонаций:

• спокойный рассказ, без метаний голоса туда-сюда. Встречается редко.
• на повышенных тонах. "И тут Сталин одних расстрелял! Других в ГУЛАГ! Кровь полилась потоком!!!". Встречается часто.
• с ироничной усмешечкой. "Нуууу, мы понимаем, что этот австрийский художник был не так прост, он-то потом покажет евреям...". Встречается еще чаще. Перерастает в пункт 2.

Речь идет о Столыпине.

Само уже многоточие словно намекает на то, что серьезные люди - это не те, кто не верили. Они глупцы. А вот мы, современники, должны проникнуться мистическим ужасом, что Распутин предсказал и, возможно, способствовал смерти Столыпина!
Да вы что, серьезно?!
И таких моментов в книге сотня! Всегда Радзинский самым драматичным образом подчеркивает, что ничего серьезного в России без "колдунства" Гришки не происходило. Даже война бы первая мировая не случилась, если бы он не захотел.

Здесь вообще все прекрасно. Особенно сравнение революции с Апокалипсисом. Революция, конечно, встряхнула Русь, но это было обновление, а не конец света. Хотя для Радзинского с его определенными взглядами все видится несколько в ином свете.
Ну, и конечно же, опять этот Распутин. Уже в тысячный раз Радзинский подчеркивает его какую-то мистическую связь с внешней политикой. Особенно это "как считали". Это мнение тогдашних политических экспертов, аналогов современных Соловьевых-Киселевых? Уже представляю, как они собирались и говорили: "Повоевать-то охота, да вот этот Распутин, не дает воевать!".
Известно, что Распутин любил женщин, особенно проституток. Нормальные историки сильно сомневаются, что Гришка потрахивал государыню, но были в его сферах интересов женщины посимпатичнее. Однако Радзинский почему-то взялся его отмазать.
Так, к примеру, Радзинский честно приводит рапорт В.Ф. Джунковского, главного на тот момент жандарма страны, где тот описывает, как наш герой пьянствовал и показывал свой "детородный орган". Но через несколько страниц Радзинский приводит свидетельство некоего Филиппова:

То есть, это все тупой мент Джунковский наговаривает, а вот собутыльник Распутина обязательно говорит правду! И вообще все многочисленные свидетельства безобразий Распутина - все это херня, потому что Филиппов никогда не замечал за Распутиным "расстегнутых брюк". Расходимся, господа, Гришка у нас святой, Филиппов гарантирует!
Самое тупое место в сочинении Радзинского - это описание убийства Гришки. Да, нашлись люди, крайне недалекие, решившие, что лучше Распутина грохнуть, так Россия спасется. На самом деле лучший путь был не трогать говно, чтобы оно не завоняло, но наши дворяне так не могли оставить дело.
Организатором убийства был Феликс Юсупов. И далее Радзинский описывает убийство "святого" почти полностью от его лица и лица его сообщника по фамилии Пуришкевич, что уже само по себе обесценивает всю хронику этого дела. При этом Эдик не допускает даже мысли, что Феликс Юсупов мог что-то там присочинить... А вот у меня такие мысли возникали постоянно.
Они сначала решили отравить Гришку, пригласили к себе в гости и приготовили ему пирожные с цианистым калием. Но тот отказался, отчего Феликс проникся мистическим страхом и решил, что Гришка включил здесь свое "колдунство". Радзинский тоже на это активно намекает. Но потом Гришка внезапно решил пирожные поесть, однако цианистый калий не подействовал - МАГИЯ!
Следовало бы предположить, что он съел не те пирожные, или доза была слишком мала, но все решили, что здесь не обошлось без особых сверхъестественных способностей.
Тогда заговорщики решились наконец просто нашпиговать его свинцом, что и сделали. Но что-то пошло не так.

Зомби-Распутина пришлось убивать, как это принято в зомби-хоррорах, выстрелом в голову.
Конечно, Эдик, чтобы его не сочли психопатом, уточнил, что это все ложь, тут много нестыковок, но... незачем было тогда тратить столько времени на всю эту чушь!

Да-да, Эдик, были, только успокойся!

