Крошки Цахес

Вселенная отвечает, руководствуясь принципом контекстной рекламы, не нужно даже формулировать задание, как при запросе в поисковик, стоит поинтересоваться чем-то и высказать интерес вслух - voila, спустя очень небольшое время приходит ответ: получите, распишитесь. Дня два назад зашла речь о сонетах Шексира и гипотетической возможности их чтения в оригинале, я тогда ответила, что нипочем не рискнула бы. Хотя переводы Маршака люблю всем сердцем. И стала держать в голове, что возьму однажды, как посоветовали: оригинал-перевод, попробую читать, не пытаясь объять необъятного, но вслушиваясь в мелодику и ритм. А тем временем начала вовсе даже не Шекспира, но "Крошек Цахес" Чижовой, давно хотела почитать, да все случая не выпадало. И встретилась на страницах книги с девочкой, читающей сонеты в на шекспировом староанглийском.

Она обратится к этому даже дважды, ими начнется ее сказочное ученическое счастье, ими же и закончится. Есть люди, наделенные особым талантом - учить. Таких немного, хотя бы одного по-настоящему великого Учителя не всякий и вспомнит, хотя за жизнь столкнулся с десятками педагогов. Есть люди, наделенные особым талантом - учиться. Таких даже меньше, потому что учились мы все (понемногу, чему-нибудь и как-нибудь). Эта повесть о том, как великий педагог встретил достойного себя ученика. Елена Семеновна названием книги отсылает к повести Гофмана о маленьком уродце, который, благодаря доброте пожалевшей его феи Розабвельды (гляди-ка, вспомнила без яндекса, недавно писала об этой вещи) мог незаслуженно пожинать плоды чужого труда, таланта и успеха.

Героиня-рассказчица слишком сурова к себе, если на самом деле думает о великих успехах, своих и однокашников, на ниве шекспировских постановок школьного театра (а речь о том английском, на котором Бард писал свои произведения). За любым успехом стоит труд. Другое дело, что энергия, вложенная его застрельщиком и организатором, несопоставима с той, которую тратят рядовые участники и даже звезды процесса. И да, в любом серьезном деле находится место любви, дружбе, уважению, сотрудничеству, предательству, подлости - без всего этого никак. Это все пена дней, важно другое: она сделала своих детей посредниками между теми, кто уже забыл что-то важное и теми, кто этого еще не узнал. Она зажгла свет, а они понесут дальше, чаще всего сами не понимая, что продолжают светить. За тем и нужны Учителя. Которым нужны ученики. Преодолевать проклятие Вавилонской Башни.

Мне не везет на «школьную» тему в последнее время. Так уж вышло, что за короткое время попались почти подряд две истории, сулившие по аннотации что-то интересное (и, можно сказать, на одну тему – авторитарные педагоги), но не пошла ни одна, ни другая. И если Мисс Джин Броди в расцвете лет вызвала просто отторжение и отвращение, то с Крошками Цахеса – впечатления не лучше, но с немного другим оттенком.

Представьте себе, что у вас есть бабушка – бывшая актриса, скорее всего, супер-интеллигентная, скорее всего, из Петербурга, следящая за собой, с поставленной речью, вполне возможно, даже с дворянскими корнями (а может, и придумывает, кто сейчас докажет). И вот она ударилась в воспоминания о молодости, а вы не можете ее перебить, потому что уважаете бабушку, да и отношения с ней важны для вашего, например, материального благополучия. Трудно представить? Ладно, представьте самую заунывную передачу по каналу «Культура». А посмотреть вам ее надо… Да ради чего угодно. В игре заявили Поспорили, например.

Вот примерно такие впечатления от этих «Крошек». Вроде история примитивная, вроде все понятно, но через строчку смысл все равно ускользает. Написано настолько нудно, уныло, что главу вроде прочла – а о чем она была, непонятно. Какие-то учительские разборки, какая-то истерика в больнице, где девочка сдуру (других причин не вижу) есть отказалась…

И в итоге я не поняла, что было такого сверхъестественного в этой Ф., за исключением происхождения. Ну бегала за ней неуверенная в себе главная героиня, обожала ее больше собственной матери. Ну и все. Организовала театр – молодец. На это нужны определенные способности и, разумеется, искреннее увлечение делом. Но дети – люди такие, если с вдохновением их занять, они сами потянутся. Сама помню, с каким энтузиазмом мы в 5-7 классе ставили тематические сценки (именно где нужно было проявить фантазию, например, первобытное племя или традиции стран народов).

