Казус Кукоцкого

Через чур затянутое чтение меня обычно утомляет, а в это случае просто замучало. Хотя я понимаю, что это хорошая литература, качественная и даже злободневная.
Но мне было скучно. В целом книга, включая 2ю главу-сон-бред-провидение, несет какой-то нравоучительный посыл, даже скорее трагично-ностальгический. Советская эпоха полна противоречий и отрицательных черт, понятно, не мало. И в романе обмусолены многие аспекты жизни совершенно разных людей - от нищих дворников до обеспеченных профессоров.

Обилие медицинских терминов иногда надоедало, вообще заметно, как Улицкая попыталась впихнуть как можно больше специфических словечек, выворачивая из них целые обзацы излишне интеллектуальных описаний самых обыденных вещей.

Кое-что показалось слишком романтично надуманным и просто неправдоподобным. Хотя, конечно, нужно понимать, что это не описание жизни, а метафора, изобилующая вымыслом. Но и Улицкую больше читать не хочется.

Я люблю и ненавижу семейные саги. Ненавижу от того, что привыкаешь к героям, они становятся родными и как бы ты не держался, слезы все равно катятся из глаз.
Перед нами очень интересная семья, сформировавшаяся случайным образом. Врач-гинеколог сорока с лишнем лет и пациентка, молодая женщина, которой пришлось удалить матку. Она не одна, у нее маленькая дочка и взрослая женщина и не родственница, и ни няня, и ни прислуга, но такая родная и важная для этой семьи. Зажили они дружно и счастливо, по тем меркам богато, вот только доктор не мог сдвинуть работу на второй план. Он бился за то, чтобы аборты стали законными. На войне были потеряны мужнины, а сейчас страна теряла женщин , решившихся на криминальный аборт. Сколько же я узнала способов! На что только не шли женщины чтобы избавиться от нежелательного плода. Даже проращивали с плодом луковицу, а потом оставляли сиротами уже имеющихся детей.
Я полюбила эту семью. История мне показалась такой настоящей, что я верила каждому слову, который говорил нам автор. В середине книги есть большущая философская часть, неотъемлемая часть истории, и даже ее я читала с воодушевлением.
Узнала, что есть сериал и я обязательно его посмотрю, чтобы увидеть глазами полюбившихся героев.

Очень осторожно отношусь к современным отечественным прозаикам, особенно с кучей восторженных отзывов на их произведения. Слишком много чернухи попадается, поливания грязью всего и всех, особенно прошлого нашей страны. Модно сейчас это и, к сожалению, популярно и востребовано…
Людмила Улицкая смогла приятно удивить: имея вполне определенное отношение к советскому периоду, она описывает его темные стороны очень бережно, взвешенно, не выходя за разумные рамки и не скатываясь в злобную ненависть. Она даже не критикует, в скорее констатирует… так было… и так жили… Сложное неоднозначное время нашей истории в описаниях Улицкой выглядит живо, очень атмосферно, буквально погружает в себя.
Получала настоящее удовольствие от чтения: приятный, комфортный стиль письма, очень образный и откровенный, интересный сюжет, характерные герои… Ровное, жизненное повествование с большой смысловой нагрузкой, глубокое, заставляющее задумываться не читалось взахлеб, приходилось осмысливать, смаковать, что-то даже примерять на себя.
Это было почти идеально… до тех страниц, пока повествование не ухнуло в откровенную эзотерику, с которой у меня, надо признаться, сложные отношения. Готова признать, что в исполнении данного автора даже все эти сложносочиненные мистико-философские материи выглядят недурно: без излишних заумствований, доступно и со смыслом, но просто в бытовом контексте я все-таки предпочитаю голый реализм. Да и параллели не всегда угадывались.
Могу вполне понять тех, кто отзывается о данном произведении не слишком лестно. Да, содержание неоднозначно, многие поступки персонажей вызывают отторжение, что-то кажется странным, нелогичным, глубоко аморальным. Но тут все зависит исключительно от личного восприятия, поэтому, наверное, тут лучше читать самому, чем ориентироваться на чье-то мнение. Главное, что это книга не оставляет равнодушным, заставляет думать, анализировать.
В целом же знакомство с Людмилой Улицкой считаю вполне удачным. Можно во многом с ней не согласиться, но пишет она неплохо, хоть иногда и излишне многословно.

