Избранные произведения

"Чума" - это поистине философский роман, неспроста он причислен к жанру притчи.
С самых первых строк чувствуется влияние Достоевского, но в отличие от нашего великого соотечественника, Альбер более краток и избегает пространных описаний. Главные мысли он выражает путём размышлений, в которые периодически плавно перетекает действие.
Однако поклонники именно "литературы" могут быть разочарованы путём, который выбрал для своего произведения Камю. Персонажи Альбера, в целом, безлики, хотя и имеют собственную историю. В какой-то степени, это архетипы, просто наделённые именами, личные качества которых возведены в абсолют.

С самого начала действия и вплоть до середины романа все персонажи поочерёдно объединяются в кульминационном изображении города, поглощённого хаосом. Это происходит, потому что главными героями на самом деле являются вовсе не люди, а город Оран и Чума, ему противостоящая. Во второй половине романа происходит переход обратно к персонажам.
Цель данного приёма в том, чтобы раскрыть персонажей уже после пережитых ими потерь и страданий. Однако 2 ключевых героя так и остаются загадками. Это - доктор Бернар Риэ, в котором Камю изобразил самого себя и единственный условно-отрицательный персонаж Коттар, преступление которого так и остаётся неназванным (хотя лично у меня есть предположение, если кто-то читал и имеет свою версию - напишите в комментарии, сравним).

И всё-таки вернёмся к сравнению с Ф.М.Достоевским и его "Преступлением и наказанием", поскольку в случае с А.Камю и его "Чумой" этого невозможно избежать. Ключевыми темами в обоих произведениях являются: убийство и попустительство этого преступления, проще говоря, снисходительное отношение. Идея Раскольникова поразительно близка с идеологией нацистов, а Камю в своей "Чуме", по утверждению многих критиков, изобразил ничто иное, как Францию во времена фашистской оккупации. Несмотря на такую общую черту оба писателя говорят о разных способах спасения и искупления. Достоевский, как человек религиозный считает, что спасение в страдании, Камю-атеист - в сострадании. Понятия, как известно очень близкие, но всё же различные.
Правда Альбера "с кулаками" и готова бороться, но всё же он совершает общую с Достоевским ошибку. Концовки в произведениях слишком оптимистичные, а потому слабые и далёкие от реальности. Так же как невозможно раскаяние Раскольникова, невозможно и ничем не объяснимое отступление чумы. Однако Камю всё-таки предупреждает, что Чума может в любое время вернуться, ибо она всего-лишь спряталась в укромных местах и ждёт своего часа.
И Достоевский и Альбер солидарны в том, что добро может победить только ценой жертв. И если для Фёдора Михайловича достаточно смерти 2-ух людей и моральной эвтаназии главного героя, то Камю считает, что требуются жизни и страдания целого города.

Подводя итоги, "Чума" - действительно один из лучших романов XX века. Это одно из тех произведений, которые развивают в человеке интеллект и нравственные качества. Для тех, кто "жаждет духовной пищи".

9\10

Кому вы исповедаетесь, если не верите в бога?

Да и какой он бог, если богом его сделали сами люди? Он такой же, как мы. Он слаб. "Он хотел, чтобы его любили, и только ". Он тоже грешен. Но "от его имени бьют со всего размаха, а главное - судят, осуждают". Получается... что Страшного суда нет. Совсем не бог нам судья... Суд вершат сами люди, именно он страшит нас. Мы боимся людского суда... Равных нам, грешных, способных ошибаться, лицемерить и лгать.

Есть и другой суд. Счастлив тот, кто не знает его. Эта книга - "кусок дымящейся совести". Не чьей-нибудь, а Альбера Камю. Его вывернутая наизнанку душа, недовольная самой собой. Эта книга, эта исповедь и есть суд. Герой признается себе в собственной греховности, несовершенстве, осознает его и понимает, что это еще не все. Этот груз невозможно нести в одиночку. И он приобщает к нему читателя, разделяет с ним эту тяжесть - и сводит ее на нет... Это уловка, к которой многие из нас прибегают - озвучить то, что беспокоит, глядишь, и боль отступает, страшный сон становится просто глупым, а соыершенный грех вроде и не грех уж вовсе . Мы играем с собственной совестью, пытаемся себя обмануть - и успокаиваемся этим. От Камю же эта игра не скрылась, он ненавидит это в себе...

