Собрание сочинений в 6 томах (комплект из 6 книг)

Действие повести Стейнбека происходит во времена Великой депрессии в вымышленном приморском городке Монтерей, а точнее в одном из его промышленных районов, где расположен рыбный консервный завод. Днём жизнь в Консервном ряду кипит и грохочет – сюда стекаются толпы рабочих, чтобы до самого вечера резать, разделывать, варить и консервировать. Но вот раздаётся свисток, возвещающий конец рабочего дня, и будни квартала входят в привычную колею.

Жители Консервного ряда, одного из самых бедных и неблагополучных кварталов Монтерея, – это пёстрая галерея самобытных деклассированных элементов, каждый из которых достоин собственной истории. В основном это безработные, проститутки, пьяницы и бездомные отщепенцы, в которых автор видит ангелов, блаженных и мучеников. У них свои принципы и свои методы выживания. И признаться, застойное, вялотекущее существование их вполне устраивает: где-то подвернётся временная работёнка, где-то можно что-то одолжить (а потом нечаянно забыть вернуть) или перебиться тем, что есть. Они продвигаются к своей цели без суеты, ничего не планируя, а преуспев в завоевании жизненных благ, мирно пользуются плодами достигнутого.

Эти "люди-мотыльки", живущие одним днём и мало задумывающиеся об эфемерном будущем, как это ни странно, умеют радоваться мелочам и по-своему проявлять благородство. Так, к примеру, хозяин бакалейной лавки, китаец Ли Чонг, идёт навстречу покупателям и отпускает товар в кредит; владелица публичного дома, позиционирующегося как добропорядочное, чистое, честное, старомодное увеселительное заведение, Дора Флад содержит не только работоспособных девушек, но и тех, кто в силу возраста или болезней уже не пригоден к службе. Так Док, единоличный хозяин скромной биологической Лаборатории, безвозмездно знакомит местных проституток с Грегорианскими песнопениями и терпеливо выслушивает всякий бред собеседников, превращая его на глазах в крупицы мудрости; а Мак, старейшина, вождь, наставник и в совсем крошечной степени эксплуататор небольшого местного маргинального сообщества, в благородном порыве решает организовать вечеринку для всеми любимого Дока. Именно об этой вечеринке и её последствиях и поведёт свой рассказ Джон Стейнбек.

«Зима тревоги нашей позади, К нам с солнцем Йорка лето возвратилось» (Шекспир).

Роман был написан в те же годы, что и «Американская мечта» Олби, на которую я недавно писала отзыв. Тогда многими ощущалось разрушение духовно-нравственных устоев американского общества. Тема погони за мечтой, потерявшей свою моральную основу и отождествляемой лишь с деньгами и властью, волновала разных писателей. Ведь стремление разбогатеть любой ценой может исказить саму мечту до неузнаваемости и привести мечтателя к трагедии. А покалеченная и лишённая духовной сердцевины мечта (американская, русская или какая-то ещё) не в состоянии принести человеку счастье.

«Человек и проще, и сложнее, чем кажется. И когда мы уверены, что правы, тут-то мы обычно и ошибаемся». «Мы запускаем ракеты в космос, но с тревогой, недовольством и злобой мы не можем справиться».

Герой романа Итен Аллен Хоули (выпускник Гарварда и потомок когда-то влиятельного, но разорившегося рода), самодовольно считающий себя «тем, кого принято называть "хорошим человеком"», тщательно готовился к совершению ряда мерзковатых поступков (предательство друга, донос на работодателя, ограбление банка), чтобы вернуть себе утраченное богатство и социальное положение: «Человек должен силой и жестокостью прокладывать себе путь через гущу людскую… Потом он может быть милостивым и великодушным, но прежде надо добраться до вершины». Итен сознательно искал «совета или оправдания в самой глубине своего существа, недоступной сомненьям и колебаньям». Его внутренние монологи наполнены попытками самооправдания и самообмана, внушения себе мыслей о возможности счастья, построенного на чужой беде: «Я извиваюсь и корчусь, пытаясь увильнуть от ранящей истины, а когда наконец деваться от неё некуда, откладываю попечение о ней на время, в надежде, что она сама от меня отстанет». Тот факт, что грабёж – это уголовное преступление, смущал его очень мало: «Преступление, в сущности, лишь тогда становится преступлением, когда преступник попался». Донос же на шефа он объяснял своей совести тем, что тот сам при схожих обстоятельствах поступил бы точно так. Хотя мысль о друге детства и слегка тревожила его, но в качестве своего полного оправдания он вспоминал неудавшуюся попытку банкира поступить аналогичным образом. И даже давнее чувство вины перед другом совсем не помешало Итену добить того окончательно. «Сейчас главное – деньги, а тут всё подготовлено и выверено, как самый точный механизм».