И дальше Радзинский приводит список тех, кто умер в одно время с Распутиным или незадолго до него из числа тех, кто хотя бы был с ним знаком. Как будто Распутин имел к этому хоть какое-то отношение! Вот где здравый смысл? И что, все, кто был знаком с Распутиным, умерли именно что насильственной смертью? Не все же, наверное. Тогда какой смысл акцентировать на этом внимание?

Да уж, это безусловно очень важный исторический факт!

Каким надо быть упоротым, чтобы отождествлять шарлатана Гришку и людей, которые боролись за свободу и собственное достоинство! И что это за "насиловать"? Революционеры вряд ли были склонны к преступлениям на сексуальной почве больше, чем те, с кем они боролись.
Книга заканчивается выдержками из церковных книг, пафосными пророчествами, от которых впечатлительным дохозяйкам должно стать страшно.
Нет, Эдик, это никуда не годится! ДВОЙКА!

Выпрями спину, дитя мое. Ну!
Простолюдины
Гнутся. Потуже корсет затяну...
Выпрями спину!
Если упала, расшиблась - не плачь,
Боль - только вспышка.
Каждой принцессе положен палач.
Спину, малышка!
В черную кухню ли, в келью, в петлю,
В обморок, в клетку, -
Спину, дитя мое! Я так велю.
Выпрямись, детка!
Спину!..Народ, как всегда, ликовал -
Вон что творится...
На эшафот или в грязный подвал -
Спину, царица!
Если детей твоих, всех пятерых,
Девочек, сына...
Пусть тебе будет не стыдно за них.
Выпрями спину.
Значит, вот так, - ни за что, ни про что, -
Мальчика, дочек...
Господи, только б не вскрикнул никто!..
Спину, сыночек!..
(О.Родионова)

И ручьями кровь стекает по выщерблинам пола,и в агонии бьются тела, а палачи мрачными тенями мечутся по тусклой комнате и каждый взмах их рук - еще одна вспышка боли, еще один стон, еще один крик...
История последней царской семья - лично для меня - тема преинтереснейшая. Давным-давно и совершенно случайно в руки попал труд Лауреата премии Пулицера за 1981 год, американского писателя и историка Роберта Мэсси "Николай и Александра" - этакая неказистая на первый взгляд книжка в скромной синей обложке с тусклым тиснением и мелким шрифтом.А внутри - огромная подборка материала, увлекательнейшее многолетнее исследование жизни и гибели последнего императора и его семьи. Достаточно долгое время эта книга была любимой среди книг данной тематики.
Но любимейшая "Долгая прогулка" продолжает радовать. Выпавший мне автор - Эдвард Радзинский - к стыду моему, ранее мною не читался. Слышать - слышала, а вот пролистать хотя бы одну книгу времени все никак не могла выделить. Зато сейчас - в списке "хотелок" этот автор - "впереди планеты всей".
Его "Николай II" - уникальнейшее художественно-историческое исследование всей жизни как самого последнего русского царя, так и его семьи. Основанное на не публиковавшихся ранее архивных документах, оно поражает глубиной анализа как личных дневников членов царской семьи, так и личной переписки Николая II и его супруги, докладов военачальников и министров, дипломатической почты, служебных записок и документов большевиков, воспоминаний очевидцев и многих других источников. Умение некоторых в данном случае - автора докапываться до такой глубины информации - поражает. И радует. Нам есть что читать. Да и не просто читать - изучать, анализировать, раздумывать, обсуждать, спорить...
Династия Романовых - одна из самых загадочных и трагичных за всю историю существования государства Российского. Сложным было время воцарения рода, сложным было и окончание правления. Сложным и трагичным. И с налетом мистики. Автор особенно подчеркивает это:

Происхождение рода, правившего Россией с февраля 1613 года, точно не установлено до их пор. Первые его представители пришли из "неоткуда". А последние - ушли в ... никуда. После такого полагается писать "... но они оставили нам мощную сверхдержаву, сильно, развитое государство с большим будущим, во главе с ...". Но нет. Этого написано не будет.
Потому что породившие мощь и силу - не смогли в итоге это сохранить и удержать, развить и расширить.
За три сотни лет правящая династия вывела страну из хаоса, известного нам как Смутное время - время тяжелейшего государственно-политического и социально-экономического кризиса, вкупе с польско-шведской интервенцией и последствиями стихийных бедствий. Преодолев череду препятствий и ошибок, правители превратили страну в могучую морскую державу, с регулярной армией и флотом, развитой промышленностью; сильное православное государство, включающее в свой состав Украину, Прибалтику и Белоруссию. Освоение южных земель шло полным ходом, как и развитие экономики (уровень экономических успехов 1913 года служил эталоном для сравнения до середины ХХ века).
Однако такой мощной птице нужны крепкие руки и мудрая голова. И то, и другое вместе. Иначе птица больно клюнет, вырвется и улетит. Что и случилось.
Последнему из династии Романовых выпала особая карта в игре "власть". Вспоминая первых из рода, можно сделать вывод, что в их времена народные основы и традиции служили объединяющим знаменем всего общества. Их почитали как правящий слой, так и простой народ. К началу же 20-го века в мировоззрении общества происходят глобальные изменения. Старый путь значительной частью образованного населения признается невежественным и отжившим.Традиции становятся объектом отрицания.
Не признается право России на собственный путь. Делается попытка навязать ей чуждую модель развития — либо . И для тех, и для других главное — поломать самобытность России.
Царь - горячий приверженец старого. Оно близко сердцу и душе, этом его учили и отец, и дед, эта колея, по которой "катились колеса страны" много-много лет. И "прикатились в итоге" к величайшему государству, которое диктует свои условия на мировой арене. Понятно неприятие Николая II навязываемых стране перемен в виде модных либерализма либо марксизма. Он против уничтожения самобытности России. И потому он в глазах жаждущих перемен - мракобес, враг, кровавый, предатель...
По мнению автора и я с ним соглашусь Николай был излишне мягок и нерешителен. Натура его (по характеру скромная, обходительная, неконфликтная) с юных лет подверглась психологическому давлению - его ждал престол!Огромная страна, которой необходима была крепкая рука!Такая рука была у его деда, была и у его отца.А вот сам Николай, к сожалению, такой же твердостью характера, и прозорливостью не обладал. И понимал, что подражание здесь не поможет, а собственных способностей - увы! - не хватит. Его привычка "оттягивать" решения срочных задач, сильное влияние жены чрезвычайно сильное, нежелание пересматривать ранее сформировавшееся мнение о людях а кое-когда это можно и нужно было сделать привело к череде ошибок, ставшими роковыми. Если вспомнить всем известную трагедию на Ходынке и произошедшее после - бал у французского посла, на котором императору вряд ли следовало задерживаться после случившегося. И следствие, которое, выявив виновника, по высочайшему приказу было закрыто, поскольку виновником-то была особа царской крови...
В итоге разыгралась драма. Страшная. Страница истории, долгое время закрашиваемая, умалчиваемая,скрываемая. Убийство и самого последнего императора, и его семьи. Казнь, которая несмываемым пятном остается на свитках под названием Революция и "переход в светлое будущее". "Железной рукой загоним человечество к счастью" - этот лозунг висел в Соловецком лагере. И пулей, и штыком.
Николай II – самая трагическая фигура среди европейских монархов новейшего времени. Блестяще образованный, воспитанный, добросердечный и обаятельный, но уверенный в богом данном ему титуле божественное предназначении самодержавия, твердо намеренный ни на йоту не уступать своего самодержавного могущества, вследствие сильнейшей привязанности к семье - чрезмерно изолированный от общества, был менее других приспособлен к политической деятельности. Ясно осознавая свои недостатки, он пытался вести прежний курс отца, не способный принимать грядущих перемен и не желающий прислушиваться к немногочисленным, но по-настоящему верным его сторонникам, умудренным сединами и опытом, которые пытались С.Ю.Витте показать царю возможный печальный итог будущего.

Много можно писать о последних Романовых.
Много статей и книг посвящено их жизни, а еще больше - смерти.
Читайте, выносите суждения.
Кто же он по-вашему мнению - последний царь?

