Книга книг. Том загадок

В 1909 году Джек Лондон напишет своего прославленного "Мартина Идена", но за 13 лет до этого в англоязычной литературе уже случился очень трагичный герой с такой же фамилией, правда, имя у него было иное - Эдвард Джон Иден.

Из всех рассказов Уэллса именно этот произвел на меня самое могучее впечатление, помню с каким ужасом я осознавал трагедию, произошедшую с молодым Иденом. В конце 70-х, когда я читал рассказ, идея переселения человеческого Я из одного тела в другое, была для меня абсолютно нова и просто ошеломила своей бесчеловечной подлостью. Я же, по молодости своих лет, естественно отождествлял себя с Иденом, а не с Элвешем. Помню, у меня волосы вставали дыбом, когда я читал о том, как Иден постепенно осознает свое превращение в немощного старика. Сначала увидел свои "чужие" руки, потом обнаружил полное отстуствие зубов, потом увидел в зеркале... мистера Элвешема. Почувствовать себя таким обманутым, таким ограбленным - такое ограбление не идет ни в какое сравнение с потерей денег и имущества, у молодого человека украли много больше - его молодость, его силы, надежды, мечты, его несостоявшуюся жизнь. Это даже ужаснее чем просто убийство, это убийство с особой издевательской жестокостью.
Быть молодым, полным желаний и сил и оказаться замурованным и раздавленным в этой трясущейся развалине!..

А мистер Элвешем, при всей подлости с которой он обошелся с Иденом, выступает гениальным ученым, который открыл паразитический способ бесконечного продления жизни и тайно эгоистично пользуется им. Он очень пристально выбирает свою очередную жертву, особенно придирчиво относясь к состоянию здоровья "своего" нового тела. Почему я написал "очередную", из рассказа не ясно, был ли Иден первой жертвой ученого-злодея или тот уже неоднократно повторял свой дьявольский эксперимент, но по уверенному поведению Элвешема создается впечатление, что он уже проделывал нечто подобное и, может быть, далеко не единожды.

Особый шик вызывает способ, которым он передает себе же своё состояние, заманивая им же будущую жертву. Это рассказ, который после прочтения стоит еще раз перечитать, когда уже знаешь, чем всё закончилось, слова, произносимые Элвешем, звучат еще более иезуистичнее и коварнее.

И все-таки Элвешем не смог изобрести эликсира вечной молодости, он научился похищать чужие тела, переселяя в них своё Я, но у него не было никаких гарантий перед провидением Господним, другими словами, перед слепым случаем. А это значит, что чем дольше он жил на свете в разных телах, тем процент несчастного случая становился для него все более явственным. Что в конце концов с ним и произошло - Агасфера из него не получилось.

Автору удалось с помощью минимального количества слов продемонстрировать нам принцип, согласно которому «бесплатный сыр бывает только в мышеловке».
Несмотря на лаконичность, а возможно и благодаря скупости описаний, рассказ создаёт несколько ярких образов.
В самом начале читатель представляет себе уютную гостиную, где отец играет в шахматы со своим взрослым сыном, а мать вяжет у камина.
Семью навещает старый приятель, служивший в Индии старшина Моррис. Перед уходом он оставляет им в «подарок» засушенную обезьянью лапку. Своеобразный талисман наделён сверхъестественной силой и может выполнить любые три желания. Старшина объясняет, что лапку заколдовал один старый маг.

Гость предупреждает, что последним, третьим желанием одного из обладателей лапки была собственная смерть…

Многие помнят афоризм о том, что «желаний следует бояться, так как они имеют тенденцию сбываться».
Именно это и ждёт наших незадачливых «счастливчиков». Первое же загаданное ими желание оборачивается трагедией. За всё нужно платить, но в данном случае плата оказывается запредельно высока.
Поразительно также то, что, исполнив желание, лапа тотчас же, без всякого промедления, предъявила свой чек к оплате.

Особенностью колдовства высушенной лапки обезьяны является то, что всё происходит по возможности правдоподобно. Ни на кого ничего не падает с неба, мёртвые не встают из своих могил, а Земля не сходит со своей орбиты.
Второе загаданное желание становится результатом зловещих последствий первого. Но и оно не приносит несчастной чете, потерявшей сына, облегчения…
Можно догадаться о мрачной глубине последнего отпущенного пожилому мужчине желания.

Факир, желавший показать силу фатума и опасность попыток самовольного вмешательства в планы «Её Величества» судьбы, может быть доволен. Засушенная лапка бедной обезьянки не подвела.
Мне кажется, что эта история ещё и о том, что за любым результатом, как правило, стоят усилия. Ничто не возникает из ничего и не исчезает в никуда… И когда, как в случае с владельцами заколдованной лапки, человеку достаётся что-то «даром», без подготовки, то цена порой может быть несоразмерна.

Фраза в конце звучит впечатляющим финальным аккордом.

Одно предложение, но его более чем достаточно, чтобы читатель нарисовал себе всю печаль и ужас произошедшего.

И напоследок фото, которое, на мой взгляд, передаёт атмосферу данной истории.

