Яма

С этих пор я верю, что не теперь, не скоро, лет через пятьдесят, но придет гениальный и именно русский писатель, который вберет в себя все тяготы и всю мерзость этой жизни и выбросит их нам в виде простых, тонких и бессмертно-жгучих образов.
(с) А. Куприн, "Яма"

Удивительный пример метапрозы. В разговоре своих героев, Куприн сказал четко и ясно, зачем он написал эту книгу. И честно говоря, получилось именно так как и в этой цитате -- все тяготы, вся мерзость этой жизни в виде простых, тонких и бессмертно-жгучих образов здесь! В этой самой книге. Наивная я, думала, что попадусь в очередную либо гламурную историю как "Бель де жур", либо стереотипную драму a la "бедная я, несчастная, какой же мир жестокий и мужики козлы, покупают нас как товар, а еще я беременна". Но нет же, гений Куприна заключается в том, что он не заострял внимания на драме. Ее там попросту нет. Вместо этого он показал трагедию, вечную трагедию, которая и через 100 лет так же актуальна и остра, как и, скорее всего, 100 лет до того, как книга была написана. Не было истерик, не было драм, не было жесткого секса или жуткого насилия. Было нечто более болезненное - была обычная жизнь. Обыденная. Как всегда. И были трагедии людей и трагедия общества, не напоказ, а где-то там вглубине; не открывающиеся первому встречному, иногда не открывающиеся вовсе, не кричащие о себе, но от того еще более жуткие.

Мне было страшно читать эту книгу, ведь то, что показано в ней - оно и сейчас. Разве не знакома обществу проблема о сексуальном рабстве, особенно нам, девушкам из Восточной Европы? Пугающие документальные и художественные фильмы. Сводки в новостях о работе международных служб, пытающихся прикрыть преступные организации. А ведь было это и тогда: целый вагон женщин на продажу под "опекой" вполне приличного еврейского мужчины, который как ни в чем не бывало беседует с вполне обычными людьми.

Или же жгучий интерес посмотреть, а что это за зверь такой - настоящая проститутка? Да еще докапаться - как же она, бедная и несчастная, попала в такую жуткую передрягу. А если повезет - так совсем спасти ее, вытащив из этого болота. Честно говоря, было и у меня такое желание посмотреть на проституток, поговорить о жизни, да и что душой кривить - до сих пор есть, иначе бы, наверное, не читала. Думаю, что многих преследует это - не воспользоваться услугами, а просто посмотреть и поговорить. Было страшно увидеть такое же желание у знаменитости Равинской и ее друзей. Вроде бы безобидно, но жестоко, будто бы это зоопарк. И настолько знакомо.

Или же русское студенчество. Учеба днем, а вечером и ночью - посиделки с пивом, коньячком или же вином да задушевные разговоры о философии, науке или о любой другой "высокой материи". И доблестные, честные порывы изменить мир, спасти человечество от грязи, быть самому самым настоящим героем. А потом пуститься по зову души и сделать то самое Глобальное Доблестное Творение, не понимая самого простого - ответственности и настоящего труда. Эх, нравились мне рассуждения Лиханова. Нравился мне его порыв. Нравились мне их посиделки да и жизнь как таковая - напомнило мои подростковые посиделки со знакомыми студентами и вечера на всероссийских олимпиадах. Напомнили о России. Честно говоря, эти юношеские порывы изменить "грязный" строй довольно-таки универсальны, что в России, что в Америке, что в Индии многие молодые ребята из слоев академии хотят все поменять. Только не понимают молодые люди, что играются с судьбами людей, что могут поломать их жизни. Для них это игра, эксперимент, как для Лиханова, а для их "игрушек" это возможность, новая жизнь, мечта или же надежда. Страшно осознавать, что то, что я знаю не понаслышке, попробывав на своей шкуре, было практически так же и 100 лет назад. Неужели ничего не меняется, кроме декораций?..

"Яма" - это книга не о проститутках, а о проституции как жестком и лицемерном явлении общества. Торговля телом, стыд и гнусность мужчин, пренебрежение и отвращение женщин, а главное лицемерие со всех сторон было, есть и будет всегда.

Дальше...

Куприн не осуждает и тихо призывает читателя не делать этого. Он просит задуматься не только об этом пороке человечества, но и о нашей "чистоте", о наших нравах, о нашей лжи. Действительно, мы ничем не лучше. Мы хуже, ведь по-крайней мере там есть правда, а мы, творя зло, прикрываемся плетом этикета и порядочности.

Я не могу назвать главных героинь романа проституками. Мне было жалко их. Мне было больно за них. Проститутка - это предмет: в общественном сознании они не люди. Хоть и пытаются писатели, режиссеры показать человека, но получается лишь история. Без лица. В "Яме" же Куприну удалось сделать чудо: он показал людей, не проституток или же их истории. Женя, с ее злостью и ненавистью, которой выпала слишком горькая карта еще когда она была ребенком, которой хотелось только одно - мстить. Но она смогла простить. Любка, наивная как ребенок, изобретательная, креативная, которой Судьба дала шанс, а потом выбросила как шавку на помойку. Тамара, образованная и хитрая, но ответственная и действительно любящая. Они не проститутки, они люди. Но словами Жени:

Лишь только один человек заметил людей в них. Только один человек заботился, уважал и любил. Только один. Платонов, который не осуждал и был всегда рядом. Наверное, один из самых сильных и нравственный персонажей, которых я встречала в литературе. Странник в поисках правды, философ в поисках счастья. Он пытался понять, разобраться. Пытался помочь. Но конец был близко. И не совсем счастливый.

"Яма" заставила задуматься о вечности многих плохих явлений и человеческих черт. "Яма" хоть и была спокойной, сдержанной книгой, вывернула душу и скрутила сердце. "Яма" оставила без надежды и с глазами, полными слез. Но я не жалею. Мне больно за людей, за персонажей. Но я благодарна, потому что выпал мне счастливый билет по жизни, потому что:

И потому что те душевные страдания, через которые прошла, читая книгу, живя с героями, необходимы для того, чтобы стать лучше, благороднее, честнее и что самое главное - не осуждать людей или пользоваться ими в минуты слабости, а пытаться понять и помочь, как делал Платонов.

Прежде чем начать писать рецензию хочу выразить огромную благодарность nevajnokto за прекрасную рецензию, которая вдохновила меня взяться за прочтение этой книги.

"Яма" - очередное произведение Куприна, после прочтения которой я еще раз убедилась, как же все-таки люблю я этого автора.

Куприн именно из тех писателей, кто, на мой взгляд, никогда не осуждает.
Казалось бы, куда ниже может опуститься женщина? Что может быть противнее и хуже, чем продажа собственного тела? Но это только взгляд на внешнюю сторону. А если проникнуть глубже? Если подумать, поинтересоваться? Ведь и у каждой из героинь "Ямы" тоже были мечты, каждая из них когда-то была чиста и невинна, и, быть может, каждая из из них мечтала о единственной в жизни чистой и настоящей любви, о создании семьи, о детях.

Особо сильное впечатление на меня оказала Женя.
Казалось бы, такая злая, грубая, дерзкая и гордая девушка. Но это только снаружи. Внутри же у нее живет маленькая беззащитная и хрупкая девочка, которую любая мелочь может заставить плакать. Да достаточно просто вспомнить момент, когда перед ними выступила с песней Елена Ровинская. Как она зарыдала, как она упала на колени перед артисткой. Просто она привыкла прятать все в себе. Быть грубой - для нее это какое-то определенное средство защиты от людей, от мужчин. Ей пришлось стать такой. Она возненавидела весь мир, ей все противно, все наскучило. Будущее она видит серым, неинтересным. И это при том, что ей всего-то двадцать лет. Но разве может читатель осудить ее? Ее, которую в десять лет собственная мать продала в рабство.

Или же Люба, которую любимый человек обманом сослал в публичный дом. Такая глупая, такая наивная. Настолько наивная, что ею сумели воспользоваться во второй раз. Но и ее осуждать рука не поднимается.

Я читала большое количество книг на эту тематику, но ни в одной не увидела того, что есть в "Яме".
Куприн не осуждает ни одну из своих героинь, наоборот, он пытается защитить и оправдать их. Он осуждает общество, он осуждает мужчин, которые так жадно пользуются этими грязными услугами, которые ни в коем случае не позволят уничтожить эту мерзкую "профессию".

"Яма" - это не грязное произведение, не осуждение, не способ унизить публичную женщину. Это попытка показать все стороны жизни этих женщин. Это проникновение в души несчастных, в обстоятельства, которые заставили их сделать неправильный шаг.

«Яма» Александра Ивановича Куприна — честная, тяжёлая и до сих пор неудобная книга. Это роман не столько о проституции в России конца XIX — начала XX века, сколько о системе, которая перемалывает людей, а затем делает вид, что она тут ни при чём. А.И.Куприн не морализирует — он просто указывает на место, куда «порядочное общество» предпочитает не смотреть. А там — не порок как экзотика, а повседневность: усталость, страх и медленное стирание личности.

Читать эту книгу неприятно, потому что вновь ясно осознаёшь: торговля женским телом уже тогда превратилась в огромную, отлаженную империю. Она была выгодной, легализованной и социально принятой — и, увы, остаётся актуальной до сих пор, и механизм будет существовать, пока существует человечество. Картина, открывающаяся перед читателем, крайне мрачная: слабо развитая медицина, грязь, нищета, малообразованность и откровенно скотское отношение к женщинам, которых используют для удовлетворения потребностей, не признавая за ними человеческого достоинства.

А.И.Куприн не романтизирует героинь. Они не «падшие ангелы» и не символы греха. Это обычные женщины, у которых почти не было выбора. Их судьбы разные, характеры живые — иногда резкие, иногда трогательные, — и от этого особенно больно. Автор смотрит на них не сверху, а прямо в глаза, что для литературы начала XX века было редкостью и смелостью.

Мужчины в романе — отдельная тема. Большинство из них либо лицемеры, либо потребители, либо благопристойные наблюдатели, которым удобно не вмешиваться. А.И.Куприн здесь безжалостен: «грех» общество вешает на женщин, но при этом само получает выгоду.

«Яма» — это социальная и нравственная пропасть, в которую люди попадают, оставаясь формально «приличным» человеком. Книга оставляет тяжёлый и гнетущий осадок. Читать её стоит не ради удовольствия, а ради понимани и честности с собой и с миром.

Мой телеграмм канал: abookadaykeepsrealityaway

Очень тяжелая книга. Лучшая у Куприна. Его повесть "Впотьмах" до этого была безоговорочным фаворитом для меня. Сейчас тоже остается особенной болью - яркой, сильной и пронзительной. Но здесь другое. Не поставлю ей высший балл, только из-за убеждения, что книги на 5 подразумевают перечитывание. В Ямки я никогда не хочу возвращаться. Но эти судьбы - женщины, девочки, растоптанные и разбитые, будут жить в моей памяти. Они - те, о ком не принято говорить и писать. Горизонт (или как там его имена), продававший своих жён в подобные места. Лихонины и Соловьевы, протягивающие им руку помощи, чтобы затем больней оттолкнуть. Хотя их профессия чересчур взрослая, а всё же они именно дети. Наивные, неведающие многого в жизни, легко увлекаемые и поддающиеся обману. Почему-то очень твердо запала в памяти сцена трапезы (на самой заре книги), описание обеденных блюд и гастрономических вкусов девушек... Горечь и боль.
"...ей в ее яме гораздо лучше, чем нам в нашей..."

Книгу слушала второй раз.
Содержание почти не помнила, поэтому книга воспринималась как новая.
Произведение о публичных домах, в основном об одном, но и другие описываются тоже. Вообще на фоне жизни героев описана огромнейшая проблема, которая актуальна и по нынешний день. Что делать таким девушкам, как вырваться из этой ямы, как в нее не попасть? И яма глубокая и черная, на тех, кто там находится, как на людей вообще не смотрят. Товар он и есть товар. И все это написано красивым языком.
Книга в этот раз (судя по прошлому отзыву) воспринималась мною намного лучше. Думаю, что в том числе и по тому, что слушала другую аудиоверсию.
Безусловно Максимов, в исполнении которого я слушала прошлый раз, мастер своего дела и прочел ее очень хорошо, но в этот раз я слушала в исполнении Шатрова и Кожевниковой. И это был почти спектакль. Мужчины читались Шатровым, женщины Кожевниковой и у них это получалось естественно и замечательно!
И их исполнение заставило книгу читать не "отрешенно", а сопереживать девушкам, жалеть их, вообще быть внутри книги.
Язык + исполнение сделали свое дело, не смотря на то, что все эти проблемы я знаю, саму книгу слушала, проглотила книгу залпом.

Книга, пропитанная едкой горечью, и послевкусие от нее неприятно оседает пылью где-то в душе: как же так, разве может быть такое? Это не просто грехопадение отдельно взятых женщин, это самое настоящее их убийство — и эта мысль красной нитью прошивает все повествование. Можно много говорить об авторе, о том, каким чудом он издал книгу, которая раскрывает столько страшного и по-человечески жуткого, но все это было сказано уже до меня — я буду говорить на языке эмоций.

Когда я говорю про человечески-жуткую составляющую повести, я именно это и вкладываю в слова: это кошмар, порожденный человеком, и лишь человек продолжает его подпитывать. Не пороки проститутки рождают ее, но человек, который свои собственные желания поставил выше нее — и этому человеку нет ничего, он живет дальше. Но женщина, девочка — а все они так и остались маленькими девочками, как не раз говорит нам Куприн, — она падает в эту яму, из которой нельзя вырваться, как ни старайся. И эти девочки — лишь жертвы, которые просто не знают иной жизни, и их спасти нельзя: уличная собака никогда не забудет прежней жизни, даже если будет спать на мягкой перине, и всегда она будет помнить о своей свободе.

Так и эти девушки Анны Марковны: они думают, что здесь свободны, что условия их — райские. У них ведь не пятьдесят копеек за ночь, как в соседних домах! И это страшно в Яме: бюрократия прикрывает весь ужас, скрадывает его за приличным фасадом.

Я не очень хочу говорить про героев — для этого потребовалось бы слишком много времени и пришлось бы снова влезть в бездну негативных чувств. Но, сравнивая Горизонта и Лихонина, невольно задаешься вопросом: кто здесь страшнее? Зло неприкрытое или скрытое за маской благодетели? Зло осознанное или же поспешно-ошибочное причинение добра? И если уж рассуждать здраво, то лучше избегать Лихониных: нет ничего страшнее слабого душой человека, который играет чужими жизнями.

Едко, горько, обидно и досадно — за всех и за все, что есть в повести. И самое главное — гадко от человеческой натуры.

Отдельно хочу сказать про слог Куприна: как же тяжело давались первая часть и все описательные эпизоды! Через язык приходилось продираться, но вот диалоги и общая суть того стоили, но первые страниц сто хотелось бросить книгу и больше не открывать: там мы еще не успеваем познакомиться с девушками, поэтому не знаем, что дальше будет интереснее.

С раннего детства нас приучают на уроках литературы к мысли о прекрасной России прошлого с вишневым вареньем в вазочках, платьями с кринолином, охотой на куропаток и, главное, высокоморальными героями, не терпящими ничего прошлого и не марающими руки в грязи. Единственный, кто разрушает эту благолепную картину - это, пожалуй, Достоевский. А все остальные с первого и до одиннадцатого класса внушают нам идею, что до Революции люди были все прекрасны, а нам до их уровня расти и расти...

А потом мы выходим в мир и знакомимся с классикой, что называется, «для взрослых» и вся позолота начинает не то чтобы совсем отваливается, но как-то блекнуть. Оказывается, и в высокоморальной Российской империи были свои бубоны на теле общества, одним из ярчайших из которых являлась проституция.

Куприн для меня - в первую очередь мастер малой формы. И роман «Яма», как это не парадоксально, помогает этому его таланту раскрыться на полную мощь. Ткань повествования сплетена из историй разных падших женщин : тут и Любка, чья история могла бы быть похожей на судьбу Элизы из Бернард Шоу - Пигмалион. Пьесы , и мстительная, обиженная на весь мир Женька, и таинственная дама Тамара, и многие другие проститутка, у которых отняли все, вплоть до собственных имён. Своим тонким, живым языком автор описывает их страшную, грязную жизнь и показывает, насколько на самом деле в феномене проституции виновато в первую очередь общество и почему общество с ней не борется, а если и борется, то как-то неэффективно.

Роман обязателен для прочтения всем морализаторам, побоникам чести, ведь именно им по сути и адресовать писатель свое бессмертное творение.

Все-таки даже для классических произведений тоже есть своё время. Прочитай я "Яму" в школьном возрасте, практически уверена, что понять этот роман так, как понимаю его так, как сейчас, мне бы не удалось. Поэтому в моих воспоминаниях о школе Александр Куприн остался автором "Олеси", "Поединка", "Гранатового браслета". А информация о том, что в русской классической литературе есть полноценный роман о борделе и ночных бабочках совершенно прошла мимо в те годы.
Потом это, конечно же, стало известно, но до самой повести руки никак не доходили. И, если бы не рецензия к современному зарубежному роману с обвинениями в плагиате на Куприна, возможно ещё долго бы не дошли. Но тут мне повезло.

Не повезло с другим. В современно мире, где данной теме посвящено в том или ином виде множество романов, этот чем-то удивить или впечатлить уже не может. Потому что всё это гораздо более красочно и ярко было рассказано другими писателями. Тем же Фейбером, например.
Но зато не может не впечатлять то о каких годах идет речь и когда это было написано. Неудивительно, что для своего времени роман считался очень скандальным. Ведь в то время невозможно было даже вообразить, что писатель может рассказывать историю из жизни куртизанок без прикрас раскрывая детали того, как именно женщины доходили до такой жизни и какой трясиной затягивала она тех, кто хоть ненадолго в неё попадал. Потому что сменить жизнь, где ты вынужден торговать своим телом, но зато можешь спать до обеда, есть сладости, покупать нарядные платья и не утруждать себя тяжелой работой на ту, где ты с раннего утра до вечера работаешь за то, чтобы просто прокормить себя и добиться возможности отложить хоть немного — для слабой и отчаявшейся натуры невозможный вариант.
Вот и бьются мотыльки, притворяющиеся бабочками, кто-то пытается вырваться и обреченно возвращается, признавая поражение; кто-то наполняется такой злобой и отчаянием, что готов уничтожить всех, лишь бы отомстить за то отношение, которое они получают к себе.

Много внимания уделено и мужчинам, которые входят в двери этого дома. Добропорядочные отцы семейств, скопившие копеечку, чтобы отдаться пороку; молодые юнкера, только открывающие для себя мир женщин; студенты, строящие из себя то, чем быть неспособны.
Александр Иванович не щадит никого и беззастенчиво обнажает самое неприглядное в героях.

Почему же такая оценка, а не выше?
В первую очередь из-за того, что лично для меня эта книга уже опоздала. Да, именно сейчас я могу понять её лучше чем раньше. Но, в то же время, когда уже прочитано несколько более ярких и подробных романов, посвященных этой теме, именно этот смотрится очень сглаженным и недостаточно смелым. А во-вторых, совершенно не понравилось снисходительное отношение Куприна к женщинам. В романе я не могу вспомнить ни одного персонажа, которому можно было бы симпатизировать. Если не глупые, то озлобленные, если не черствые, то ленивые. И многократно подчеркивается, что шанса выбраться у женщин нет и практически прямым текстом говорится, что многого от женщины ожидать не стоит.

В целом, я бы сказала, что в старших классах или в возрасте около 20 лет этот роман может быть хорошей ступенью к тому, что ждет впереди. И послужить экскурсом не в то, что было где-то далеко, а в собственное прошлое.

Я почему-то не ожидала от Куприна такой глубокой проработки темы. Номинально «Яма» — всего лишь повесть, но автор подошёл к делу прямо-таки системно, с разных сторон. Читатель едва ли не поселяется в известном заведении Анны Марковны, привыкает к тамошнему распорядку и более-менее коротко знакомится с «барышнями» и обслугой. Но в то же время успевает многое узнать и о постоянных посетителях Ямы, и о воротилах этого прибыльного бизнеса, и даже о самом механизме его работы. Мало того, что нам приходится внедряться чуть ли не в каждого персонажа (Куприн, конечно, мастер описывать чувства людей), так мы ещё получаем возможность узнать, что думают об узаконенной проституции представители самых разных профессий и сословий. Ужасно жалко, что это не роман, хотя, наверное, если бы автор развил побольше сюжетных линий, мы бы из этой ямы век не выбрались. Меня лично после прочтения сильно качнуло в сторону феминизма, сутки в норму приходила. Увлекательная история, колоритные герои, прекрасный язык — всем рекомендую.

Без прикрас, без заискиваний, без обеления или, наоборот, излишнего очернения той и другой стороны рассказывает Куприн о жизни одного публичного дома в Ямской слободе. Попросту — в Яме. Содержит заведение Анна Марковна, солидная дама, бывшая проститутка, обитают там девушки самого разного возраста, характера и склада ума, посещают его самые разные мужчины: студенты загульные, чиновники серьёзные, семьянины добропорядочные, солдаты, врачи, учителя, судьи...
В романе нет общего сюжета, это скорее сборник зарисовок о проституции как явлении, с размышлениями автора, с россыпью персонажей, не только, впрочем, самих проституток, а ещё и других, тех, кто тем или иным образом оказался связан с ними. Вот знаменитая актриса, дама в мехах и золоте, и её шумная компания, от скуки решившие заглянуть на дно мира, в публичный дом, в Яму, чтобы ужаснуться и вернуться потом спокойно в свою сытую, богатую жизнь. Вот весёлые студенты, нередко кутящие у Анны Марковны, и внезапно один из них воспылал вполне искренним сочувствием к бедным девушкам и решил помочь им — хотя бы одной, — спасти, вытащить. Вот случайные любовники проституток, а то и те, к кому они испытывают сильные, серьёзные чувства, вот мальчишка, совсем ещё юный и желторотый, решивший в первый раз познать женщину.
Галерея образов и сюжетных линий. И самая сильная из них, пожалуй (не столько по накалу чувств, сколько по глубине проработки) — история с Любкой, простой и довольно глупой девчонкой, которую вызволил из публичного дома студент Лихонин. Лихонин полон благородных помыслов, великих идей — как он научит Любку писать, читать и считать, подыщет для неё квартиру и дело, как будет любить её братской любовью и жить с ней бок о бок, словно с дорогой сестрой... Только вот все высокие чувства Лихонина разбиваются о его же банальную похоть. А ещё о глупость и ограниченность самой Любки.
Да, Куприн не льстит своим героям, не пытается нарисовать глянцевые картинки вместо живых людей. Проститутки у него разные, и рядом с умной Тамарой, хищной и своенравной Женькой есть глупышки вроде Любки, помешанные вроде Пашки, дикие совсем, необразованные, умеющие только соблазнять и жеманно хихикать... Куприн честен. Но девушек ни в чём не обвиняет, а лишь разводит руками и вздыхает горестно — да, они такие. А как им другими быть? Почти всех растлили ещё в юности (а то и вовсе в детстве), оторвали от семей и родных мест, лишили шанса чему-то выучиться, поместили в грязную и противную обстановку публичного дома. С малых лет став проститутками, они не умеют жить иначе, не знают, что иначе можно, и даже если подвернётся шанс уйти... этот шанс — не гарантия, что девушка не вернётся обратно. Им нет больше места в "нормальном" мире, они к нему не приспособлены, они лишние там... и, конечно, им никуда не деться от косых взглядов и шепотков за спиной.
Вся пустота и гниль этого наизнанку вывернутого мира, в котором женщины — не люди, а вещи — нашли самое полное отражение в Женьке. Она — умная, сильная, волевая девушка, она сумела бы добиться в жизни многого, и кому, казалось бы, как не ей рваться на свободу, расправлять крылья и лететь как можно дальше от публичных домов. И Женька, наверное, могла бы... но просто не хочет. В конце концов она лишилась сил, лишилась даже самой себя — мерзость вокруг всю её выпила, не оставив ни проблеска живого чувства. Не человек это стал, лишь оболочка человека, бессмысленный, не осознающий себя механизм. Её дорога неизбежно вела к одному... и не только её — всех, в конечном итоге. Немного преувеличивая (что вполне допустимо в литературе) Куприн показывает полное падение дома Анны Марковны — вслед за Женькой, в том или ином смысле, гибли другие... никто не нашёл счастья, никому не было спасения.
Тяжёлое, горькое чувство оставляет после себя роман. Он написан прекрасно — и даже рваная структура ничуть не сбивает с толку, не мешает проникнуться всем и всеми, потонуть в этой безнадёге, этой бездушности и мерзости с головой. Я бы посоветовала читать его всем, кто пафосно рассуждает о том, что проституция, мол, дело добровольное, это профессия, проститутки счастливы, зарабатывая таким образом на жизнь, они сами это выбрали и если б захотели — давно бы ушли... Сильнее всего безысходность слышится в словах Любви, брошенных Соловьёву, который, как будто искренне, хотел помочь ей, пришёл, как Лихонин, и протянул руку. Только вот нельзя поверить и взяться за эту руку, если столько раз обжигался. Нельзя просто захотеть и уйти. Нельзя просто по одному желанию выкарабкаться из затягивающей на самое дно Ямы.

А вот я вам скажу, что меня, когда мне было десять с половиной лет, моя собственная мать продала в городе Житомире доктору Тарабукину. Я целовала его руки, умоляла пощадить меня, я кричала ему: «Я маленькая!» А он мне отвечал: «Ничего, ничего: подрастешь».

Ведь все они, которых вы берёте в спальни — поглядите, поглядите на них хорошенько — ведь все они — дети, ведь им всем по одиннадцати лет.

... я — публичная девка! Понимаете ли вы, Сергей Иванович, это ужасное слово? Ау-бли-чная!.. Это значит ничья: ни своя, ни папина, ни мамина, ни русская, ни рязанская, а просто — публичная! И никому ни разу в голову не пришло подойти ко мне и подумать: а ведь это тоже человек, у него сердце и мозг, он о чём-то думает, что-то чувствует, ведь он сделан не из дерева и набит не соломой, трухой или мочалкой!