«"Деньга деньгу делает". Неважно, откуда у тебя деньги, важно их иметь и с их помощью наживать ещё». «Когда дело касается денег, для обычных правил поведения наступают каникулы». «Если я отменю на время все законы и правила, без шрамов мне не обойтись, но чем они будут хуже тех, что остались у меня после всех моих неудач? Ведь жить – это значит покрываться шрамами». «Я сам выбрал свой образ действий, никто меня не заставлял. Я временно поступился привычными взглядами и нормами поведения, чтобы взамен обрести благополучие, чувство собственного достоинства и уверенность в будущем».

«Происходившую во мне перемену подготовляли мои собственные чувствования и давления извне». В общении с окружающими Итен надевал на себя маску честнейшего и простоватого дурачка, чем вводил людей в заблуждение: «Когда у меня тревожно на душе, я нарочно дурачусь». Жену он, видимо, искренне любил, но его отношения с детьми показались мне несколько отстранёнными. Дочь свою он считал «завистливой и немножко подленькой». Когда он думал о сыне, его посещали негативные мысли, а проявляемый в адрес мальчика «гнев Итена был неприкрытым и беспощадным», вызывая в нём «бешенство» вместе «с твёрдым намерением схватить своего сына за шиворот, швырнуть на пол и грубо растоптать». Отношения же между самими детьми, находящиеся, безусловно, в зоне ответственности родителей, взрослых как-то не очень беспокоили. Брат и сестра явно недолюбливали друг друга, но никто даже не пытался что-либо изменить: «По-моему, она его презирает, а он её не выносит. Это может остаться у них на всю жизнь, но они научатся скрывать свои чувства в розовом облачке нежных слов». Сам же Итен в детстве «с наслаждением преследовал и убивал мелкую живность, когда только мог», делая это «без примеси злобы, ненависти или чувства вины», ради «остервенелого самоутверждения».

Пока Итен, вступив в сделку со своей совестью, стремился к мечте стать благополучным и достойным, детки времени зря не теряли и вели себя в полном соответствии с внутренними установками их отца. Сын, используя недозволенные методы, стал одним из победителей детского конкурса сочинений «Я люблю Америку» и претендентом на денежную премию. А дочь (возможно, из зависти и ненависти) тайно донесла на брата организаторам. Получился отвратительный и крайне неприятный скандал, ставший для героя той самой последней каплей...

«Люди все нравственны. Безнравственны только их ближние», а «преступление – это то, что совершает кто-то другой». «Для большинства людей кто преуспел, тот всегда и прав… Сила и успех выше критики и выше морали».

Мечта, привязанная исключительно к материальным, низменным целям, подобна птице с подрезанными крыльями, которой не дано парить высоко над землёй. И раз уж в названии романа использованы слова Шекспира, то можно вспомнить и другие его строки:
«Слова парят, а чувства книзу гнут. А слов без чувств вверху не признают».