Совсем короткий рассказ и закончился на самом интересном месте, оставив после себя только поговорки... одна другой известней))
Бойся своих желаний...
За все надо платить...
Если вам обещают что-то «в подарок», непременно убедитесь, что за него не придется дорого заплатить!
А так как у нас автор англичанин, то закинем сюда и :Бесплатных завтраков(обедов) не бывает - There ain't no such thing as a free lunch.
Герои рассказа взрослые люди, поэтому в волшебную палочку они не верят. Зато поверили в обезьянью лапку. Поверили и проверили. Да так, что мало не показалось.
Дождь, тихое место, лапка, желание, ужасная новость и исполнение желания... горе, опять желание и ... а дальше уже фантазия читателя, что же было? Зомби, птица, ветер, ветка, групповой глюк? Автор для нас оставил пустую улицу и фонарь...

Итак. Сюжет повествует нам о загадочных происшествиях, которые происходят среди учащихся в небольшом колледже. Начинаются эти происшествия тем, что одна из девочек приносит каждый день по одному вкусному и "безумно" дорогому по меркам учеников леденцу. Эта девочка делится им с главным героем, сыном инспектора местной полиции. На все расспросы отвечает, что её вкусностями угощает таинственный незнакомец, с каждым днём он ей даёт леденец, который вкуснее предыдущего, и соответственно, стоит дороже, но эту информацию девочка просит держать в тайне от всех, иначе конфет ей больше не видать. Потом девочка исчезает при загадочных обстоятельствах, а позже её находят среди леса в куче старых газет и мусора. Следствие устанавливает, что девочка была убита, а убийца имеет некоторые психические отклонения. Со временем история забывается. Ровно до тех пор, пока ещё одна девочка из того же класса, того же колледжа, не начинает приносить такие же леденцы в школу, в такой же последовательности, и от того ж таинственного незнакомца. Сын инспектора полиции постепенно догадывается что здесь и к чему, ему даже удаётся увидеть этого мужчину, но не получается предотвратить неизбежное, ибо девочка всё равно исчезает.. Куда же приведёт мальчика след от жёлтого и розового мелка? Сможет ли он спасти девочку и вызволить её из лап монстра? Прислушаются ли взрослые к словам мальчика?
Мне очень понравилось произведение, хоть оно и небольшое по обьёму, но очень увлекательное и захватывающее. Герои яркие, живые и обьёмные. Пусть и не сильно но держало в напряжении. Чтение стоило того.) Советую тем, у кого есть часик свободного времени на прослушивание/чтение и, соответственно, желание.)
Всем ярчайшего дня.)

Давайте объясню свою позицию насчёт катов. Я их ненавижу. Из всех глубин сердца. Вот идёт, идёт мысль, а тут о-па: "Нажми на кнопку и получи продолжение без регистрации и смс". Но когда мысль прерывается сама, есть как бы две части твоего повествования, то кат наоборот служит делу "Воспринимай эти части по-разному". В этой реце я катом воспользуюсь. Ко всему у данного текста есть определённая предыстория, а следовательно и правила, как его читать. Эта рецензия зародилась во время обсуждения на форуме лет этак пять тому назад. Я привела два варианта перевода любимого рассказа и сделала анализ обоих, на их основе я попыталась показать, что такое писательское мастерство и как думает и что делает писатель, чтобы добиться задуманного эффекта. Прежде, чем вы начнёте читать мой текст, надеюсь, вы ознакомитесь хотя бы с одним из переводов, рекомендую: Александра Мирера и Валентины Кулагиной-Ярцевовой. Оригинал. Для краткости первый (хороший) перевод я буду называть "перевод Мирера", второй (плохой) - перевод Вебера.

Этот рассказ пугает. Не восставшими мертвецами или кишками наружу, а подходом к бездне, у которой любой может оказаться, к бездне безумия. И если у читателя есть иммунитет против убийства главного героя, так как читатель ожидает и такого развития событий, то иммунитета против прохода сквозь сумасшествие у читателя быть не может - это та опасность, которая может грозить каждому.

Рассказ по сути своей треугольник. Он начинается с того, что нас знакомят с героем, терзаемым ненавистью к себе и нелепыми страхами. Мы видим мир его глазами и мир аппокалиптичен, что подчёркивается временем происходящего - 39-й год, скоро в Лондоне мертвецов будет в избытке. Первый поворот рассказ совершает, когда появляется коротышка. Читатель раньше Крейвена соображает, что это дело об убийстве и что коротышка рядом - убийца. Липкая кровь, которую он оставляет на руках Крейвена, разговоры о зарезанных... У читателя нет сомнений, что рядом с Крейвеном сидит маньяк. Вот тут, уже точно зная, как заканчиваются подобные истории, читатель потихонечку выползает из шкурки Крейвена дабы избежать шока - не остаётся сомнений, что сейчас того будут убивать, а мораль будет проста и незамысловата: "Когда видишь маньяка, верь сразу, что это маньяк, иначе будет поздно". А Крейвен, как все безумцы слишком погружённый в мир собственный и не замечающий окружающего, не хочет допускать мысли, что рядом с ним на сиденье захудалого кинотеатра сидит не выдуманная, а самая реальная опасность. Нормальная защитная реакция мозга - не веришь, что ни с того, ни с сего может что-то реально случится.

