Parzival

Бравая стихотворная история о том, как славный Парцифаль, отпрыск не менее, а даже более славного Гамурета (ну, на мой взгляд), прошел нелегкий путь к становлению рыцарем, для чего ему пришлось немало претерпеть из-за материнского беспокойства, плоды которого поначалу выставляли его на посмешище, затем немало накуролесил близ самого короля Артура и рыцарей Круглого Стола. Но самое главное, молодой Парцифаль, попав в чудесный замок Мунсальвеш, переборщил с вежливостью и, узрев невиданные чудеса Святого Грааля и его хранителя, больного и измученного Анфортаса, не захотел задать милосердный вопрос, что могло избавить несчастного от ужасной участи. За то бедняга Парцифаль был не единожды проклят самыми разными людьми, а потому решил пуститься на поиски Святого Грааля, дабы исправить страшную ошибку.

Это, так сказать, основная линия, но не надо думать, что тем дело и ограничивается. В рыцарском эпосе такого не бывает-с! Нас ждут приключения не только Парцифаля, но и его отца (до чего чудный герой!), Гавана - племянника короля Артура, и рассказы о множестве, так сказать, локальных конфликтов, в которых рыцари в лучших традициях своего времени отстаивают честь свою, своих любимых, друзей и родственников вплоть до пятого колена. А иногда и просто бросаются друг на друга, дабы укрепить свой рыцарский авторитет. Ну и, конечно, здесь просто непомерное количество любовных приключений, вершиной которых, я считаю, является любовь Гавана и десятилетней (!) Обилот. Нет, честно, потрясающая сцена: растерянный от такого признания Гаван пытается было напомнить девчушке, что ей нет еще заветных пятнадцати лет, но потом вспоминает напутствие Парцифаля (Парцифаль умеет посоветовать) и махает рукой – а, что там!.. И отвечает положительно. Не спешите впадать в шок – все в рамках приличия, просто дюже забавно звучат объяснения этой парочки.

Что ж, это было довольно приятное чтение, хотя излишняя повторяемость сюжетов сильно утомляет, перевод подчас режет глаз и, главное… Как бы это объяснить? Такое впечатление, что народ услышал здесь, услышал там, а автор все это смешал в сборную солянку и вывалил на бумагу. Так, Святой Грааль здесь камень (философский, вестимо), который и лечит, и еду-питье дает (уж не рог изобилия ли), и при этом все-таки является христианским символом. А когда речь заходит о язычнике-мавре, коего славный Гамурет зачал по молодости и который в конце трогательно встретился со своим христианским братом, то внезапно выясняется, что молитвы Фейрефиц возносит Юпитеру. Потом сюда же примешивают легендарного правителя Иоанна, который, оказывается, был сыном не кого-нибудь, а Фейрефица и, значит, внуком Гамурета и племянником Парцифаля. Короче говоря, концов и начал здесь непочатый край – прибавьте сюда самого Артура и его доблестных рыцарей, и пожалуйста, можно выгребать до бесконечности.

Книга в основном для любителей околоартуровских историй и тех, кто умеет снисходительно относиться к характерным для той эпохи сюжетам, ну или, на худой конец, поклонникам стихотворных произведений. Правда, последним я рекомендую озаботиться поиском нормального, причесанного перевода.

Сложно представить себе человека, на момент прочтения более далёкого от Короля Артура и всей его шайки, чем я. Единственное, что вообще могло столкнуть меня с такими героями в моей книжной жизни (не было к теме рыцарства у меня интереса, что тут поделаешь), – курс лекций по литературе и список "Рекомендовано к прочтению". С него всё и началось.

"Парцифаль" (он же "Персеваль") стал моим проводником в средневековую эпоху прекрасных дам и не менее прекрасных рыцарей. Читалось всё в переводе А. Д. Михайлова, а в самом конце меня ждала смесь удивления с разочарованием: перевод-то краткий! В суровых реалиях стихов около 25000 – не слабо, да? 25000 тысяч стихов о том, как то один рыцарь, то другой, то третий (повествование ведётся не только о Парцифале-Персевале, но и об его отце, а вместе с тем и о племянничке самого Артура) носятся по бесконечным локациям (у Эшенбаха с географией, как оказалось, не сложилось), попутно устраивая обоснованные и беспричинные поединки (это только на мой взгляд беспричинные, а на деле – "во имя славы!").

