Заповедник

«Заповедник» Сергея Донатовича прекрасный экземпляр сатиры русских эмигрантов второй половины XX век. В повести Довлатов мастерски совмещает юмор на грани приличия с трагическим нарративом о творце и его пороках, конфликтах с близкими и связи с Родиной.

Довлатов ловко и почти незаметно совершает переход между комичным началом и развитием событий к печальным событиями, через проходит герой, и в то же время затрагивает мрачную судьбу жертв диссидентского движения.

Это повесть на рубеже художественного произведения и автобиографии автора, где он передает собственные ощущения в момент главного выбора писателя диссидента.

Это не первая прочитанная книга у автора и мне очень нравится подача и манера написания 

История Бориса, который устраивается в музей-заповедник А. С. Пушкина «Михайловское» (прототип сам Довлатов)

Описывается зачем и почему он оказался в этом заповеднике, какие невзгоды преследовали его на этом пути + семейная история 

Нам рассказывают истории экскурсовода, как он завлекает тех, кто приезжает в музей и интересуется или не интересуется жизнью Пушкина, ведь все люди разные и к каждому нужно найти подход + истории взаимоотношений с коллегами 

В книге нет ничего поучительного, нет наставлений, но это и есть ее главный плюс, она будет понятна и интересная читателю, ведь она повествует просто о жизни человека 

Присутствует юмор, как тонкий, который затрагивает разные аспекты жизни, так и «смех сквозь слезы»

К прочтению точно рекомендую 

P. S.

У книги есть экранизация 2018 года с Сергеем Безруковым в главной роли

Наивная я, думала, что здесь будет про работу в Михайловском. Но нет, классическое произведение о непонятом гении, постепенно спивающимся, страдающего от режима. Прибавим к этому, что жена с дочкой решили уехать в Америку. Вот насколько все плохо! Какой там заповедник…
Нет, о работе экскурсовода будет. Будут и подколы в сторону практически всех, кто встречается на пути нашего героя. Мне было обидно только в одном случае, когда колкости были в адрес Гейченко, создателя всего этого музейного комплекса. Основной смысл их был в том, что зачем он мечется и что-то выдумывает! Видимо нужно было спиваться как Борис.
Но текст ладно, автор писал о наболевшем, это его право. Добило меня послесловие, написанное другом автора. В данном случае он сравнивает Довлатова с Пушкиным! Вау. Основной критерий правда один. Как сосед Пушкина считал его столичной штучкой и обычным человеком, так и окружение главного героя не замечает, что он талант! Есть правда маленький нюанс. Пушкин к ссылке в Михайловское уже получил репутацию поэта, хотя мои любимые произведения были впереди. И теоретически, в его доме можно было услышать наброски его произведений, было тогда популярно читать на публике. Борис же не публиковался (халтура не считается) и людям о своей писательской профессии не говорит (насколько я помню, он говорил, что он корреспондент). Как окружающие могли догадаться о таланте? Читать мысли видимо нужно.

Ах, ну что за прелесть этот Довлатов! Мои впечатления выливаются в одно слово – восторг! «Заповедник» - фантастический коктейль из прекрасного русского языка, блестящих шуток, неординарных персонажей. Рассказанная автором история не просто серьёзна, а трагична. Отчаявшийся от безденежья, непризнания, семейных неурядиц герой устраивается на работу в Пушкинский заповедник. Вроде бы иные декорации, незнакомые люди, новая работа, а значит, и другая жизнь? Но попытка убежать от проблем провалилась: куда бы ты ни шёл, ты берёшь с собой себя. У Бориса всё завертелось по прежнему кругу: выплывшие из прошлого «как бы приятели», водка, обострение семейной ситуации… А над всем этим – будоражащие сердце воспоминания, яростная, мучительная любовь к жене и щемящая русская тоска не совсем русского мужчины, круто приправленная философским юмором.
Книга однозначно не для тех, кто строго делит мир на плохое и хорошее. В любой темноте найдутся светлые места, а белое в один момент может обернуться чёрным. Довлатовский «Заповедник» - тёмная зона со светлой душой. Или наоборот?

Очередная книга от Довлатова и снова всплеск эмоций , и снова восторг . Я просто поражаюсь тому , как он умеет проводить параллели , как умеет преподнести актуальные темы настолько завуалированно , что "комар носу не подточит". Вроде бы человек описывает просто определенный период своей жизни , не очень удачно сложившийся , а между тем раскрывает проблемы эпохи , кровоточащие раны, незаживающие язвы.