Но коротышка ушёл (читатель перевёл дух - Крейвен пока жив), зажёгся свет. На руках Крейвена кровь, которой его испачкал сосед. Заканчивается первый поворот, где Крейвен чувствовал себя никчёмным и теряющим разум. И тут поворот номер два - на самом деле это мистика. Внезапно. Очень внезапно. И почти тут же поворот номер три, который возвращает нас к началу. Крейвен смотрит в зеркало, получает подтверждение реальности происходящего и его засасывает в безумие. Дважды мы обманули наши ожидания. И привели к логическому концу истории. Это езда на американских горках, катарсис. Мы столько раз были в шкурке героя и успели выйти из неё раньше, чем что-то плохое действительно с ним случилось.

Дальше...

Итак, приступим.
Разберу этот рассказ с позиций писательского мастерства. Я не считаю, что кого угодно можно научить писать, просто рассказав ему писательские приёмы. Но научить каждого писать хотя бы на приличном уровне – можно. Это как книга с рецептами, любой может её прочесть, любой может готовить, но поварами экстра-класса становятся единицы, те, у кого «Божий дар». И скрытие «рецептов мастерства» горе-писателям не поможет. Гениальные легко рассказывают обо всех приёмах, потому что даже если профан и профессионал будут готовить из одних продуктов по одному рецепту, то у них всё равно получатся очень разные блюда.

«Когда-то я насмехался над Густаво,
За его фразу: «Кто угодно может быть
поваром». И только теперь я понял смысл:
«Быть поваром – это дар, но он может
достаться кому угодно».

Месье Эго, «Рататуй»

Грин великолепно владеет недосказанностью. И читатель вынужден делать вывод из урезанной информации и тем самым непроизвольно придавать глубину произведению, извлекать больше информации, чем ему дали.

Первый абзац: It was only just after lighting-up time, but already the cars were lined up all the way to the Marble Arch, andthe sharp acquisitive Jewish faces peered out ready for a good time with anythingpossible which came along. Виктор Вебер посчитал упоминание евреев неполиткорректным и перевёл это как: «Еще только рассвело, но автомобили уже выстроились у тротуара чуть ли не до Мраморной арки, и сидящие за рулем мужчины посматривали по сторонам, готовые предложить пожелавшим того дамам приятно провести время». Мирер и Кулагина-Ярцева всё-таки решили не нести отсебятину и перевести дословно: «Фонари только что зажглись, но машины уже стояли сплошной цепью вплоть до Марбл-Арч, из них выглядывали резкие, жадные лица евреев готовых повеселиться при любой возможности». В чём разница? Объясняю. В переводе Вебера получается, что это Крейвен такой негодяй, злится на ничего не сделавших людей, в переводе Мирера (и в оригинале) – враждебен сам мир вокруг Крейвена. Грин не говорит просто, что «Крейвен чувствовал враждебность мира», он описывает этот мир и заставляет героя видеть пороки на чужих лицах. Те пороки, которыми мечтал бы обладать сам. Уже с первых предложений читатель начинает ассоциировать себя с Крейвеном и прежде, чем это будет названо вслух, ощущать его эмоцию – зависть.

Далее следуют фразы о любви. Заметим, что фразы обезличены, даются аксиомы. Нигде нет указаний «Крейвен подумал». Мы просто понимаем, что это мысли персонажа и нам особо нечего им возразить – процесс ухаживания на самом деле стоит денег. Мы уже в чём-то соглашаемся с героем. Кроме того, мы делаем выводы из Love needed a good suit, a car, a flat somewhere, or a good hotel, что у Крейвена нет хорошего костюма, нет машины, нет квартиры (снимает комнату? Место в ночлежке?) и даже нет денег на то, чтобы снять комнату в отеле и привести туда женщину. Вся «любовь», которая ему, следовательно, доступна – перепих в подворотне. В общих рассуждениях о любви мы получаем очень много информации о главном герое.

Забавно, что никто ни первый, ни второй переводчик даже не прикоснулись к фразе It needed to be wrapped in cellophane. Посчитали, что будет слишком явный намёк на презервативы? Грин, кстати, мог и не иметь в виду такой контекст и иметь в виду только красивую упаковку, хотя кто его знает.

Вне пределов моего понимания фраза There were moments of happiness in the BritishMuseum reading-room, but the body called him back. Он так уходил в чтение, что становился счастливым? При поисках подтекста, я бы даже посчитала, что это намёк на мастурбацию, но вряд ли – ведь «тело возвращало его обратно». То есть дух его бродил где-то, где мог забыть о теле. Фраза не слишком удачна для расшифровки, но зачем она здесь – более, чем очевидно. Мы выясняем, что Крейвен не клошар, у него есть образование и желание его продолжать. Это не просто гопота из подъезда, это человек скатившийся.

