Отзывы о книге Сфагнум

Появление романа известного белорусского журналиста и пока менее известного писателя Виктора Мартиновича «Сфагнум» опровергло сразу несколько стереотипов, которые казались нерушимыми. Во-первых — был разрушен стереотип о том, что никакая реклама и никакая раскрутка не поможет стать белорусскоязычной книге популярной. Изначально «Сфагнум» вышел тиражом в 500 экземпляров, который был раскуплен за две недели. Поверьте, для нашей страны — это просто гигантские темпы покупок. Чтобы удовлетворить потребности рынка даже был выпущен дополнительный тираж. А это для молодого писателя («Сфагнум» — всего 3 роман Виктора, причем первый, который вышел в Беларуси в печатном варианте) поразительный результат. А электронную русскоязычную версию книги с мультилейбла «Пяршак» скачали более 4 тысяч раз. За всю история выхода на нем литературных произведений «Сфагнум» пока уступает лишь другой книге Мартиновича — «Сцюдзёнаму выраю".

Второй стереотип, который был развеян — если книга появляется в электронном варианте и доступна для бесплатного скачивания, то ее бумажный вариант провалится в продаже. Так вот, книга Мартиновича продавалась чуть ли не лучше, чем скачивалась. Правда, стоит отдать должное маркетингу — печатный вариант был выпущен на белорусском языке, а электронный на русском (к слову сказать — язык оригинала русский, а перевод на белорусский осуществлял Виталий Рыжков).

Можно спросить, почему мы решили написать рецензию на роман, который вышел более года назад? Скажем так — хорошая литература не имеет срока давности. Есть и вторая причина — не так давно Мартинович за свои романы «Паранойя» и «Сфагнум» получил премию ESFS Awards-2014. И третья причина — совсем скоро в продаже появится следующий роман Мартиновича.

Для чистоты эксперименты мы решили оценивать в этой рецензии оригинальный, то есть русский текст, который вышел в электронном виде.

Что же из себя представляет роман? Честно говоря, даже просто определиться с его жанром или направлением довольно сложно. Тут есть и юмор, и детективная история, и описание жизни белорусской глубинки, а также мистика и фантастика. Сюжет вертится вокруг троих подельников, товарищ которых сбежал с их деньгами. Деньгами, естественно, чужими, которые необходимо вернуть. Вот только деньги оказываются в милиции и трое друзей начинают искать иные способы добычи финансов — от копания кладов, до мистических обрядов.

На протяжении чтения мы окунаемся в жизнь вымирающей белорусской деревни, небольшого райцентра Глуск, районной газеты, районного отделения милиции. Такое ощущение, что автор намеренно сужает пространство своего повествования на такой ограниченной территории. Тот же Минск тут упоминается всего несколько раз.

Был я в этом вашем городе. (…) Вы ж там заколдованные все. Вы вообще по сторонам смотрели? Как вы живете там? Едут в трамвае, кто в телефон уперся глазами, кто в книжку. Спросишь что-нибудь — отвечает, а глаза в телефон смотрят. Интернет у него там или еще что. Выходит из трамвая, идет в метро, а сам — в телефоне. Садится в метро — в телефон. И вот едет целый вагон, и ни одного человека. Все — телефоны.

В то же время «Сфагнум» — это еще и роман ситуаций. При небольшой доработке буквально каждая его глава смогла бы стать самостоятельным рассказом. Ситуации бывают как комические, так и трогательные, трагические и даже эротические. И о каждой из них читать интересно. Более того, порой второстепенные сюжетные ответвления воспринимаются чуть ли не лучше, чем основной сюжет, который, будем честны, довольно банален.

Петрович был человеком интеллигентным, однажды окончившим университет в Минске, подававшим надежды, читавшим Хайдеггера, пересказывавшим сокурсникам «Стену» Сартра и плакавшим над автобиографическим романом Шкловского «Zoo». Потом Петрович приехал по распределению в Глуск, собирался отработать два года, но, проснувшись однажды, понял, что живет здесь уже тридцать лет.

Есть бандиты, которые с одной стороны являются отрицательными героями, а с другой спустя несколько глав проникаешься к ним любовью. Но не как к тем персонажам о гибели которых ты будешь жалеть, а как к интересным, уникальным личностям.