Не только о нем эта книга. Если вы хоть раз проходили мимо человека, который просил о помощи, и не забыли этого себе, то "Падение" и о вас тоже.

Люди, отличающиеся от других людей, всегда вызывают в обществе подозрение, а если они еще и не соблюдают общепринятых канонов, то и порицание. Вот и Мерсо был эдакой "белой вороной" общества. Умирает мать, общество диктует прилюдную скорбь, рыдания, месяцы траура. А что же делает Мерсо? А Мерсо засыпает у гроба, не может точно сказать сколько было лет матери, и о ужас, пьет кофе с молоком, этого общество никак простить не может. А на следующий день он совершает еще больше гнусных поступков, он купается в море, идет в кино, и развлекается с женщиной. Бездушный , бессердечный эгоист, выносит вердикт общество. Общество оно такое, оно скоро на расправу над теми, кто не хочет надевать общепринятые маски.
Давайте заглянем в душу главного героя. Он сдал мать в богадельню потому, что у него не было средств обеспечить ей должный уход. Разве это чудовищный поступок? Было бы лучше влачить жалкое существование, и в душе ждать того дня, когда же мать умрет, и освободит его от тяжкой ноши? Нет, он был честен сам с собой, честен с обществом, он признал свою несостоятельность.
Он не захотел смотреть на лежащую в гробу мать. Давайте признаемся сами себе, что вид умершего, хоть и до боли родного человека, не самое приятное зрелище. Мерсо не захотел этого сделать, и никто не вправе осуждать его за это.
Он не проронил ни единой слезинки. Так не все же люди готовы забиться в конвульсивных рыданиях, кто-то горе переживает в себе за внешним спокойствием.
На второй день после похорон он вел аморальный образ жизни. Так может быть это защитная реакция организма, может это способ заглушить боль.
Но нет, общество видит только внешнюю оболочку, и за внешнее выносит вердикт. И оказывается самая главная вина героя не убийство, а его поведение на похоронах, за то, что он не захотел надевать маску скорби общество приговорило его к смерти.

Современное общество всё время пугают концом света. Мое богатое воображение рисует его яркими красками, представляя какое-нибудь стихийное бедствие, например, землетрясение вкупе с наводнением и смерчем, все это покрывает лава из разом проснувшихся вулканов.. Но это, наверно, не самое страшное, ведь все это видно человеку, все это осязаемо. Гораздо страшнее то, что описал в своей книге Камю, - то, что нельзя увидеть, нельзя потрогать и нельзя предугадать. Это болезнь. Это - чума.

Чума, как наказание всему городу. Конечно, роман-притча, но разве можно предугадать, что это не случится и с моим городом или с городом по соседству? В нашей стране или в целом огромном мире? То зло, что таится где-то годами или десятилетиями, может пробудиться в любую секунду и в любую секунду же погрузиться в сон, предугадать время которого невозможно. Камю показывает читателю его со всех сторон и заставляет задуматься, прочувствовать - а каково это, жить, думая, что сегодняшний день, возможно, последний для тебя или твоих близких? Это битва, в которой приходится сражаться с невидимым противником, когда на кон поставлено всё, но непонятно, проиграешь ты в этой битве или выиграешь..

В романе чума олицетворяет фашизм, оккупация нацистами во время войны. Но на месте фашизма легко представить и что-то другое, иное воплощение зла. И становится страшно от того, что чума может жить где-то поблизости, таиться в сердцах людей и их сознания, их мыслей и желаний. И никогда не знаешь, когда придет момент пробуждения зла, но точно уверен, что зло это будет жить вечно..

Эта книга вырвала меня из реальности. Я долго собиралась с мыслями, что можно сказать о ней. Она меня совершенно парализовала.