Прочитано в рамках игры "Долгая прогулка"_февраль

Вы знаете, я только что прочитала томик по истории России с привкусом СПИД-инфо Оо Авторы жёлтых газетенок бы обзавидовались: они-то перебиваются небольшими статейками про найденных мёртвыми тайных любовников Аллы Пугачёвой и сельскую старушку, с помощью инопланетян предсказавшую конец света на будущее 8ое марта, а тут целую книгу в таком стиле выпустили, премии дядьке вручают и иногда называют серьёзным историческим писателем! Нет, в плане образования и знаний историк Радзинский, возможно, вполне неплохой, но вот манера изложения... Цитата с лурка наилучшим образом её описывает:

Книга посвящена эпохе Александра II. Автор напомнит читателю историю семьи Романовых, остановится на годах правления отца будущего царя-освободителя, Николая I, расскажет о его воспитании, окружении, реформах, общественной жизни России, сдобрив всё байками, легендами, рассуждениями.

Александр II – это тот царь, который отменил крепостное право, даровал народу всякие свободы (его отец строил тоталитарное государство) и за дела свои стал жертвой террористов-народовольцев, организовавших на него аж семь покушений, в том числе в Зимнем дворце. Радзинский придерживается мнения, что в заговоре была замешана царская полиция, с чем, учитывая все обстоятельства, не согласиться сложно. Вот обо всём этом читать было очень интересно. Кроме того, автор рассказывает о судьбах и взглядах писателей того времени – Достоевского, Толстого, Тютчева, Некрасова, Жуковского, Ключевского, – что позволяет увидеть более полную картину. Это как раз то, чего мне так не хватало на школьных уроках истории.

Но Александр II и царь, имевший не только кучу любовниц при живой императрице, что было в порядке вещей, но и на пятом десятке влюбившейся в одну из них – Екатерину Долгорукую. Он жил с ней больше десяти лет, и в конце концов они даже обвенчались. И Радзинский смакует подробности сексуальной жизни, причём всех – не только семьи Романовых (Александра II, Николая I, Елизаветы I, Екатерины II), но и народовольцев, и каких-то второстепенных лиц.

И хотя, на мой взгляд, степень желтушности зашкаливает, до его «Записок стукача» всё же далеко: там приводится «дневник» императора (я полагаю, вымышленный), на страницы которого тот изливает свои чувства к Екатерине Долгорукой. И это отнюдь не стихи в её честь, а откровения, касающиеся изменений в его штанах при виде её лика. Короче, каких-то физиологических подробностей здесь, слава богу, нет, хотя к концу книги Радзинский всё-таки поделится сплетнями, что якобы накануне седьмого покушения Александр II взял её на столе, и это был их последний раз, и это так грустно… К сожалению, я тот скучный человек, которого интимная жизнь других людей совсем не волнует, но для кого-то это будет, наверное, плюсом.

Еще из минусов – чересчур пафосный стиль повествования.

И, исходя из всего вышесказанного, должна, к сожалению, признать, что читать Радзинского – выше моих сил. Но формат аудиокниги оказался вполне приемлемым. Почему бы, моя дома полы, не узнать что-то об истории государства Российского?

Оценивать данную книгу мне очень сложно. Я не фанат истории, подобное читаю очень и очень редко. Ну,что выпало, то выпало.
Почему из всей подборки я выбрала именно эту книгу? Фигура Александра II мне всегда казалась очень интересной: правитель, воспитанный поэтом Жуковским, спаситель русского народа(условно, тут я бы поспорила), реформатор с трагической судьбой. Таким нам его рисовали на уроках истории, насколько я помню. И мне было очень интересно узнать какие-то новые факты-подробности из его жизни. Начнем по порядку.

