Cannery Row

Про эту книгу нельзя сказать, что она мрачная. Добродушный юмор прыгает лягушками во все стороны, пестрит одеялом из шелковых лоскутов. Светлой тоже не назовешь., она начинается с самоубийства, а заканчивается.... Фрэнки, малыш.... звон разбитого стекла....
Не хочу ее никак называть. Всё какое-то ненужное, всё то, что я могу сказать.
Давайте послушаем музыку.
Поставьте Равеля и вообразите, что смеркается, что музыка доносится из окна Западной Биологической.
Не забудьте, что скоро начнется вечеринка, и смените "Павану умершей принцессе" на разухабистый джаз, а когда отпляшут шелковые платья, еще не ставшие материалом для лоскутного рукоделия, наступит утро.
Серый рассветный час и мытье горы грязных тарелок, и родниково-чистые мальчишеские голоса пропоют из-под иглы всё того же проигрывателя:
Pater noster qui es in cealis...
И где-то на пустыре свистнет суслик.
Ничего не хочется говорить.
У меня есть бутылка вполне приличного виски. Я налью себе и вам тоже, да?

Роман американского писателя Джона Стейнбека ''Консервный ряд'', опубликованный в далеком 1945 году, повествует о нелегкой жизни людей некоей местности с одноименным роману названием, в годы Великой депрессии (в книге события развиваются в тридцатые годы). Речь идет о месте где живут мошенники, воры и бродяги, проститутки и эмигранты. Многие из них безработные (речь не о проститутках конечно), многие то садятся, то выходят из тюрьмы (где порой даже лучше чем на воле, потому что кормят), даже есть художник проживающий на берегу в своей лодке. Здесь есть и публичный дом, и странный магазин (где можно купить все, начиная с продуктов первой необходимости и заканчивая рыболовными снастями), вдали большие трубы которые предприимчивый бизнесмен сдает под жилье (сам при этом проживая в старом проржавевшем котле, неподалеку), заброшенный дом который группа других предприимчивых людей (мошенников и бродяг) выцыганила у китайца владеющего магазином. Дом имеет забавное название - "Королевская ночлежка". Здесь проживает группа людей под предводительством некоего 46-летнего разведенного бродяги Мака. И наконец в этой же местности проживает некий человек по имени Док, по профессии скорее всего биолог, зарабатывающий на жизнь сбором морских гадов для продажи в лаборатории. Док добрая душа и его любят все, он и доктор, он и спонсор, он и способ заработка для других жителей. Ему приносят и кошек и морские звезды, даже акул...
А теперь краткое и поверхностное описание сюжета - Мак и товарищи любят Дока (что конечно не останавливает их, периодически кидать его на деньги), и поэтому хотят сделать ему приятное. Недолго думая они решают сделать ему праздничный вечер. Дальше идет комическая история с поездкой за лягушками (которые предприимчивый Мак планирует продать Доку и на эти же деньги, сделать праздник, причем в доме самого Дока, причем когда того нет дома) и все что из этого следует - пьянка, беспорядочные половые связи, драки и порча чужого имущества.
Сам сюжет далеко на замысловат и в чем-то даже по-детски прост не только в своем содержании, но и в самом повествовании.
Читая книгу я думал о романах Диккенса, книжке про Винни-пуха (где того же Мака, можно принять за Винни-Пуха а Дока за мудрую Сову, и если пойти дальше одинокого художника я бы сравнил с осликом Иа-иа) и в чем-то о приключениях герой Марка Твена.
Описание казалось бы печального существования и безнадеги, превращается в сказку, где главные герои стремятся жить, не думая, а делая и в дальнейшем сталкиваясь с последствиями. Они бродяги и голодранцы, а соответственно им нечего терять. И в книге явно видна симпатия автора, который по-моему ощущению видит себя Доком (оплотом мудрости и доброты в книге, это некий Кристофер Роберт и мудрая Сова в одном лице), именно Док выдает на повестку перлы мудрости, которые помогают толковать смысл книги более или менее четко:

или:

Мы все живем один раз, становясь частью системы, мы становимся другими. Мы накапливаем имущество и живем на нем как на мешке золота, а потом старея и дряхлея может быть и раскаиваемся.
Что самое забавное, такого рода вещи можно слышать от многих авторов того поколения Америки: Уильям Сароян, Джон Фанте, Джек Керуак или позже Чарльз Буковски. Пожалуй все они в чем то были отшельниками и нищими, но это не мешало им быть великими писателями, к текстам которых многие приходят и по сей день.
Вполне вероятно что в наш нынешний век глобализированного культа потребления, маятник качнется в другую сторону и люди поймут что счастье далеко не в этом.... Ну это я слишком загнул. Мне не хотелось бы противопоставлять эти образы жизни. В конце концов минус есть везде и порой все же приходится идти на компромисс и закончить ответом Доку одного из персонажей книги:

"Консервный ряд" это гибрид "Райских пастбищ" и "Тортильи-Флэт". От первого здесь описанный в первой же главе расклад с основными персонажами и местами, от второго — кучка безработных бродяг, которые тусят вместе в одной хижине и являются одними из ключевых действующих лиц. Общее впечатление очень позитивненькое. Безработные философы не так бестолковы и унылы, как герои "Тортильи-Флэт", поэтому вызывают отклик в сердце, а кроме них здесь еще масса других отличных парней, от местного торговца-китайца Ли Чонга и бордель-маман Доры до единственного работника Западной биологической лаборатории Дока и художника Анри-француза, который не был ни французом, ни Анри (да и художником, пожалуй, тоже). Все эти личности варятся в трех десятках мини-историй по несколько страниц. Что очень приятно — сюрреалистический набор лиц и событий не то что списан с натуры, а фактически является изложением биографии отдельно взятого района рыбных заводов Монтерея, где Стейнбеку пришлось побывать.

Если честно, это очень скучная книга. Если вы читали много классики или в принципе много читаете разной литературы, то в этой не найдете ничего нового и интересного. Идея тут очень простая - не только в деньгах счастье. Нам показывают нищий квартал и его обитателей и - о, чудо, они оказывается тоже люди с золотыми руками и золотыми сердцами. Типажи этих героев тоже не отличаются новизной, но тут скорее последующие авторы позаимствовали, а у них следующее покаление, а потом все растиражировалось в сериалах и всё, теперь чем старше книга, тем больше риск, что она будет скукотой, на современный вкус. Хоть книга и маленькая, но читалась долго, если бы не игра, наверно так и дочитала бы. В общем, не очень советую.

Ну и вот на этой не очень веселой оценке я решаю преостановить мое знакомство с творчеством Стейнбека. Наверно, после его книги "Гроздья гнева". мои ожидания были слишком завышины. И по этому мне не хватает глобальности и серьезности уже вторую книгу подряд. Жители Консервного ряда совсем не задели моего сердца, даже ни на мгновение не стали мне симпатичны, и спустя день после прочтения, кроме двух имен я больше ничего не могу о них сказать. Я понимаю, что там была нищета и каждый день не жизнь, а выживание. Но то ли мне была совсем не интересна эта тема и общая беспросветность всего происходящего, то ли это моя осенныя хандра спрятала все хорошее в книге.

Очень уж разная. До идеи устраивать Доку вечеринку, это вообще был скорее сборник рассказов, чем повесть. Рассказы объединены Консервным рядом. Но они разные. Разрозненные. Урывочные. Неплохие. Но есть что-то щемящее и печальное в них. Безысходно. Несмотря на юморок и некоторую светлость. Мне нравился китаец Ли. Кстати, больше прочих.
Потом появился этот вечер. Он привнес в остаток произведения больше юмора, но опять же какого-то упаднического. Потому что все мило, конечно – но «одариваемый» шибко рационально боялся «благого начинания» и уж очень много терял. И вот вся повесть такая… мрачная, невзирая на светлость. Безысходная.
И еще я невообразимо долго за нее бралась. Стенбэйк скорее не мой автор, чем мой. И вот я начинала слушать начало раза три и теряла нить. А потом забросила почти на год. И вот, пытаясь добиться ровного без шлеек загара на берегу Средиземного моря, решила, что ленивое валяние на пляже – именно тот момент, когда мы можем преодолеть эту планку. Кстати, все оказалось вовсе не так плохо. И все же не хватает в книге цельности какой-то. Искры. А может даже и мысли. Стержневой, главной. Ибо она не про дружбу. Она глубже – но суть очерчена схематично, нечетко, расплывчато.

Флэшмоб 2016: 57/66.