Потом следует описание его сна с сотами. Обыскалась, но так и не поняла, откуда Вебер взял вот это: «На поверхности — отверстия шурфов, пробуренных для удобства покойников». Но, кажись, Вебера вообще при переводе несло о чём-то своём, с Грином не связанном. Сам гриновский образ очень жуткий, если задуматься. Громадные соты мертвецов. И содрогающаяся от них земля (это уже вполне ожидаемое домысливание читателя). В Веберовском переводе к образу жуткого воскрешения прибавлен "и они готовы восстать со всеми их бородавками, приступами бешенства, взрывами смеха", в Миреровском eruptions переведено, как "со всеми своими бородавками, угрями, сыпью". Здесь опять же я предпочитаю Миреровский перевод, так как он лишён звука. Звуковое сопровождение тут лишнее, равно как и фильм, который будет смотреть Крайвен, является немым.

В следующем абзаце Грин использует эффективный до безобразия приём: the bodies like worms in their tight trousers, a hint of religious belief was lodged in his breast like a worm in a nut. Он повторяет одно и то же слово, чтобы у читателей отложился образ – белёсых извивающихся червей. Чисто подсознательно читатель пронесёт этот образ до конца рассказа.

Далее Грин действует очень грубо и как-то не совсем по своему – он точно даёт год, 39-й. Я специально полезла узнавать, когда был написан рассказ. Быть может, во время войны и потому дан последний предвоенный? Да не фига. Рассказ вышел в сборнике в 1954 году, значит 39-й назван абсолютно специально. Не отрицаю факта, что как и в рассказе «Юбилей», где происходит покупка разбогатевшей шлюхой неудачливого готового на всё альфонса, что окружающая действительность – только антураж, лишнее украшение мелодии, задающее настроение. Но всё же я уверена, что Грин действовал абсолютно специально. Он уже создал и внедрил в головы читателей образ земли из мертвецов, а вполне узнаваемая дата должна создать продолжение видеоряда – это не просто мертвецы, это солдаты, которые скоро погибнут. Скоро Великобритании вполне предстоит быть заваленной мертвецами.

Чёрно-белый фильм – о сексе и смерти. Почему именно немой фильм? Грин думает как режиссёр, а не как писатель. На заднем плане – только музыка из раздолбаного рояля. Никаких диалогов героев, плача, завывания и прочего. Ничто не отвлекает от того, что происходит в зале. Забавно, что ни один из переводчиков не воспользовался ещё одним пасом от Грина In the dead darkness a piano tinkled something monotonously recalling Mendelssohn, здесь это не просто "полная", это "могильная" темнота. На Крейвена снова наваливается ужас. Внезапно. Просто от пустоты вокруг. Грин использует шикарное словосочетание the toothache of horror. Веббер игнорирует словосочетание напрочь, у Миррера "и его вновь охватил ужас, неотступный, как зубная боль". Уже более приемлимый образ, пусть и не полностью передающий ощущения привычности страха. В этот момент читатель начинает «тонуть». Он уже влез к Крейвену в голову, согласился с его аксиомами, разделил его зависть, но вот тут Крейвен начинает скатываться в безумие, а это не то переживание, которое хочет испытать среднестатистический читатель. Но только читатель выбрасывается из головы персонажа, только начинает тихонько закипать («Эй, вы долбанулись? Я на то, чтобы сходить с ума с персом не подписывался, чо! Насоздавали книг про уродов!»), как начинается интрига.

У меня этот рассказ в сборнике криминальных рассказов. Если тебя заранее не предупредили, что вот там мистика, ужасы и ваще, то нормальный человек воспринимает коротышку именно как убийцу. Я много раз перечитывала его высказывания, чтобы понять – как ему удалось создать впечатление, что он убийца в то время, как коротышка был жертвой.

Кстати, пну и перевод Мирера. Крейвен не слушает коротышку, ему важно справится с собой, удержать утекающий разум. Он убеждает себя, что достаточно просто принять меры и всё снова станет нормальным: take a holiday, see a doctor. Миррер: «поехать в отпуск, пойти к врачу». Хотя Вебер не лучше: «взять отпуск, обратиться к врачу». Какой отпуск? Вроде бы по его виду, костюму и по тому, что он слоняется без дела ясно, что никакой работы у Крейвена нет и быть не может. Потому тут take a holiday – это «отдохнуть». Что может включать и уехать, чтобы сменить обстановку и избавиться от навязчивого состояния.

Кстати, вот о происходящем на экране в такт тому, что происходит в зале: "I am not afraid of death, Lucius--in your arms." «Я не боюсь смерти в твоих объятиях, Луциус». Обычная фраза для любого кино. Но тут главная первая часть – «Я не боюсь смерти». Противопоставлению герою, который понимает, что сидит рядом с маньяком и может быть убит сию секунду. Но вот – ба-бам-ц, и маньяк ушёл.

