Антуанетта. Круглая башня

Очень странная книга скажу я вам! Но больше всего удивило, что она входит в разные там списки лучших книг мировой литературы и книг, которые должен прочитать каждый. Серьёзно? Что же творится тогда с литературой, что этот роман и не в один список попал?!
Ну, ближе к делу.
Роман "Широкое Саргассово море" — это приквел романа «Джейн Эйр», история безумной Берты (первой жены мистера Эдварда Рочестера). Здесь она ещё молоденькая девушка-креолка, живущая на Карибах. Собственно, особо и рассказывать не о чем. Понятно, что книга о трудной жизни красавицы. О безумном брате. О беспутной матери. Об отношении местных жителей к "белым неграм" (как их там называли). А затем ненужный ей, странный брак и переезд в чужую страну. И всё закончилось на чердаке. Но это мы уже и так знаем из уже (Слава Богу!) замечательного романа Бронте.
Зачем это надо было писать? Зачем надо было брать имена уже знакомых и любимых героев? Сдается мне, что ради выгоды, чтобы обратить внимание на книгу. Кто бы обратил внимание на весьма средненький, скучноватый роман? А так — клюют.
Не советую!

Слава богу, оно оказалось коротким. Представления не имею, с какой целью (ну кроме как заработать) был написан этот дурной фанфик и почему его вообще издали.

Я, конечно, могу сделать скидку на невыдающийся перевод, но у оригинала не отнимешь не особенно оправданные смены рассказчиков, странные декорации и многочисленных картонных персонажей. Кто чей сын, я перестала запоминать, уже когда Ричард оказался неродным братом Берты. Антуанетты. Неважно.

Хронологически тоже выходит полнейшая путаница - Антуанетта учится в школе в 1839. Ок, точно временные рамки "Джейн Эйр" неизвестны, но я знаю о двух версиях - примерно 1836-38 и на десять лет позже. У Джин Рис в общем получается, что Шарлотта Бронте в 1847 должна была описывать как минимум ~1855 г. То есть год своей смерти. Фанфик фанфиком, но совесть надо иметь.

И вообще книга эта о том, как плохо влияет жаркий чужеземный климат на английских джентльменов с омерзительным характером.

Как мы помним, в великом романе Шарлотты Бронте Джейн Эйр была неудобная безумная первая жена, живущая на чердаке. Бронте представляет нам Рочестера эдаким, хоть и не идеальным, но джентльменом: он заботится о женщине, которая не может ему ничего дать, поселив её в своём доме. Но мы-то знаем, что в реальности множество женщин было объявлено безумными и заперто в таких чердаках властными мужьями, которые не хотели давать жёнам малейшей свободы. Почему бы не предположить, что в случае с Рочестером дело обстоит так же? Ну хотя бы потому, что Бронте наделяет его весьма положительными качествами и склонностью к благородным поступкам. Как это часто и бывает в жизни, Джин Рис представляет нам другой взгляд на историю, в которой Рочестер, не являясь злодеем, всё же поступает несправедливо.

Итак, молодой англичанин приезжает в Доминику. Мы понимаем, что он младший сын и на родине ему ловить нечего, а посему ему организован брак с местной богатой креолкой и выбирать ему не из чего. Рис здесь со злостью описывает то, как британцы глухи и слепы к культуре и особенностям других народов. Молодой англичанин считает, что он во всём прав, что он знает всю жизнь от и до и все правила жизни тоже, а потому он даже не собирается прислушиваться к каким бы то ни было местным обычаям, обстоятельствам и уж тем более к переживаниям своей новоиспечённой жены. Но в жёны ему достаётся не кроткая послушная, вымуштрованная английскими гувернантками бледная тень, а девушка, привыкшая жить свободно. Ну тут на взаимном недоверии и завязывается непонимание, которое оканчивается очень быстро и очень печально. Рис с весьма современной и феминистической точки зрения описывает англичанина, называя своими именами то, что Бронте тактично замалчивает в своём романе, потому что в те времена джентльмену было простительно иметь слабости.
Перейдя сразу к сути, я опустила первую часть книги, в которой у читателя, в отличие от молодого мужа, есть возможность как следует познакомиться с Антуанеттой, её детством и обстоятельствами, сложившими её личность. Конечно же, это совершенно неординарная и сильная личность, но в силу обстоятельств оказавшаяся в зависимости и подчинении.
В целом - это не только отличная, но и нужная книга. Автор даёт нам увидеть вторую, более реалистичную сторону классического английского романа с почти идеальными персонажами. То, что герои, как и реальные джентльмены, были уверены в своей правоте и справедливости, не значило, что они были правы и справедливы. Во времена Рис (1960-е) пришла пора оглянуться назад и реалистично посмотреть на то, как в золотую эпоху при развитии культуры, техники и капитализма в целом, мораль хромала далеко позади.