Примерно 10 % книги(я читала в библиотеке Либрусек) отводится предшественникам Александра, начиная с Петра и заканчивая Александром I. Затем идет подробное описание правления Николая I и делается плавный переход к правлению уже непосредственно Александра II, героя книги. Сразу скажу,что не понравилось наличие ненужных подробностей, я бы даже сказала, копание в чужом грязном белье: вот честное слово, мне абсолютно неважно, через чью постель Марта Крузе(Катя I) попала в постель Петра I(а Радзинский в нескольких предложениях и достаточно емко пишет об этом!) или что там происходило между Катей II и Петром III. А автор и тут интригует: подсовывает читателю дневники Екатерины, в которых та пишет, что не было у нее никакой близости с Петром, мол, слаб он был в этом деле, а Павел это прочел. Были ли Романовы Романовыми?( Возможно, ярый фанат истории спать не сможет после такой загадки). Еще не понравился такой момент: автор останавливается на подробностях смерти Александра I, пишет о том, что все это происходило в странных обстоятельствах, смерти ничего не предвещало, и вообще непонятно, от чего умер Александр(любой учебник истории или Википедия вам скажут, что умер он от горячки - вполне себе обычное дело для тех лет и с их медициной, в лучшем медицинском справочнике написано - болит то-то, пусти кровь оттуда, болит это, пусти отсюда), и, якобы есть легенда(а может, и не легенда, автор пишет об этом, на мой взгляд, без тени сомнения) о неком отшельнике Федоре Кузьмиче, как две капли воды похожем на императора, мол, родным проститься привезли закрытый гроб и вообще все это было под покровом ночи. Заканчивает эту историю автор примерно такими словами: но нам знать не дано, как и чего было на самом деле, поэтому оставим это. Круто, хочу я сказать...Сказал "а", так скажи и "б": откуда ты это все взял, зачем написал?(хотя в принципе я догадываюсь, читатель ведь такой, ему хлеба и зрелищ подавай).
История жизни Александра изложена довольно подробно: автор детально и ёмко показал,какие чувства может испытывать цесаревич, показал его взаимоотношения с отцом, его отношение к стране, отношения с наставником- Жуковским. Но самое главное: Александр изображен обычным человеком, на долю которого выпала тяжелая ноша - правление огромной, необъятной страной. Как и всякий человек он может любить, злиться, быть в смятении, ненавидеть, ошибаться, но ошибки получаются у него уже более масштабными, чем ошибки простого человека, более серьезными... но нельзя не заметить и тот факт, что эта книга не только об Александре. Она все же шире, она об эпохе Александра II(больше об эпохе даже, чем об Александре). И вообще вся книга-это такой научно-популярный стиль(рассчитана на широкую аудиторию, сквозь тяжелые строчки читателю пробираться явно не придется). Очень много сносок и на исторических лиц, окружавших императора. На мой взгляд, в этом есть определенный недостаток: на некоторых он останавливается очень подробно, а некоторых же упоминает лишь вскользь. Например. еще в первой главе он подробно расписывает Сперанского и все его реформы(ну, а зачем, Сперанский же присутствовал при дворе преимущественно при Александре I), а о Льве Николаевиче Перовском он пишет буквально одной строчкой(действительно, зачем, хотя было бы интересно почитать об отце той самой Софьи Перовской).
Также интересно, что Радзинский ищет параллели, некоторые из них мне показались довольно интересными(например, он ищет предпосылки революции 1917 года во времени правления Николая и Александра, в идеях декабристов, довольно интересно он пишет об этом), некоторые надуманными(их большинство).
В целом, книга читается быстро, язык достаточно живой(мне скорее не понравилось, чем понравилось, но это уже особенности моего восприятия).

Жизнь любит рассказывать страшные истории. Настолько ужасные, что кажутся сказками для непослушных детей, ну не может такого быть взаправду! Читаю, читаю и снова читаю эту трогательную историю одной семьи и одного дикого времени. Каждый раз щемящая тревога. Каждый раз робкая надежда, а вдруг на этот раз у книги будет хороший конец. Что тут история, а что вымысел автора или сплетни современников - кто его теперь разберет. Для меня это одна большая сказка. Страшная сказка про страшных людей, которые сами сделали свое время. Про семью, которая не могла заслужить (да, я отказываюсь в это верить), того, что с ней сотворили. И ты чувствуешь частицу этого безумия, Радзинский ее красочно преподносит. Ты чувствуешь часть - всего лишь часть - кошмара, который несла революционная стихия, и тогда особо остро понимаешь, что такого не заслужил никто. Больно и невозможно.

