Travels with Charley

When I was very young and the urge to be someplace else was on me, I was assured by mature people that maturity would this itch. When years described me as mature, the remedy prescribed was middle age.In middle age I was assured greater age would calm my fever and now that I am fifty-eight perhaps senility will do the job. Nothing has worked. Four hoarse blasts of a ships's whistle still raise the hair on my neck and set my feet to tapping. The sound of a jet, an engine warming up, even the clopping of shod hooves on pavement brings on the ancient shudder, the dry mouth and vacant eye, the hot palms and the churn of stomach high up under the rib cage. In other words, once a bum always a bum.

Один из любимейших писателей, Стейнбек, путешествует по деревенской и городской Америке и открывает ее для себя и для нас. Он уже не юн, ему 58, он признанный писатель и известный гражданин, но он решил, что недостаточно знает свою родную страну и отправился на поиски Америки со своей собакой Чарли.

В своем эксклюзивно-восхитительном стиле, Стейнбек рассказывает о маленьких радостях и маленьких трагедиях простого американца, переезжая из одной глубинки в другую, беседуя с людьми о политике, об экономике, просто о жизни.

Столько мудрости в этих путевых заметках, и столько романтики одновременно!

I am happy to report that in the war between reality and romance, reality is not the stronger.

Стейнбек рассказывает и о себе, не преукрашивая, честно и откровенно. Он принимает себя таким, каков он есть:

I have always lived violently, drunk hugely, eaten too much or not at all, slept around the clock or missed two nights of sleeping, worked too hard and too long in glory, or slobbed for a time in utter laziness. I've lifted, pulled, chopped, climbed, made love with joy and taken my hangovers as a consequence, not as a punishment.

Он все-таки романтик, он - Писатель с большой буквы, один из лучших.

I was born lost and take no pleasure in being found.

Путевой роман в дневниковых записках и размышлениях по поводу увиденного, услышанного и почувствованного. Главное и кардинальное отличие от литературы подобного рода отечественной — то же самое, чем наша страна отличается от САСШ. Другая страна, другая география, другой мир, другие люди, другой климат и другие погоды, другие названия городов, рек и всего прочего географического, другой животный мир, другие социальные законы и традиции, другие устои общества и всё прочее — другое... другое... другое... И тем не менее книгу читать интересно. Конечно, рассчитывать на то, что с её помощью незнакомый с Америкой и американцами человек получит какую-то порцию подробной, важной и точной информации не приходится. Прежде всего потому, что автор вовсе не стремится описывать свою Америку, в которой он так давно, по его словам, не был. Скорее тут натолкнёшься на какие-то сугубо внутренние движения ума и души самого писателя, сквозь взгляд которого читатель и получит свою толику желаемого. Вторая причина, по которой нельзя полагаться на эту книгу как на источник информации — устарелость всех содержащихся в ней сведений (книга написана в начале 60-х и описывает события 1960 года). Конечно же с тех пор изменилась и страна, и её жители, да и общественные отношения также претерпели кардинальные и радикальные изменения (хотя это моё утверждение носит сугубо спекулятивный и умозрительный характер, потому что сам я никогда не был в Америке — ни в 60-х годы, ни сейчас, и полагаюсь только на здравый смысл и какие-то рассказы бывалых путешественников, включая рассказы своих дочери и сестрёнки). Тем не менее могу смело рекомендовать эту книгу для любителей необременительного чтения (хотя особых улыбок, обозначенных в названии книжной серии, я при чтении этой книги не увидел, в отличие от книг Санина и Конецкого, анонсированных в этом томике).

Несколько лет назад я читала "Гроздья гнева" Стейнбека и до сих пор с теплотой вспоминаю одну из моих любимых книг. А эти заметки показались мне серыми, слишком спокойными, без происшествий, которые могли бы расшевелить сюжет.

Всю жизнь Джон Стейнбек грезил путешествиями. Его постоянно оговаривали, мол, через несколько лет желание посмотреть мир угаснет. Но люди оказались не правы, Стейнбек продолжал лелеять мечту. Пришла старость, дальше тянуть нельзя, пока есть силы нужно осуществлять задуманное. Стейнбек взял с собой в напарники только пуделя Чарли. С псом не так одиноко, но и никто не будет мешать наслаждаться природой. Взяв самое необходимое, и, конечно же, бумагу для записи впечатлений, они на пикапе отправились в путь.

