Степной волк. Игра в бисер

Способностью думать человек обладает лишь в небольшой мере, и даже самый духовный и самый образованный человек видит мир и себя самого всегда сквозь очки очень наивных, упрощающих, лживых формул – и особенно себя самого

В последнее время мне часто попадаются книги, центральной темой которых, является сампопознание, путь к себе, поиск собственного "Я", но "Степной волк" - оказалась одной из лучших! Она что-то затронула во мне, заставила отозваться. Удивительно, ведь в начале эта книга меня от себя отталкивала, не позволяла вчитаться, словно бы говорила, что она - не для меня и я ни за что ее не пойму, поскольку метания героя для меня совсем не близки. Он переживает с одной стороны из-за своей оторванности от реального, "мещанского", "буржуазного" мира, от того, что не может и не хочет принадлежать к нему, и все же его туда тянет, а с другой стороны, Степной волк оказывается не в ладах со своей "дикой", "животной" половиной. Тема вечная. Гениальные люди поднимаются выше "простых обывателей" и часто относятся к ним снисходительно, даже с некоторым презрением. Бывает, что гений подразумевает сумасшествие - сложно и почти невозможно вырваться за пределы обыденности, которая так довлеет над нами, самому обычному человеку. Гениальность требует полной отдачи. И так далее и тому подобное...
Сказать честно, мне, как самому простому обывателю, не стремящемуся дальше желаний иметь хорошую семью, детей, увлекательную работу, эти размышления-метания, несколько презрительное отношение к людскому копошению, были довольно-таки скучны. Читали мы уже про такое и не раз.

Но где-то начиная с середины книги, когда появляется идея множественности сознания, книга буквально меня захватила! Она предлагает совершенно другие пути и лекарства! Сейчас мысль о том, что в человеке живет не одно цельное "я", а множество их, совершенно разных, противоречащих друг другу - не нова. Болезнью это признается только тогда, когда эти личности постоянно борются между собой, по очереди "вылезая" на поверхность сознания (как тут не вспомнить футуристическую "Ложную слепоту" с Бандой?), когда человек не может контролировать себя, а для начала 20-х годов это, похоже, было самым настоящим откровением. Здесь я оживилась, читать стало легко и свободно и все более интересно. Главному герою не предлагали удалиться из мира в размышления, он не открывал новых истин, не делал гениальных открытий, он, находясь на грани самоубийства, встретил молодую девушку, которая и примирила его с этой глупой, суматошной жизнью. И это прекрасно! Ну а идея с "магическим театром" не для всех, а лишь для сумасшедших - просто шикарна! Дочитав, я уже не могла поставить что-то ниже 5-ки! Такое глубокое, многограневое, но по-настоящему близкое произведение... читая и перечитывая его, уверена, каждый сможет найти что-то и для себя, даже, если читатель - цельная и уверенная в себе личность ;)

Старых людей, которые уже умерли, не надо принимать всерьез, а то обойдешься с ними несправедливо. Мы, бессмертные, не любим, когда к чему-то относятся серьезно, мы любим шутку. Серьезность, мальчик мой, это атрибут времени; она возникает, открою тебе, от переоценки времени. Я тоже когда-то слишком высоко ценил время, поэтому я хотел дожить до ста лет. А в вечности, видишь ли, времени нет; вечность – это всего-навсего мгновенье, которого как раз и хватает на шутку.

Писать о книгах, которые являются не только высококлассными художественными текстами, но и описанием некоего мира, пусть нереального, но воссозданного с таким уровнем детализации, что с трудом верится будто это всего лишь фантазия автора, истинное мучение. Трудно выбрать, чему отдать предпочтение - художественной стороне произведения или мастерству демиурга. В этих заметках, призвав на помощь диалектический метод Гегеля с его тезисом – антитезисом – синтезом, я решил не отнимать хлеб у филологов, полностью сосредоточившись на Игре и ее современных воплощениях.