Дебютная повесть французского писателя о равнодушии, одиночестве и африканском солнце, имеющая совершенно точное и говорящее название. Главный герой Мерсо – посторонний для общества, и даже в своей собственной судьбе он, в конце концов, не играет большой роли.

В характере Мерсо нет ничего яркого и запоминающегося, доброго и светлого. Он сам определенно не может сказать, что чувствует, думает, что его интересует. Однако главный герой вызвал у меня больше симпатий, чем все остальные персонажи, потому что он хотя бы честен перед самим собой.

После прочтения "Постороннего" песня Арии "Ночь короче дня" звучит ярче.

Уникальность и абсурдность человеческого существования безо всякого смысла жизни и смерти…

Доводилось ли вам встречать человека, смыслу существованию которого, можно было бы дать такую характеристику? Касательно меня, - нет. До момента знакомства с «Посторонним». В своем воображении создать образ подобного человека не представляет сложности, однако я никогда не задавалась вопросом о реальном его существовании, за исключением тех людей, которые наблюдаются в психиатрических лечебницах. Но Посторонний Камю, к такой категории населения не принадлежит!?

Мерсо, молодой и перспективный молодой человек, занимающий должность чиновника, живущий полноценной жизнью и воспитанный в духе своего времени. На первый взгляд, ничего особенного, типичная личность, как и мы с вами, с теми же проблемами, которые приходится решать изо дня в день. Впрочем, уже после первого знакомства, разительно бросается в глаза его некоторая отчужденность и холодность в манере говорить, думать, а главное чувствовать. Такое впечатление, что природа наделила Марсо всеми умственными и когнитивными функциями, кроме одной – ЭМОЦИИ. Он не плачет и не грустит на похоронах матери, ему безразлично предложение Мари пожениться, он не ощущает ничего во время и после убийства. А сам судебный процесс кажется ему неопределенным и затянутым, он как будто действительно не обращает внимания на происходящее:

«Тогда он спросил, неужели мне не интересно переменить образ жизни. Я сказал, в жизни ничего не переменишь, все одно и то же, а мне и так хорошо»

« Нет, я не могу вам поверить! Я убежден, вам тоже случалось желать иной жизни.
Я ответил, да, конечно, но это бессмысленно — все равно как если хочешь разбогатеть, или плавать быстрей всех, или чтобы у тебя рот стал красивый. Совершенно одно и то же — пустые мечты»

Готово ли наше общество принять такого человека, который не действует согласно традиционным, принятым нормам реагирования на происходящее вокруг? Похоже, что нет. Мы будем подобно адвокату, священнику, прокурору пытаться найти истину, раскрыть сущность этого человека, пытаться призвать его совесть к ответственности, пристыдить и честно говорить о своих чувствах; потеть и пыхтеть, однако нас сломит абсурдность его убеждений, сначала будем злиться, а потом вовсе махнем рукой от собственной беспомощности перед таким человеком:

«…он очень быстро, взволнованно сказал, что он верит в бога и убежден, что нет такого преступника, которого господь не простил бы, но для этого преступник должен раскаяться и уподобиться ребенку, душа коего чиста и готова все воспринять. Он потрясал распятием почти над самой моей головой. По правде сказать, я плохо следил за его рассуждениями: во-первых, было жарко, кроме того, в кабинете летали большие мухи и все садились мне на лицо… Следователь поднялся с места, словно желал показать, что допрос окончен. Он только спросил меня с усталым видом, сожалею ли я о своем поступке. Я подумал и ответил, что испытываю не столько сожаление, сколько досаду. Следователь как будто и тут не понял меня. Но в тот день мы на этом кончили».

С индивидуальностью Марсо также не просто. Он желает просто быть и жить сегодня, жить в вечном настоящем. И все что связывает человека с другими – мораль, идеи, творчество – для него бесценно и лишено смысла. Отсюда его отрешенность и отделение от общества, за что свет признает его только как чужака, - постороннего бунтаря, замкнувшего, на самом себе, целую вселенную. Но справедливо ли их решение? Общество выносит ему приговор лишь за то, он не вписывается в него, за то что не плакал и не страдал, за то что не испытывал страха и угнетения… а не за сам факт совершенного преступления.