Кстати, сами три главных героя хоть личности и очень разные, но все одинаково верят в чудо. Они верят, что деньги можно выкопать из-под земли, или словить с неба, или случайно найденная майка является майкой Владимира Путина, которую можно очень дорого продать. Более того, каждый раз они практически хватают свою удачу за хвост. Но она постоянно ускользает от них. И эту веру в чудо автор переносит на всех белорусов в целом

Вот белорусы! Они все тут будто в каком-то сказочном волшебном мире живут. В какой-то сказке! Все такие мечтательные! Детский сад! Книжка-раскраска! Их как будто никто не бил никогда. Не обманывал. Если надо что — ни угрожать не надо, просто обещай что-нибудь. Они в чудо верят. Все в чудо верят. Что бабы — ну это нормально! Но и мужики. Это знаешь, как на тракторе работать и надеяться, что тебя на «Формулу-1″ вот-вот пригласят.

Много внимания Мартинович уделил не только главным героям, но и второстепенным. Милиционерам, сельским жителям, редактору районной газеты и даже русскому бандиту, который приехал за деньгами. Каждый персонаж по своему интересен, со своим взглядом на мир. Получается, что писался роман про бандитов, а получилось про всех белорусов и нашу страну в целом.

Роман читается легко и быстро. И дело тут не только в простом языке, но также в юморе и простоте повествования. Легкая ирония над героями книги, постоянные отступления позволяют проглотить книгу всего за один-два вечера. Часто автор вставляет сразу несколько абзацев своих взглядов на жизнь в белорусском районе. И это всегда интересно и увлекательно читать. Но следует понимать, что к данному роману относиться можно по-разному. Как к обычному детективу, как к юмористической истории, или как к проекции белорусского общества. Выбор за вами. Сам Мартинович не раз утверждал, что роман очень многослойный, и каждый увидит в нем то, что захочет.

Лесник в Глусском районе, как впрочем и в целом по стране, должен обладать тремя главными навыками. Во-первых, умением договориться с браконьерами и самогонщиками о том, чтобы результатов труда браконьеров и самогонщиков не было видно. Во-вторых, лесник должен уметь отыскивать большие камни, устанавливать их на окраине леса у дорог и писать на них слова: «Лес — наше богатство». Высшим пилотажем является способность сопроводить надпись рисунком бабочки, олененка, скопированного с обертки шоколадной конфеты «Варюша», аиста или задумавшегося о чем-то бобра. Третьим главным навыком лесника является умение организовать пикник с дичью для представителей районной, областной либо республиканской администрации. Стол должен быть обилен, угощения разнообразны, с обязательным присутствием живых раков, оленины и кабанины. Самогон должен быть чист, как хрусталь, а завершиться все должно баней и пением «Мне малым-мало осталось» под звездным небом.

А еще роман стал событием в белорусской литературе, поскольку практически сразу отыскались как его преданные фанаты, так и ненавистники. Одну из самых жестких рецензий написал белорусский журналист Максим Жбанков, чем сразу же поднял большую волну возмущения. Нашлись и сторонники его взглядов. А вы можете составить свое мнение о романе, лишь прочитав его, что мы и рекомендуем вам сделать.

Уже сегодня в книгарне «Логвінаў» состоится презентация нового ,уже четвертого по счету романа Мартиновича «Мова». Автор писал его на белорусском языке, но в продаже появится также и русскоязычная версия книги. Как и прежде, электронную версию романа можно будет скачать с мультилейбла «Пяршак».