Вот тут очень важная фраза. He chose instead a telephone box and dialled, wit an odd sense for him of sanity and decision, 999. Всё, безумие закончилось. Сидящий рядом с ним не был знаком с небес, что Крейвен так же сойдёт с ума, он не был посланником мертвецов, постоянно напоминая Крейвену о смерти. Он был маньяком-убийцей и сейчас Крейвен, вернувшийся к жизни, поможет полиции его поймать. Из-за чего я не могла рекомендовать читать рассказ в переводе Вебера, так во многом именно из-за этой фразы: «Поэтому Крейвен направился к телефону-автомату и решительно, довольный тем, что опасения за собственную психику оказались напрасными, набрал три девятки». Вздор! Он не опасался того, что ему видится коротышка. Он опасался более сложной игры, того, что его подталкивают к безумию. Что вместо того, чтобы увидеть нормальное, он видит только больное. И потом, уже в обычных вещах, ищет черты искажения. Так что тут идеален перевод Мирера: «Вместо этого он пошел в телефонную будку и набрал номер 999, ощущая себя необычно здоровым и решительным». Гриновская недосказанность – мы понимаем, что приступ у Крейвена кончился. И сами рады тому, что сейчас зло будет наказано.

И тут – крутейший поворот. Крейвен кладёт трубку и смотрит в зеркало. На лице у него капельки крови. Заметим, что Грин не объясняет откуда. Читатель сам обязан вспомнить, что коротышка кашлял Крейвену в лицо. И что-то булькало в его горле (ещё бы, горло ведь перерезано). Тут Вебер вообще улетает в свои эмпирии. У Миррера более верный перевод – Крейвен пытается убедить себя, что всё ему привиделось, что его сон не стал реальностью. Но понимает, что слишком много фактов обратного. Это реально был восставший мертвец. Которого интересовали убийства, собственный зонт и желание рассказать кому-то о своём понимании собственного убийства. И всё произошло в реальности, не было галлюцинаций, вот капли на лице. Крейвен кричит: "I won't go mad. I won't go mad. I'm sane. I won`t go mad". В переводе Вебера такая чушь, которая показывает его полное непонимание смысла того, что он переводит: "Я не схожу с ума. Я не схожу с ума. Я в норме. Я не схожу с ума". Более верный перевод у Миррера, за что я и люблю именно эту версию: "Я не сойду с ума! Не сойду! Я здоров! Не сойду с ума!".

Рассмотрите этот рассказ с точки зрения коротышки. Он мертвец, который восстал. Он идёт куда-то, натыкается на маленький кинотеатрик, садится рядом с первым попавшимся человеком и, абсолютно наплевав на возможность того, могут ли его понять или нет, ведёт долгий запутанный рассказ об убийствах (уж он-то действительно в них понимает), крови, мотивах и прочем, упиваясь своим знанием. Просто бытовой рассказ об одиноком старичке. И смерть не сделала его мудрее.

Грин вовремя отводит читателя в сторону. В последнем абзаце он ни разу не упоминает про психическое состояние Крейвена – всё дано через действия и крики. А в последнем предложении вообще вводит полицейского, чтобы испуганный читательский мозг мог зацепиться за этот символ нормальности.

Я считаю этот рассказ сюрреалистическим, но не в плане абсурдности, а в плане воздействия на подсознание. Читатель, который всё это время держал в голове вид мёртвых солдат, видит апокалиптичную картину возвращающихся с поля боя мертвецов. Захлёбывающихся в крови из собственных ран, эгоистично могущих думать только о собственной смерти и постепенно теряющих разум - ведь коротышка тоже безумен, он всё бессвязнее, а под конец не в состоянии думать ни о чём, кроме потерянного зонта (этот мотив Грин от и до измочалил в «Неопровержимом доказательстве», где восставший труп доказал тем самым загробную жизнь, но при этом его колодило на одних и тех же фразах). А ещё весь мир, в который придут эти мертвецы. Труба второго ангела, Армагеддон. И катарсис, когда понимаешь, что этого не произошло, что та война прошла и закончилась. Облегчение, счастье.

Задача автора - дать человеку пережить ряд эмоций. После которых у человека должно остаться чувство удовлетворения (да, специально употребляю это слово, так как такое же чувство у человека должно быть и после хорошей жратвы, и после хорошего секса). При этом именно удовлетворение важнее всего. Можно писать про пожирание какашек и секс с трупами. И накручивать на это, что, мол, "метафора социального неравенства". Это даже модно. Но это не искусство. Искусство - это привести читателя к удовлетворению, к ментальному оргазму, который достигается посредством хороших произведений. Шок-контент не цель, это только средство и как всякое средство оно не приносит выигрыша само по себе, только из-за того, что оно есть.

Данный рассказ мне нравится именно ощущением: "Уф, пронесло. То, что грозило - не произошло". И это сделано средствами не в лоб ("Шёл Суслик тёмной-тёмной ночью, шёл-шёл и никого не встретил"), а очень исподволь.

Разумеется, Грин не рассчитывал каждую фразу от и до. Это и невозможно. Он держал в голове некоторые образы, которые пихал так часто, что почти грубо (образ мертвецов и червей), всё остальное - это результат мыслей, которые писатель должен пропустить сквозь себя задолго до того, как примется за своё первое произведение. Чтобы испугался читатель, автор должен испугать самого себя. Стивен Кинг - это не писатель, который умеет пугать, это человек, который прекрасно умеет бояться. У каждого писателя всегда есть под рукой шикарный читатель - он сам. И потому сам Грин как бы успел сойти с ума вместе с читателем, но при этом и успел покинуть ГГ раньше, спасти себя и читателя от безумия.

Прослушав предыдущий рассказ автора о счастье (https://www.livelib.ru/review/5305552-schaste-ryunoske-akutagava), решил познакомиться с ещё одним его текстом на другую интересующую меня тему.

У рассказа необычная развязка, которая и заставила испытать чувство, близкое к упомянутому в заголовке, когда дослушал его. Но логика в рассказе определённая присутствует и люди совершенно разных религиозных традиций наверное могли бы с этим согласиться.

Так, главный герой здесь испытывает интерес к теме о том, как стать святым, ищет этого, находится в реальном поиске. При этом он искренен и прост. Трудолюбив, готов идти к цели многие годы, не отвлекаясь от этого пути, не обманывая других, а главное - самого себя. У него есть вера, доверие к наставнику. В результате он достигает по сюжету желаемого.

Сомнения возникают в двух случаях - если наставник - мошенник, сможет ли искатель Истины обрести её. В этом можно сомневаться, хотя автор здесь уверен в положительном исходе дела. Главный герой, правда, для достижения желаемого потратил 20 лет. Но это в свою очередь свидетельствует об уже упомянутых его решимости и терпении - важных качествах на пути к святости.

Ещё одно качество доказывающее святость автором воспринимается как способность совершать сверхъестественные поступки, например, ходить по небу. А также быть бессмертным. Наверное, в рамках разных духовных традиций здесь будут предложены разные ответы на вопрос, кого считать святым. И не всегда в списке качеств святого будет бессмертие и чудеса, которые должны восприниматься именно буквально. Например, в Индии некоторые йоги обретают так называемые мистические сиддхи, или совершенства. При этом может быть трудно будет их назвать святыми, потому что у них могут оставаться какие-то корыстные и не вполне благородные стремления. Но делать необычные и сверхъестественные вещи они становятся способными.

Интересный рассказ, визуализация логических рассуждений.

В оригинале называется: The Nine-Mile Walk (Девятимильная прогулка)

На русском языке еще встречается такое название: "Прогулка под дождём"

Рассказ из цикл «Ник Уэлт», написанный 1947 год. Считается классическим в США.

Сюжет.

Два друга, один занимает пост окружного прокурора, а второй профессор в колледжа, и у них зашел спор про логические выводы, что даже самый логичный вывод может оказаться неверным, и тогда второй предложил первому игру, тот дает ему не большое предложение, а профессор делает свои логические выводы и посмотрят куда их это приведет.

Подробнее

Этот рассказ, самый первый если не написанный, то точно опубликованный автором. И я бы сказал, крайне меткое попадание. Редко встретишь такой уровень литературы. По сути если разобраться, в рассказе всего то разговор двух людей, и ничего не происходит, но читать и интересно и забавно.

Профессора колледжа  Ники Вельт, как понимаю, в других рассказах он будет дела еще раскрывать,как детектив, тут же он просто профессор английского языка и литературы и про его детективные способности ничего не говорится.  Скорее просто про его проницательный ум и менторское отношение к своему другу, хотя скорее всего это профессиональное все ему уже 50 лет, и к этому времени выработал свою точку зрения на жизнь.

В рассказе два персонажа первый и от лица, которого ведется рассказ, он остался безымянным героем, мы знаем только, что он был преподавателем в юридическом колледже и потом ему предложили стать окружным прокурором.  А второй, как уже и говорил его друг профессор Ники Вельт.

Рассказчик ошибся в своей речи на одном событии, и его оппоненты сразу же заметили это и разбили всего его логические выводы. И вот он жалуется своему другу на несправедливость мира. И что он логически все верно разобрал.

А его друг профессор посмеивается над ним.

Самое интересное, что все действие происходило, как они вышли из бара "Голубая луна".

Евгения evfenen  , которая посоветовала мне книгу, в своем отзыве так об этом сказала:

Мудрая девушка. Но я вырос на полицейской академии, а так же помню песню покинувшего эту планету Бориса Моисеева "Голубая Луна", и не мог пройти это стороной. Особенно, что автор постоянно тут упомянает это местечко.

Примерно так сразу представляешь.  Так же в финале, преступники могли точно спеть эти строки "Голубая луна всему виной все в округе говорили".

А так же песня начинается со следующих слов "

Слышал я одну легенду о двух братьях пересказ.

Вроде быль, а вроде сказка.

Может братья среди нас?"

Прямо, как про этот рассказ. Ладно, просто не мог обойти это стороной. Прошу прощения.

Два друга в рассказе затеяли не спор, а скорее мысленную игру. Дедуктивные способности свои проявить.

Профессор утверждал, что ошибки у юристов в том, что они не слушают людей и ищут скрытые мотивы в их словах, и часто строят логичные цепочки, но не верные:

Сегодня уже вспоминал рассказ Чехова " Шведская спичка", но там рассказ такой, что ко многим темам подходит.

Так вот там старый и опытный следователь Чубиков придумал верную логическую цепочку, но полностью неверную. Они там в рассказе взяли, двух подозреваемых и один из них оказался ранее судимым, логично же, что раз один преступил закон, то и второй раз может. И основываясь на том, как следователь прочитал улики, он решил расколоть второго подозреваемого.

И ведь всё логично выходит, не так ли. Но все выводы следователь сделал неверные. И в результате мог посадить двух невиновных людей.

Ведь на самом деле, к так называемой жертве пришла дама, и это она его мутузила в постели, а до этого он кинул через окно в нее сапогом. И потом она уволокла к себе в баню.

Об этом и говорит профессор Ники Вельт. Но в рассказе ему не удастся, это доказать. Поэтому я решил привести пример из рассказа Чехова.

А тут он предложил своему другу:

Переводчики перевели верно с английского, там " Give me any sentence of ten or twelve words" - "Дай мне любое предложение из десяти-двенадцати слов"

В том переводе, что читал сразу, фраза звучит так:

Если, не считать частицы и предлоги, то слов 7,  а так 11.

В оригинале " A nine mile walk is no joke, especially in the rain."

Что я бы перевел "Девятимильная прогулка - это не шутка, особенно в дождь." - Хотя можно первую часть перевести так : "Девять миль пешком".

По сути смысл остается, но логика чуть меняется. Если это прогулка, то человек просто гуляет, а если идет пешком, то что его заставило, выйти под дождём.

Что хочу сказать, вся логика профессора была построена на знании той местности и того времени и общества.

Вот к примеру он говорит:

Он там заявляет, что человек точно отмерил 9 миль, каким то образом. А скажем не 10 миль. Допустим у нас 9 миль это 14,5 км. И получилось бы 14,5 пешком, вряд ли бы у нас кто то сказал так. Это все равно, что 33 попугая и одно попугайское крылышко, звучит. И все остальные его выводы они больше подходят для тех мест, что знает профессор.

Но в этом то и смысл, автор хочет показать, что даже самая логичная логика подходит под определенные ситуации.

Когда только учишься программированию всех учат так называемой булевой логике, правда или ложь. И на ней все построено, когда делаешь определенный алгоритм действий.

К примеру, Вася хочет выпить пива, а дома в холодильнике у него не оказалось. И вот перед Васей дилемма. Куда же ему пойти, есть варианты ларек или магазин.

Ларек работает с 10-21 и до него 3км.

А магазин работает с 8 до 23 и до него 5км.

Вася смотрит на часы, 20.30, а средняя скорость васм 3км в час.

Логически строим цепочку учитывая все данные, в ларек попадает Вася - если время его прихода туда не раньше 10 и не позже 21, а если не попадает в ларек то идет в магазин тут, получается если не раньше 8 и позже 23.

А вы спросите, а что же делать Васе если выпить хочется, а время между 23 и 8 утра, хороший вопрос, по логике надо строить новое условие, что Васе делать, спать дома - пива не нахлебавшись или пойти к соседу или в ночной бар или еще миллион всяких или. Но, если кратко, то попей чаю Вася и сиди дома.

Вот и профессор, пытается всю фразу понять как и логически так и проникнутся в смысл действий этого человека. Зачем он пошел в дождь.

Вот, как я с Васей рассуждал, что же он будет делать.

Скажу так профессор тут много нагородил логичного. Но я домой хожу пешком, бывает и в дождь, одеваю капюшон, вот если бы ливень шёл, тогда да - только метро.

А вот логический цепочки профессора, и его друга.

Они рассуждали так, что человеку в городе нет смысла идти под дождем, нашел бы транспорт, загородом его бы подобрала машина тоже. Значит дело ночью.

Опять же приведу как пример себя, от моей работы до дома плюс минус 6 км. Совершаю шестикилометровую прогулку - и это не шутка, особенно в дождь. Как тебе такое профессор Ники Вельт.

То есть, там в США люди в принципе не очень привыкли ходить пешком, зачем если есть машина. От сюда и такие логические выводы.

Так же они посчитали, что 9 миль человек будет идит 4 и больше часов. У нас это 5-8 км в час средняя скорость пешего человека, а у них посмотрел 2.5 до 4 миль в час, что означает 4-7 км в час. Если брать меня, то хожу очень быстро, и меня можно считать по верхней планке или средней. Но будем считать по минимальной. 9 миль делим на 2,5 мили в час и получаем значение в часах 3,6. Это если человек шел медленно.

Все выводы профессора и его друга логичны, но так же и притянуты за уши, как скажем выводы следователя Чубикова из рассказа Чехова.

Я не ругаю рассказ, наоборот он мне этим и понравился, что друзья всю свою цепочку мыслей раскручивают. И в финале мы видим, что они сами были в шоке от своих мыслей. Но ведь могло быть и все по другому, и все их рассуждения были логичными но неверными выводами. Это и пытаюсь вам донести.