Очередная книга Стейнбека принесла мне в клювике довольно интересную моральную дилемму. Есть главный герой, не совсем всеми уважаемый продавец продуктовой лавки. Он не совсем всеми уважаем, так как отец его, известной фамилии да и вообще местный дворянин, профукал семейное состояние, оставив сыну лишь дом и добрую память.
Так вот, Итен Аллен Хоули, домовладелец и наследник шкиперского рода, работает в лавке, да. Лавочник он. Даже хуже того - продавец, работает на дядю. А дядя из Италии, поди мафиозо. У Итена любимая - очень любимая, даже чересчур - жена и двое детей. И всем им хочется, чтобы папа разбогател. Но разбогатеть нынче можно только... нечестным путем. Нет, то есть честным, но, мягко скажем, аморальным. То есть даже не аморальным, если взглянуть, например, на ситуацию со стороны обывателя, так как по идее, что такого в том, чтобы сдать властям нелегала или довести алкаша до логичного финала. Но противоречащим внутренним принципам, по которым живет Итен. Потому как нелегал - владелец лавки - давний, если не друг, то ... нет, не друг он Итену, ну, как вот это объяснить? в общем, человек, которого подставить, - все равно что щенка утопить. При том, что он сам далеко не из самых честных и благородных людей, но вот нельзя с ним Итену так поступать и все.
И с алкашом не все так просто, вот он действительно давний друг, близкий друг, ближе некуда, из тех, что с детства, самого того детства, но не свезло другу в жизни, и сам друг не захотел вертеться и вылазить и опы, но это вот всегда легче все спихнуть на "дело рук самих утопающих", а друзья на что?

Короче, с точки зрения нынешних капиталистических принципов, где каждый сам за себя, Итен в общем-то ничего криминального не совершил, но почему же тогда так нужен ему стал детский Талисман, почему в Талисмане запульсировала Трещина, что сказали Марджи карты во время расклада на Итена? Внутренняя трансформация, если не сказать, падение в пропасть, отказ от собственного я чреваты, ну, чем чреваты, тем, что и случилось в финале. Финал закономерен и справедлив.

Свое же отношение к Итену я никак не могу определить. И все его желания понимаю, и эту дорогу в пропасть всеми фибрами души прочувствовала, и по идее должна бы осуждать, и наверное, осуждаю, но в тоже время не могу осудить окончательно. Потому что, кто там первый без греха, тот пусть выйдет и покажется. Я - так первая спрячусь.

И все-таки со Стейнбеком мне немного не по пути, мы с ним как будто идем параллельными дорогами. Почему-то, читая его книги, я ощущаю себя в чуждой Вселенной, с жителями которой мне взаимопонимания не достичь. Такой вот не до конца удавшийся Контакт. Не искрит. Не фонтанирует. В книгу не падаю. Через ситуации продираюсь волевым усилием. Смотрю на все происходящее отстраненно, с холодным носом. Но читаю, читаю.

Обычно я стараюсь не сравнивать книги. В моем понимании, такое сравнение абсурдно, равно как и сравнение двух разных людей, которых отделяют не просто тысячи километров, а эпохи, которые сформировали их мировоззрение и, соответственно, плоды их творческих порывов. А вот сейчас не удержусь. Дело в том, что одновременно с "Гроздья гнева" я читала "Дорога" Маккарти. Казалось бы, ничего общего, кроме того, что оба автора - американцы, и в обеих книгах открытый финал. "Гроздья гнева" - классическая социалка в декорациях депрессивной Америки 30-х годов, а "Дорога" - модный ныне постапокалипсис, где попраны все мыслимые законы социума. Но нет, я, постоянно перескакивая с одной книги на другую, все не могла определяться, какая книга безысходнее, где Господь Бог в лице автора сильнее поиздевался над своими героями, загнав их в такие нечеловеческие условия... Но так и не определилась, что страшнее - придуманный мир, где после неведомой природной (ну или техногенной - не столь важно) катастрофы, вынуждены есть друг друга, чтобы выжить, или мир реальный, где люди, у которых есть не просто лишний кусок хлеба, а пара-тройка лишних хлебокомбинатов, не готовы помочь таким же людям, как они сами, лишь потому, что те, кто нуждается в помощи, стоят на несколько ступеней ниже на социальной лестнице. Но это все - лирическое отступление.

"Гроздья гнева" - это мое первое знакомство с творчеством Стейнбека (что-то в последнее время пишу это чуть ли не в каждой рецензии:)). И явно не последнее. Очень редко встречаются книги, так мастерски написанные, вовлекающие во все сюжетные перипетии, и те, в которых простыми слова из уст простых людей так ясно и понятно говорятся такие важные слова...

- Как же я о тебе узнаю Том? Вдруг убьют, а я ничего не буду знать? Или искалечат. Как же я узнаю?
Том невесело засмеялся.