Старшие классы, урок истории. Проходим, вероятно, Гражданскую войну в России. Моя любимая учительница и одновременно классная руководительница Марина Владимировна в привычной своей неторопливой, убаюкивающей чуть даже манере повествует о событиях давно минувших дней. Я чувствую себя отлично, я обожаю уроки истории тогда гораздо больше, чем даже уроки литературы. Я рисую, не отвлекаясь ничуть от речи учительницы, я листаю учебник и натыкаюсь на портрет красивого (на свой тогдашний вкус) мужчины; читаю подпись – адмирал Колчак. Александр Колчак – белый вождь перед будущей товарищем Ритой.

Немногим раньше я сдаю годовой экзамен и выбираю, конечно, историю. Марина Владимировна позволяет объять малую часть пройденного – выбрать царствование одного самодержца, изучить только это, зато подробнее. Я выбираю, конечно, Александра II: он один из монархов вызывает мою симпатию – он отменил крепостное право, развязав многовековую петлю на шее народа. Теперь я думаю, что, может, столь сильной симпатии он и не заслуживал, ведь право человека на свободу – право естественное. Но тогда выбор монарха для экзамена был однозначен, однозначен выбор книги и теперь, в «Долгой прогулке», подборке из Радзинского.

Повествователь из него блестящий, безусловно. Портреты современников – как живые; выдержки из писем, дневников – как же я это обожаю! Как подробно и талантливо преподносится социокультурная обстановка эпохи! Это блестящее время для литературы, это Некрасов, Толстой и Достоевский, это Герцен, звонящий в свой «Колокол» из Лондона и многое-многое другое прелюбопытнейшее. Тогда появляется невнятное, вечно размытое определение «интеллигенция», появляются «гласность» и «оттепель». Тогда самодержец пугает сановитых ретроградов своими реформами, брата его, Константина Николаевича, и вовсе кличут «якобинцем».

И все же царь постоянно колеблется, периодически сдает назад, и все его сомненья, весь его неустойчивый (7 покушений!) период царствования подробно описан Радзинским. Если в случае с «Историей Франции» из предыдущего задания я жаловалась на отсутствие лирических отступлений, то к книге Радзинского может быть одна только обратная претензия: мало о реформах, об их подготовке, почти ничего об их составе и развитии, школьный учебник, «Википедия» - и те дадут побольше информации. Непростительно. Зато лирики… Когда начинался обеденный перерыв, я откидывалась на офисном стуле, приговаривая: «Ну, девочки, у меня наконец начинается про любовницу императора».

Мне не очень по душе далеко идущие параллели, мол, «декабристы разбудили Герцена» (Н. Коржавин), а он всех остальных, в том числе террористов. Герцен не проповедовал террора, так можно и на Сэлинджера повесить убийство Леннона. И что «в письма запечатывали смерть, лайнеры в Египет угоняли» (В. Корнилов) с тех пор, как на Екатерининском канале смертельно ранили Александра II. За исключением похожих рассуждений, мне понравилось. История сложна и противоречива. В который раз уже убеждаюсь в этом. Смутьян Радзинский разбудил во мне то самое чувство 2009 года:

Помню, на уроках литературы в школе вопрос “это произведение было написано в таком-то году, а что в это время важного происходило в истории России?” практически всегда ставил в тупик весь класс, за исключением пары человек. История же запоминалась в виде разрозненных фактов, отрывков из учебников, отдельных имён или дат, в результате чего индокитайская война превращалась в войну между Индией и Китаем, а Мартина Лютера путали с Мартином Лютером Кингом.

Вся проблема в том, что большинство из нас недооценивало важность исторического контекста. Более того, мне самой зачастую было интереснее изучать литературу в отрыве от этого самого контекста, не обращать внимания на то, что происходило в стране во время написания того или иного произведения.

Но в книге Радзинского главы, посвящённые царям-предшественникам Александра Второго или писателям, жившим в те времена (особое внимание здесь уделено Достоевскому), воспринимаются легко и с интересом, заставляют читателя погрузиться в эпоху правления царя, которому посвящён этот роман. Исторический контекст не выглядит чем-то чуждым, навязанным со стороны, а воспринимается вполне естественно. Зачастую можно провести параллели с нашим временем и понять, что ничего так и не изменилось. Заодно помогает относительно трезво оценивать происходящее.