И эти чувства будут возникать всякий раз, когда человеческое существование будет сводиться лишь к равнодушному исполнению определенных норм и правил, а любой, кто откажется следовать заведенному порядку, не приемля эгоизма, равнодушия и формализма, станет «чужаком», изгоем, «посторонним», место которому либо тюрьма, либо лечебница.

Равнодушие - основная черта повести, проходящая красной лентой от ее начала до конца.
Поведение главного героя Мерсо и его отношение к жизни и всему, что в ней происходит, кажется странным и даже нездоровым, но я не считаю Мерсо «ненормальным». Он лишь представитель своего времени и среды его окружавшей. А чего еще ожидать от людей того поколения? Они были рождены перед началом Первой Мировой войны, прошли через времена Депрессии, потом столкнулись с новой волной войн, когда пришел Гитлер со своим фашизмом. Вот какую «школу» они прошли. Родившись в таком мире и в принципе не зная ничего иного, во что им оставалось верить? Ни во что. Ни во что светлое, по крайней мере. И не на что надеяться. Только реальность, только настоящий день. Все его наслаждения жизнью только «здесь и сейчас»: обед в кафе, купание в море, встреча с Мари. Но при этом я не могу назвать Мерсо циничным, нет. В нем нет ни цинизма, ни надежды. Он ничего не ждет от жизни, от людей, а также не судит их.
Кстати, отойдя немного в сторону, хотелось бы упомянуть одно произведение, которое сразу же всплыло в памяти после прочтения «Постороннего» – это повесть Джерома Д. Сэлинджера "Над пропастью во ржи" . Отчуждение от общества, их прямота и честность, в первую очередь перед самими собой, – это то общее, что угадывается в обоих персонажах: и Холдене Колфилде, и Мерсо. Но хоть их безразличие ко всему окружающему, их отстраненность от общества и связывают этих героев из разных произведений, все же причины такого поведения и отношения к миру, время и место происходящих событий, да и судьбы у них разные. В то время как Колфилд отдает себе отчет о каждом своем действии, пытается разобраться в себе и своих поступках, пытается понять, чем же он так отличается от остальных, то Мерсо, в свою очередь, живет, не задумываясь ни о причинах, ни о последствиях своих поступков. Мерсо не анализирует ни мир, ни себя, ни свое место в нем. Так что на вопрос, вероятно ли такое, что (предположим, в альтернативной реальности) Мерсо – это выросший Холден Колфилд, я все же, несмотря на многие сходства, отвечу, что нет. Надеюсь, что нет. У Холдена, может, еще есть шанс найти свое место, при этом не прогибаясь под принятые обществом «нормы» и не отказываясь от своих принципов и мечты оберегать детей, играющих во ржи, от падения в пропасть. Мерсо же такой возможности лишили.
Возможно в главном герое «Постороннего» такие черты как бесцельность, равнодушие, отсутствие желания, апатия доведены до крайности, что даже сбивает с толку, но все же вытекают из обстановки того времени. Все происходящее – абсурдно. Вот как Мерсо сам смотрит на свою жизнь:

Именно, ничто не имеет значение – жизнь абсурдна. Он осознает приближение смерти, и хоть он не прочь продлить свою жизнь, я думаю, он все-таки принимает смерть. Для меня очень важными стали такие его слова:

Это единственное, в чем он уверен, можно даже сказать, что в какой-то степени это единственное, что он может контролировать. Может поэтому он выходит из себя при посещении священника, который в какой-то степени пытается внести смуту в его разум. Священник ставит под сомнение мотивы и принципы Мерсо, призывая его к Богу, пытаясь спасти его душу, только вот в спасении она не нуждается, ведь Мерсо это не нужно, ему не нужен Бог. И не то, чтобы он отрицал Бога, просто вера в него и религия в целом ему так же безразличны, как и все остальное. Предельная честность – вот основа его счастливой жизни. У меня даже возникает желание поставить в кавычки «счастливую жизнь», потому что она скорее не счастливая, а приемлемая, и даже не жизнь, а существование.
Мерсо признан виновным и ожидает смерти. Но что абсурдно в этой ситуации, так это то, что приговаривают его не столько за убийство, сколько за недопустимое по понятиям общества поведение, за его безразличие на похоронах матери, за его предельную прямоту на судебном процессе, за его нежелание «выкручиваться» и искать себе нереальные оправдания – в общем за все, то, кем он является, за то, что он такой вообще существует. Обществу не по себе от такого поведения, не подпадающего под их нормы и рамки, от того, что Мерсо не притворяется и не носит маски. Поэтому оно стремится избавиться от него, приговаривая к казни. И Мерсо перед смертью желает встретиться лицом к лицу с теми, кто его осуждает и не понимает (никогда не поймет), и

Ох уж это противостояние между общественным пониманием, каким должен быть человек, раз уж волею судеб он влился в наш дружный семимиллиардный коллектив и тем, каким он сам хочет быть и кем не является по природе своей. Конфликт личности и общества, индивидуального и общественного - это, в общем-то, нормально. Всякий более-менее думающий человек так или иначе не будет вписываться в рамки общественной морали и норм поведения. Потому как общество, к сожалению, с большой неохотой дает человеку право на индивидуальность. Ты должен быть как все, делать то, что от тебя ожидают, думать то, что от тебя ожидают, все уже придумано до тебя, расслабься и получай удовольствие. А не хочешь или не можешь, поздравляю, ты - белая ворона, посторонний на этом празднике жизни. Остается возрадоваться этому и жить как хочешь, устроить свой праздник, с блэкджеком и прочими радостями.

Вот и Мерсо, главный герой повести, жил, думал и вёл себя, как хотел. Ему было мало дела до того, что о нем подумают. Да что там, ему вообще не было ни до кого дела. Жизнь штука приходящая и уходящая, все человеческие радости мелочны и не стоят переживаний, и вполне достаточно пассивной роли наблюдателя. Что ж, и такая позиция имеет право на существование. В повести, конечно же, произошел вышеуказанный конфликт между обществом, принятыми в нем нравственными нормами и Мерсо, выразившийся в абсурдном судебном судебном процессе, где судили не за убийство, а за то, что подсудимый не плакал на похоронах матери.

Не могу сказать, что повесть стала для меня откровением, Камю не первый и не последний писатель, который наводит меня на вышеуказанные мысли. Сама жизнь наводит на подобные размышления. Думаю, нет смысла рассуждать, близки ли мне взгляды главного героя, может, они даже не так и важны, потому что на его место можно поставить любого человека с неукладывающимися в сознании большинства причудами и суть не изменится. Реакция будет та же - удивление, порицание, негодование, осуждение и так далее.

С другой стороны, стенания о серой массе и ярких индивидуальностях тоже не имеют особого смысла. Такие уж правила человеческого (и не только) общежития, люди такие, какие они есть, и это не изменится. Так что, "остается только играть в жизнь и надеяться, что когда-нибудь я пойму правила"© "Декстер". Под правила жизни можно попытаться приспособиться и при этом быть самим собой. Кстати, у Декстера это вполне получилось. И у Мерсо тоже почти получилось.

Добрый день. Не особо люблю писать рецензии, но, прочитав первые хвалебные, захотелось возразить...
Идей в книге множество, и ситуация из тех, что мне в литературе нравятся. Разные точки зрения на событие множества персонажей с посвящением в их личные истории. Извечные вопросы, которые не перестают волновать. Хорошая примесь психологии, фатализма и веры...
НО: изложение временами становится натянутым, а постоянные ссылки на личность хроникера, его извинения за излишнюю точность в повествовании словно издеваются и вытаскивают из глубин произведения. Итог: сцена из объёмной становится совершенно плоской - и делается скучно. Приходится насильно возвращать воображение в атмосферу Чумы.
Поставила 4. За шикарную идею, изумительную развернутость и многослойность. Хотя ожидала большего. Немного разочарована.