• Может, Кейси правду говорил: у человека своей души нет, а есть только частичка большой души – общей… Тогда…
• Тогда что?
• Тогда это не важно. Тогда меня и в темноте почувствуешь. Я везде буду, куда ни глянешь. Поднимутся голодные на борьбу за кусок хлеба, я буду с ними. Где полисмен замахнется дубинкой, там буду и я. Если Кейси правильно говорил, значит, я тоже буду с теми, кто стерпит и не закричит. Ребятишки проголодаются, прибегут домой, и я буду смеяться вместе с ними – радоваться, что ужин готов. И когда наш народ будет есть хлеб, который сам же посеял, будет жить в домах, которые сам выстроил, - там буду и я, понимаешь?

"Гроздья гнева" нужно прочитать. Просто хотя бы для того, чтобы когда в жизни настанет серая или хотя бы черная полоса, помнить, что депремирование или нехватка денег на 158-ю дизайнерскую сумочку - это еще не трагедия. И что если бы у семейства Джоудов были такие проблемы, они были бы самыми счастливыми людьми на всем белом свете...

Книжный вызов 2011

Если меня спросят: «Кто твой самый любимый автор?». Я с гордостью ответу, что это Джон Стейнбек. У Стейнбека я прочитала четыре книги, и каждая глубоко запала в мое сердце. Он умеет передавать человеческие судьбы так, что равнодушным остаться невозможно.

В центре сюжета книги, как и обычно у Стейнбека – человек. Его пороки, ошибки, любовь и ненависть, предательство и прощение. В романе «К востоку от Эдема» он написал о жизни семьи Траск. Описал несколько поколений этой семьи, где у каждого были свои цели, желания, боли и обиды. Кто-то хотел сохранить свое место под солнцем, а кто-то убежать от мира, скрыться и пропасть. Главная тема романа – борьба человека с самим собой.

Основные события романа происходят в городе Салинас (Калифорния) в начале XXв. Это южный город, в котором родился и вырос Джон Стейнбек. В книге встречаются второстепенные герои, такие как семья Гамильтонов (предки Стейнбека). Гамильтоны играют значительную роль в романе. Очень интересно описан их жизненный удел и боевой дух. Так же, в книге мы встречаем еще одного героя по имени Ли, который покоряет своей мудростью и спокойствием. Еще здесь есть порочные герои, такие как Кэти, Джон, Этель, Чарльз и Кэл (отчасти). В этих людях живет злость, ненависть, и, если кто-то из них пытается бороться с мрачными чувствами и поступками, то другие принимают это как данность и подпитывают их еще больше.

В романе много действующих лиц и много всего происходит. Все это описать в одном отзыве просто нереально. Мои чувства после прочтения объяснить трудно, они такие же многогранные, как и сам роман. Могу сказать лишь одно, мне понравилось и понравилось очень-очень. Поэтому, я рекомендую всем прочитать книги Стэйнбека, чтобы понять всю жизненную мораль, которую он вкладывает в свои романы и повести. Такого копания людского нутра я не встречала даже у Кабре и Кронина. Это настолько правдоподобно, настолько цепляет за живое, что где-то там внутри души чувствуешь всю боль прошлых поколений и начинаешь по-настоящему чувствовать людей.

Психологи советуют использовать практику благодарности. Умение благодарить делает нас гораздо счастливее. Ведь счастливые люди осознают, что всё чем они владеют — это великий дар.
Так вот, я благодарю Вселенную/книжного Бога, а главное человека, который посоветовал мне прочитать "К востоку от Эдема"!
Это ещё одна великолепная книга, с которой мне посчастливилось познакомиться в этом году. И я невероятна счастлива, что у меня есть силы, возможности, время и желание читать совершенно разные жанры. Надеюсь такая возможность у меня будет и в будущем.
"К востоку от Эдема" это семейная сага, действия которой происходят в Калифорнии, долине Салинас-Валли. В романе ключевыми героями являются члены двух семей: Гамильтоны и Траски.