Не все так плохо, как твердят рецензии. Причина снова в переложении на великий и могучий. Зачастую самопальные переводы таковы, что и Толстой превратится в злоеучий фанфик. На английском эта повесть тоже отнюдь не феминистический и анти-колониальный мастерпис (с позиции 2020-го, есессна), как пытается убедить википедия, но скоротать вечер можно. Написана в шестидесятых в качестве приквела к "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте для тех, кому плевать с высокой горки на байронического Рочестера и серую мышку Джейн, но кого всегда интриговала полоумная жена формата twisted firestarter, поддавшая огня в унылое повествование.
Атмосфера колониальной Ямайки, которую я запомнила по сильно эротической экранизации 1992 года, обещала классовый конфликт между вырождающимися плантаторами и бывшими рабами, легкую нотку вуду, декадентски голые зады главгеров на фоне тропических кущ, ну и вообще.
Начинается повесть за здравие: тут тебе и обедневшие после отмены рабства аристократы в обветшалой фазенде, которых темнокожие метко и зло окрестили "белыми ниггерами", и образ одинокой странноватой девочки, словно бы пребывающей в полусне, взрослеющей в обществе отчужденной матери, умственно отсталого брата и пары слуг, одна из которых держит в страхе ямайцев, уже давно порвавших бы экс-хозяев на ссаные тряпки, если бы не опасения насчет ее колдовства. Плюс декорацией душная и жаркая красота безразличной природы, текст стекает струйкой прохладного пота между лопаток читателя, а в зрачках отражается горящий попугай, вылетевший с истошным воплем из окна охваченного пламенем поместья.

А потом все идет по звезде. Ну то есть вот молодая пара (девочка выросла и созрела), он женится на ней ради состояния, она слабо понятно зачем на нем женится. Никакой пылающей плоти, как в киноверсии, все очень целомудренно и скучно. Супруг подозревает, что у молодой жены в шкафе скелет (это Ямайка парень, давай лучше покурим), супруга, в жизни не видавшая ничего, кроме католической школы и детства в обветшалом особняке, похожего на полузабытую галлюцинацию, зацикливается на муже и его нелюбви. Шкелет из шкафа сначала шлет мужу письма, а потом требует золотых дублонов. Благопристойный англичанин в шоке, и, как положено труевому джентльмену, он бухает и пользует девок на стороне. Молодая жена тихо сходит с ума, окончательно осознав, что нет, не любит, просто так писюном в живого человека тыкал и приданое отобрал. На фоне этих выморочных аристократических пидостраданий самым живым персонажем выглядит та самая служанка-колдунья Кристофин. В целом же впечатление такое, будто после завершения первой части автору жаль было выбросить неплохой текст в воду, и она привязала к нему увесистый камень из нескольких дополнительных глав. Не доставайся же ты никому.

Это произведение не имеет к Джейн Эйр никакого отношения, и я никак не могу понять, почему автор решила использовать тех же самых персонажей. Особенно если учесть, что в Антуанетте созданные Бронте персонажи на себя совсем не похожи. Я могу еще понять, почему первая жена Рочестера ведет себя по другому, она еще не сошла с ума и вообще, мы видим все с ее точки зрения (запутался, какое у нее там настоящее имя). Но Рочестер. У Рис получается какой-то картонный мужик с элементами романтика, и не имеет ничего общего с Рочестером Бронте. Все новые персонажи скучные и ничем особо не выделяются (кроме Кристофины — единственный более-менее нормальный персонаж).

Книга писалась с точки зрения и первой жены, и самого Рочестера. Автор не посчитала нужным подписывать, где Рочестер, где Антуанетта, поэтому выходила большая путаница. Они не похожи на двух разных людей; в исполнении Рис они почти одинаковые. Стиль автора это одно, но если из за этого стиля персонажей не отличить друг от друга — это другое. Оба были настолько неинтересны, что их не жалко.

Непонятно, зачем это вообще написали. Я не узнал ничего важного, не открыл для себя ничего нового. Думал, что это повесть заставит меня переосмыслить некоторых персонажей Бронте, что я начну относится к ним по другому или во мне проснется жалость к несчастной первой жене. Увы.

Я так много раз встречала в литературоведческих работах упоминания о «Безбрежном Саргассове море», что невольно чувствовала, что что-то теряю, раз до сих пор не добралась до этой книжки. История первой миссис Рочестер, таинственной сумасшедшей с Торфилдского чердака. Джин Рис, пели в унисон критики, наделяет голосом ту, что в каноническом романе Бронте лишь дико смеется, рычит и кусается. Ну как тут устоять?