Это путешествие совершалось не с целью осмотреть достопримечательности. Писатель хотел подумать о жизни, поговорить с людьми, сравнить, чем отличается один штат от другого, как изменилась Америка. Ему казалось зазорным то, что он, американский писатель, и не знает свою страну. Стейнбеку очень понравился штат Монтана, это любовь с первого взгляда, там он чувствовал себя в своей тарелке. А Техас, как пишет автор, очень отличается от других, люди там обидчивые и заносчивые. Он очень долго не был дома, можно сказать, одичал. И если в начале Стейнбек искал общения, то потом стал более замкнутым. И даже обиделся на старого пса за то, что тот не разделял его любование деревом.

За красивой аннотацией скрывается довольно скучной и сухой рассказ. Очень мало описаний, например, природы, людей. Зато много размышлений о жизни, досада от самого путешествия (ожидания не совпали с реальностью). И между его думами, приходится лечить мохнатого спутника, спрашивать дорогу у недалёких жителей и чинить машину. Я всё же люблю динамичные сюжеты. И я не верю, что в дороге не было ничего интересного. Кажется, что из-за депрессии автора книга получилась понурая и безжизненная.

Видимо, нет лучшего способа узнать свою страну, чем проехать по ней из конца в конец, встречаясь с людьми, заводя разговоры. Можно ехать из Санкт-Петербурга в Москву, можно из Москвы в Петушки, можно ехать и по чужой стране. А потом рассказать обо всем читателю. И главное, чтобы в твоем рассказе личность автора не заслонила описываемое. Иначе это будет не путешествие по стране, а твое путешествие

Вот такое ощущение у меня осталось от повести Стейнбека. В ней мне было мало страны и много автора. Остроумного, с прекрасным слогом, с красивыми описаниями, с умильными зарисовками поведения пуделя Чарли и с прекрасно оборудованным грузовичком «Росинант», про который я теперь знаю все. А вот страны особенно я нее увидела. Право же, Ильф и Петров рассказали мне об Америке больше, чем американский до мозга костей автор. Вот пожалуй, рассказ о семействе, встреченном в штате Мэн, да жуткая по своей правде история о чернокожей девочке-первокласснице в штате Луизиана – самые яркие воспоминания. А все остальное или просто анекдотично, вроде встречи с медведем в национальном парке, или абсолютно устарело – рассуждения о мобильности американцев, или просто являет собой пример общечеловеческих отношений – симпатичный сторож в парке или столкновение с бюрократами близ Ниагары, это не специфически американское, это есть везде.

Дальше...

Вот эта карикатура Херлуфа Бидструпа сразу вспомнилась, когда я читала рассказ о шабаше расистов в Луизиане. Стыдоба...

Мне очень хочется поделиться этим, это важно, это чертовски важно, послушайте! Я сидела в Санкт-Петербурге, на кухне в полной темноте с кружкой горячего крепкого чая и держала в руках эту книгу, и - послушайте же! - и в спину мне дышал ветер из открытого окна, и на целую полную секунду я оказалась в штате Висконсин, сидела рядом с Джоном, клянусь вам,у него в руках тоже была кружка, полная чая, и мы целую секунду чувствовали, как уши нам ласково лижет холодный американский ветер - вместе. Целую секунду я была там, говорю вам, и это стоило всего.

Я узнала, что "Путешествие с Чарли в поисках Америки" стала книгой-прощанием, книгой - данью своей стране, книгой, которая должна была собрать все важное, что искал Стейнбек в Америке, уже после того, как прочитала ее. И вы знаете, такое случается, когда все, что вы прочитали, переворачивается в вашей голове, и акценты очень быстро меняются, и в голове вашей уже совсем не те моменты, которые были до того, как вы узнали.