Вдохновленная историей More-more я таки решилась на очередного расхваленного отечественного современного автора. Боже, как это было отвратительно.
Но по порядку. Первые 25% книги я лишь снисходительно улыбалась тому, как Людмила Улицкая пытается быть хорошим писателем, как она перегружает свою книгу совершенно ненужными и странными эпитетами вроде "Грудь как новорожденные барашки" - это, простите, какая? волосатая? или огромная? - как она вымучивает язык и персонажей, как старается показать себя экспертом в том, о чем пишет, и как у нее это совершенно не получается. Все это даже в некоторой степени мило, если забыть, что автор далеко не новичок и уже снискала себе славу чуть ли не второго Набокова. Но чем дальше я погружалась в сюжет, как язык перегруженный ненужными и неинтересными подробностями (зачем, например, в конце романа была глава про то, как одного из героев какой-то утырок ткнул заточкой, но тот выжил и больше ничего не произошло), тем больше мои глаза вылезали из орбит.
Во-первых вся книга насыщена совершенно идиотским и бессмысленным мистицизмом. Особенно досталось на пути к вершинам магического реализма Л.Н.Толстому. Он упоминается в этой книге везде, где только можно, придавая всему душок Пелевина. Чуть ли не половину книги занимают совершенно идиотские сны, их толкования и записки о снах одной из главных героинь книги Елены. Постепенно это все скатывается до совсем нечитабельного бреда о каких-то куклах в пустыне, который заканчивается встречей с Львом Николаевичем. Боже, зачем? Почему? За что?
Во-вторых моральный облик героев за гранью разумного. Вроде как я должна сочувствовать всем героям, но они все отвратительны. Муж и жена спустя 10 лет брака перестают друг с другом толком общаться и спать из-за двух совершенно правдивых фраз, сказанных в пылу ссоры. Жена при этом корчит из себя святошу, потому что она вся такая против легализации абортов, а ее муж убийца и козел, и усиленно эскапирует от всего на свете, пока окончательно не теряет память. Их вся такая умная красивая и вроде как симпатичная читателю дочь уродилась в совершенно аморальное существо:
1) она лишается девственности в заброшенном здании с незнакомым наркоманом, после чего говорит ну пока и уходит
2) несколько лет она живет в притоне руководствуясь правилом "к чему прелюдии, сошлись за вечер - и хорошо"
3) она спит с двумя близнецами одновременно, не видя в них разницы

• Я не вижу никакой разницы. Мне что ты, что виталька... - Таня развела руками. - Вообще-то я отца вашего тоже очень люблю.

  4) беременная неизвестно от кого из двух братьев, она находить третьего мужика и спит с ним до последнего

нет, я не буду комментировать, что живот вообще-то у Тани, а не на Тане, но...что по мнению автора в этом процессе должно быть сухим?..

Всем героям глубочайше плевать друг на друга. Отцу плевать, что его дочь шлюха. Дочери плевать, когда она выкидывает из дома все цветы своей приемной сестры, так и на выпадение матки их служанки. Приемной сестре плевать на свою приемную мать. Да всем тут на всех плевать. Эта вшивая интеллигенция, научная прослойка, которая должна внушать мне сочувствие и все такое, заставляла меня неделю ходить со сморщенным лицом и рассказывать другу очередную историю похождений этого эгоистического кружка.
Это мерзко, гадко и отвратительно. А вот история была хорошая.

Людмила Евгеньевна Улицкая — имя в современной русской литературе громкое и заслуженное. Автор шести больших романов и множества рассказов, обладатель «Русского Букера», дважды «Большой книги» и номинации на престижного международного Букера. Её любят и ненавидят, обвиняют в графомании и превозносят до небес, её книги переведены не менее чем на 25 языков, по ним ставят спектакли и снимают фильмы. «Казус Кукоцкого», пожалуй, самый известный из романов Людмилы Улицкой, семейная сага, удостоенная премии «Русский Букер» и экранизированная Юрием Грымовым.