Не буває в болоті смачної води. С. Вакарчук

Цяпер, калі чую гэтыя радкі з песні ўкраінскага гурта, заўсёды ўспамінаю тройцу са “Сфагнума” – Шульгу, Хому і Серага, якія адважыліся сарваць куш ва ўладаннях балотных багоў у глыбі Палесся. Хлопцы спадзяваліся з мінімальнымі выдаткамі выйсці з патавай сітуацыі, а трапілі ў “багну”, дзе на кожным кроку здараецца нешта невытлумачальнае, паспрабавалі на смак “балотнай вады” і зразумелі (напэўна): пойла яшчэ тое – адных лечыць, другіх калечыць. Ды і ўсё наша жыццё – балота: апынуўшыся на паверхні, не паспяваеш адчуць трывалы грунт пад нагамі, як багна зноў пачынае бязлітасна зацягваць, што і дэманструе канцоўка рамана. Увогуле ў Марціновіча атрымаўся неблагі кактэйль: усяго па трошкі – праўда жыцця, бандыцкая рамантыка, містыка, дух авантурызму, філасофія, сатыра і гумар, ну і каханне (як жа без яго). На смак ён прыемны, легкі, дах не зносіць, але ўстаўляе нядрэнна. Хоць адзін з гэтых элементаў абавязкова выкліча станоўчую рэакцыю нават у самага патрабавальнага чытача. Відаць, што з тэкстам добра папрацаваў перакладчык: пацанчыкі выражаюць свае думкі мовай, занадта блізкай да літаратурнай, як і баба Люба. Але агульнай атмасферы гэта не псуе. Згодна са шматлікімі рэцэнзентамі, якія лічаць, што са “Сфагнума” атрымаўся б добры фільм у стылістыцы крымінальных камедый Гая Рычы. Было б цікава паглядзець, як прыёмы брытанскага рэжысёра будуць рэалізаваны на беларускай глебе. Аднак у кінаверсіі наўрад ці застанецца месца для трапных апісанняў, філасофскіх разваг і рамантычных замалёвак апавядальніка, якія мяне закранулі больш за астатнія бакі твора. Так, пры ўсёй абаяльнасці пацанчыкаў мой герой – апавядальнік. Не магу сказаць, што такая літаратура адназначна адпавядае маім інтарэсам, але агіды не выклікае – і тое добра. Прынамсі, мне прыемна, што сучаснае беларускае мастацкае слова мае прыклады такіх дзёрзкіх, бесшабашных, з налетам даўніны і містычнасці твораў.

Мне всегда нравились остро-аналитические статьи Виктора Мартиновича в электронных СМИ, к художественным же произведениями отношение было несколько предвзятым. Нет, я честно прочитал и нашумевшую "Паранойю" и трогательный "Сцюдзёны вырай", но впечатление оставалось несколько смазанным абсурдностью персонажей и событий.

"Сфагнум" же получился романом не абсурдным, а об абсурде, как и заявлено в аннотации. Как на ладони в лице прижимистого Хомяка, отмороженного Серого и отноительно здравомыслящего Шульги вырисовывается триединство (или, по-научному, шизофрения) народонаселения Беларуси. Немало способствует чтению лихой сюжет, действительно напоминающий "Карты, деньги, два ствола" и "Криминальное чтиво", в которых англоговорящие маргиналы заменены белорусскими "пацанчиками". И тут, глядя на царящий вокруг абсурд, уже без вопросов начинаешь верить в колдунов и русалок, живущих среди духовной скрепы беларусов - сфагнума. Написано со знанием нюансов жизни удалённого от Минска райцентра и читается на одном дыхании. Хотя нет, на сбивчивом дыхании, так как главы про Вайчика (странно, но почему-то не говорящего на чистом белорусском) и Вичку без приступов хохота читать невозможно.

Вероятно, роман будет более близок и, следовательно, интересен, его вдохновителям и действующим лицам - беларусам, причём читать, учитывая неоднозначность перевода, лучше оригинальную русскоязычную версию. Ближайшим же географическим соседям его можно рекомендовать как справочник-разговорник-путеводитель по загадочной, покоящейся на залежах полуразложившегося сфагума Беларуси :-)

Раман Віктара Марціновіча цяжка жанрава акрэсліць. Назваць яго прыгодніцкім не выпадае. Тым больш не назавеш “Сфагнум” дэтэктывам, хоць раман і пачынаецца з забойства. Пры ўсёй дынамічнасці і закручанасці сюжэта, гэта ўсё ж кніга не пра прыгоды. І сацыяльна-бытавым твор не назавеш.