В тысяча девятьсот шестидесятом Стейнбек вместо со своим серо-голубым пуделем Чарли выезжает из Нью-Йорка, продолжая заветную традицию американского континента, служа вдохновением для многих поколений молодых мечтателей в погоне за американской мечтой, за сменой времен года за месяц, колеся с севера на юг, меняя душный плотный воздух побережий на холодный ветер равнин. "Стейнбек говорит: я стал символом Америки. Он говорит: но я ничего не знаю о ней.
Конечно, он знал, и тогда, на то время, после "Гроздьев гнева" - величайшего путеводителя по американской действительности, сказать, что Америка для него незнакомка было немного лукавством. "Путешествие" стало книгой, которой он попрощался со своей страной.
Спросите, о чем книга? О том, как Стейнбек начинает с Нью-Йорка и проезжает тридцать восемь штатов на своем пикапе - все. Мало этого? Нет, потому что в какой-то момент вы понимаете, что это не путеводитель по Америке, не монолог, не попытка захватить вас, показать вам что-то - это настоящий диалог Стейнбека с самим собой и подаренная возможность заглянуть, прислушаться, уловить, побыть с ним наедине. Стейнбек в "Путешествии" не голос поколения, он американец до мозга костей, который по следам тысяч до него пустился в дорогу. Он говорит со своей землей на одном языке, он страдает из-за сгладившихся углов американской самоидентичности, переживает за потерю местечковых лавочек и пригородных забегаловок - лица тех штатов, которые совсем не на слуху, в которые не рвутся миллионы людей по миру - Техас, Висконсин, Монтан, улыбается узким дорогам, шарахаясь от великих автотрасс, ставших символом американского мечтателя, он говорит с людьми - и тогда, ровно в момент, когда вы уже предчувствуете, что сейчас он встретит на своем пути человека - вы понимаете, что вот она, Америка. Добрая, светлая, где люди, чей звериный оскал поначалу пугает вас, в дождь помогают вам менять колесо застрявшего в грязи пикапа, замкнутая, оскалившаяся, опасающаяся в лице фермера, нахмуренно жующего травинку и с прищуром односложно отвечающего на вопрос, грязная, озверевшая, Америка, от которой тошнит, которая грязное пятно континента, когда Стейнбек врывается в самое сердце Юга, в пристанище расовой сегрегации, в ее родную семью.
Когда вы еще не знаете о том, что Стейнбек болен, что это его последняя дорога, вы не понимаете, что произошло и почему так резко Америка теряет для него краски, почему он вдруг в секунду, преодолев энный километр вдруг рвется домой, смотря только вперед, вы теряете нить, для вас это становится неясным.
Когда вы узнаете, то все обретает смысл.
Любая дорога кончается. И иногда очень страшно не успеть домой.

О чем книга? Название говорит само за себя. Вот правда, ничего не добавить и не убавить.

После прочтения подобных произведений я начинаю немного жалеть, что читаю быстро - нет, чтобы сделать это совсем неторопливо, вдумчиво, не гнать, а степенно следовать за Стейнбеком с каждым словом. Но, с другой стороны, и тот виноват - зачем же написал так легко, живо, интересно и захватывающе, что его длинное путешествие для меня превратилось в одну увлекательнейшую и яркую поездку, с сожалению, оказавшуюся (жадность, не иначе) слишком короткой? Приходится заставлять себя отказаться от всех "если бы...", но невозможно не признать, что Стейнбек правда мог бы расписаться на парочку томов, ничуть не сбавив темп и не потеряв интереса читателя к тексту.

Даже если описанное им в какой-то степени уже знакомо - и в литературе было, и в прочих источниках. Но все же изображаемая Стейнбеком Америка - это действительно не диктуемая патриотизмом размалеванная не-реальность, а действительно живая действительность. Пусть и оставшаяся в прошлом, в какой-то мере словно чувствуешь, что изменилось, пожалуй, немногое. Страна - это совокупность многих факторов и то, что Стейнбек пишет о людях, пусть даже не распространяясь особенно о незнакомцах, зачастую ограничиваясь лишь парой фраз, все равно придает повествованию жизнь. Бытовые мелочи, связанные с путешествием, псом Чарли, мысли автора, которые даже не призваны поучать и лишь между строк показывают собственную позицию Стейнбека, помогая размышлять уже самостоятельно, - все это играет на руку в создании общего впечатления. Наверное, было бы справедливо назвать это даже не книгой, а просто заметками о путешествии, ведь, как писал Стейнбек в самом начале, текст ему нужно сначала "переварить", что ему, наверное, не удалось сделать. От этого "Путешествие..." ничуть хуже не становится. Только реалистичнее.