Может быть, дело в том, что мне в принципе не близка эпоха, описанная в таком ключе. Репрессии, ругань Советского Союза, слежка за каким-то иностранцем Стэнли… Все с таким скептицизмом и цинизмом написано, что никакой трагедии не ощущается, а есть только мысль «закушалась девочка». А что, благополучная семья, отец, мотающийся по загранкам, элитная английская школа… Конечно, нужно поругать Союз за его проблемы и перекосы, что ж еще-то. А, и позавидовать, что мозгов не хватило к «элите класса» присоединиться. Ну правда. Просто тут еще в чем дело. Я, в силу происхождения и влияния родственников, скорее отношусь к сторонникам советских времен, но адекватные истории воспринимаю всегда адекватно.

А здесь раздражение прямо накатывало. Вот такой пример, заложивший настроение на всю эту, не самую длинную книгу. История начинается с того, что несчастную девочку отправили на дачу на лето с круглосуточным детским садом. Она там, простите, писалась, а поскольку воспитатели ругались и дети смеялись, девочка вставала посреди ночи и сушила простынь в окошке. Грустно, конечно. Но кто же виноват? Родители? Сама девочка, явно не самая коммуникабельная? Конечно, нет! Конечно же, система! Вот честно – при чем тут система? Если родители, родив второго ребенка, решили старшего сплавить в круглосуточный сад, то при чем тут система? Время было такое? Да уж не сказала бы. И бабушки вызывались из деревень, и дети отправлялись бабушкам в деревни, и отцы брали отпуска, да и нянь обеспеченные семьи (а семья девочки, как мы помним, не нищая) нанимали неофициально, и, в конце концов, мама вполне могла взять с собой старшую дочь в больницу. Но родители здраво рассудили, что ребенку лучше провести лето на даче с детьми. Такое вполне могло быть и на Западе, и в Америке, и в Англии… Где угодно. Но плохо же только в Союзе было.

И таких эпизодиков тут выше крыши. Нет, я понимаю, обиды, когда, например, отца репрессировали, и девочке из-за этого не дают жить, да и в принципе она сирота по факту. Понимаю обиду, когда гнобят по национальному признаку. Да много примеров, первая половина двадцатого века кишит несправедливостями. Но я не понимаю, когда детские обиды трансформируются в нечто совершенно невообразимое. И в итоге это – абсолютно невнятная, неинтересная, бесхарактерная книга про девочку, у которой все хорошо, но она все равно ищет проблемы там, где их нет (не убедила меня автор, что называется), описанная заунывнейшим языком.

Когда начала читать – глазам своим не поверила: совсем другой язык, иной стиль повествования, не тот, что в романе "Время женщин". Это удивило и обрадовало - будто попадаешь в другой мир. Мир одного класса элитной английской школы Ленинграда 70-х годов прошлого века.

Каждый учитель, если он настоящий, – личность. Это в полной мере можно сказать о Ф., их учительнице английского. Какие она ставила с ними спектакли, как они декламировали Шекспира! Мы видим Ф. глазами героини, ее ученицы, которая, вглядываясь в прошлое, с восторгом и трепетом вспоминает ее слова, поступки. Она и читателю видится в возвышенно-романтическом ореоле, почти лишенная земных черт и недостатков. А может, она и была такой в самом деле? Преданная своему делу, искусству. литературе, она стремилась укрыться в них от пошлости бытия и увести с собой ребят, чтоб показать им высоты духа, уберечь от обмельчания души.

Вот все, вроде, тут замечательно: талантливый педагог, хорошие ребята, школьная жизнь течет волнующая и разнообразная, откуда же опять эта тревога? Как подземный рокот, она слышится с каждой страницы. Почему печать грусти лежит на всем? Нет, ну каждый учитель грустит, когда дети вырастают и уходят во взрослую жизнь, но чтобы так тосковать, так трагически воспринимать это! Я была немало озадачена таким отношением:

«Она работала с нами, добиваясь того, что лишь она одна могла добиться, и любила нас в созданных ею самой шекспировских образах, потому что прекрасно знала, что мы обречены. Такими прекрасными мы, обреченные больные , больные временем, уже не будем никогда. Старение, то есть то, что она подразумевала под этим словом, вносило дополнительный, особый смысл в ее любовь, никогда не безоглядную».