Штосьці падобнае ўжо было ў беларускай літаратуры. Я маю на ўвазе раман Уладзіслава Ахроменкі “Тэорыя змовы”, які пабачыў свет у 2011 годзе. Дарэчы “Сфагнум” Марціновіча стылістычна месцамі вельмі нагадвае “Тэорыю змовы” Ахроменкі. І нават не толькі стылістычна, але і нейкім духам, нейкай агульнай атмасферай - сацыяльнымі ракурсамі, успрыняццем і ацэнкаю сучаснай беларускай рэчаіснасці, сарказмам у адносінах да шараговых персанажаў.

Абодва гэтыя раманы маюць двайное дно. Першае, што зверху – гэта аповед пра вострасюжэтныя, часам смешныя, часам фантастычныя прыгоды героеў. Другое дно – гэта развагі героеў пра жыццё, іх ацэнка розных падзеяў у краіне і свеце, гіпербалізацыя сацыяльных праблемаў, якія існуюць у сучасным беларускім грамадстве, – каб паказаць іх у поўнай “прыгажосці і велічы”. Прынамсі, асобныя месцы рамана Марціновіча прымушаюць паразважаць пра мінулую вайну, або пра прыроду ўлады ў Беларусі, калі рэгіянальныя князькі падпарадкоўваюцца толькі іншым князькам, і толькі тым, што стаяць вышэй у дзяржаўнай вертыкалі. І ніякі суд, і ніякая міліцыя гэтай уладзе не ўказ.

Праўда, у сваім рамане Віктар Марціновіч часам зусім ужо адрываецца ад рэальнасці, і тады ў яго міліцыя можа наладзіць маскі-шоў у раённай газеце. А гэтага ў Беларусі проста не можа быць у прынцыпе, бо раёнка з’яўляецца структурнай адзінкай мясцовай улады і ніхто яе без дазволу райвыканкама пальцам не кране.

Са станоўчага адзначым, што кніга чытаецца лёгка і з энтузіязмам, бо сюжэт захапляе, а гумар, з якім апавядаецца гісторыя, надае чытанню пачуццё прыемнага баўлення часу.

Сам аўтар у адным з інтэрв'ю патлумачыў пра што яго кніга: «...гэты раман не варта ўспрымаць як тэкст „пра вёску“, пра „гопнікаў“ ці "пра прыроду“. У беларускім кантэксце «балота» і балота — розныя рэчы. Гэта кніга пра беларускі абсурд. Пра беларускую варажбу. Пра шуканне скарбаў там, дзе іх няма. Гэта казка з дрэннымі героямі і спрэчным канцом.»

Немного мистики, много чернухи, хороший стиль, интересный сюжет - в результате получился крепкий такой и ладный детективно-криминальный роман о белорусах. Мне понравилось. Жалею только, что читала не на белорусском - уверена, что в оригинале интересней и органичнее читается. Я знаю белорусский и разговоры на трасянке хорошо представляю, а вот не знающим и читающим в переводе, интересно, понятно ли? Не спотыкались ли о язык, выглядящий на бумаге, как олбанский? Мартинович заинтересовал и понравился, буду читать ещё.

Восторг! Со времен Чонкина не смеялся так! Как здОрово, что в Белорусси столько талантливых писателей! Пацаны- участники конкурса "тупой- еще тупее"- типичный портрет гопников всех времен и народов постсоветского пространства. "Любовь к милиции", похоже, наше общее... И эта "любовь" нас убивает, а не бережет. Ненормативной лексики очень много, но она органична. Есть у нас юмористическая передача "У-Краина-У", где 2 типочка из Симферополя, плюхая семечки, изъясняются, как выпускники Кембриджа- и это смешно. Здесь - как в жизни. Очень тепло- о народе. О доброте, о доверчивости, наивности. Буду чередовать серьзного Сарнова Б. и ироничного Мартиновича!

