Шум и ярость. Свет в августе. Осквернитель праха

Действие в романе происходит на юге США, в 30-е годы 20 века. Америка у многих ассоциируется со свободной страной и страной с равными возможностями. Но, написанное на бумаге, не всегда приживается в реальной жизни. В 30-е годы темнокожие американцы, несмотря на свои равные права и свободу, для многих "белых" оставались людьми "другого сорта", а тем более на юге страны. Это земля бывших плантаторов и бывших рабов; когда еще два поколения назад, одни повелевали другими. "Белые" чувствуют на этой земле свое превосходство, и при каждом удобном случае дают понять афроамериканцам, что они не равны.
В городе находят труп и начинается процесс против "темнокожего", Лукаса Бичема, его обвиняют в убийстве "белого" человека. Никаких расследований. Все итак ясно. Он — животное. Он виновен.
Пожалуй, тюремная камера сейчас самое безопасное для него место. Пойти против толпы, помочь ему, берутся два подростка и женщина преклонных лет; они в одиночку готовы выкопать тело, чтобы доказать невиновность. Они смогли сделать то, что не смел сделать ни один мужчина в городе. Выходит, расовая нетерпимость возможна даже в самой свободной стране в мире...
На мой же взгляд, глупо судить о человеке по его цвету кожи или национальности. Доброта, порядочность, честность и достоинство— качества человека, а не расы.
"Осквернитель праха" - это мое первое знакомство с творчеством Уильяма Фолкнера и, как показала практика, вполне удачное. В романе Фолкнер описывает не конкретный эпизод расового притеснения, а стиль и образ жизни американского юга того времени. Мальчик Чик, помогающий Лукасу Бичему, представитель нового поколения, который делает выбор не в пользу старых предрассудков, а отдает предпочтение справедливости, нравственности и гуманности.
Роман вышел в свет в 1948 году, а еще через год его экранизировали.

Что бы было со мной, если бы я читала Фолкнера не весной? (у нас март как по заказу - каждый день хочется брать в руки баллончик с краской и расписывать стены первоцветами).

Южная готика, откровенная, неприкрытая реальность, повышенная маргинальность - мать, которая "завела семью в ночь на субботу", белый человек с кровью чёрного, падший проповедник, типичный растлитель, убийство, жара, пожар, неразделённая любовь, проблемы равенства, рас, пола. Особенный ритм повествования, о прилагательных и приложениях которого можно написать диссертацию, связанную с поэтикой языка. Ни одного простого для восприятия предложения - нагромождения конструкций, косные, странные, тёмные образы, угловатые фразы и целые абзацы, ставящие в умственный тупик. Сложная эпоха, странные люди, живущие не мечтой, не жаждой счастья, а перетерпением трагедии каждого дня. Что-то светлое здесь может быть только раз в жизни - и таится в воспоминаниях, лелеется, постепенно погружаясь во тьму.

Сложно представить такую жизнь. А ещё мучительнее - прожить. Наверное, это и к лучшему, когда не понимаешь ни одного из персонажей, не можешь заставить себя сочувствовать и радуешься, что у тебя нет схожих мыслей и качеств - возможно, только отблесками, сиюминутно. Никакой самоидентификации, зато понимание законов общества переходит на новую ступень.

"В августе в Миссисипи есть несколько дней где-то в середине месяца, когда вдруг появляется предвкушение осени, когда приходит прохлада и сияние мягкого, блестящего света, как будто он явился не из настоящего, но из прошлых, старых, классических времен. Возможно, в нём есть фавны, сатиры и боги из Греции, с Олимпа. Это длится лишь день или два, и затем пропадает. Название напомнило мне о том времени, о сиянии, которое древнее нашей христианской цивилизации."

Темно, затхло и очень жизненно для целой эпохи - лучший роман на английском языке 20 века - и самый трудночитаемый, но полирующий каждый нейрон, мозговой импульс и мыслительное волокно "Свет в августе".

Читаешь этот роман и возникает ощущение, что идёшь под палящим солнцем в знойный летний день. А у тебя ещё множество важных дел, но ты уже одурел от жары и плохо соображаешь.
Не просто для восприятия, когда человек так говорит и тем более пишет.
Предложение начинается с одной темы, продолжается другой, третьей,… Дочитав до точки понять смысл, вспомнить с чего всё началось достаточно сложно – нить повествования уже потеряна. И для чего такие сложности? Можно приводить множество филологических терминов, но от того, что чему-то придумано название, суть не меняется.
Я всё-таки предпочитаю авторов, чей поток сознания оформлен в литературное произведение.