Гамильтоны — это большая семья. Самюэль Гамильтон является главой семейства. Он удивительный человек, обладающей внутренним стержнем, при этом излучает такой свет, что озаряет души не только своих близких, но и других людей встречающихся на его пути. Так бывает, что люди подобные Самуэлю не очень удачливы в жизни, но у него другие ценности. Дети для него значат гораздо больше, чем деньги. Его вера дает ему силы бороться, не опускать руки. Сасмюэль, как центр этой книги, он везде и всюду, дарит свой свет и тепло героям. Гамильтоны — замечательная семья, они поддерживают, любят и уважают друг друга.

Адама Траск прибывает в Калифорнию в поисках лучшей жизни для себя и своей жены Кэти. У Адама есть брат, нам рассказывают об их детстве, об эгоистичном отце, непростых взаимоотношениях внутри семьи.
Отношения с супругой у Адама тоже не простые. Будто в противовес Самюэлю Гамильтону, автор создал Кэти. Она отвратительна, жестока, у нее уродливая душа, черные мысли и сплошная гниль в сердце.

Из этого получается рассказ длиною в жизнь. Порой тебе жалко героев, порой тебе хочется их встряхнуть. Здесь есть трагедии, взлеты, падения, любовь и дружба. А как иначе, ведь в жизни полно чувств и событий.

Надо сказать, что в книге полно отличных героев. Конечно же, у меня есть свои любимчики, некоторые из них раскрывались постепенно. Например, Кейлеб — один из сыновей Адама Траска. Я всё время негодовала, как мне казалось, из-за несправедливого отношения к нему. Какая же он сильная личность, человек чёткий, уверенный, знающий чего хочет. И при этом он не ангел, но со всей внутренней силой борется со своими демонами.

В романе достаточно много философских, нравственных, морально-этических рассуждений. Ты, как будто, становишься участником бесед главных героев. Ты делаешь свои выводы, выносишь уроки. Всю книгу красной нитью идёт мысль о саморазрушении. У одних персонажей отчетливо видно самодеструктивное поведение, другие же скрываются под маской ненависти к окружающим. В результате итог будет один.

По мне, это лучшая семейная сага. Планка высока. Автор деликатно дает нам возможность самим делать выводы и выбирать стороны. Мне так понравился этот роман, что я не могу сдержать восторженных и хвалебных слов.