В общем, у меня осталось такое же впечатление от книги, когда в праздник пасмурная погода. Все атрибуты долгожданного красивого праздника налицо, вот только за окном осенняя обреченность и холод надвигающейся зимы.

Очередное беспрецедентное попадание … книжкой … в темечко… Елена Чижова умудряется оказаться на моей поляне, второй раз, подряд. Проблема наставник–наставляемый актуальна художественно, философски и практически, всегда актуальна. Всё врут аннотации - не об элитной советской школе эта книга и не о деспоте-преподавателе, и даже не о предательстве. Она – о понимании, о поле мысли, в котором ты либо есть, либо тебя нет.

В книге всё безупречно – выверенный минималистичный сюжет, аскетичный язык, аскетичные персонажи, атмосфера тревоги и очень тонкий юмор, ещё капельку – и порвётся. Одна сюжетная линия, одна локация, одна нота. Настроение книги по духу мне очень напоминает поэзию «Парижской ноты».

Описание своих персонажей автор растягивает на всю книгу, добавляя по штришочку, по микровоспоминанию, это что-то удивительное. Очень интересным мне показалось то, что персонажи в книге не эволюционируют, они не развиваются, вырастая, не меняются, они застывшие. Главная героиня книги одна и та же в 6, 13 и 30 лет и Ф. – та же самая. Это очень круто. Вообще: описания персонажей очень скупые, описания природы нет вообще, действия – минимум, основное содержание текста – рефлексия главной героини.

Умопомрачительная книга… И всё равно – не роман, ну не может быть роман в 150 страниц, это даже повесть-то небольшая, да и дело не столько в количестве страниц – в «Крошках Цахес» - одна сюжетная линия, одна локация – это не романный формат. Но что интересно, мне кажется, если бы Елена Чижова написала полноформатный роман, читателя бы просто раздавило. Произведение настолько насыщено тяжёлыми эмоциями, что, если добавить ещё 500 страниц текста такого же напряжения, мозг скажет: ку-ку.

Очень интересные сочетания в книге: трагедии Шекспира, сонеты Шекспира на английском и Маршаковские, музыка Рахманинова, «Идиот» ФМД, «Крошка Цахес» Гофмана, вальенки…, стихи Евтушенко, антисоветская агитация… - впечатляющий винегрет. Галерея типажей зрителей проходит мимо Шекспировского театра: родители, «важные гости», иностранцы, комиссии, районовские, школьники, учителя и обслуживающий персонал... И театр и его дело по-разному отражается в зрителях и актёрах, в глазах Ф. И хроникёр книги – живой, страдающий участник давно прошедших событий, которые в ней продолжаются.

Читать, нельзя помиловать!

Флэшмоб 2011,совет от LenaKa
Даже не знаю,с чего начать...Абсолютно не моя книжка - герои все до одного на удивление не симпатичные,сам слог и стиль письма-жесть(постоянные повторения слов в рядом стоящих предложения,запутанные построения...Уф!)
Учительница Ф.-вообще не понимаю из чего тут было создавать кумира и приводить аналогии со сказкой Гофмана.Человек,от лица которого ведется повествование,своим словотворчеством создает о себе впечатление особы недалекой и состоящей в какой-то секте,в которой известную заповедь"Не сотвори себе кумира"трактуют уж очень извращенно.
Одним словом,простите за сумбур,и спасибо за знакомство с новым автором и новой для меня сказкой Гофмана,которая и дала название сему творению,кое мне так не пришлось по вкусу.

Начиная читать роман с таким названием, ожидала найти в нем уродливых телом и косноязычных героев, пользующихся чужими заслугами, но попала в атмосферу советской элитной ленинградской школы с изучением предметов на английском языке. Другое дело, что некоторые «интеллигентные» персонажи романа подчас видят мир глазами уродливого карлика. Школа – «блаженный островок показухи» - гордость района, с потоком иностранных делегаций, с демонстрацией бесчисленным комиссиям того, как советские школьники читают в оригинале литературу чуть ли не лучше самих англичан. Талантливая учительница английского языка руководит школьным шекспировским театром.

“СССР. Indeed. Крошка Цахес. СССР — Крошка Цахес".