Заповедник .... даже само название книги двусмысленное . Места обитания великого поэта , музей , история , экспонаты . А с другой стороны люди - обитатели этого заповедника , среди которых , как сам автор пишет , ни одного нормального человека не встретишь , все со странностями . Читая события тех далеких лет , находила столько всего знакомого , которое совсем рядом, в окружении .

Спасибо Вам , дорогой автор , любимый Довлатов, за то , что дали понять , что мы все живем в таком же заповеднике .....

Кажется, у меня появился новый претендент на звание любимого автора.

Довлатов меня удивил. То есть я много слышала и об его стиле, и о манере изложения, и о чем он вообще пишет. Я заглядывала то в одну, то в другую книжку, читала отрывки, цитаты и понимала, что скорее всего мне это понравится. Если только не оттолкнет общая тема произведения. Но почему-то все никак не читала полностью. А тут села и запоем за один вечер.
Вообще удивительное чувство после его книги. Обычно, когда читаешь что-то, что тебя впечатляет, ты какое-то время испытываешь натуральное книжное похмелье (ага, какая ирония, привет главному герою-алкоголику) и читать что-то другое тебе не хочется. Надо, чтобы мысли переварились и уложились в голове в какой-то осмысленный отзыв-впечатление, вплелись в твою картину мира, и только потом ты начинаешь испытывать желание взять в руки какую-то другую книгу.
А если такого книжного похмелья нет, это может означать то, что либо книга не твоя, не зацепила, ты ее не понял, либо там и понимать-то было нечего.

С Довлатовым все иначе. Поначалу непривычно читать такой текст, похожий не то на поток сознания, не то на байку, не то на диалог с самим собой. Пожалуй, на байку больше всего. Потом привыкаешь, втягиваешься, читаешь уже быстрее, отвлекаясь только на то, чтобы пометить особо зацепившие места. И поэтому чтение книги напоминает скорее разговор с этим самым бывалым писателем, который двадцать лет пишет рассказы, а их не публикуют. А после разговора с другом книжного похмелья не бывает.
И ты вроде действительно прочувствовал книгу, проникся той атмосферой советского курорта, даже захотел освежить в памяти что-то из пушкинской прозы, а то и с биографией полностью наконец-то познакомиться. Но нет, нет этого чувства книжного похмелья, потому что философия Довлатова преподносится в такой естественной форме, без заумностей и междустрочного смысла. Она просто говорится как есть, ложится на душу и действительно резонирует с чем-то, если не из твоего личного опыта, то точно с чем-то из опыта твоей родни, знакомых, с чьими-то россказнями, воспоминаниями и прочим, прочим, прочим.
Вот не люблю я советскую литературу с ее поучительностью-наставительностью еще со времен школьной принудиловки, а Довлатов зашел просто на ура. И насмешил местами, и заставил задуматься, и читался просто на одном духе. И будет прочитан весь, и возможно даже не раз...

Остался не понятым. Усилия потрачены впустую. Старания объективно, насколько возможно, выстроить свое мнение не привели к результатам. Присматриваюсь к тексту — не вижу. Прислушиваюсь к мнениям — не слышу.

Глубоко наплевать на его диссидентство, на его политические пристрастия, на то заставили или сам уехал за «розами в кабине роллс-ройса» , на всё это — наплевать. Будь он хоть бомжом с бутылкой паленой водки, размазней сопливой или борцом за право собственного творческого самовыражения. Обсуждение его личности в таком ключе сродни копанию в грязном белье. И лишь косвенно затрагивает его произведения. Важно то, ЧТО он писал. А не то ГДЕ и КАК: на луне, на горбу верблюда, на листах карманной записной книжки, возливая горючее. Смотреть нужно не на него. Смотреть важно на текст.

Довлатовскому стилю, почитаемому даже среди квнщиков, приписывается ироничность. Нельзя сказать, что её в «Заповеднике» нет. Но те осколки, что присутствуют, можно поймать на каждом застольном собрании в рядовой компании отпрысков советского союза. Гоголь, Салтыков-Щедрин — вот те гениальные писатели, которые могут рассмешить сквозь слезы. Но не Довлатов, увы.

«Заповедник» напоминает незавершенную картину, которой еще не хватает яркости и самобытности. Ха, когда приводятся аргументы этой самобытности, можно услышать, что Довлатов все слова в одной фразе начинал с разных букв, тем самым создавая «воздух в прозе». Какое-то извращенное понятия о том, что должно служить стилистическими изюминками, по-новому раскрывающими прозаическое произведение.

