Поединок. Юнкера. Рассказы

Небольшая, как бы, детская история Александра Ивановича Куприна о двух собаках даже мне, давно вышедшему из детского возраста не может не нравится. Сейчас этот рассказ в обязательной школьной программе за 4 класс на летнее чтение. Но, читав его, начинаю понимать его уже иначе, с высоты прожитого.

Две собаки, что живут в доме, Барбос и Жулька, столь разные во всём, что кажется будто бы между ними и не может быть ничего общего. Барбос - большой, невоспитанный, любящий свою силу пробегающим мимо собакам показать. Нападает внезапно, выходит победителем и, значит защитник дома, герой.

Жулька же полная ему противоположность.

Барбос свою силу знал и знал на кого напасть может.
Жулька свою силу и не знала, да и была ли в ней сила?
Но вдруг во двор собака бешеная забежала! И этот момент всё перевернул.
И здесь мы видим настоящий героизм, свойственный только сильным сердцам!
Одно из собачьих сердец окажется отважным, способным на самопожертвование.
Другое же способно на глубочайшее сострадание.

Читайте Куприна детям.
Читайте Куприна для себя.
Классика отвечает на все вопросы, что жизнь ставит.

Сложно сказать сколько раз я повторяла эту фразу "каждой книге свое время". Вот и с этой та же история. Казалось бы книга, адресованная юношеству должна была заинтересовать много лет назад, но этого не случилось. Зато сейчас получила истинное наслаждение. Про красоту слога Куприна пишет каждый второй и меня удивляет почему не каждый) Великолепный, отточенный, образный язык, а Бунин называл его еще "метким и без излишеств щедрым".

"Юнкера" - позднее творчество писателя и написан он уже в эмиграции. Роман-воспоминание о юности с высоты прожитых лет носит автобиографический характер.

Художник Алексей Александров много лет спустя вспоминает свою учебу в Московском Александровском училище. Позади военная гимназия ( Александр Куприн - На переломе (Кадеты) ) и из кадетов Алексей становится юнкером, а точнее "фараоном" именно так называли в военном училище первокурсников. О чем можно писать вспоминая годы учебы, как ни о друзьях, наставниках, первой любви. Некоторые упрекали автора в излишней романтизации и идеализации, связывали это с ностальгией по родине и ушедшему времени. Но ведь все это было же когда-то, было. Кружилась голова при виде Юленьки Синельниковой и замирало сердце, а после Зиночка Белышева и клятва в любви до гробовой доски. Первые стихи и нежданно обрушившаяся слава в связи с публикацией в газете рассказа. Присяга и чувство гордости, что ты будущий офицер, готовый в любую минуту встать на защиту царя и Отечества. Острый восторг по случаю встречи царя, который вместе с семьей посетил александровцев.

Все произведение пропитано светом, красотой, легкостью, лиричностью. И вот посреди всей этой феерии сплошного праздника звучат нотки грусти, сказанные с высоты прожитых лет

Это и о днях проведенных в училище, и о ушедшей юности, и о той прежней России, и о жизни в целом.

Как хорошо, что я-таки решилась поиграть в классики на любименьком сайте, чтобы пополнить свой очень скудный багаж классических произведений, особенно русских. Начала с малых по объему, но не по смыслу и красоте, произведений. Повесть о бродячих артистах трогает до глубины души: начиная с описания крымской такой мною любимой природы, продолжая случаем с капризным сыном "мильонера" и заканчивая развязкой этой истории... Пойду-ка поделюсь этим произведением со старшей доченькой, будем прививать любовь к подобного рода литературе и ей.

Александра Куприна, как писателя, особенно уважаю и всегда с определенным трепетом подхожу не только к чтению его произведений, но и к рецензиям на них. Повесть Александра Куприна «Поединок», увидевшая свет в 1905 году, стала не просто художественным произведением, а настоящим обвинительным актом против пороков российской армии конца XIX — начала XX века. Написанная на фоне русско‑японской войны и накануне первой русской революции, она попала в нерв эпохи и вызвала широкий общественный резонанс. Современники восприняли её по‑разному: одни увидели в ней смелое обличение армейских нравов, другие — обидный выпад против офицерства. В центре повествования — подпоручик Георгий Ромашов, молодой офицер, который остро чувствует несоответствие между своими нравственными идеалами и реальностью армейской жизни. Он тяготится службой, мучается от бессмысленной муштры, жестокости к солдатам и морального разложения офицерской среды. Через его глаза читатель видит унылую картину провинциального гарнизона: пьянство, карточные игры, пошлые романы, показная дисциплина и полное равнодушие к человеку. Куприн мастерски создаёт галерею характеров, каждый из которых воплощает определённый тип офицера того времени: от грубого и жестокого Бек‑Агамалова до мечтательного, но опустившегося Назанского. Особенно трагичен образ солдата Хлебникова — забитого, униженного человека, чья судьба символизирует положение рядового состава в армии. Ключевым событием повести становится дуэль между Ромашовым и поручиком Николаевым — не столько из‑за чести, сколько из‑за любовного треугольника. Жена Николаева, Шурочка, играет роковую роль в судьбе Ромашова: её амбиции и расчётливость приводят героя к гибели. Финал, поданный в форме официального рапорта, подчёркивает бездушность системы, в которой личная трагедия становится лишь строчкой в документе. Художественные достоинства повести несомненны. Куприн демонстрирует блестящее владение психологизмом, тонко передавая внутренние метания Ромашова. Язык произведения точен и выразителен, описания армейского быта поражают своей достоверностью. Автор не просто рассказывает историю — он погружает читателя в атмосферу эпохи, заставляя почувствовать её воздух, запахи, звуки.
Сам Куприн служил в 46‑м Днепровском пехотном полку в Проскурове (ныне Хмельницкий) с 1890 по 1894 год. Именно этот опыт лёг в основу повести. Многие персонажи имеют реальных прототипов: например, Бек‑Агамалов списан с сослуживца Сослан‑бека Бек‑Бузарова, а командир полка Шульгович — с полковника Байковского. Повесть вышла в 1905 году — в разгар русско‑японской войны, когда поражения на фронте обострили критику армии. Она перекликается с общественными настроениями того времени и предвосхищает грядущие перемены. Максим Горький высоко оценил произведение, назвав его «великолепной повестью». А. В. Луначарский посвятил ему статью «О чести». В то же время бывшие сослуживцы Куприна из Днепровского полка выразили протест, считая, что автор опорочил их полк, хотя писатель настаивал на собирательности образов. Для описания дуэли Куприн использовал положения Дуэльного кодекса, а финальный рапорт написан в строгом соответствии с военной бюрократической стилистикой того времени. В повести отражены реальные проблемы российской армии: отчуждение между офицерами и солдатами, низкий уровень образования офицеров, зависимость карьеры от протекции, а не от талантов, и культ внешней дисциплины в ущерб реальному профессионализму.
«Поединок» остаётся актуальным и сегодня — не только как исторический документ, но и как глубокое психологическое произведение о человеке, который пытается сохранить достоинство в условиях, где это почти невозможно. Трагедия Ромашова — это трагедия личности, раздавленной системой, и в этом смысле повесть Куприна выходит за рамки военной тематики, затрагивая вечные вопросы о свободе, чести и выборе. Это не просто история одной дуэли, а масштабное полотно, запечатлевшее эпоху и показавшее, как среда может калечить души, если в ней нет места человечности. Мастерство Куприна превращает частную историю в обобщение, которое продолжает волновать читателей и спустя более чем сто лет после написания.

Читайте больше друзья !!!

Отличная вещь в наши непростые времена: книга светлейших воспоминаний автора о юности, о школе русских офицеров, о "старых добрых временах". О Москве конца 19-го века. И о воспитании в юноше солдата. А именно: высокопрофессиональном, грамотном пробуждении в человеке со здоровым инстинктом самосохранения готовности умереть за Родину. Куприн, умница, не обходит и эту непростую тему стороной. Хотя для него самого в этом никаких дилемм и неясностей нет.

По-моему, это стройная система убеждений, которой придерживаться легко! А издалека Булат Шалвович, своим мудрым тихим голосом:
"...иду себе, играю автоматом,
как просто быть солдатом, солдатом!"
С огромным уважением к защитникам и с глубокой грустью, что они нам по-прежнему требуются, читала эту книгу.
Куприн удивительно заставляет переживать приключения героя, как свои. Читаешь, и вместе с Александровым поступаешь в юнкерское училище: ходишь строем, мчишься на тройке по зимней Москве, танцуешь на балах, катаешься на коньках... Но и тренируешься в фехтовании, занимаешься гимнастикой, даже фортификацией - насколько позволяет способность вообразить себе такие вещи на основе привычной геометрии! Удивляешься некоторым эпизодам: например, меня поразило, что юнкера сразу признавались в своих хулиганских проделках, если их прямо спрашивали, кто виноват. Мне до сих пор казалось, что гораздо круче на вопрос: "Кто бросил валенок на пульт управления?" молчать и потом всем взводом выполнять 300 отжиманий, поглядывая в иллюминатор на догорающую Америку... Извините, шучу, вспомнила старый анекдот времён Холодной войны. Впрочем, если в списке доблестей юнкера честность стояла очень высоко, тогда готовность признаться понятна.
Наибольшее впечатление произвела на меня история с Берди-Пашой. Этого наставника-самодура юнкера не любят, травят время от времени, представляют в самодельных пьесах-капустниках. Однако стоит совместно исполнить строевую песню, и Берди-Паша уже кажется совсем неплохим человеком.
Ох... как хочется на этом месте быть расстроганной, проникнуться чувством единения, доступным только в строю единомышленников! Вместо этого вспоминается:
"Боевая! Гвардия! Тяжёлыми! Шагами!..." - и прочее по "Обитаемому острову" Стругацких, включая капрала Варибобу, старого вояку... Что у меня за дурацкий характер!
В то время, как скептик во мне томился в сомнениях, романтик во мне получил массу удовольствия от танцев, девушек, замечательной жертвенной мамы главного героя.
А в финале отправляешься вместе с героем на службу в армию!
"Странно, – думает Александров, – вот мы учились уставам, тактике, фортификации, законоведению, топографии, химии, механике, иностранным языкам. А, между прочим, нам ни одного слова не сказали о том, чему мы будем учить солдат, кроме ружейных приемов и строя. Каким языком я буду говорить с молодым солдатом. И как я буду обращаться с каждым из них по отдельности. Разве я знаю хоть что-нибудь об этом неведомом, непонятном существе. Что мне делать, чтобы приобрести его уважение, любовь, доверие? Через месяц я приеду в свой полк, в такую-то роту, и меня сразу определят командовать такой-то полуротой или таким-то взводом на правах и обязанностях ближайшего прямого начальника. Но что я знаю о солдате, господи боже, я о нем решительно ничего не знаю. Он бесконечно темен для меня".
Что-то мне подсказывает, что человек, которому в голову приходят такие мысли и тревоги, будет хорошим, совестливым офицером.

Я люблю читать истории о животных, если у них счастливый финал. А уж если автор Куприн, то читать надо обязательно, потому что даже в небольшом рассказе у него получается уместить целый мир со своими красками, чувствами, эмоциями, переживаниями.

По Крыму путешествует забавная компания: дедушка Лодыжкин, мальчик Серёжа и пудель Арто. Ходят они из города в город, от дачи к даче, где показывают своё нехитрое представление, зарабатывая таким образом себе на жизнь. На одной из дач им встречается одно семейство, где очень избалованный мальчик, немного младше Сережи по возрасту, и его мать, готовая исполнить любое желание ребёнка. А ребёнку хочется собачку и ради этого "хочу" маменька готова на всё.

Как же не люблю таких вот горе-мамаш, которые готовы всё дать своему дитяте лишь оно не плакало, да ей нервы не мотало. И выростают потом детки, считающие, что всё покупается и продаётся, убежденные во вседозволенности и безнаказанности.

Этот рассказ вовсе не о собаке, хотя всё вокруг неё и вертится. Он скорее о людях, о воспитании и моральных ценностях. Сразу вспомнился фильм "Игрушка" с Пьером Ришаром, где такой же избалованный мальчишка вместо игрушки захотел купить живого человека.

Это совсем другой Куприн. В каждом слове - настоящий живой человек, который вырос в той далекой дореволюционной России, о какой только из таких вот книг-ностальгий и узнаем.
А ведь это именно книга-ностальгия: сколько в ней светлого, пылкого, юношеского. Когда молодые ребята еще только ищут свой путь, страдают от тягот военной службы, вырастают настоящими мужчинами. Теми, кто патриот на самом деле, кто гордится своей страной и готов ее защищать.
Небольшие зарисовки из жизни юнкеров - они такие объемные, живые, реальные. Как будто возвращаешься в прошлое, на тот знаменитый юнкерский бал, куда было так непросто попасть. За это ощущение - спасибо автору...

Я уже знакома с любовной лирикой Куприна и его прочитанные мною романы все пошли на ура. Нежные и одухотворенные, они раскрыли перед читателями весь свой чувственный и эмоциональный мир переживаний и любовного задора. Трагические, в меру грустные с лирическими отступлениями и красивыми описаниями. И вот я прочитала "Юнкера". Совершенно не похожее произведение. Но понравилось оно мне не меньше. Куприн раскрылся с другой стороны и не только как писатель, но и как человек. Произведение автобиографичное и рассказывает оно о семнадцатилетнем юнкере Александровского пехотного училища.

Уже нет той страны, в которой идет повествование, нет небезызвестного училища, основной фон действия, но образ яркого и романтичного молодого человека Алексея Александрова, как нельзя броско смотрится на страницах этого рассказа. В нем чувствуется вся любовь и преданная связь писателя к своему пошлому и юности, приоткрытой перед глазами в сюжете истории. Повседневные будни ребят из юнкерского училища, их военная подготовка, любовь к Родине и царской семье, традиции и быт жизни юнкеров, любовные переживания и дружеская поддержка. С ювелирной точностью передается дух времени написания. Мягкий тон и изящные писательские приемы оставили неизгладимые впечатления после того, как последняя страница была прочитана, а книга закрыта.

Но больше всего мне понравилась атмосфера праздности и нарядности. Молодые люди в красивой форме с военной выправкой. Они еще не офицеры, но уже чувствуется, что их воспитание и поступки возвышаются в глазах и придается большое значение хорошему воспитанию. Восхитительный блеск 19 века, с которым у меня ассоциируется нескончаемые балы, галантны кавалеры, окольные любовные заигрывания, занимательные беседы, все это есть на страницах книги и является украшением среди почти армейской дисциплины и строгому соблюдению уставных правил.

Когда-то давно, когда только появился наш аналог ̶и̶ ̶в̶о̶в̶с̶е̶ ̶н̶е̶ ̶а̶б̶с̶о̶л̶ю̶т̶н̶о̶ ̶с̶л̶и̶з̶а̶н̶н̶ы̶й̶ популярной американской соцсети, сотнями создавались глупые группы с названием типа: «Группа тех, кто не наступает на стыки между асфальтными плитками». Все с радостью в них вступали - как же, оказывается не ты один ̶п̶с̶и̶х̶ человек со странностями, нас тут таких много, братьев по «разуму». И вот прям какой-то дикий восторг от ощущения единения с массами, осознание того, что кто-то размышляет и чувствует как я. Похожее у меня случилось при чтении «Поединка» Куприна.

Не представляю, как можно читать Куприна и оставаться равнодушным или разочарованным. Мне он кажется таинственным литературным богом. После его книг современники, даже самые лучшие, кажутся пресными и малоинтересными. Куприн не просто пишет, мастерски владея словом, он совершает волшебство, проникая в душу, сшивая крепкими стежками личность героя и читателя. И Ромашов уже не совсем Ромашов. Это я марширую и воображаю, какая я самая лучшая и как меня сейчас заметят и отметят, это я сгораю от стыда и ненависти к себе, это я безумно увлечена чужой женой, а может и нет. Так глубоко, так метко, так умело. Так, как может написать только Куприн. Я чувствую всё, что чувствует Ромашов. Полное перевоплощение. Литературное волшебство. Хотя, казалось бы, военная тема конца позапрошлого века меня волнует мало. Но это не тема, это люди, это характеры и судьбы. И сегодня порядки тех дней видятся почти фантастичными, нереальными, утрированными: крестьянские мужи, унижаемые и подавляемые, страдающие; офицеры из хороших семей, позволяющие себе скотское поведение. Только вот прошло больше ста лет, а изменилось не так уж многое. «А воз и ныне там…». Потому что всё это в человеческой природе.

После прочтения я жадно набросилась на рецензии. Хотелось найти оценку поступка Шурочки. Не нашла. Кто она? Безусловно, расчётливая и мерзкая тварь, убийца, чему служит подтверждением короткий и сухой отчёт о случившемся. Но был ли Ромашов так уж сильно в неё влюблён? Было ли всё задумано, предугадано на именинах? Как-то неправильно, чересчур жестоко, слишком ужасно, чтобы поверить. Однако вроде бы нет оснований и не верить, до чего подлыми бывают люди, как способны они играть на самых святых и трепетных чувствах, как хладнокровно подвести к неисправимой трагедии. И вот не стало не Ромашова, не стало целого мира, целой вселенной, меня. Я почему-то совсем не ожидала такой концовки и вдруг замерла, как обухом ударенная. Вот он, жестокий реализм.

Куприн – писатель-волшебник, творящий невообразимое с моим внутренним миром, говорящий на одном языке с моим сердцем. Каждый раз после очередной нашей встречи я потом еще долго прихожу в себя, обдумываю, вспоминаю. Это то самое литературное волшебство, ради которого я читаю, наивысшая точка наслаждения.

Закрыла книгу и сижу как прибитая пыльным мешком. Ошеломляющая повесть! Я ожидала увидеть армейские будни, офицеров, непременно благородных, смелых и красивых, а встретила непроглядную серость и безысходность, дикую жестокость, удушающую скуку, пошлость и беспробудное пьянство. И в этих миазмах задыхается подпоручик Ромашов, еще почти мальчик, стеснительный, наивный, чистый, в силу своей тонкожести вдвойне ощущающий всю убогость окружающей его среды. Поначалу он вызывает снисходительную жалость из-за своей неловкости, нелепого внешнего вида (вспомним несчастные калоши и обрезанную шинель), привычки думать о себе возвышенно в третьем лице. Но постепенно проникаешься все большим уважение к этому офицеру, обладающему невероятно чистой душой и человечностью. Конечно, ему не место в подобной дыре, здесь даже женщины жеманны, лживы и пошлы, а Шурочка, та самая единственная женщина, сущность которой Ромашов так и не смог разглядеть (или все-таки смог? по некоторым отдельным фразам в книге хочется думать, что это так), себялюбива, эгоистична и идет к своей цели по мужским сердцам, никого не любя и только видя в них средство для достижения своей мечты.

Ох, как много хочется сказать хорошего про эту книгу, но не хватает слов. Какие тут прекрасные образы! Каждый офицер, даже самый распоследний грубиян и матершинник, - тщательно выписанная яркая личность. А Назанский? Ведь это образ того, что сталось бы с Ромашовым, останься он в армии. Какие потрясающие монологи.

Прекрасная книга! В любимые.

P.S. Смутно припоминаю, что эту книгу мы проходили в школе, и я писала сочинение по Ромашову, которое потом очень хвалили. Но я не помню ни сюжета, ни впечатлений, да и вообще, только то, что похвалили сочинение - такое со мной случалось только пару раз за всю школьную жизнь. Вот было бы интересно сейчас почитать то сочинение и сравнить ощущения.