Тезис первый.
Человеческая культура регулярно проходит стадии подъема и упадка. Вот как описывает Гессе последнюю фазу. Излюбленными темами для публики становятся анекдоты из жизни знаменитых людей (типа, «Фридрих Ницше и дамские моды в семидесятые годы девятнадцатого столетия» или «Роль комнатных собачек в жизни куртизанок»). Газеты пестрят интервью, в которых известных актеров, балерин, спортсменов спрашивают о причинах финансового кризиса или раскладе политических сил. (Главное - сочетание громкого имени и актуальной темы). Любое событие, будь то смена владельца дорогой картины, пожар в старинном замке или скандал с отпрыском знатного рода, сразу же вызывает целый шквал публикаций и обсуждений.
Далее можно не перечислять. Достаточно оглянуться вокруг или заглянуть в телевизор, чтобы увидеть все признаки «фельетонистской» эпохи.
Но именно тогда, в качестве противоядия от всеобщего упадка и пессимизма, родилась идея Касталии – страны интеллектуалов, с ее духовной вершиной – Игрой в бисер.
Тезис второй. Суть игры.
«Под сменяющейся гегемонией различных наук и искусств Игра игр развилась до некоего универсального языка, посредством которого оказывается возможным выражать ценности духа в осмысленных знаках и сопрягать их между собой. Во все времена Игра была тесно связана с музыкой и в большинстве случаев велась она по музыкальным и по математическим правилам. При этом назывались одна, две, три темы, затем их разыгрывали, варьировали, развивая подобно теме фуги или музыкальной фразе концерта. Игра могла, например, отправляться от определенной астрономической конфигурации или от темы баховской фуги, от фразы Лейбница или Упанишад, далее же, в зависимости от намерения и способностей играющего, вызванная к жизни главная мысль могла развиваться и шириться или обогащаться в своей выразительности через отзвуки родственных ей представлений. Если начинающему удавалось, например, в знаках Игры установить параллели между классической музыкой и формулой физического закона, то у искушенного мастера Игра, начиная с исходной темы, развивалась свободно в безграничных комбинациях. Большой любовью у одной из школ Игры долгое время пользовались сопоставления, противопоставления и, наконец, гармонические сочетания враждебных друг другу тем или идей, например, закона и свободы, индивидуума и общности, причем особое внимание уделялось тому, чтобы обе эти темы или оба тезиса развивались на абсолютно равных правах, беспристрастно, и из тезиса и антитезиса в наивозможно чистом виде был бы выведен синтез.»
Тезис третий. Структура Касталии.
Касталия чем-то напоминает католический монашеский орден. Члены его дают обет безбрачия и аскетизма, всю свою жизнь посвящая изучению какой-нибудь области человеческой культуры, чтобы впоследствии перевести ее в систему универсальных знаков и включить в архив Игры в бисер. Но страна интеллектуалов – это также целая инфраструктура со своей системой обучения, в которую отбирают лучших учеников гимназий, селениями, библиотеками, архивами, коллегиями, магистрами и жесткой иерархией, включение в которую подразумевает полное отречение от всего личного и подчинение всей своей жизни высшим духовным ценностям.

Переходим к антитезисам.

Дальше...

Почему же Гессе, выстроив духовный идеал человечества, на протяжении книги несколько раз упрекает Игру в формализме и оторванности от культуры, которая, по сути, является ее фундаментом.
Антитезис первый. Еще раз вернемся к сущности Игры. Область искусства или науки переводится в систему универсальных знаков, чтобы затем найти аналогичные цепочки в других отраслях знаний или выстраивать ассоциации, позволяющие свободно перемещаться между строением китайского дома по Конфуцию, токкатой Баха и каким-нибудь решением нелинейного уравнения. Иными словами, если перевести гармонический строй сонаты шестнадцатого века в систему кодировки Игры, то она может совпасть с кодировкой метрических рядов латыни Горация.
Но универсальный язык – это и сила, и слабость Игры в бисер.
Артем Троицкий в свое время приводил занятный график, созданный авторами ресурса Overthinking It. Из него следует, что количество появившихся в тот или ной год рок-хитов имеет высокий коэффициент корреляции с количеством добытой в Америке нефти. Совпадение совершенно случайное, но, тем не менее, в рамках Игры и первый и второй графики описывались бы одной той же системой знаков, а значит, считались бы взаимосвязанными.
Антитезис два. Можно составлять партии по чисто формальным признакам, т.е. не выходя за рамки рядов иероглифов и совершенно не представляя стоящие за ними первоисточники. Главный герой романа - Йозеф Кнехт, наглядно продемонстрировал это, потратив два года на полное описание партии, которую он за пару дней сыграл в студенческие годы.
Антитезис три. Одним из главных смыслов человеческой культуры является творение нового. Но в Касталии на творчество, как таковое, фактически, введен негласный запрет. Игра всегда «посмертна». Она оперирует лишь с историей, уже созданным, замыкаясь внутри себя, постепенно превращаясь из Игры только в игру.

Теперь можно переходить к заключительной фазе – синтезу.
На самом деле, Гессе озвучил идеи, давно витавшие в воздухе: найти однозначные ассоциации между формами восприятия человеком внешнего мира - звуком, цветом, запахом, конструкциями мышления. Но он, почему-то, застрял в девятнадцатом веке – веке великих систематизаторов. Свести химические элементы в таблицу, объяснить ход истории сменой экономических формаций… Казалось бы еще немного и здание всеобщей гармонии наконец-то будет построено. Но, увы, двадцатый век начал с антитезиса – отрицания почти всего с таким трудом созданного, приступив к возведению своего храма науки, культуры и человеческих отношений.
Но, тем не менее, идеи Игры в бисер стали частью всемирного коллективного сознания и получили свое частичное воплощение.
Прежде всего, это поиски ассоциаций между цветом и звуком, особенно в начале двадцатого века. Георгий Иванов в мемуарных «Петербургских зимах» рассказывает о концерте в Санкт-Петербургском обществе внеслуховой музыки. (Описание этого поразительного зрелища вынесено в раздел Истории).
Другой наглядный пример – препарирование Андреем Белым поэзии Пушкина и прозы Гоголя. «Медному всаднику» посвящена его книга «Ритм как диалектика», а автору «Мертвых душ» - специальное исследование «Мастерство Гоголя».
В Касталии Белого точно бы произвели в Магистры. Не удержусь и процитирую отрывок из «Ритма…»:

Но наибольшего практического воплощения идей Игры в бисер в области культуры удалось достигнуть Владимиру Яковлевичу Проппу. Противопоставив в «Морфологии волшебной сказки» каждому сюжету свой знак и направление движения, он сумел свести все известные сказки к цепочкам символов. И на их основе решить задачу, над которой билось не одно поколение ученых – расклассифицировать все имеющиеся сказочные сюжеты.

Правда, следует еще упомянуть о влиянии идей Игры на бизнес.
Успех фирмы в современном мире зависит от количества инноваций. И как оказалось, большую их часть создают люди с дивергентным мышлением. Это мышление, прежде всего, предполагает способность быстро переключаться с одной проблемы на другую, легко усваивать и генерировать необычные ассоциации. Носители его, как правило, обладают знаниями в различных предметных областях, в том числе гуманитарных, и оперируют «широкими категориями», т.е. могут рассуждать на уровне самых общих понятий, затем конкретизируясь до рассматриваемой проблемы.
Самое интересное, как происходит процесс обучения этому мышлению. Менеджерам фирм на занятиях ставят задачи по возвращению с лунной поверхности на неисправном космическом аппарате, взаимодействию в команде «Формулы-1», успешному выживанию в средневековой Венеции… И как оказывается, приобретенные при этом навыки можно с успехом применять в основном бизнесе.
***
Итак, возможно ли полное воплощение Игры в бисер в нашей жизни? Отвечу: скорее – «да», чем «нет». И первым вариантом, наверное, будет Игра на уровне чувств, а не разума. Для этого потребуется самая малость – научиться подключаться к нервным окончаниям напрямую, дав, тем самым, возможность человеку моделировать любую реальность по его желанию. Прогнозы предрекают, что это случится не позже 2045 года.
Вот тогда и поиграем. :)

«Степной волк» Германа Гессе — книга о внутренней борьбе, одиночестве и попытке примирить в себе две противоположные сущности: человеческую и звериную.

Главный герой, Гарри Галлер, — интеллигент, почти пятидесятилетний мужчина, отрешившийся от буржуазного мира и от самого себя. Он живёт в разладе с самим собой и обществом, тоскует по утраченной культуре и ищет смысл в мире, где царит поверхностность. Одиночество, потеря интереса к жизни приводят его на грань самоубийства. Лишь случайная встреча с загадочной Герминой удерживает его от этого шага.

«Степной волк» — болезненное, но очищающее путешествие к самому себе. Гессе показывает: мы — гораздо больше, чем просто люди или волки. В каждом из нас заключено бесконечно больше лиц, судеб и миров, чем мы способны представить.

Для меня это вторая книга Гессе. Если «Игра в бисер» захватила с первых страниц, то здесь начало казалось медленным и тяжёлым. Но финал — магический театр — потряс по-настоящему, расставив всё по местам и придав смысл каждому образу.

Значение «Степного волка» остаётся неизменно актуальным и сегодня: роман затрагивает вечные вопросы идентичности, социального конформизма и конфликта инстинкта и разума. Открытый финал делает произведение вневременным и живым — он побуждает задуматься о собственном развитии и о том, как оставаться собой, не теряясь в ожиданиях общества.

Ну а Юмор — единственное средство понять жизнь и примириться с нею.

Герман Гессе - один из моих самых любимых писателей и его роман "Степной волк" стал одним из любимых. Во время чтения я не знала, чего ожидать от этой книги, и она поразила меня.

Главный герой этой истории - Гарри Галлер. Ему за пятьдесят, и он живёт один, потому что от него ушла жена. Он интроверт, который избегает своих сверстников и выходит только с наступлением темноты, чтобы побродить по городу. Он любит читать книги по философии, слушать классическую музыку и любит поэзию. Он убегает от людей, поэтому даёт себе прозвище Степной Волк. У него есть суицидальные импульсы, потому что он иногда думает о самоубийстве. Однажды вечером он заходит в таверну. Там он знакомится с жизнерадостной молодой женщиной Герминой. Она, принимая жизнь с положительной стороны, привязывается к нему и заставляет его танцевать, пить и начать наконец-таки жить. После встречи с Герминой Гарри становится другим. Он должен примирить две стороны, которые сосуществуют в каждом из нас: животную часть и духовную сферу.

Мне понравилась идея множественных "я", прекрасный способ объяснить Гарри, что он не человек и не волк, но он бесконечное количество Гарри, так много возможностей в одном существе. Определяя своё существование только с помощью двух существ (человека и волка), он злоупотребляет остальной частью себя и становится несчастным. Он не должен относиться к себе слишком серьёзно, и он не должен так сильно стараться существовать, строго основываясь на своём определении "Гарри", поскольку он есть и может быть ещё очень многим.

Очень необычная книга. В процессе чтения не могу сказать, что сильно увлекалась или что было легко читать. Нет, но послевкусие и размышление о прочитанном сделали ее для меня интересной. Всегда, завершив книгу, задаю себе вопрос: захочу ли я еще к ней вернуться?! И в этом случае, безусловно, да.

Прежде всего трудности с чтением были связаны с тем, что в книге мало действия, динамики и очень много философии.

Действие романа происходит в будущем. В неком государстве существует Касталия - провинция, где проживает духовная и интеллектуальная элита. Здесь живут избранные - лучшие ученики, профессора и магистры. Это искусственный мир, нуждающийся в постоянном надзоре и иерархии. Жизнь в Касталии в чем-то напоминает средневековье. Касталийцы отказались почти от всех достижений техники. Индивидуализм не приветствуется, личность должна раствориться в массе, должна служить идеалам Касталии. Касталийцы занимаются наукой, исследованиями, посвящают себя искусству, приоритетно музыке. Они не заботятся о практичности своих достижений, не создают ничего нового. Касталию содержит внешний мир, но при этом Касталия закрыта для него. Главным достижением касталийцев является игра в бисер - некая квинтэссенция наук и искусств, попытка привести к общему знаменателю, вывести какие-то яркие формулы, соединить несоединимое. С помощью игры жители Касталии ищут единый язык, который мог бы органично соединить музыку и математику, искусство и науку.

Подзаголовок романа звучит так "Опыт жизнеописания магистра игры Йозефа Кнехта с приложением оставшихся от него сочинений". Название и подзаголовок обозначают главную дихотомию романа: игра и ее магистр, Касталия и ее житель. И конфликт в "Игре" заключается не в том, что Кнехт разрывает с кастальской действительностью, конфликт в том, что Йозеф Кнехт является личностью, и он закрепляет за собой право на поиск себя, на подвижное соотнесение себя и мира, это право на самостоятельное постижение собственного я, это задача подчинить себе свою судьбу, перестать быть объектом судьбы, а стать ее субъектом. Это роман об отдельно взятом человеке, который задается вопросом, что ему делать и как жить в той системе, в которой он оказался волею истории. Желание Гессе возвысить духовность в разрушающемся мире пересекается с его размышлениями о человеке и человечности.

Помимо этого, роман "Игра в бисер" - мысленный эксперимент Гессе о том, что такое человеческая культура и как ее сохранить. В Касталии запрещено индивидуальное творчество, касталийцы ничего не создают, относятся к искусству как к музею. Мнение Йозефа Кнехта революционно для этого мира: мы можем сколько угодно изучать культуру, но если мы сами бесплодны, то мы не учителя культуры, слепое служение ничему научить не может. Только личность, которая что-то созидает, может воспитать другую личность. В романе подчеркивается тема учителя и его ученика, как учитель помогает раскрыться своему ученику, в то же время продолжая поиск самого себя. В связи с этим хочу коснуться финала романа, вызывающего самые противоречивые толкования. Мне близка идея, что Кнехт не мог поступить иначе, не мог не поплыть за своим учеником, не мог проявить перед ним слабость. Смерть Кнехта - это самый сильный урок, который можно оставить. Это смерть, похожая на подвиг, ради возможности рождения нового человека.

Херманн Хессе
«Степной волк»

«Степной волк» — это книга не для каждого, но о каждом, оставляющая после себя довольно тягостное ощущение безысходности и уныния. Ох, уж эти немцы с их непрекращающимся копанием в дебрях человеческой души... Добро пожаловать в полный экзистенциальных теней мрачный театр для всех, в котором мистерии идут рука об руку с вечно ускользающей сквозь пальцы реальностью! Надеюсь, вы не сойдёте с ума. Willkommen!

Эта культовая книга является для меня хрестоматийным примером того, как должно выглядеть внутреннее наполнение романа, чтобы о нём по сути нечего было сказать и не с кем обсудить, потому что история, изображённая на страницах, очень уж интимна и явно не предназначена для широких глаз. Но, может быть, я ошибаюсь? Или нет? В идеале с ней нужно оставаться наедине во время прочтения и после, при осмысливании этого трактата. Она должна, что называется, зайти или попасть в нужный момент времени. У меня, как и с Кафкой годом ранее, это произошло как по заказу, как по маслу. Так как начинал я читать «Степного волка» ещё в декабре прошлого года, но так и не дочитал тогда. Видимо, ещё было не время. А вот сейчас убиваться и рефлексировать из-за несовершенства мира под гнетущие клавишные — это да, это мы можем, это мы практикуем. Это — книга, с которой нужно оказаться на одной волне, чтобы иметь возможность адекватно воспринимать сей опус. В нём много философии и психологии, религии и мистики, фантасмагории, которая лично у меня она редко когда заходит, но здесь зашла просто на ура, потому что в последней части книги много различных мыслей и идей, много разочарования в жизни, искусстве и людях, много внутренней борьбы между человеческим и животным нутром. Это большое количество дельных мыслей с легкостью подтверждается, если взглянуть на раздел «цитаты», отнесённый к этой книге. Больше одной тысячи цитат. И пусть некоторые повторяются и дублируют друг друга, всё же на пустом месте такая цифра возникнуть не может.

В каждом из нас есть этот конфликт и имеются чувства смятения и переживания, которые он порождает. Только он у кого-то выходит наружу, а у кого-то — нет. Я не устаю повторять свой главный девиз по жизни: «Главное — это гармония. Во всём». И правильность, и актуальность его демонстрирует эта книга в полной мере. Ещё больше в романе боли, одиночества и неприятия жизненного уклада некоторых слоёв общества, тоски... Гарри Галлер — наш главный герой, наш ненаглядный Степной волк — на протяжении всего романа способен своими мыслями, суждениями, поступками вызвать целый спектр человеческих чувств: понимание, непонимание, раздражение, сочувствие, жалость и всё прочее в таком же духе. Херр Галлер является глубоко несчастным, отчуждённым, замкнутым человеком, который был не от мира сего и старался избегать всякого общества, так как его предыдущие попытки обрести знакомых или друзей не возымели особого успеха, и имел суицидальные наклонности. Невозможный эгоцентрик со всеми вытекающими. Он всецело покоится на противоречиях. На них и только на них. Но в то же время роман целостен — как Гарри — и прекрасен в своих попытках через Гарри изобразить, как попробовать обрести внутренний баланс, а также примириться с собой и окружающим миром. Он обладает необходимой глубиной для того, чтобы потрясти читателя. Но не каждого. И это отнюдь не упрёк тем, кого он оставил/оставит равнодушным (-ной). Блин, как же чертовски сложно одновременно быть независимым об общества и невольно ощущать свою зависимость от него. Крайне интересны страницы с рассуждениями Гарри о немецкой действительности того времени, о роли литературы и музыки в жизни немецких людей. Пробираясь через эти дебри, читатель может понять, откуда взялся и почему в Германии к власти пришёл известный всем субъект.

Рекомендовать этот роман к прочтению является делом неблагодарным и я никак не имею права это делать, так как уж очень специфична и индивидуальна такая литература, и такой нечасто встречающийся стиль подачи, коим является приём «книга в книге». Мне нравится этот литературный приём, потому читалось мне легко и интересно. Если вам импонируют самокопание, вопросы искусства и неприятие джаза, то это книга определённо для вас. Лично я осилил эту небольшую книгу объёмом в двести пятьдесят две страницы за два присеста, что добавило по прочтении вистов книге в плане восприятия и осмысления, чуть ли не полного погружения. Это стало для меня удивительным, так как я начал читать «Степного волка» чуть ли не сразу после прочтения романа «Большие надежды» Диккенса, вызвавший во мне бурю эмоций и чувство не проходящего восторга, который держится уже третий день. Давайте жить и не чудить, думать над фундаментальными вопросами человеческого бытия и решать возникающие проблемы по возможности вместе, сообща. Всё, мне больше нечего сказать. Главное теперь окончательно не поддаться сумасшествию, остаться самим собой, не впасть в депрессию и не дать бездне поглотить себя. Ха-ха-ха-ха...

Нда-а. Это мне знакомо. Уже ради этого стоило прочитать "волка".
Но, может быть сегодняшний день не пропадёт. Напишу отзыв, пообщаюсь с другими оборотнями.

Когда-то я прочел кое-что из Фрейда, а вот до Юнга так и не добрался. Поэтому анима и анимус в этой книге остались для меня в глубокой тени. Правда, сам факт того, что весь роман является одним большим сеансом самопсихоанализа (или психосамоанализа) я понял. А магический театр - так просто несколькими маленькими сеансами. А вот специфика и конкретика наверняка от меня ускользнули. Ну и ладно. Думаю, что книга эта достаточна многослойна, чтобы даже пожертвовав этим (базовым) слоем, всё ещё оценить её по достоинству.

Мне понравилось. Когда я прочитал слова "один из  главных интеллектуальных романов  XX века", а также такие страшные слова как модернизм и авангардизм, у меня начали дрожать руки. Но это не помешало мне запихнуть в уши наушники. (А вот если бы я читал глазами, то не смог бы держать книгу). Приходилось, правда, останавливаться и возвращать на минуту назад. Иногда по два раза.

В любом человеке происходит борьба разных начал. Высшего с низшим, воспитания с желаниями, ума с безумием, души с плотью. Но борьба - это далеко не всегда губительная сила. Напротив, она часто созидает. Есть дискуссии, где в столкновении мнений рождается истина. Есть борьба биологических видов, приводящая к появлению ещё более удачного (эволюционно) вида. Есть, просто-напросто, столкновение полов, которое (в одном из своих проявлений) приводит к зарождению новой жизни.

Главному герою не повезло. А может он сам виноват. Борьба его начал идёт не на жизнь, а на смерть. Им не слиться воедино, и уж точно ничего не создать. Кто-то должен умереть. Гарри-обыватель, пытаясь убить в себе зверя, мечтает о бритве и пока что использует алкоголь. Гарри-волк пользуется острыми волчьими зубами, вырывающими с мясом моральные и культурные устои Гарри-человека. Он не позволяет врагу жить среди людей, пользоваться столь желанным, но ненавистным мещанским комфортом.

Но не всё так просто. Иногда кажется, что обе ипостаси готовы и на самоубийство, лишь бы освободиться, выйти из удушливого состояния двоедушия.

Вообще, если честно, я не до конца понял разделение героем самого себя на два Гарри. Я насчитал три. Гарри-интеллектуал, ценитель музыки, мыслитель и философ. Гарри-мещанин - любитель комфорта, обладатель неисчерпаемого банковского счета. Гарри-волк - любитель плотских утех - секс, наркотики и рок-н-ролл. То есть джаз. Видимо, интеллектуал - это один из подвидов волка. Волк он же не только животное, но и одинокий боец, в чем-то гений, поэт. Это то подсознательное, что рвётся наружу.

Примирить разные начала можно только приняв себя таким, какой ты есть. Но как это сделать? Автор даёт рецепт - юмор! Не принимать себя слишком серьёзно. И это конечно же правильно. Мало того, этого даже можно достичь. Наверное.

Проблема в том, что почти любое лекарство это ещё и яд. Юмор может примирить нас с миром, а значит и с самими собой. Но происходит это не каким-то волшебным способом, а путём подавления того естественного для любого человека ощущения собственной значимости, особенности. А как же "божья искра"? А как же "по образу и подобию"? Нам забывают уточнить (или мы сами торопимся забыть), что по "образу и подобию" появилось уже несколько десятков миллиардов. Что это человеческий конвейер, и все его продукты одинаковы.

Можно "всё понять" и посмеяться над собственным ощущением значимости. Но нельзя не признать, что этот смех, который действительно облегчает нам жизнь, есть ничто иное как признание своего унизительного поражения, опускание с небес на землю. Мы смеёмся, чтобы внешне сохранить достоинство. Но смех этот редко бывает весёлым.

Гарри Галлер заплатил за билет в магический театр, убив одну из своих сущностей. Всё-таки убил. Он так и не принял себя, так и не примирил человека и волка. Хотя его внутренние Пабло, Гёте и Моцарт непрестанно работают над ним. И он верит, что когда-нибудь научится смеяться.

Но, по-моему, там где есть вера (необязательно в религиозном понимании) ещё нет места для юмора.

Тянул эту книгу со всем своим упорством месяца два. Дочитал до половины и бросил.

Сначала очень нравилось - мысли дельные, загадка определённая, памфлет шикарен и стих очень понравился. Прям кладезь мыслей! Правда было над чем задуматься... Половину на цитаты!
Но дальше началось какое-то унылое мозгодробительство. Герой резко разонравился, превратился в старого глупого подростка - ну не верю я в такого человека! Сквозь стиль уже не могу продраться, да и не хочу, всё надоело. Автор переливает из пустого в порожнее, дико затягивает и повторяет то, что было сказано ранее. И даже не просто повторяет, а упрощает до невозможности, превращая прекрасные мысли в какие-то откровения для подростков. Читаю страницу - засыпаю, читаю ещё страничку - отдыхаю. Те откровения, что он начинает выводить похожи на обманку какую-то. То, до чего герой, которому уже под полтиник, доходит, мне сталы ясны уже лет в пятнадцать. Читал вот, а в голове вопрос возникал - и что? Надоело в общем!

Может мне и показалось конечно... Но дальше читать не смог. На моей памяти впервые такое, когда книга первоначально шла на пятёрку, а затем резко рухнула до кола...

Вот уж действительно Книга на ВСЕ времена!
Эта неисчерпаемая тема, поражающая своей глубиной и простотой..
Автор знакомит нас с трагическим гером своего философского романа, и имя его Гарри Галлер...с первых страниц ты ощущаещь всю тяжесть ноши, которую взалил на себя Степной волк -одинокий,живущий в своем мире, своими убеждениями,не позволяющими вторгаться в его личную жизнь, он гениальный, творческий, мыслящий человек, но который как и многие из нас живущих не уважает себя, не может принять, и полюбить того Гарри Галлера, в котором есть миллиарды миров, где на одном живут Страсти, воплощенные в Степном волке, на другой планете прообраз "Маленького принца"...
Вся проблема, раскрывающаяся Германом Гессе, заключается в забытии, в слепоте душевной - мы не пропалываем ежедневно и не поливаем заброшенные ростки, мы не тушим вулканы, даже те которые уже давно спят...мы не любим себя мы не можем примириться с нашим миром...
и вот тогда происходит борьба: ребенка,олицетворение природы,естественности и всего темного, кто победит решать лишь человеку
человек дал силу злу своим страхом и только он может привратить в ничто ничтожные иллюзорные попытки мира тьмы...
можно еще долго говорить и говорить, рассуждать и опровергать те или иные выводы рождающиеся от прочтения данной книги - Шедевра.
Книга стоит того чтобы ее прочесть и не единожды!