Она так неожиданно закончилась! Я еще хотела понаслаждаться - и "конец книги"...
Вопрос, читать ли прозу сэра Джона - для меня не стоит вообще. После Джон Стейнбек - К востоку от Эдема я отдала ему сердце. Вопрос стоит - что читать, и каждый раз я выбираю по оценке и отзывам. Тем более название здесь такое загадочное. "Заблудившийся автобус". Не о заблудившемся же автобусе...
Мы вернулись в Калифорнию! Счастье-то какое! До этого сэр Джон отправил меня в Новую Англию в Джон Стейнбек - Зима тревоги нашей , а еще раньше, в Джон Стейнбек - Гроздья гнева как-то некогда было природой любоваться. А тут "цветущие поля люпина и мака" - все, как мы с сэром Джоном любим. Вступление уже меня покорило полулугендой о местечке, прозванном "Мятежный угол". Только вот временной отрезок я вычислила с трудом, потому что он был обозначен "80 лет после войны (Гражданской)". Сэр Джон - я филолог, и после двух плохо считаю! При этом понимаю, что время, о котором пишет автор - важно для понимания. С трудом посчитала, что это где-то годы сороковые...
Один день, один автобус и несколько людей - вот и все, что понадобилось автору, чтобы написать роман. Есть у нас закусочная в чисто американском стиле в "Мятежном угле", которую держат Хуан и Алиса Чиккойи, и несколько людей, которые хотят попасть в Мексику. Конечно, можно признаться, что тут у нас не совсем герои, а скорее архетипы. Акула бизнеса - пусть и средней руки, но все-таки, его "стэпфордская" жена и дочурка. Коммивояжер, фонтанирующий идеями новых изобретений. Ворчливый дедуля а-ля Скрудж (не утка - Эбинейзер). Когда вплыла буквально богиня страсти, при виде которой мужики в штабеля складываются, а женщины делают кошачью стойку, пришлось возопить: сэр Джон?! Не слишком ли толсто? Но мне показалось, что в этом и была задумка - показать эдакие архетипы и отобразить эту теорию, что в любом коллективе, даже стихийно возникающем, народ сразу разбивается на разные роли: лидера, шута, оппортуниста...
Заинтересовал меня образ"главного" героя. Водитель автобуса (который у нас вынесен в заглавие) - это для нашей маленькой кучки как капитан корабля (хотя он может с этим поспорить). Зовут его Хуан, он - мексиканец, и такой - Муужиииик. Спокойный, выдержанный, работящий. Баба ему досталась... своеобразная, но и с ней он... При этом постепенно мы можем заметить небольшие звоночки: что он с таким же молчаливым спокойствием может развернуться и уйти, и Америка его особо не держит и не греет, и баба его тоже. Был эпизод - который меня прям напугал. Когда водителя достали так, что он был готов - бросить всех и ловить вольный ветер... Как-то пришло осознание, что в такой ситуации без опоры и лидера - страшно.
Все это - чистая психология. Как люди поведут себя в экстремальной ситуации. И очень автор это наглядно и правдоподобно показывает. Но в серединку еще закладывает одно размышление. Мне показалось, что цитата в заглавии - это продолжение рефлексии "Гроздьев гнева". Когда люди, которые приезжали в Америку, были готовы тяжело работать и зарабатывать своими руками. Но после кризиса что-то сломалось, и честного труда стало совсем недостаточно. На вершину стали карабкаться и править бал подобные типы.
Оценку ставлю - от чистого сердца. Люблю прозу сэра Джона почти маниакально, и от его описаний природы по мне мурашки бегают. Но здесь - признаю ценность романа как точной психологической зарисовки и слепка нравов эпохи. Но - признаюсь, что не буду вспоминать его с придыханием. Он заставляет скорее задуматься, возможно, даже копнуть в себе - но не переживать бурю эмоций. Посоветую - любителям психологичной прозы, которые оценят, как сэр Джон мастерски снимает с людей слои и позолоту. И, кстати, название даже немного вводит в заблуждение русскоязычного читателя. Потому что в оригинале wayward - это далеко не "заблудившийся". А скорее "запутавшийся", "сбитый с толку". И понимаешь, что запутался здесь - далеко не автобус.
*Слушала в исполнении Вячеслава Герасимова. И... даже не знаю, буду ли советовать. Он прекрасно читает сказки и фэнтези, потому что создает книге - свою, особую атмосферу. Такую - напевную, возвышенную, иногда даже надрывную. И вот не знаю - подходит ли такая атмосфера этой книге. Я пообвыклась, да и читает он хорошо. Решайте сами - книга не очень большая, и, думаю, глазами тоже легко прочитается.

Человеку нужно, чтоб кто-то живой был рядом. Можно сойти с ума, ежели у тебя никого нету. Пускай хоть кто-нибудь, лишь бы был рядом. Я тебе говорю: жить в одиночестве очень тяжко!

Я узнала об этом произведении из сериала "Остаться в живых". Один из главных героев, Сойер, постоянно о ней упоминал. И мне стало интересно: что же это за книга такая, которую перечитываешь снова и снова, находясь на необитаемом острове, с абсолютно незнакомыми людьми, не имея никакой надежды на спасение. И при таких обстоятельствах искать утешение именно в этой повести. Это все удивляет.. шокирует.. интригует!..

Еще один фактор, подтолкнувший меня к знакомству со Стейнбеком, то что он не так популярен здесь, на Лайвлибе. Не проходит и недели, чтобы я не натолкнулась на очередную рецензию "Голодных игр" или "Гарри Поттера" (книги взяты просто для примера, ничего не имею против них), а вот "О мышах и людях" остается где-то в сторонке... А ведь из 400 человек, прочитавших эту книгу (одну ее, или в каких-то сборниках) лишь четверо отметили, что она не понравилась.

Так вот, я с уверенностью могу сказать, что мне книга ПОНРАВИЛАСЬ!!! Несмотря на то, что она написана очень простым языком, читается быстро и легко, состоит в основном только из диалогов, да и сюжет довольно незатейливый...

Но зато какой в ней смысл!!!