От приквела к «Джейн Эйр» наивный читатель ждет стилизацию под милый сердцу викторианский роман – размеренность, детальность и объем. Но вместо этого получает брошюрку в 150 страниц, написанную на редкость современно и без заигрываний с читателем в духе «Reader, I married him». Джин Рис с первых страниц припускает рысью, а к третьей части лошадь уже так несет, что остается только отпустить поводья и ждать, чем кончится – то ли лошадь устанет, то ли всадник вывалится из седла... Я дотерпела до конца и теперь думаю, зачем оно мне было надо.

Как и «Джейн Эйр», книга начинается с детства героини, и тут автор предлагает нам трагедию на фоне одуряющих цветочных ароматов, которая наспех объясняет помешательство маменьки Антуанетты. Далее, снова как будто по сценарию Бронте, героиня оказывается у тетки, но только она добрая, не запирает не понятно за что в красных комнатах. Впрочем, долго сиротку тоже не терпит и отправляет учиться к монахиням. Но монахини на островах – тоже далеко не изверги из Ловуда, поэтому Антуанетта вырастает в общем-то жизнерадостной, непуганой девицей, готовой хоть в замуж, а хоть в монахини. И тут на сцену выходит молодой мистер Рочестер, женится на девице, забирает все ее деньги и собственность, а заодно - и место рассказчика. По иронии, даже в этом романе, Антуанетта-Берта оказывается вновь без права голоса...

Есть писательницы, которым удается влезть в мужскую шкуру, походить в ней, освоиться и выдать нам такого «мужского» рассказчика, которому кричишь: «Верю!». Рочестеру в исполнении Рис я не поверила совсем. Где тот брутальный байроновский герой, который скачет средь английских туманов на прекрасном коне и пугает некрасивых гувернанток? А нет его. Вместо него - запутавшийся в своих трех мыслях (секс-деньги-дурная кровь) слюнтяй.

Пожалуй, единственный «живой» персонаж во всей книге - Кристофина. Ее историю читатель так и не узнает, только намеки, только нераскрытые тайны, только поверья, которым, вероятно, тысячи лет, и в которые официально белые колонизаторы не верят, однако боятся до дрожи в коленках.

Если вместо приквела к всем известной "Джен Эйр" это был ты роман с самостоятельным сюжетом и не надо было подгонять историю об Антуанетте под события в романе,то мог бы получиться великолепный роман. Роман о столкновении различных культур. О несходстве характеров героев. О различии взглядов на жизнь. Думаю ,что получилась бы великолепная книга о любви ,ненависти ,холодном рассудке и безумии.

А так получилось нечто не особо читабельное, со скомканными событиями и картонными героями. Единственный яркий персонаж в книге - это Кристофина. У ней хотя бы есть четко обозначенная жизненная позиция и некая житейская мудрость.

А я так надеялась глубже понять героев "Джен Эйр". Но ,увы, не удалось.

Когда бы Джин Рис не родилась на Доминике, ни за что бы я не взялась за эту книгу. Я совсем не против фанфиков, пускай расцветают все цветы, а добротный фанфик и почитать приятно, например, у Александры Рипли и характеры Скарлетт и Ретта выдержаны, и сюжет вполне читабельный, и ирландские реалии. Но сие произведение Джин Рис читать желания не было - не то что бы "Джен Эйр" - моя священная корова, просто было не интересно.
Это не первый фанфик по книге Шарлотты Бронте, который мне доводилось читать, и скажу сразу, что хотя "Французская няня" Бьянки Питцорно порядком бесила, читалась она не без интереса, чего никак нельзя сказать об "Антуанетте". Полагаю, что литературные премии, которыми награжден роман Джин Рис, а также включение романа в различные списки лучших книг скорее вызваны общественным резонансом, чем его литературными достоинствами.
Сначала я подумала, что мне досталась сокращенная версия, но и в оригинале роман содержит примерно 150 страниц. Потом сочла, что дело в неудачном переводе - он не просто плохой, он никакой. Но эту книгу, на мой взгляд, не спас бы и идеальный перевод.
Писательница решила наперекор Шарлотте Бронте написать феминистский антиколониальный роман и разоблачить негодяя Эдварда Рочестера. В таком случае самое правильно - показать свою героиню с хорошей стороны, подробно расписать ее детство и юность до встречи с будущем мужем, заставить читателя полюбить героиню и проникнуться к ней горячим сочувствием. Так вот, ничего этого в романе нет. Несколько сумбурных страниц, полных недоговорок, посвящено печальному детству странной полудикой девочки, потом она резко вырастает и зачем-то выходит замуж за первого встречного. В его отношении к ней присутствовала страсть, но тут же кончилась, когда до него дошли сплетни о наследственном безумии жены.
Исчадием ада Эдвард Рочестер мне не показался - просто довольно инертный и слабохарактерный молодой человек, который неизвестно зачем женился, а потом обвинил во всем жену. На оригинального персонажа Шарлотты Бронте он совсем не похож. Чего стоит хотя бы то, что он самовольно переименовал Антуанетту в Берту? Почему не в Марианну, к примеру?
Из-за скомканного повествования, постоянных перескакиваний с одного рассказчика на другого и множества недоговорок, роман не сложился у меня в цельную картину и читать его было скучно. Даже любовные романы в мягких обложках, которые я любила полистать в ранней юности, доставляли больше удовольствия, чем эта признанная классика. Хорошо одно: книжка быстро кончается.
Я так и не поняла, почему в оригинале роман называется "Широкое Саргассово море". Возможно, имеется в виду, что душа человеческая безбрежна и полна тьмы и загадок, а может, обыгрывается английская поговорка "между дьяволом и глубоким синим морем".