Мне понравились герои, это уже не мальчики, какие то, а опытные и образованные мужчины. Умные и интеллектуально одаренные. И все их построения выглядят очень логично. Сам рассказ написан в легкой и ироничной форме. Каждое слово и фраза приобретает смысл и кажется нет ничего лишнего.

И да, тут получилось целое дело. И как сказал профессор совпадений таких не бывает. Мы просто не всегда можем обработать верно все сигналы своего мозга и то что видим и слышим. Наши чувства умеют экранировать от нас то, что нам не нужно. Есть такой Феномен Баадера — Майнхоф, скажем вот вы скажем захотели купить себе машину, к примеру синий бмв. Сидели и думали, о нем. А потом на улице выходить, и тут синий бмв и там, и еще и еще. Кажется, что только они и ездят. Они и раньше были, просто ваш мозг игнорировал ненужную вам информацию. А тут вы разрешили снять ему галочку с фильтра вашего внимания. Замечать всё и вся, наверное возможно, но это большая нагрузка на мозг.

В этом рассказе автор еще не знал про этот феномен, но видно сам замечал за людьми такое свойство.

Вот и друг профессора, не обратил внимания сразу, на посетителей "Голубой луны". Но, то что он не обратил внимание не значит, что глаза не видели,а уши не слышали, а мозг не записывал себе на диски.

Есть такое тест называется "Гарвардский видеотест на внимательность 1999 года"

Суть такая.

 От тебя требуется внимательно следить за игроками в белых футболках, подсчитывая, сколько пасов мяча сделают они друг другу. А вот одетые в темные футболки тебя интересовать не должны.

А в финале задают вопрос.

Тоже самое, произошло из героев он не обратил внимание. Ему надо было заплатить кассиру деньги, и он был сконцентрирован только на этом. Только потом, профессор, заставил его вспомнить.

Рассказ отличный. С учетом, что это одна из первых работ автора, и год выпуска 40-е годы прошлого века, имею ввиду, что сейчас много разных приборов, камер и тп. Люди меньше головой думают, а больше доверяют приборам. А в рассказе чистая логическая мысль. Да может быть не бесспорная, но это не сильно влияет на рассказ. Самая идея и мысль рассказа мне понравились.

Возможно, кто то посчитает иначе, а я попробую и второй рассказ, из этого цикла прочитать.

Всем спасибо, кто прочитал.

Вообще, после того как прочитала чужой разбор этого рассказа добавить мне по сути нечего, но хотелось написать хоть пару предложений исключительно с целью прорекламировать его) Он совсем коротенький, чтения минут на пять по сути, но при этом очень необычный. В первую очередь тем как на ровном месте умудряется запутать читателя. Ты вместе с угрюмым гг Крейвеном бредешь по вечерним улицам Лондона 39 года, заходишь в убогий кинотеатр на показ немого кино, мельком пересекаешься со странным старикашкой. И вот уже уверен, что правильно видишь ситуацию, поражаешься слепоте гг, ожидаешь очевидного на этом моменте развития событий и... И все совсем не так, причем два раза! Очень круто! Думаю, что мне рассказ о грани, за которой начинается безумие, запомнится надолго. Так что любителям малой прозы и нестандартных сюжетов рекомендую.

Дальше...

… обезьяны почеши ладонь..." хе-хе, пропела*

Жутковатая история, что и говорить, при этом очень поучительная. Всего десятком с небольшим страниц автору удалось не только нагнать страху, но и напомнить читателю — желания имеют свойство сбываться.

Однажды в гости к семейству мистера Уайта зашёл некий сержант Моррис. Прибыв из далёкой Индии, военнослужащий начал потчевать хозяев рассказами о своих похождениях вдали от дома. Среди прочего он обмолвился о маленькой засушенной обезьяньей лапке — что-то на манер заколдованного артефакта, исполняющего желания. Руку к лапке приложил известный в тех краях старый факир. Господин Уайт буквально выпрашивает у друга Морриса предмет заклинания...

А дальше для героев повести всё происходило как во сне. Мрачном и кошмарном, от которого тело покрывается холодным липким потом, и хочется скорее проснуться. Вот только мистеру и миссис Уайт было не до объятий Морфея.

Что же произошло? Случайное стечение обстоятельств? Начертанное свыше никто не в силах изменить? А может судьба человека только в его руках, но как же суеверия, проклятия, заговоры...? Или это работает, когда в них веришь? Много интересных вопросов задаёт автор, на которые возможно ли найти ответ? Ну, и финал довольно прозрачный, мол, додумаете сами.

Мне всегда было ясно одно — никогда не нужно гнаться за тем, что так настойчиво не даётся тебе в руки. Можно этого сильно вожделеть, добиться, а после кусать локти. А можно отпустить желаемое, пройти стороной и потом осознать, так даже лучше. Не знаю действенно ли это в любых обстоятельствах, но, прежде чем гонять воробья в поле, стоит подумать, а хорошо ли ты натренирован для бега :⁠‑⁠X