Цікавая кніга. Сапраўды, было над чым пасмяяцца, было над чым пасумаваць, было над чым крыху задумацца. Героі вышлі яскравыя, не героі, канешне, увогуле, але яскравыя. Мова жывая, нават занадта месцамі. Сюжэт вельмі незвычайны, развязка даволі нечаканая - усё, каб зацікавіць сучаснага чытача. Нават я, хаця і не надта цікаўлюся раманамі пра фраяркоў, але ж не адарвалася. Асобна хацелася б пазначыць міфалогію, якая вельмі добра ўплялася ў кнігу. А беларускія ведзьмары - гэта асобны від мастацтва. Адным словам, гумар, сюжэт і жыццёвая філасофія далёкіх ад філасофіі хлопцаў можа зацікавіць амаль кожнага чытача на некалькі дзён. Крыху расчаравала канцоўка, але гэта, як сказаў бы Хамяк, толькі мае праблемы. Безумоўна раю пачытаць гэтую гісторыю, каб паглядзець на шырыню беларускай літаратуры. Віктару Марціонвічу вялікі і шчыры дзякуй.

У Мартиновича я сначала прочитал «Паранойю» и поэтому, как только узнал о новой книге, сразу же прочитал и «Сцюдзёны вырай». Было приятно, что есть свой, белорусский, современный Писатель. И естественно, я с нетерпением взялся за «Сфагнум».

Жуткие нестыковки и бесмысленные неувязки нелогичности в сюжете. Майор милиции в одиночку приезжает на сработку сигнализации в сельском магазинчике. Неизвестно откуда и, самое непонятное – зачем, появившийся вдруг француз. Бестолковая суетливая мизансцена с появлением главных героев повествования.

Сама же троица главных героев - хоть автор и намекает на некое их сходство с Дон Кихотом, Санчо Пансой и кем-то третьим - больше смахивает на Вицина, Никулина и Моргунова. Хотя сцена с поиском клада под камнем очень напоминает эпизод с распиливанием гантелей небезызвестными Паниковским и Балагановым. Но больше всего своим энтузиазмом и размахом фантазии эта троица напоминает коротышек из «Приключений Незнайки»!

И уж совсем непростительно, когда на фоне этих отморозков, созданных (или списанных с натуры) самим же автором, он (автор) вдруг начинает демонстрировать собственный интеллект!

Не хочется углубляться во все проблемы – даже простое их перечисление займет слишком много места. На их фоне даже редкие удачные места уже не радуют, а только вызывают недоумение.

Если вы еще не читали «Паранойю» - прочитайте. Если вы еще не прочитали «Сцюдзёны вырай» - прочитайте. И... если... они вам понравились... – не читайте «Сфагнум»…

От книги "Сфагнум" Виктора Мартиновича веет духом поздних 90-х, раннего Пелевина и вечной, как небо, славянской тоской. И не менее вечной интеллигентской иронией.
Трудно не иронизировать, живя в одной из наших братских стран, ох, как трудно.
А ещё труднее, наверное, сделать главными героями книги гопников и каким-то чудом заставить читателя заглянуть в корявые головы асоциальных элементов и найти там прекрасное.
По крайней мере, троица незадачливых пацанчиков, смотрящихся карикатурой на классических трёх богатырей, гораздо симпатичнее представителей правоохранительных органов и госслужащих. Что не удивительно, учитывая национальную принадлежность автора.
Мне роман более всего напомнил давно прочитанный и горячо любимый рассказ Пелевина "Проблемы верволка в средней полосе" и недавно проглоченных "Петровых в гриппе и вокруг него" Алексея Сальникова. Ибо как же я обожаю попадаться на крючок смешения жанров. Ещё со времён "От заката до рассвета", когда в бандитский триллер вдруг врывается вампирская вакханалия, кажущаяся абсолютно уместной, учитывая, что окружающий героев абсурд так и так зашкаливает. Так почему бы не быть лесным колдунам, русалкам и тайным кладам в мире, где милиционеры крадут и навешивают дела на невиновных, а большая часть населения рыскает в поисках "чернил" (выпивки то есть).
Это мир сфагнума (мха, растущего на болотах) - который и почва, и еда, и лекарство, и могила - следующий какому-то своему внутреннему закону. А человек - лишь песчинка, вообразившая себя великаном и забывшая о правилах жизни в этом хитром мистическом мире.
Это одна сторона романа. А с другой, особенно глядя из дня сегодняшнего, кажется, что весь он написан ради одной финальной сцены, пророческой по своей сути, заставляющей задуматься о том, что жестокий мистический мир со своими правилами, незнание которых не освобождает от ответственности, всё же гуманнее того, что построили люди.