“Джейн Эйр” одна из моих любимых книг. Джин Рис написала приквел к этому роману. Мне было любопытно узнать, что может сказать автор в оправдание сумасшедшей Берты, первой жены Эдварда Рочестера. Я не знала чего ожидать от романа, но я надеялась на такой же увлекательный сюжет и необычный поворот событий. И что я получила в итоге? А получила я скомканное повествование, неправдоподобную историю Берты и нереально жестокого Эдварда.
Да, Джин Рис можно похвалить за оригинальную идею. Шарлотта Бронте действительно перестаралась в описании безумия Берты. Она показывает нам ее в самом мрачном свете, как получеловека, который только и заслуживает того, чтобы быть запертой на чердаке. Джин Рис вытаскивает Берту из темного чердака, дает ей другое имя и помещает ее в центр событий. Бедной сумасшедшей есть что рассказать о своей жизни. В конце концов, у Антуанетты Косуэй тоже должна была быть своя история. Для Бронте, она служила марионеткой без прошлого, сумасшедшей которая помогала развивать драматические события в отношениях между Джейн и Эдвардом. Рис же решила наделить свою героиню прошлым и показать, что привело ее к этому безумию. Но при этом пострадал сам Рочестер. Эдвард у Джин и Эдвард у Шарлотты - это два разных человека. У Джин Рис он деспотичный и честолюбивый мужчина, который сознательно доводит Антуанетту до сумасшествия, чтобы прибрать ее денежки к своим рукам, а потом навсегда закрыть ее на чердаке в Торрент Холле.
“Шедевром” эту мешанину разрозненных предложений не назовешь. Стиль повествования у Джин Рис оставляет желать лучшего. За развитием романа было сложно следить. Джин скачет с одного события на другое с легкостью, за которой читателю просто не в силах угнаться. Многие важные события просто умалчиваются. Сложилось впечатление, что автор специально пропускала те моменты из жизни Антуанетты, которые бросали на нее тень. Поэтому было много пробелов. Конец повествования мне показался слишком сжатым. Было ощущение, что Джин Рис надоело развивать дальнейший сюжет, и она вкратце написала последнюю часть романа, чтоб наконец добить его.
В общем здесь два выхода: либо верить Джин Рис, либо - Шарлотте Бронте. Я выбираю Бронте.

Книга, несмотря на недостатки (фанфик по Бронте, небольшой размер и тягучий стиль) - мне понравилась, главное, читая ее, забыть, что это фанфик по Бронте. Если у вас это получится и вы выбросите из головы, что герой книги - тот самый мистер Рочестер, за которого потом вышла Джен Эйр - то это вполне себе любопытная книга про столкновение культур и отсутствие смысла в жизни. Растя как сорная трава в разрушающемся доме, с братом-инвалидом и чернокожей девочкой, которая то ли развлекает тебя, то ли издевается, пережив драматичный отъезд из усадьбы, Антуанетта вряд ли могла наполнить свою жизнь чем-то интересным. Еще и муж ей попался, который уверовал в анонимное письмо, игнорируя то, что видел своими глазами. На страницах разворачивается сложная адаптация англичанина в карибских джунглях, привыкшей к свежему воздуху и теплу креолки в наглухо запертой комнате. Никому из них там не место, и есть от чего сойти с ума, даже если раньше к тому не было предпосылок. Все же есть зерно истины в банальной поговорке: "Где родился, там и пригодился". Книга оставляет тягостное впечатление, в то же время происходящее в ней довольно последовательно.

Эпитет white cockroach расширил мой кругозор, также в оригинальных книгах мне не попадалось раньше слово patois (местный говор).

Некоторые диалоги блестящи. Они, на мой взгляд, не про политические повестки, а про душу:

"Why did you make me want to live? Why did you do that for me?"

"Because I wished it. Isn't that enough?"

"Yes, it is enough. But if one day you didn't wish it. What should I do then? Suppose you took this happiness away when I wasn't looking..."

"And lose my own? Who'd be so foolish?"

"I am not used to happiness," she said. "It makes me afraid".

"Never be afraid. Or if you are tell no one".

"I understand. But trying does not help me".