Так считает учительница. И уводит своих подопечных в мир гармонии сонетов и пьес Шекспира и не может допустить туда ни одной книги или пьесы, которые были бы способны поколебать эту гармонию, это «золотое сечение». Но наше государство всех дергает за ниточки, и учительница также дергает за ниточки своих учеников, причем и вне режиссуры. Как человек она не всегда симпатична: ее можно назвать непримиримой, и даже жестокой. Но таким образом она противостоит жестокому миру и учит противостоять ему детей. В мире, в котором все равно тобой управляют, надо понять и выбрать: кто и ради чего будет тобой манипулировать. И Ф. (так учительница зовется в романе) использует этот простой механизм для того, чтобы воодушевить и привить ученикам духовное противоядие, приобщить к высокой культуре.

«Злоба дня захлестывала всех одинаково», но «оказалось, что противоядие, которое она, готовя нас к жизни в огромной и жестокой Империи, протягивала на кончике кинжала или шпаги, в некоторых случаях действует и после распада».

Это более, чем через 20 лет признает ученица, искренне влюбленная и безгранично преданная умной и тонкой учительнице английского языка. Я намеренно не рассказываю о той драме, разыгравшейся в стенах класса, которую девочка пережила.
А свет шекспировского факела, зажженного в душах «элитных» школьников постепенно меркнет, и, рассказывая эту историю, девочка, уже сорокалетняя женщина, как бы раздувает тлеющие огоньки, и сама греется этими воспоминаниями. Грустно, но честно.
Особо о языке Елены Чижовой. Читать временами сложно, повествование несколько «рваное», но, читая, попадаешь в лабиринты мысли, в которых хочется гулять и вдумываться в многочисленные метафоры.

Хосспади Боже ж мой...Во бред-то! Сивой кобылы. И еще стОит 103 гривны в бумажном варианте!(нехило!) В таких случаях по Закону о потребителях надо бы просить замены товара или возврата денег, но,увы, на книги Закон не распространяется.

Описываемая эпоха - СССР времен застоя, тогда не было компьютерных игр, в которых можно строить виртуальных человечков по своему желанию, (под "строить" я подразумеваю не в смысле "строить в шеренгу"или "строить из отдельныхдеталей, ручек и ножек, а "строить " в смысле командовать ими по своему усмотрению). Вот и учительница Ф., видать, не имела возможности наиграться, потому и манипулировала школьниками, как ЕЙ было угодно, чтоб они не только делали всё по ее указке, но и думали, как она, и чувствовали , как она.И всё это при условии молчаливого и покорного обожания со стороны учеников. Ну, сначала всё так и было, за каждый, даже самый поверхностный взгляд педагогини, ученики готовы были в лепешку разбиться и апстену убиться...Да, Ф. очень глубокая, харизматичная личность, умнейшая и порядочнейшая женщина, тут ,конечно, не поспоришь. Дети чувствовали ее отличие от других взрослых, ТАКИХ интересных , необычных людей они еще не встречали, поэтому очарованно шли за ней, как мышки за дудочкой Нильса. А потом повзрослели, и сами стали решать, как им жить, какие книги читать... Вот с точки зрения автора - это и было страшное-ужасное ПРЕДАТЕЛЬСТВО, от чего бедная Ф. чутьфизически не скончалась. И только одна верная ученица не предала. От ее-то имени и идет повествование. Эта девушка не имела никакой личной жизни, ничего вообще! -она всю жизнь посвятила уходу за больной Ф. и верному служению ей. Очевидно, так должны были поступить и другие ученики, но не поступили- ПРЕДАТЕЛИ

Как и в большинстве книг Е.Чижовой тут опять собран весь характерный для нее ассортимент штампов, всё те же на манеже: источающая такую ненависть, что аж страшно, антисоветская риторика (я аудиокнигу слушала, порою казалось, что из динамика вот-вот забрызжет злобная слюна. Или желчь потечет). Русофобия вселенских масштабов (для примера, сюжетная линия с подругой героини - была умная, тонкая ,прекраснодушная девочка с еврейской фамилией, но потом семья решила сменить фамилию на русскую, и фсё! как подменили! стала тупой хабалкой-карьеристкой, причем в одночасье!) Какая-то оооченьмракобесная писательница, честное слово! Иначе и не скажешь.Внутренний мир героев, их конфликты - всё это так накручено на ровном месте, муторно,так непонятно...умеет же пейсательница навести тень на плетень! Герои там мучаются отчего-то, страдают, убиваюЦЦа,вопят, что конец Света наступил, как же теперь дальше жить после этого????!!!! А ты читаешь уже и так, и эдак, и всё рвно ничего не можешь понять - а ЧТО, собственно вообще произошло??? Слишком глубок внутренний мир героев, наверное, кроме как автору, никому и не понять...

Если бы у моего сына была такая учительница, как Ф.? Да, она давала прекрасное знание языка, научила детей любить Шекспира (в подлиннике!). Но такой манипулятор детской психикой, такое неуёмное желание заставить всех жить только своими понятиями... Да ну, нафиг бы такие педагоги. Очевидно, я и есть то самое быдло, которое Е. Чижова так не любит.

Зато приятно порадовало отношение Ф.(читай- самой Чижовой) к творчесту Василия Павловича Аксенова. Потому что с моим сходится! =) =)В самом деле - ну никак он на классика не тянет...

Странно: почему мы так же, как и перед родителями, всякий раз чувствуем свою вину перед учителями? И не за то вовсе, что было в школе, — нет, а за то, что сталось с нами после. (Валентин Распутин)

Читая книги об учителях, понимаешь, что школа и тот человек, который прошёл с тобой этот школьный путь (да не просто прошёл, а пытался вести тебя за руку, опасаясь, что сам ты можешь заблудиться, подавал руку помощи, когда ты пробирался через, казалось бы, непреодолимые преграды), сыграли в твоей дальнейшей жизни очень важную роль.

Героиня книги Елены Чижовой это понимает и осмысливает уже через двадцать лет после окончания школы, после смерти любимого учителя. Она возвращается всё время к одной ситуации, которая во многом изменила её жизнь. Книга написана от первого лица и это делает её очень искренней, ей веришь, хотя сквозь поток сознания пробираться порой очень сложно.

События развиваются в 70-е годы в одной из элитных школ Москвы. Все они связаны с образом учительницы английского языка с экзотическим именем, которого мы так и не узнаём, потому что бывшая любимая и верная ученица (главная героиня произведения) так и не решится его назвать. Учительница создаёт шекспировский театр и ученики с удовольствием превращаются в актёров. Учительница старается переселить их из мира лжи, фальши и временных ценностей в мир вечной литературы, настоящих чувств и мыслей. Но вот готовы ли дети к этому? Или они крошки Цахесы, которые не понимают, что изменившись внешне, но не изменившись внутренне, останешься уродливым, злым и завистливым Цахесом? Может ли мир, даже подаренный тебе любимым учителем, заменить ТВОЙ, неповторимый?

Да, вопросов много. И ответы на все эти вопросы в книге есть. Или почти на все, ведь над хорошей книгой всегда думаешь и даже споришь с автором.

Сначала, с трудом продираясь сквозь текст, я вспоминала свои попытки читать Вирджинию Вульф в оригинале - длинные, вязкие предложения с обилием причастий и прилагательных, где к концу забываешь, с чего все началось. Возможно, тогда мой английский просто не позволял читать в оригинале, это было давно. Но вот тут, на русском, это было ровно такое же ощущение. В начале и в конце, когда героиня рассуждает сама с собой и для себя. Не близок, видимо, мне такой стиль, тяжело мне в нем, хочется скорее из него выбраться.
В середке же, когда героиня перешла от себя к разворачивавшимся событиям - меня захватило и читала запоем. И с легкой долей зависти - хотела бы я учиться в таком классе, несмотря в целом на равнодушие к Шекспиру и театру. Не то, чтобы я безоговорочно принимала методы - мне не близка такая учительская отстраненность, но вот эта атмосфера над-общения, когда можно просто соскользнуть в другой язык и другой мир - в этом есть что-то манящее. Приобщение к чему-то иному, не соприкасающемуся с внешним - да, это может быть злом, а может быть той самой прививкой от зла. И вот это нагнетание ко дню, когда случилось ужасное - да, сейчас это кажется нелепым и несерьезным, но в школе, для подростков - это правда было бы ужасным. Говорю как человек, влетевший в глобальный разбор на педсовете в восьмом классе. Это реально ощущается как битва и жрет тонны сил. Подростки, которые благодаря Ф. почувствовали, что они - другие - а потом настает время резать пуповину, и каждый это сделает по-своему.
В общем, неоднозначное впечатление. К стилю нужно привыкать (лично мне), но содержание цепляет. Буду читать еще.