Итак, мой вердикт: всё это забавно! Я ожидала: монотонность, скуку и абсолютное непонимание развития событий. Я получила: бравые стишки – порой без грамотной рифмы, но всё же; доступность и читабельность; вполне себе замечательный сюжет. А главным минусом в итоге стали имена героев: их десятки (сотни?), каждое похоже на предыдущее и в то же время звучит так, что в голове проносится какой-то не самый внятный свист, но уж точно не звучное и понятное слово. Читать их сложно, произносить и запоминать невозможно, но чудом история всё равно остаётся понятной. Если стремиться разобраться с каждым героем, то возникает риск просидеть над книгой до седых волос, потому что о каждом из них можно узнать до седьмого колена (очень замороченное семейное древо есть даже у самого неприметного персонажа). К счастью, в переводе существуют частые повторы и напоминания для тех, кто вот-вот спросит: "Стоп, а вы вообще о чём?". И да, это именно то произведение, которое способно поразить внезапностью: сначала ты читаешь про лютых незнакомых друг с другом врагов, а через минуту они оказываются ближайшими родственниками с глупейшим поводом для поединка.

Из примечательного: все рыцари в душе дальнобойщики, у которых в каждом городе по прекрасной даме (иногда в положении, а иногда уже разродившейся, реже – просто даме), но Эшенбаху это не мешает пускать красной нитью тему верности и любви. Читать всё это определённо стоит, потому что в итоге оказывается, что средневековые эпосы вполне несут в себе смысл, а герои не просто носятся с мечами-конями-Граалями, но и успевают пережить личностные кризисы, найти себя и веру в себе. Для себя, кстати, вынесла: крайности хуже, чем могут показаться, рыцарский свод негласных законов, конечно, хорош, но иногда нужно и сердцем вместо головы подумать.

Фанатом Артурианы я всё же не стала, но акт во имя добра самого Артура с демонстрацией рыцаря Беакура (брата Итонии) для Грамофланца мне стал очень и очень симпатичен (ну, помните, когда он показал одного другому, чтобы тот в итоге узнал по родственным чертам свою благоверную?).

Для столь раннего произведения (XII-XIII век вроде бы), "Парцифаль" достаточно логичен, связен и при этом неимоверно огромен. Потрясающе, как это произведение удалось сохранить до наших дней в таком состоянии. Обычно такого рода произведения пестрят несостыковками и пропусками. Вообще, несостыковок и у фон Эшенбаха немало. География мест непонятна. Король Артур, такое впечатление, мечется по всей Европе. Или это наоборот рыцари со всей Европы рассекают по Альбиону. Рыцари как матросы - в каждом городе у них по самой красивой девушке на Земле. Рыцарь добивается её снисхождения, клянётся ей в любви до гробовой доски, а на самом деле длится она ровно до следующего города, где поджидает вся в поре цветения очередная красавица. В то же время герой вполне может пронести свою любовь сквозь годы и города ничуть не растерявшейся. Представления не имею, каким образом они тогда различали два типа любви, но, кажется, у них никаких непониманий на этой почве не было. Всё-таки эти куртуазные рыцари на самом деле были бездушными мужланами, чо уж там. Интересно, насколько произведение пронизано христианством. Самого Парцифаля мать вырастила в полнейшем невежестве относительно богословия, но в конце, столкнувшись с Граалем, герой становится ревностным христианином. Хотя весь его и других рыцарей жизненный путь никак не предвещал подобного исхода. Да, рыцари благородны и милосердны, но не то чтобы их добродетели сильно пересекались с христианской философией. Зато произведение несёт в себе много отрывков из предыдущего человеческого литературного наследия, к примеру, сцена с кровью на снегу похожа на подобную в Мабиногионе . Конечно, оба произведения и так схожи, потому что несут в себе одни и те же сказания в основе, но именно эти детали... Ну а вот про то, как Парцифаль благодаря стараниям матери первое время ничего не знал о рыцарстве? Ну вылитый же Илья Муромец, проведший 33 года на печи?! Мне понравился стихотворный перевод. Какой-то простой размер (я в этом не разбираюсь), хорошо передаёт атмосферу древней легенды, пересказанной поэтом-песенником в более привычной для своего времени форме.