В какой-то момент своей жизни Джон Стейнбек задумался, а знает ли он Америку. Он живет в Нью-Йорке, наездами бывает в Чикаго и Сан-Франциско и в общем то все, не мало ли для писателя, пишущего об Америке. Так в его голове родилась идея проехаться по стране и попытаться заново открыть ее для себя. Средством передвижения был выбран грузовой пикап, названный Росинант, а в качестве компаньона- пудель Чарли.

В результате своей поездки Стейнбек сделал три главных вывода. Во-первых, трава раньше была значительно зеленее. Он вспоминает времена, когда во многих домах сами пекли хлеб, теперь же производство еды поставлено на конвейер и даже суп можно получить просто из автомата. Еда стала полезная и безопасная, но при этом безвкусная. Там, где раньше была проселочная дорога, теперь проходит шумная автострада. Но больше всего Стейнбека удручает, что повсеместное распространение радио и телевидения уничтожает специфику местной речи. Раньше он по говору точно мог указать, откуда человек родом, теперь же это становится практически невозможным.

Второй вывод заключается в том, что американцы – единая нация. Каждый американец в первую очередь американец, а уж потом их можно делить на южан, северян, жителей западных или восточных штатов. Стейнбек утверждает, что дети и внуки приехавших в Америку англичан, ирландцев, немцев, итальянцев прежде всего американцы и общего между ними гораздо больше, чем различий.

И третий вывод- Америка у каждого своя и сказать читателю, вот она, правда о стране, совершенно неправильно. Если бы по тому же маршруту проехал другой человек, если бы он видел и слышал то же, что и автор, его впечатления все равно оказались бы совершенно другими.

Книга не богата на события, большую часть времени автор просто едет и размышляет о том, что его окружает, он специально избегает крупных городов, считая, что не они являются настоящей Америкой. Чуть более подробно он описывает дома на колесах и инцидент в Новом Орлеане, где травили девочку негритянку. Эта книга гораздо больше говорит о самом Стейнбеке, чем об Америке, путешествие наводит его на определенные мысли, которыми он и делится с читателями. Про Америку из этой книги мало что узнаешь.

С первых строк описания путешествия Стейнбека по Америке я поняла, что буду находить много параллелей, и так и оказалось. Начиная с описания того вздоха и взгляда, которыми одаривают люди того, кто собирается в путь. "Вот бы и мне тоже", - говорят они. Когда кому-то предстоит путешествие, не важно куда, мы этому человеку завидуем, а наша душа мысленно устремляется в путь.

И не сказать, что путешествие Стейнбека было чем-то невероятно увлекательным с кучей приключений, но все равно я вздохнула и тоже захотела, потому что есть что-то непередаваемо вкусное в том, чтобы быть в пути. Я тоже теперь, поселившись на берегу моря, думаю, что в один день накоплю на фургончик, закину туда пожитки и собаку, если заведу к тому моменту, и отправлюсь колесить, куда глаза глядят. И многие будут также вздыхать и хотеть поехать в то же путешествие, что и я.

И все же заметки Стейнбека о поездке очень интересно было читать не из-за происходящих в ней событий, а из-за разных наблюдений, диалогов, встреченных им характеров и разных размышлений по этому поводу. И не важно, что он путешествовал по Америке 60-х - помимо американских особенностей он подмечал универсально человеческие характеристики, которые применимы ко всем людям, ведь мы страдаем, радуемся и ненавидим одинаково.

Невозможно не проводить параллели с путешествием Ильфа и Петрова по Америке, они даже в чем-то похожи своей универсальностью и возможностью посмотреть мир вокруг с позиции другого мировоззрения. Я много размышляла параллельно тому, что писал Стейнбек о штатах, вспоминая то, что знала о них, и думая о том, какие проблемы ушли в прошлое, а какие стали только сильнее. К тому же, эта книга - еще одна возможность заглянуть в голову писателя - он делится очень многим личным. Если в его "Русском дневнике" я поражалась подмеченными им деталями, то тут я просто разрешила ему вести меня за руку и рассказывать о своей лодке, Чарли и всем том, что ему хотелось мне сказать. И не пожалела.

Эх, сейчас бы запрыгнуть в дом на колесах и ехать без оглядки...