«Ссорятся люди от полноты жизни». А пьют, точно говорю, от скуки! Можно поднять проблему алкоголизма до трагических мотивов, говоря, что алкоголь помогает забыться в прогнившей действительности. Но всё это — трёп. Оправдание собственной деградации. Но даже основываясь на буднях алкоголика можно сделать литературный шедевр. Можно ведь.

Удивительно, что многие, кому Довлатов симпатичен, не помнят его текстов. Тогда как действительно стоящее произведение оставляет отпечаток в памяти, даже если почти всю книгу пришлось в недоумении прохлопать глазами. Одно это уже вызывает подозрение. Быков, в своей разгромной статье говорит: «...хор обывателей, по-моему, — самая горькая участь, которой может сподобиться писатель в России». Быков приписывает хору обывателей феномен популярности довлатовской прозы. Загвоздка в том, что Довлатова читают не только и не столько обыватели, а люди довольно образованные. Читают и любят.

Между мной и Довлатовым — пропасть. Он писатель своего времени, не выходящий за его рамки.

Смешная и горькая, ироничная и грустная книга , где о всех бедах рассказывается с юмором. Музей Пушкина, экскурсии, совершенно разная публика. Но Довлатов обо всех людях пишет с сочувствием и любовью. Всех он прощает. Целый полк экскурсоводов, знатоков Пушкина окружили гения своей любовью, будь он жив, ему среди этой любви пришлось бы туго, они говорят о нем , будто имеют право на его мысли, они несомненно любят ''наше все'', но не задумываются о нем.
Довлатов же напротив, склонен к размышлениям, не только о Пушкине, вообще, как говорится, с детства имел наклонности к мышлению.

Бесконечная любовь к людям, всепрощение, добрый юмор.
Прекрасная книга.

Я сел у двери. Через минуту появился официант с громадными войлочными бакенбардами.

— Что вам угодно?

— Мне угодно, — говорю, — чтобы все были доброжелательны, скромны и любезны.

Сергей Довлатов «Заповедник»

Кто живет в мире слов, тот не ладит с вещами.

«Заповедник» Довлвтова всегда вызывал у меня противоречивые чувства. Живые образы, ироничный стиль, множество эпизодов, вызывающих улыбку – книгу не закроешь, прочитав всего несколько страниц. С другой стороны - постоянное ощущение пустоты, которое кроется за всем этим ярким фасадом. Довлатов из всего мог сделать рассказ, жизненную зарисовку, литературный анекдот. В первую очередь я вижу в его произведении внешнюю сторону – надо сказать очень тщательную прописанную. Чего только стоит его шлифовка предложений – все слова начинаются с разных букв, повторы безжалостно изгоняются.

Герой в достаточной степени автобиографичен. Пушкинские горы, творческие поиски, желание творить, многочисленные препятствия.. Борис честно показывает жизнь с ее изломами и поворотами. В итоге - все верно, но принять героя со всем его самоуничижением мне мешает нота самолюбования, которая проскальзывает в повести. Почему-то вспоминается Венечка с его кругами ада – там как раз и есть какая-то абсолютная честность с полным выворачиванием наизнанку. А герою «Заповедника» стоило хотя бы признаться себе, что семья для него настоящего значения не имеет. Разговоры ведутся, переезд обсуждается, но если посмотреть внимательнее – где же в его жизни семья? Я ее просто не вижу. Есть отдельные люди, которые сошлись на каком-то отрезке, а сейчас их пути расходятся – надо просто это признать. Мы читаем о спорах с женой – столкновение мира художника и неприглядной реальности. Дочка почти не присутствует, несколько упоминаний и все.

Я верю, что герой будет защищать Пушкина, кричать и доказывать, сражаться за своего поэта. Но! Свою семью он так защищать не будет. Нельзя сказать, что это плохо или хорошо. Это реальность художника, которая не сочетается с миром, в которой существует ломбард и рваные колготки. Жена и дочь уедут, а герой будет и дальше идти к своему большому произведению, уже в одиночестве. Здесь герой в какой-то мере воплощает мечту автора - великолепный рассказчик Довлатов все время стремился к какому-то большому произведению, объединял рассказы в повести и мечтал о романе. Может герой в какой-то из реальностей перешагнет этот рубеж, ведь каждый домысливает повесть по-своему.

- Успокойтесь, - прошептала Марианна, - какой вы нервный... Я только спросила: "За что вы любите Пушкина?.."

• Любить публично скотство!, - заорал я.

У ограды фотографировались туристы. Их улыбающиеся лица показались мне отвратительными.