А у Вас есть мечта? Есть что-нибудь такое, чего вы желаете всем сердцем? Думаете об этом постоянно, стремитесь к ее исполнению? Тогда эта книга для Вас. Ведь она о мечте. О том, чего не отнимешь даже у самого последнего человека: о праве на мечту. О том, как создаются эти мечты, и о том, как они рушатся. О том, что даже в самой критичной ситуации человек открыт для мечты, и она греет его душу. Для каждого, эта книга - что-то своё. И открывает она в каждом что-то новое, то чего даже он сам не знал о себе..

А еще, у нее абсолютно невероятный конец, которого ну никак не ожидаешь...

P.S. Если Вы потратили пару минут на прочтение моей рецензии, потратьте еще часик на прочтение этой книги. Она того стоит!

Капля дёгтя в бочку мёда, или чуточку разбавим медоточивый поток хвалебных словесов...

На сайте около пятисот рецензий на этот роман, из которых 99 % составляют восторги от качества написанного и сетования, сожаления, печаль по поводу постигшей людей трагедии, приобретшей громадные масштабы и затронувшей основную массу американского населения.
Ну что-же, каждый имеет право на собственное мнение, пусть даже они будут диаметрально противоположными.

Главные герои этого кирпича - семья Джоудов, отправляющаяся с насиженного места в незнакомую Калифорнию, которая представляется чуть ли не раем небесным и землёй обетованной. Стоит ли говорить, что на деле все оказывается совершенно по другому ?

И тут бы возопить подобно многим о тяжелой доле простых смертных, о рваческой натуре проклятого душегуба-капиталиста/капиталистов, о несправедливости мироустройства, о бедной семье, в судьбе которой отразилась судьба большинства населения страны...Но не получается...и не в силу пресловутого мяса, имеющегося на тарелке каждый день, а совершенно по другим причинам.

Прочитав Дж. Стейнбека раз, «О мышах и людях» Джон Стейнбек и это третье произведение в моей копилке, отчетливо прорисовывается авторский стиль, характеризуемый чудовищным многословием, или иначе словоблудием, в первую очередь, это, конечно, касается больших произведений.
При этом основная часть мыслей героев, растянутых на огромное количество слов и страниц, представляет не что иное, как переливание из пустого в порожнее. По сути, одно и тоже, сказанное несколько раз одними и теми-же словами, переставляемыми из конца в конец. Ненужные подробности, лишние описания, пустые диалоги.

Еще одно отличительное свойство, бросающееся в глаза: черно-белые герои в большинстве своем, плохие и хорошие, абсолютно статичные, с которыми по мере развития сюжета не происходит никаких внутренних изменений. Внешне они передвигаются из точки А в точку В, внутренне все остается на месте. Получается пресловутый банальный пересказ, когда мне преподносится как Великое откровение...

Ну и не могу упомянуть сквозящий практически в каждой строчке и каждом слове писателя пафос, вольное или невольное желание давить на жалость, заставляя читателя испытывать негодование к одним и жалость к другим, радение за социальную справедливость как антипод существующему положению, что само по себе отлично, не будь это настолько утопично и подающееся слишком прямолинейно. Но прямолинейность суть стиля автора.

Финал романа заслуживает отдельной читательской слезы, как гимн жизни, силе духа (нашу песню не задушишь, не убьёшь), женщине, её терпению и стойкости.

"...меня замораживало сознание: землю нужно отнимать у крестьян, у трудящихся крестьян, которым эта земля нужна, как воздух".
А.С. Макаренко, "Педагогическая поэма"

"Гроздья гнева" - тяжелая, пронзительная, исполненная огромного внутреннего напряжения книга, на примере семьи Джоудов изображающая трагедию целого народа.
И - очень правдивая. Ибо автор о крестьянском труде знал не понаслышке - калифорнийский Салинас, где родился и вырос будущий писатель, являлся городом отчасти формально. Стейнбек с достаточно раннего возраста работал на близлежащих ранчо, благодаря чему представлял себе жизнь и быт фермеров "изнутри". И в описании печальной страницы американской истории - массового выселения фермерских семей в годы Великой депрессии - автор точен, безжалостен и достоверен, как точны и достоверны в своих произведениях, к примеру, Василий Шукшин или Михаил Шолохов (правда, последний оказался таковым отчасти против своей воли, но это уже совсем другая история).
Стейнбек сумел предельно четко передать трагедию народа, у которого во всех смыслах выбили почву из-под ног, этот чудовищный насильственный разрыв не только с привычной средой обитания, но и с жизненным укладом вообще. Кто, как не фермеры, сильнее и острее всех чувствовали связь с землей, которая дышит, родит хлеб, кормит и поит? Но в начале тридцатых годов многовековые традиции, казавшиеся незыблемыми, были в одночасье уничтожены, и миллионы людей оказались в родной стране в положении чужаков без роду и племени.