В центре сюжета Павел Алексеевич Кукоцкий — гениальный врач, гинеколог, наделенный уникальным даром, «внутривидением», помогающим ему в работе. Однажды в небольшом сибирском городке Кукоцкий спасает от смерти красавицу Елену, и с тех пор Елена, её дочь Таня и малограмотная нянька Василиса, становятся его семьей. Кукоцкие — семья интеллигентная, правильная, на первый взгляд идеальная. Но только что происходит за закрытой дверью души каждого члена семьи? Какие монстры жрут каждого изнутри? Какие ангелы стоят за их спинами? Что происходит в спальне супругов Кукоцких? Какой вырастет их дочка?

На эти и другие вопросы Людмила Евгеньевна ответит обстоятельно и подробно. Структурно роман поделен на четыре части, одна из которых явно выделяется, выпирает и представляет собой стостраничный сон жены Кукоцкого, Елены. Сон этот перемещает почти всех героев романа в некоторый «срединный» мир, мир между жизнью и смертью, раскрывая личность каждого героя с новой стороны. Зачем была введена эта часть? Почему она помещена почти в самое начало романа, в то время как многие герои, появляющиеся в этом сне, в реальном мире еще не встретились читателю? Странная, мрачная, почти бесконечная как сама пустыня, по которой бредут герои, часть. Ярко выражены в ней библейские мотивы, громко звучат мысли о реинкарнации. Все упомянутые во сне герои узнаются лишь в конце романа, а смысл сна прекрасно отражает эпиграф: «Истина лежит на стороне смерти» © Симона Вайль.

Трагичный, глубокий и очень серьезный роман. Проза Улицкой крепка как камень, её голос пожилой женщины звучит уверенно и твердо. Зря говорят, что Людмила Евгеньевна не любит своих героев, они не любят себя сами. Каждому из нас дана возможность изменить свою судьбу, вопрос только в том стоит ли её менять?

Случайная цитата: Совместная двадцатилетняя жизнь, в которой один помнит одно, другой — другое... В какой же мере она была совместной, если воспоминания об одном и том же так различаются?

Признаюсь честно, я непатриотично отношусь к русской современной литературе. Поэтому когда мне приходится сталкиваться с очередным произведением отечественного книжного мира, я всегда заведомо переживаю о возможных разочарованиях. Но не буду забегать вперед…

Очень люблю семейные истории, которые живо показывают витиеватые отношения между женой и мужем/ детьми и родителями / между детьми. Поэтому я быстро втянулась в историю Павла Алексеевича и становления его необычной семьи. Кукоцкий – потомственный врач с необычным даром живого рентгена. Он – специалист своего дела, человек с четкими убеждениями, слишком новаторскими для своего времени. Вторая мировая война сводит его с девушкой Еленой и ее маленькой дочерью Таней. Их взаимная любовь разгорается мгновенно, и вот уже рождается новая семья Кукоцких. Трепетное отношение, нежные чувства – всё это мы видим в начале, но одно событие, которое, казалось бы, должно сплотить семью еще больше, потушило пламя и заволокло всё туманом, ослепив семейство. Хотя, конечно, они были слепы давно, но в мире и покое их недуг был незаметен. Как лекарь от Бога Павел Алексеевич не обратил внимание на состояние любимой жены и растущих проблем своей маленькой дочурки? Потому что был слеп от своего самолюбования и самовосхваления, да и одна вредная привычка не разрешала его глазам хоть иногда смотреть на окружающих его людей под правильным углом. Его сжирали амбиции, но в своей слепоте он был не одинок. Елене ее неспособность защищаться не дала шанса побороться за здоровье, Тане – избалованность и вседозволенность – найти свое место в этом мире, Василисе – ее маниакальная вера – осознать, что происходит в семействе Кукоцких. Лишь Тома, маленькая замухрышка-сиротка, отлично поняла, какой шанс ей выпал и как нужно его реализовывать.

Первая часть книги действительно заинтриговала меня. Я с нетерпением ждала продолжения, перелистывая страницу. Но наступила Вторая…. И добро пожаловать, психоделика и царствование какого-то своеобразного символизма. Что делает хорошую книгу действительно достойной? Правильная подача материала, на мой взгляд. Всё должно быть логично, информативно и с нотками интриги. Здесь вторая часть повергла меня в ступор. Это будто ты преспокойненько сидишь в поезде, который везет тебя в Кельн, а тут на середине пути тебе сообщают, что машинисту захотелось в Амстердам, поэтому теперь поезд едет туда. И ты в шоке, не понимаешь, что тебе делать дальше с таким поворотом событий. Вот и тут такая же ситуация. Зачем было превращать семейную сагу в фантасмагорию вперемешку с библейскими мотивами? Я понимаю, Улицкая рождала «Казус Кукоцого» длительное время, но от этого его не нужно нагромождать всеми своими любопытными мыслями. Я была удивлена и почему-то представила себе такую картину. Гарри, Рон и Гермиона из известного всем нам волшебного мира ищут себе спокойненько крестражи Волан-де-Морта, мы переворачиваем страницу, новая глава и тут бах – Гарри с Дамблдором идут по пустыне, оживляют манекенов и разговаривают с Львом Николаевичем Толстым об естествознании (хотя в их случае, наверное, с Оскаром Уайльдом). Сумасшествие, ведь так? Но не переживайте – это всего лишь на сто страниц. Я с усилием преодолела это расстояние и снова вернулась в дом Кукоцких, но уже не с таким энтузиазмом. Видимо, чтобы читатель отошел от содержимого второй части, Улицкая решила наполнить продолжение эротической составляющей и сокращением медицинской терминологии до минимума. Я назвала эту часть «искуплением слепоты». Герои продолжают жить слепо внутри себя, но теперь им придется платить за это. И вот тут мы и познакомимся с грустным и наполненным болью казусом Кукоцкого… Это история не могла кончиться семейным обедом у камина, разливающимся по квартире детским смехом и признаниями в любви друг к другу. Для этого Павлу Алексеевичу нужно было вмешаться в чужой мир и изменить его, но он так ничего не предпринял …

В этой книге поднимаются различные спорные, сложные, но важные вопросы: что есть аборт: страшный грех или свобода выбора; где грань врача-ученого и безумного ученого-мясника; что есть любовь, а что есть распутство… НО! Все эти вопросы канут на дно под давлением простой бытовухи. Именно с ней в книге, на мой взгляд, перебор, особенно в последней части. Павел Алексеевич, обладающий супердаром, частенько забывал про него, когда он был очень нужен. И кстати, зачем нам вообще про этот дар говорили? Эта идея не была никак раскрыта, зато были представлены другие пороки Кукоцкого, которые никак не связываются у меня с уважаемым доктором и легендарной личностью. Девочка Таня, которая выросла в… Нет, правда, зачем Улицкая так с ней? Конечно, родительская халатность в одних вопросах и настойчивая требовательность – в других должны были пробудить в девушке бунт, но это было чересчур. Абсолютная беспринципность и безграничная дурость после доказательств нормальных умственных способностей – даже как-то обидно за Таню, честное слово…. Своих героев надо любить, а загружать их трудностям логично, но в меру.

Вот у меня всегда так с современной отечественной литературой. Я мечусь между «вроде, понравилось» и «кажется, не понравилось». Много хорошего, достойного, интересного, но и хватает лишнего, пошлого, бессмысленного… Ведь у классиков было не так. Всё логично, всё к месту. Да и современная литература зарубежья тоже не обделена шедеврами… А у нас… Пойду я Лермонтова почитаю, расстроилась что-то

Интересная книга! Автор — умная, эрудированная женщина. Тем не менее, я не в восторге от этого текста, несколько раз всерьёз подумывала о том, чтобы бросить читать его, и теперь не скоро вернусь к Улицкой. Вот такое редкое амбивалентное ощущение, само по себе заслуживающее того, чтобы его пережить.
С первых строк ожидала, когда же с главным героем, Кукоцким, произойдёт какой-нибудь казус, то есть, неловкое происшествие, причудливая неприятность. Затем стало ясно: автор имеет в виду латинский термин «casus», в медицине означающий каждого отдельно взятого больного с его историей, совокупностью симптомов, индивидуальных факторов риска — то есть, описание пациента как он есть. Сегодня чаще применяется английское слово «case».
То есть, на видимом плане эта книга - «история болезни», вернее, всей жизни Кукоцкого, советского врача-гинеколога, человека своего времени (середина 20 века), мужа, мыслителя, борца, порядочного человека, незаурядной личности. Но внутри этой интереснейшей истории спрятана другая тема, большая и очень нелёгкая: страдания, связанные с беременностью, родами и воспитанием детей.
Беременность многолика. Желанная, случайная или даже губительная, разрушающая жизненный уклад и сам организм женщины. Только абсолютно неинформированный человек или фанатик способен отрицать то, что беременность кардинально меняет всю жизнь женщины, заложницы собственной физиологии. Современная медицина несколько облегчила ситуацию, но пока мы не можем отдавать собственному телу приказ не беременеть, если не хотим. Дамы продолжают уродоваться медикаментами, применять не слишком надёжные средства и делать аборты. Хочется думать, что гораздо реже, чем во времена Кукоцкого. И всё-таки. Беспощадность, с которой описываются детали септического аборта во времена запретов — леденящий кровь ужас. Стивен Кинг рыдает от зависти. Надеюсь, мне удастся через какое-то время перестать видеть ЭТО во сне. Герой, гинеколог, добивается легализации абортов. Чтобы уменьшить чудовищную женскую смертность от абортов «криминальных». Видимо, их запрещать — всё равно, что потребовать от женщин для здоровья всегда ходить на четвереньках.
Разумеется, мнение Кукоцкого наталкивается на сопротивление системы и непонимание в собственной семье. Рожать надо! Роды, кажется, прекрасный, естественный процесс. Но женщины почему-то к нему довольно плохо приспособлены. Из-за прямохождения. Или за грехи. Мне вот лично повезло: первые роды — 4 часа, ни разрывов, ни осложнений. После окончания «работы» спрыгнула со стола и отправилась звонить по телефону-автомату, хвастаться. Не вру! Потом полгода поработала в роддоме, хотела по акушерству специализироваться — и сбежала. В онкологию! Там этого выворачивания наизнанку гораздо меньше. А в роддоме женщина сбрасывает цивилизацию с плеч и становится куском воющего мяса. Не всегда и не все, опять же. Но как-то слишком часто для прекрасного, естественного процесса. Мне как-то проще присутствовать при непроизвольном мочеиспускании, например. Накал страстей значительно ниже.
Третья тема Улицкой, за которую я её потихонечку начинаю ненавидеть — сверхъестественность. Не успеваешь зауважать героя, как он начинает видеть опухоли внутри больных. Без рентгена и томографа. В норме хирург думает в такой ситуации: ага, понятно, заработался, бывает, после дежурства - сразу домой, отсыпаться. Я однажды после шести ночных дежурств подряд шла домой в жидком воздухе, с трудом удерживаясь от того, чтобы не поплыть кролем. Тут весь фокус в том, чтобы не забывать, что мозг играет с тобой в прятки. А товарищ Кукоцкий начинает пестовать свой далеко не безобидный психоз: не завтракает (оставляет мозг на голодном пайке), воздерживается от секса и т.д..
Объясню, почему игра в ясновидение небезобидно именно для врача. Врач не может себе позволить полагаться на сверхъестественное. Он должен знать точно! Предположим, врачу кажется, что в этом конкретном случае опухоли «не видно» («третьим глазом»). И он проигнорирует признаки, которые были бы в иной ситуации очевидными, не пошлёт на обследование и т. д. Порядочный врач не должен строить из себя волшебника, он обязан делать своё дело.
Но таинственный дар Кукоцкого — это смешные мелочи по сравнению с чертовщиной, происходящей с его женой. У Елены интересный вид эскапизма: она убегает в «меняздесьнет». Выглядит такое состояние как прогрессирующая деменция, то есть, полное отсутствие проявлений личности. Время от времени героиня выглядывает из своей мистической раковины — и сразу прячется. Что-то такое я уже, кстати, видела. Лечили электрошоковой терапией, очень успешно, кстати. Проблема автора в том, что патология подаётся по большей части нечто реальное, как уход в «третий мир», подобно компьютерной игре, состоящий из уровней. Может быть, надо было вспомнить круги Ада Данте? Старалась. Безуспешно. Всё это тяжело и нездорово, господа. Читать этот психотрип ещё и скучно.
Подвожу итог. Отлично описаны семейные отношения, особенно живыми получились родители Елены, толстовцы, а также её дед и бабушка. Кажется, очень правдиво рассказано о том, как умер Сталин - в головах у советского народа, в людском сознании. Мне мама рассказывала, что в день похорон вождя ей дома не пристегнули чёрную ленточку. «Твои папа и мама что, не плачут?» - спросила воспитательница. «Нет, не плачут», - ответила шестилетняя девочка, которой предстояло стать моей мамой. Но деда так и не арестовали. Не до того стало, наверное.
Ещё понравился финал: не хеппиэнд, но и не руины Датского королевства вскоре после возвращения принца Гамлета. От уважаемого клана медиков остался куций хвост, но и за него на фоне всеобщей безнадёги благодаришь автора всей своей истерзанной душой.
Книга, как было сказано, чрезвычайно интересная и талантливо написанная. При этом оставила тяжёлейшее ощущение. Чисто физиологически - этакую гнусную фрустрацию. У меня дочери, между прочим. Младшая — типичная Таня. Тоже уходит из дому вечерами то и дело. Перед тем, как почитала Улицкую, думала: у подружек она. А теперь ничего не думаю, теперь повеситься хочется. Но не волнуйтесь, друзья, не повешусь. Почитаю Докинза, Хофштадтера, Апдайка, давно собиралась его...
И отпустит.

Матка. Матка. Матка. Трахаться. Вывалилась матка.
Это ключевые слова откровенной ерунды, вышедшей из-под пера, гхм, Улицкой.

Дело было в Харькове. 2012 год, автовокзал. Автобус с Воронежа как всегда пришел по-дебильному, и в зале ожидания досыпали все, кто приехал на нем и ждал открытия метро. Я и двое моих уважаемых коллег Роман и Даниил, попали в число неудачников. Конференция-то в Одессе! И вот сквозь сон слышно было как баба воет, мы оснулись, огляделись, вроде никто не ревет. И тут дошло, что вытье из телевизора. Даня сказал: "Переключили бы это вытье, орет как потерпевшая". Переключили на мультик, где Дадон пронзительно заорал: "Ку-ку цааарствуй лежа на боку". И какая-то тетка с умным видом сказала: "Нет, верните Кукоцкую, она память теряет, вот и орет".

И тогда я решила прочитать про "эту Кукоцкую". Бл*дь.

Я впервые говорю, что книга тупая как столешница. Вот именно тупая.
Сначала втянулась: история врачей Кукоцких, даже подумала, что где-то в параллельной вселенной Кукоцкие были знакомы с Юрием Живаго. Операции, дар ясновидения ПА и так далее.
Но дальше, дальше то пошло все кривым боком:

• Кто-то рожает, кто-то не рожает

  2. У Улицкой явные проблемы в сфере сексуальных взаимоотношений полов. Как говорится, об этом не говорят и не пишут, этим занимаются.

  3. Религиозная каша Улицкой вылилась в нудятину на миллион страниц без того затянутой истории.

  4. Герои Улицкой манекены. Это как рисовать черные грани, знаете. Вот обведешь лошадку жирно черной линией, и все, и она больше без движения. Вот ее герои без движения. Модели поведения странные.

  5. Огромная куча противоречий: куда делся дар Кукоцкого (написала идею и забыла), как Таня и Тома, став "сестрами", вообще перестают после этой ситуации в книге даже пересекаться, что в конце-концов, случилось с Еленой (мифическая болезнь?), почему Василиса глаз решилась лечить. а матку вправить Бог все-таки не велел?

  6. Много идей завязывает, ни одну не решает.

  И самое обидное: читала рецензию, мол о проблеме абортов в советской тяжелое время. НАЧАЛА И БРОСИЛА. Никакую проблему она не развивает, уважаемые читатели. Так, упоминает вскользь, все герои срутся на этой почве и начинается карнавал из трагедии, уныния, мразь, Китай. Все.

  И драме в семье Кукоцких я не верю.

Попробую рассказать об одной теме, которая - целый космос, Но почему-то в рецензиях ей почти нет места.
Елена. Её уход в другую реальность. Что это было вообще? Кто нибудь знает?
Я знаю только, когда это началось.
Помните, в самом начале повествования автор описывает момент, когда врач Кукоцкий спасает Елену? Она стала его женой. Но после операции перестала быть женщиной. Они оба это знали. То было тайной. Как будто ничего и не случилось. Он ее любит. Она - самая желанная, самая любимая. Пока не сказаны были вслух слова... Приговор. Клеймо.А он и не заметил. Он же врач. Каждый день, поди, приходится ставить диагнозы. А как с диагнозом - "не женщина" дальше жить?
И Елена потихоньку умирает. Нет - уходит из жизни. В другую. Для нее нет разницы - везде пустыня. И дома: холод. Непонимание, пустота. И Там. Но Там так и должно быть. Приходят люди, уходят. Должен быть какой-то смысл. Вот-вот и она поймет, для чего все. Ш-ш-ш-ш-ш-ш.... почти звенит песок под ногами.... Или это время... Или сама жизнь....
Да что ж вы делаете друг с другом? Доктор, ну что ж ты не видишь, что ли, как ты нужен своей жене? Одно слово. Теплая рука. Что-нибудь. Только для нее. Чтобы она опять почувствовала себя любимой. Эх, ты, доктор!
Вот так рассыпалась семья. С уходом Елены каждый стал сам по себе. А еще появилось в доме инородное тело. Потребовало к себе внимания. И еще много чего. Да и сожрало всех. И не заметило своих жертв.
Как же плакала я по этой семье! Ведь не появись это чудовище - приемыш, все могло быть так хорошо... Елена, мудрая - то ли своими снами, то ли потусторонними знаниями Елена ничего не может исправить. И никак уже ей не выбраться из вечного ее скитания по холодной пустыне...

Очень долго и трудно читалась у меня эта книга. В первую очередь из-за слишком насыщенного, образного, хлесткого, плотного текста. Это как раз достоинство данной книги, но я в нем увязла.

Павел Кукоцкий - талантливый гинеколог, весь погруженный в науку, решающий медицинские проблемы на уровне страны (легализация абортов), честный, справедливый, отзывчивый человек. Но при все этом живущий много выше простой обыденной жизни, не замечающий (а иногда просто отмахивающийся) от обычных житейских проблем в своей семье.

Его жена Елена - натура ранимая, творческая. Разногласия во взглядах с Кукоцким, слишком рассудочное восприятие брака как союза единомышленников приводят ее к постепенному отрыву от реальности и как следствие - болезнь Альцгеймера.

Приемная дочь Таня - бунтарка, мечущаяся между наукой и творчеством. Л. Улицкая сгустила краски для образа Тани - все у нее слишком (и очаровательна, и умница, и свободолюбива, и безответственна).
Павел Кукоцкий, как сапожник без сапог, заботясь о женщинах вообще, не смог уберечь своих женщин, в семье.

Жизнь Кукоцких показана на фоне исторических событий в стране (дело о медиках, хрущевская оттепель). В свой роман автор заложила очень много слоев: семейная сага, религия, вопросы жизни и смерти.

Для меня слишком много оказалось символизма, метафоризма, политики. Не получилось мне полностью погрузиться в предложенный Л. Улицкой многомерный мир.

Роман несомненно хорош, но я не смогла одолеть его эпохальность.