Открытие страны огня

И тут рассказ Куприна «Молох» ставит в конце этой цитаты (которая кстати и принадлежит Куприну) знак вопроса!

У Куприна этим Молохом является завод и система, против которой герои пытаются идти или наоборот стать частью этой системы.

Завод пожирает физическое здоровье рабочих, а система отношений, капитал, жажда наживы и даже зависимость пожирают душу интеллигенции.

И Куприн усиливает эту трагедию и мощь Молоха через звуки. Глаголы «грохочет», «стонет», «шипит»; эпитеты вроде «чудовищных трубок» — это не просто описание завода, это звуковая картина, создающая ощущение подавляющей, адской мощи.

И тут встает главный вопрос: а хватит ли у главного героя смелости и духа, чтобы противостоять системе, чтобы вырваться из нее и также вырвать свою возлюбленную? Или он как часть интеллигенции и сам является частью системы?

Куприн наглядно показывает нам, в рамках маленького рассказа - всего лишь 92 страницы, как система Молоха развращает и калечит даже самые интимные человеческие чувства, превращая их в рыночные отношения.

Радует и очаровывает язык произведений Куприна. И встречающиеся устаревшие формы умиляют, а не вызывают раздражение.

Видел интерпретацию, что Молох - это завод, на котором работает г г. Побуду Капитаном Очевидностью: увидел следы Молоха и в Квашнине (явное текстовое воплощение без упоминания имени) и в укладе жизни, центр которой воплощён в семье Зиненко.

Отношение к Андрею Ильичу Боброву, как к Ромашову - он раздражает, когда невольно, в мыслях, в разговорах начинает ставить себя над тем обществом, в котором живёт, когда в его оценке проступают черты Райского. И в то же время герой не лишён обаяния.
Ромашов, для меня, по характеру сильнее и в нём больше жизненного/маячков, привязывающих к жизни. У Боброва я всего один нашёл - любовь к Нине, что бы он там в социальном плане не говорил, насколько понимаю, он сам же далеко от чистых рабочих находится.

Жаль... (спойлеры)

что у Андрея Ильича с Ниной ничего не получилось. Я про преодоление всех препятствий любовью. Пусть и видно было, что они не могли пойти на уступки друг другу, романтики светлой всё равно хотелось. Хотя финал Куприна честнее.
Судя по началу произведения, обжёгшись единожды, Квашнин не даст Свежевскому провернуть трюк с невесткой. Интересно, мог ли до чего-то подобного додуматься Андрей Ильич, вместо того, что он сделал. А выводом, пожалуй, в данной конкретной книге молохи восторжествовали, но будет ещё Ромашов, которого не получится так легко сломить.

Пытаюсь сформулировать, что для меня молох в этом произведении.

Во-первых, это фигура Квашнина. Член правления акционерного общества, человек, представляющий миропорядок того времени, привыкший к безусловному поклонению, послушанию, играючи распоряжающийся судьбами подчиненных ему людей. Этот образ для меня ясен и недвусмысленен. И этой прямолинейностью он мне показался малоинтересен.

Во-вторых, это жизненная катастрофа главного героя Андрея Ильича Боброва, на первый взгляд кажущегося честным и щепетильным, переживающим за рабочих, находящихся за гранью нормального существования в сравнении с его вполне сносным положением. Но пытается ли он хотя бы попробовать что-либо изменить? Кроме потока обличающего красноречия ничего нет. Стараясь забыться, уйти от социальной действительности ищет отдушину в личной жизни. Но его влюбленность (именно влюбленность, но не любовь) к Ниночке тоже не дает покоя. Понимает мещанскую сущность семьи Зиненко, но со свойственными ему бесхарактерностью, бесхребетностью плывет по течению. И, стараясь заглушить остатки собственной совести, уходит от реальности. Слабость Боброва в его безволии и малодушии. Закономерен и результат.

История об одном из инженеров на заводе по производству железнодорожных шпал. Ему невыносимо видеть, как завод своей тяжёлой работой и ужасным графиком перемалывает здоровье и жизни рабочих, но он понимает, что ничего нельзя поделать, и своими мыслями показывает индустриализацию новым неведомым существом, которое неотвратимо будет усложняться и в итоге люди станут его слугами и винтиками этой новой неведомой механической жизни. Параллельно ещё идёт история его страсти с одной девушкой, где они оба девственники и, прижатые как и все в те времена концепцией "первый сексуальный партнёр это должен быть твой муж или жена" (такая концепция по сути была раньше вызвана отсутствием контрацепции), принимают своё желание первого секса друг с другом за любовь, и гонят друг друга в брак, где они после раскрытия своей сексуальности поймут, что им только это открытие сексуальности и нужно было, а дальше каждому из них нужно пожать руки с уважением за лишение девственности и идти своими путями по жизни и искать партнёра не только по телесному влечению, но и по влечению души

А. Куприн беспощаден и зол в сатирической повести "Молох". Он не жалеет и главного героя инженера Боброва, человека умного и талантливого, болеющего душой за обездоленных рабочих, но понимающему, что он ничего не может сделать, чтобы облегчить их участь. Мучается, изводит себя, свою совесть, но ...успокаивается морфием. У него нет будущего. Всё в руках Квашниных, Свежевских, Зиненок. Ему противна мещанская среда, но привлекает мещанская дочь Нина своей внешней красотой, грацией, молодостью. Доктор Гольдберг - честный, благородный, реалист, он понимает, что "жизни людей сжигаются на заводах, рабочие отдают двадцать лет своей жизни предпринимателю, рабочие бараки из щепок выстроены, больных не оберёшься... дети, как мухи, мрут" Доктор честно делает своё дело, лечит, старается спасти "изумительный народец". "Младенцы и герои в одно и то же время",- отзывается он о трудовых людях. А владельцы, предприниматели, акционеры заводов? - Ни одного достойного человека нет в повести. Квашнин, начальник, главный акционер - "обер- жулик, похожий на японского идола грубой работы" с 300000 годового дохода. Бельгийский инженер Андреа, ворочающий всеми делами - тайный алкоголик "с чахоточной фигурой и лицом старой обезьяны". Свежевский - сплетник, лизоблюд, человек ничтожный. А. Куприн подробно описывает гигантский завод, доменные печи, сталеплавильные цеха, огромные паровые котлы - весь страшный Молох, в жертву которому идут трудовые люди. Такое произведение в царской России 1896 года было подобно бомбе.

Причем не особо хорошо написанный. Толстому нравился Куприн, но, думается, он любил его за реализм, за критику социальной действительности, за его архаичный стиль. Куприн писал в конце 19 века, как будто какой-то Тургенев.
Причем, куда менее талантливо.
Сама история укладывается в рамки Тургеневского лишнего человека, перемешенного с чеховскими Ионычами и По долгу службы, и так далее.
Но у Чехова это блестяще подано, до дрожи, а у Куприна максимально неинтересно.
Безответная любовь, общество свиней и препарат, чтобы забыться в дурмане.