У меня при чтении сложилась четкая ассоциация: "Гроздья гнева" - это неравная битва людей с машинами. Имею в виду не только трактора, на которых трактористы за три доллара в день безжалостно распахивали участки своих соседей и сносили их дома, - слово "машины" в данном контексте следует толковать расширительно, оно в этом романе синонимично слову "система". Ибо массовый исход вчерашних фермеров в якобы благословенную Калифорнию на заработки - не что иное, как плачевный результат их столкновения с капиталистической банковской машиной. Которую, в свою очередь, поддерживает другая машина - охранительная, представленная полицией, а также "Американским легионом" и прочими военизированными организациями более удачливых граждан. Не случайно Стейнбека так высоко ценили в СССР: писатель он замечательный, но в данном случае куда важнее оказалось то, что "Гроздья гнева" - пощечина дикому капитализму - как нельзя более соответствовала идеологии социалистического государства.

Ощущение трагедии, нарастающего взрыва усиливается особенностями литературного стиля Стейнбека. Большинство фраз у него - сухие, жесткие и колкие, как высохшие стебли степной травы. Оттого-то, когда за нарочитым спокойствием иной раз всё же проглядывают боль и гнев, эмоциональное воздействие ощущается с особенной силой - будто хлестнули по лицу. При чтении возникает четкий визуальный образ - словно долго корчевали и в конце концов выкорчевали большое могучее дерево, многовековой дуб или секвойю. С шумом обрушился ствол, выхлестнулись толстенные корни, расшвыривая во все стороны куски дерна и комья земли...

Этот распад происходит с народом в целом - на самых разных уровнях. Как в отдельно взятых фермерских хуторах, отдельные жители которых от отчаяния встают на путь штрейкбрехерства и начинают по заданию банковских агентов распахивать чужую землю тракторами за три доллара в день ("Один тракторист может заменить двенадцать-четырнадцать фермерских семей. Плати ему жалованье - и забирай себе весь урожай"), так и в масштабе страны в целом - калифорнийцы, напуганные потенциальной конкуренцией со стороны всё прибывающих и прибывающих семей с северо-востока, заранее готовятся дать отпор чужакам. А для оправдания собственной недоброжелательности психика услужливо дает подсказку: приезжие - существа второго сорта, унтерменши ("Мы с тобой люди как люди, а у этих Оки никакого понятия нет. Они и на людей не похожи. Настоящий человек не станет так жить, как они живут. Настоящий человек не помирится с такой грязью, убожеством. Этих Оки от гориллы не сразу отличишь".)

Этот распад происходит и с отдельными семьями, насильно оторванными от родных мест и выбитыми из привычного уклада жизни. Крепкая и дружная семья Джоудов начинает распадаться на глазах еще в дороге, спустя считанные дни после отъезда - умирает буйный и задиристый дед, который в родном доме прожил бы еще не один год; вслед за ним уходит из жизни бабка, просто лишившаяся смысла этой самой жизни; отправляется неведомо куда вверх по течению реки старший сын Ной; трусливо сбегает Конни, бросивший беременную жену; прочие члены семьи пока еще держатся друг за дружку, но с каждым днем нарастает их отчаяние и ощущение бессилия...

И совершенно очевидно, что на родине всего этого не произошло бы - жили бы еще годы и десятилетия привычным образом. Обрабатывали бы землю, растили бы скот, от души гуляли бы на праздниках - так же, как их деды и прадеды. Но, увы, не судьба.

Остается лишь горький вопрос, на который нет ответа: