Тереза Ракен. Жерминаль

Хуже адских условий труда, за который платят сущие копейки, может быть только безработица. Этьен потерял место механика и без единого су в кармане в поисках хоть какой-то работы чудом устроился на шахту.
Первый рабочий день вымотал его начисто, а как же выносят этот ужас подростки и женщины, которые трудились рядом с ним? Тяжелая и грязная работа - единственной способ для жителей этих мест кое-как существовать, еле сводя концы с концами. Когда я читала о том, в каких условиях под землёй трудятся люди к горлу подступал комок. Дети рано взрослеют, вынужденные помогать по хозяйству или работать. А где-то в поместье живут господа, получающие проценты с капитала, когда то вложенного далёкими предками. Шахтеры довольно просты и без церемоний принимают жизнь в самых примитивных ее проявлениях. Рано познают плотскую любовь, подражая взрослым, которые и не скрывают эту сторону жизни от своих детей. Местные кумушки перемывают кости соседкам несмотря на то, что у самих рыльце в пушку. Мужчины не церемонятся с молодыми девушками, фактически еще подростками - кто успел, тот и урвал первый плод. Этьен в первый же рабочий день мучается от желания поцеловать Катрин - дочь рудокопа, который любезно взял его в свою артель. Катрин едва исполнилось пятнадцать и многие поглядывают на неё с интересом, в том числе и хозяин лавки которому семья девушки задолжала крупную сумму. Старый развратник готов отсрочить выплату, если Катрин проявит покорность кое в чем. В шахтерском поселке принято избивать жену за не приготовленный вовремя ужин, отправлять на поиски пропитания, даже если ей придётся расплачиваться за это своим телом, а так же безжалостно эксплуатировать собственных детей, не давая им создать собственную семью, ведь их заработок уйдёт из семьи вместе с ними. Однако, желание поморализаторствовать на этот счет быстро пропадает из-за осознания того, что эти люди каждый день подвергают себя опасности спускаясь в шахту или отстаивая свои права.
Постепенно Этьен освоился на новом месте, зарекомендовал себя как хороший рабочий, завёл знакомства и даже пережил сближение Катрин с Шавалем. Его беседы вечерами с русским политическим эмигрантом и идейным анархистом Сувариным и переписка с секретарем одной из секций рабочего товарищества Плюшаром привели к тому, что молодой человек увлекся социалистическими идеями и начал делиться ими с окружающими, находя от них отклик и поддержку в начинаниях. Ибо буржуазная революция принесла достаток буржуа, рабочим же - ничего кроме свободы умирать от голода. Значит, не за горами революция рабочая, которая должна перевернуть все общество и построить его вновь на основах справедливости и честности.
Я давно не читала книг Эмиля Золя и было приятно вспомнить его красивый язык и познакомиться с живыми, с любовью выписанными персонажами, погрузиться в их тяжелый быт, а так же следить за драматичной судьбой каждого из них.

Лет пять назад мне захотелось перечитать всего Золя. Вернее, не все его творческое наследие, а масштабный и до чертиков реалистичный цикл Ругон-Маккары. Не могу сказать что сильно продвинулась в этом начинании за последнюю пятилетку, но в общем зачете уже четыре книги из серии, и обойти "Жерминаль", как одно из самых сильных и нашумевших произведений было просто невозможно.

Этот роман, пожалуй, - пик натурализма в произведениях именитого французского прозаика. Не то чтобы "Нана" была более мерзкой, но из "Жерминали" так и несет убожеством и нищетой, каких еще поискать. А еще безнадегой. Такой мрачной, такой махровой, что те кризисы, о которых читаешь сегодня в новостях, моментально тускнеют в сравнении с проблемами французских шахтеров 19-го века.

События романа разворачиваются в небольшом шахтерском городишке Монсу, в который приходит Этьен Ланье, механик железной дороги, залепивший пощечину своему начальнику и вполне предсказуемо лишившийся места. Намного более образованный, чем остальное население Монсу, он устраивается на работу в шахту, быстро становится своим... Но тяжелый быт и несправедливое отношение со стороны собственников предприятия приводят к забастовке, которой суждено иметь трагичный конец.

Золя превосходно, ярко описывает быт шахтеров, сопутствующую ему нищету и безнадежность, отсутствие полной уверенности в завтрашнем дне и хищные замашки капиталистов. Роман несомненно хорош, он поднимает множество вопросов, которые не утратили актуальности и сегодня, в на первый взгляд благополучном 21-ом веке. Нравы, отношения в семье, социальное расслоение общества... Мне кажется, что эти темы на самом деле вечные, меняются только декорации, подчеркивающие те или иные моральные уродства, которые были и буду свойственны роду человеческому. Хороший, крепкий роман для любителей классики.

276/300

Удивительная судьба у книжки. Удивительно то, что автору пришлось оправдываться и отчитываться за свой труд. Удивительно это в первую очередь потому, что замысел начинающего - тогда еще - натуралиста и патологоанатома человеческих душ максимально прозрачен и в пояснениях не нуждается. Собственно, и писать потому о "Терезе Ракен" тяжело, потому как предисловие, созданное Золя под давлением общества, избавляет читателя от соблазна изобрести трактовку, отличную от предложенной автором. Впрочем, тексты Золя как правило не предполагают разночтений и поисков ускользнувших от автора смыслов - его холодные и хирургические методы всегда служат ровно тем задачам, которые он перед собой ставил. Потому то, что будет здесь написано, во многом опирается на автокритическую заметку самого Золя.

"Тереза Ракен" писалась еще до появления задумки монструозного цикла о Ругон-Маккарах, однако уже в ней есть те основополагающие законы, по которым живут герои мира Золя: судьба, предопределенная природой, жизнь, течение которой мало определяется Провидением, лишенным какой-либо метафизики. Провидение у Золя предстает в виде чисто физиологической природы, управляющей всеми помыслами людей. Хотя иногда слово "помыслы" не совсем подходит - исключительно рациональный мир Золя обнажает порой полную иррациональность человеческих побуждений.

Иррационально и то, что принято называть "звериной" составляющей природы человека. В этом отношении "Тереза Ракен" оказывается парадоксальным исследованием психики двух безраздельно "звериных" личностей (если слово "личность" здесь подходит); парадоксальным потому, что вроде бы все с ними понятно - звери есть звери, - однако в своих животных порывах они обречены оставаться непонятыми. Рациональное отображение иррационализма звериных натур.

Кто-то где-то писал, что Терезу и Лорана сложно считать "стопроцентными" животными - дескать, были бы их души совсем уж однослойными и примитивными, они не смогли бы испытывать раскаяния. Совершенно ошибочный вывод, ошибочность которого возникает из-за неверной посылки. То, что мы наблюдаем во второй половине романа, есть следствие не раскаяния, а банальной трусости. Трусость вообще с самого начала побуждала этих персонажей к действию - преступление (в значении "переступить через себя") никогда не было уделом смелых людей.

Золя, конечно, жестокий автор. Жесток он потому, что ставит персонажей в такие обстоятельства и так разворачивает конфликт, что представить иного развития событий, равно как и их исхода, невозможно. При этом здесь мы лишены еще тех вспомогательных предустановок, которыми обладают герои поздних его романов ругон-маккарского цикла: там при появлении героя достаточно было взглянуть на его родословную, чтобы примерно понять, по какому пути он пойдет. Ни у Терезы, ни у Лорана нет этого бэкграунда, и они предстают перед нами такими, какими успели "вылеплиться" к моменту своей встречи. И если в большинстве натуралистических романов на вопрос "Кто виноват?" можно ответить, что виновата среда, то здесь даже как-то неловко становится, потому что не виноват никто: у виноватых не может быть атрофировано чувство вины, а "виновный" - понятие скорее из области юриспруденции, нежели морали.

Дополнение 1. Тут стоит сказать, что все "звериные" эпитеты, которыми я уже много раз наградил героев Золя, не нужно воспринимать как перенос качеств животных на людей. Животные во многих смыслах благороднее и честнее тех особей, которые появляются на страницах этой книги.

Дополнение 2. Кратко пробежался взглядом по тому, что написал, и понял, что выглядит это не как рецензия, а как некий проповеднический памфлет, который кому-то может показаться излишне категоричным, а кому-то - даже в каком-то смысле ханжеским. Ну и пусть. Рискну даже добавить, что "Тереза Ракен", при всей удаленности Золя от какой-либо метафизической плоскости, - книга очень даже христианская. А христианская она потому, что имеет вполне законченную мораль: предавать и убивать плохо.

Сказать, что мне понравился этот роман – это ничего не сказать! Я не умею писать рецензии, но сейчас попробую составить отзыв, в котором поделюсь своими впечатлениями о книге.
Я никогда с таким упоением не читала предисловие от автора (обычно я все предисловия пропускаю).
Постараюсь не раскрывать сюжета, но, боюсь, ничего не выйдет.
Наверное, Терезу правильнее будет осудить, но я не могу. Нет, ей нет оправдания: она соучастница преступления как не крути. Но… не получилось у меня возненавидеть героиню. Конечно, я не ожидала, что божий одуванчик может превратиться в дикую хищницу, как говорят: «В тихом омуте черти водятся». Это про Терезу Ракен абсолютно точно.
Вкратце выскажу о главных персонажах.
Тереза Ракен. Милая, смиренная девушка, безропотно принимавшая свою судьбу ( до определённого момента). Её жизнь скучна, черна, однотонна… до встречи с человеком, который пробудил в ней женское естество. Тереза выросла вместе с двоюродным братом Камилем под покровительством своей чрезмерно заботливой тётушки госпожи Ракен.
Камиль, муж Терезы. Слабовольный маменькин сынок.
Лоран, «друг» Камиля, неудачливый художник, искавший лёгких денег.
В романе используется поверхностная мистика, что делает чтение ещё интереснее. Например, укус в шею Лорана. Он не заживает, а постоянно напоминает о чудовищном поступке. А после… Молчу. Лучше читайте.
Я терзалась сомнениями, будет ли возмездие или всё же зло одержит победу. Такое мощное противостояние двух героев. От любви до ненависти действительно один шаг.
Конец мало реалистичен, но художественная литература на то и художественная, чтобы фантазии автора воплощались хотя бы на бумаге.
Произведение стоит того, чтобы быть прочитанным. Золя – талантливый автор. Сюжеты его книг заставляют сопереживать ситуации так, как будто ты сам принимаешь в них участие.

Герои этого романа духовно бедны и пытаются заполнить внутреннюю пустоту способами, которые ужасают. Один растет безвольным цветком, особо не интересуясь жизнью вокруг и своими близкими. Другой – считает, что ему все должны и хочет жить праздную жизнь не прикладывая усилий. Третья – плывет по течению, но в какой-то момент понимает, что хочет страсти в жизни, а не прозябать в скуке с человеком, который нелюбим и противен.

Несчастливы все, но жаждут счастья. И эта жажда приводит к преступлению, разложению личности и моральному истощению на грани с безумием.

Ох, как закручен здесь сюжет и какой запоминающийся заключительный аккорд в этой какофонии мрака.

У автора потрясающе получается рисовать портреты характеров героев. Встретив в жизни таких людей, захочется бежать без оглядки. Но темные стороны есть у всех, кто-то их прячет, кто-то отрицает, кто-то судит других и кичится своей святостью.

Золя в этом году стал моим любимым автором, потому что каждое его произведение меня чем-то удивляет. Очень рада, что еще так много произведений у него не прочитано.

Золя – один из первых литературных «натуралистов». Идея реалистичного натурализма (ну или натуралистического реализма, пофиг) – взять какую-нибудь историю и максимально подробно изложить ее, концентрируясь на деталях, как внешних, так и внутренних. Как правило, речь идет об историях неприятных с любых точек зрения, поэтому натуралистов жалуют далеко не все. Многие современные авторы пытаются писать в стиле натурализма, но, как правило, вместо романа выходит куча дерьма. Причина проста – чтобы писать в стиле натурализма нужно копаться не только во внешних непотребствах, но и непотребствах души. Это мало у кого толково выходит.

Из того, что я прочел в последнее время в этом жанре – «Деревня» Бунина, «Гроздья гнева» Стейнбека, «Яма» Куприна, «Красная книга» Стринберга. Все эти книги пришлись мне по душе, поэтому был уверен, что Золя, которого я ранее никогда не читал, очень мне понравится. Для знакомства я выбрал небольшой роман «Тереза Ракен», оставив многотомный труд про Ругонов – Макаров на потом. Однако именно с «Терезой Ракен» все вышло не совсем так как я ожидал.

Эту книгу предваряет предисловие автора. Предлагаю всем, кто читает это роман впервые, прочесть предисловие уже после, у Золя там так подгорает, что, разнося в пух и прах своих критиков, он самым циничным образом спойлерит сюжет. Я постараюсь не повторить ошибок Золя, читайте мой опус спокойно. Так вот, в своем предисловии он говорит, что его книга – это вовсе не порнография и он не «копается в ночных горшках», в чем обвинял Золя господин Тургенев. Убирая из человека всечеловеческое и, оставляя лишь инстинкты плоти, помноженные на умственное расстройство, он получает неких индивидов, животных в человеческом облике, за которыми подробно наблюдает в течение всего романа. Это объяснение Золя.

Вообще, давайте так. В этом романе хорошо все. Он прекрасно написан, он даже чрезмерно атмосферный, он гнетущий, мрачный, грязный, серый, склизкий и вонючий, все как задумывалось. Меня трудно впечатлить текстом, но одну сцену я читать не стал, мне было физически неприятно, до тошноты. Сила слова в романе колоссальная. Там великолепные герои, глубокие, психологически многоликие. И очень, кстати, разные. В этом романе хорошо все. Кроме смысла.

Если верить в предисловие, то я не понимаю этот роман. Я не понимаю таких наблюдений за параллельно поехавшими. Я в это просто не верю. Фантастический натурализм – это нелепо. Однако у меня есть свое объяснение происходящему, в рамках этого объяснения в моей голове все встает на свои места.

Это не натурализм. Это ИНАЯ готика. Без замков, без рыцарей и прекрасных дам, без родовых проклятий. Готический роман в Парижских реалиях середины 19 века. Наши герои вовсе не сходят с ума. А их СВОДИТ с ума привидение. Вот так мне нравится, все логично и понятно. Просто обычное привидение в рамках неоготических декораций.

А так все восхитительно. А какой там Париж, будто программу «Время» смотришь, грязь, серость, нищета. А второстепенные герои какие? Все болваны, мелкое, ничтожное жлобье как на подбор. И ни одного нормального героя, никто не вызывает ни капли сочувствия. Может Вы Камилу сочувствуете? Или госпоже Ракен? Уж, казалось бы, немилосердно не сочувствовать. Ан нет, и мысли такой не появляется, настолько они все гадкие, ничтожные, отвратные. И еще из любопытного - как он подводит двух абсолютно разных людей под единый знаменатель? Так это все психологически точно. В общем, фу, гадость какая, че там дальше. Последний раз я с такими чувствами читал «Камера обскура» Набокова.

Резюмируем. Все не зря, знакомство с Золя прошло на ура. Обязательно вернуть к его книгам.

Как же хорошо Золя пишет. Здесь ему удалось показать всю подлость и низость человеческих душ даже второстепенных персонажей. Лоран - алчный лентяй не желающий прозябать в конторе, ждет смерти своего отца, чтобы бросить работу. Решающий приударить за Терезой - женой своего сослуживца Камилла, только по той причине, что на падших женщин у него не достает средств, а между ног зудит. Сам Камилл - отталкивающий эгоист, с детства болезненный и привыкший, что ему во всем потакают. Госпожа Ракен - в угоду сыну травящая лекарствами Терезу, за компанию с сыном. Этот момент мне не дает покоя, лекарства же дорогие были и постоянно нужны, не ужели она была на столько обеспеченной, что могла покупать двойную дозу? Запрещающая здоровой девочке нормально развиваться. Все что ей было позволено, так это тихонько сидеть в углу, чтобы не беспокоить вечно больного Камилла. А затем поженив их, с целью, чтобы деньги в семье остались, да у сыночка сиделка была. Гости приходившие каждый четверг, только потому, что им так удобно, не сильно беспокоясь о хозяевах. И закрывая глаза на избитую Терезу. Вот не верю, что они считали эту семью такой любящей и идеальной, просто для их интересов так было удобно. Тереза - не ясно чего она так терпела, сначала одного, а затем другого. Хорошо, что в наше время у женщины больше возможностей разорвать токсичные отношения. Плохо, что не все этой возможностью пользуются. А за свои поступки, какими бы ни были причины для их совершения всегда придется платить. По крайней мере, в романах Золя.

Этот знаменитый французский классик для меня - всегда одна большая головная боль. Потому что чтение его книг - это практически гарантированное погружение в жизнь неприятных людей, в их низменные желания и сомнительные поступки. Особенно это тяжело как раз потому, что Золя - автор большого литературного дарования и активной гражданской позиции. Ему всегда всё "не всё равно", он экспрессивен и ярок, он задевает за живое, и так ярко описывает события, что остаться в стороне читателю не удастся. А я даже у любимого Томаса Манна меньше всего люблю именно "Будденброков" - и как раз за то, что его герои мне несимпатичны в своем большинстве.
С другой стороны, тематика этого романа - куда как моя, поскольку здесь автор сосредоточился на внутреннем мире отвратительных Терезы и Лорана, пристальное внимание уделяя трансформации их отношения к произошедшему. В общем, перед нами классический роман на не вполне тогда ещё классическую тему "преступления и наказания", то бишь того наказания, которое не от правоохранительной системы приходит, а накрывает убийцу изнутри, лишая его возможности нормально жить, и наслаждаться результатами совершенного преступления. И надо сказать, что скатывание героев от ожидаемого счастья в реальную паранойю Золя прослеживает внимательно и дотошно. На самом деле, вопрос душевных мук у подобного рода людей - весьма дискуссионный, и не факт, что реальные Лоран с Терезой так уж терзались бы, но книжные вкусили ад ещё при жизни, и финал свой приняли с облегчением. К несчастью, на весь роман автор не дает нам ни одного симпатичного персонажа, так что несмотря на безусловную его литературную ценность, на приятные впечатления рассчитывать не приходится. Надо сказать, что похожие впечатления вызвал у меня в юности роман "Нана", после которого я надолго рассталась с мыслью продолжить знакомство с одним из самых значительных представителей натуралистического реализма. Видимо, не стоит себя больше терзать.
Золя всегда остается Золёй, найти у него что-то красивое можно только в большом дамском магазине, и непременно за немалую плату... А тут даже красотка Тереза быстро становится неухоженной и малосимпатичной, и весь вымечтанный Лораном благопристойный уютный мир превращается в ежедневную муку.
Словом, написано прекрасно, но у меня вместо ожидаемого восторга вызывает тяжкий приступ мизантропии. Я понимаю, что автор показывает нам нетипичную пару, но никакой надежды встретить других людей в его произведениях уже не питаю. При этом, нельзя отрицать, что Золя прекрасно показал потенциальным последователям Терезы и Лорана, в какую ловушку они могут угодить, если понадеются разрешить свои проблемы общим преступлением. Но насколько более тонко рассказал нам об этом Джеймс Кейн в своей классической истории "Почтальон всегда звонит дважды"! Или дело просто в том, что там недоверие к соучастнику прорастало через любовные страсти, а тут они внезапно, и как-то почти искусственно ушли из жизни героев? Возможно, именно на этом я и споткнулась, перестав доверять автору после появления в постели молодоженов призрака Камилла. Ну как-то не удалось мне поверить в то, что ещё вчера одержимые практически животной страстью люди в один миг перестанут испытывать похоть. Да, автор как-то пытается в этом читателя убедить, но для меня такая стремительная трансформация чувств сразу обоих героев показалась слишком литературной, не достоверной, а волею автора возникшей.
И здесь дело не в том, что автор чем-то не хорош. Или волей своей неверно распоряжается. Это я для него недостаточно подхожу. Дело в том, что Эмиль Золя - в первую очередь публицист, просветитель, обличающий социальные язвы общества. А мне люди в массе своей интересны куда меньше, чем внутренний мир каждого в отдельности. И хотя в этой теме французский автор оказался на голову выше американского (Клайд Грифитс за все 800 страниц романа Драйзера внутренне меняется едва ли), но имея в образцах прочитанного в ранней юности русского, удовлетвориться мистическим объяснением внезапной холодности вчерашних любовников друг к другу, я не сумела. Как ни относись к Родиону Романовичу периода преступления, но к моменту наказания - он уже явно духовно стал другим, причем на глазах читателя.
В общем, вопрос моих отношений с Эмилем Золя прошу считать закрытым. Он, безусловно, оставил большой след в мировой литературе, но его следы ведут в сторону, противоположную моим интересам. Я искренне рада за тех, кому нравится мир его героев, я признаю его огромный вклад в социальное просвещение, в защиту несправедливо угнетаемых, и обещаю, что продолжу его уважать. Но для чтения продолжу выбирать тех писателей, кто мне более созвучен.

Я люблю длинные романы, мне нравится читать когда раскрываются персонажи, рассказывается история, когда в книге страсти с каждой страницей накаляются, когда есть надрыв.
Начну с того, что мне не понятно для чего автор написал предисловие к книге. С самого начала автор говорит о том что он хотел сказать одно, но его не поняли и книгу многие не приняли. Но ты автор. Ты хотел донести мысль, ты написал книгу, если тебя не поняли совсем или неправильно поняли тут одно из двух или ты плохо написал и уже с этим ничего не поделать или люди глупы, ну или просто не готовы на данном жизненном этапе принять твою правду и реальность, с этим тоже ничего не поделать. А вот это вот предисловие похоже на обидку нытика, простите. Написал книгу, отвечай за каждое слово, а не оправдывайся.
Перед нами семейство Ракен старуха мать, ее любимчик вечно больной сынок Камилл, его болезни, на самом то деле, это плод удушливой любви матери. К сожалению, таких детей очень много, в частности у матёрей одиночек, кто то вырастая и понимая тупиковость ситуацию улетает из семейного гнездышка, кто то продолжает жить под крылом материнской опеки. Камилл делает робкие попытки жить самостоятельно, но материнская опека оказывается сильнее и в финальном счете, удобнее. Поэтому жизнь продолжается с матушкой. В своё время брат старухи привёз ей на воспитание свою нагулянную дочь, со словами «дарю ее тебе» брат исчез и больше родственники его не видели. С тех пор Тереза стала ещё одним челном семьи. Спала в одной комнате и даже кровати со своим чахлым двоюродным братом, помогала его матери лечить его, пила с ним микстуры за компанию. И когда дети выросли, старуха не нашла ничего лучшего как поженить их. Собственно с этого момента мы понимаем, что начинается драма, жизненная драма Терезы. Происходи действие хотя бы в конце, да даже середине ХХ века, можно было предложить уйму вариантов развития событий. В 19 же веке, выбор был не велик, заткнуться и продолжать жить, правда под чужую дудку, уйти на панель, броситься с моста и вот наверное и весь из выбор. Поэтому Тереза молчаливо существует. Пока Камилл не приводит в дом своего друга детства Лорана.
Вот тут то и начинаются всевозможные страсти, терзания, страдания и мучения.
В общем то не раскрывая сильно сюжет исход очевиден, Тереза и Лоран становятся любовниками на пути к счастью которых стоит муж рохля и маменькин сынок Камилл.
Дальше дам волю вашей фантазии додумать что же там могло произойти.
Обвинять Терезу в адюльтере сложно, учитывая всю мрачность и серость ее существования.
Низость и грязь дальнейших поступков и действий со стороны любовников ни понимать ни объяснять совсем не хочется. Так же как и не хочется читать страдания о невозможности совокупления из за терзающих мыслей. В какой то момент чтение становится невозможным. В общем то мастерство Золя объясняется тем, что он перекладывает на плечи читателя всю тяжесть сложившейся ситуации ее духоту и безысходность. И в общем оно и понятно почему книгу многие не приняли, далеко не каждый готов нос к носу столкнуться с оголенным нервом. Тут нет какой то однозначности, все решения принимаются в силу воспитания и жизненных принципов каждого, ну и эмоциональные импульсы которые могут вспыхнуть в той или иной ситуации под влиянием какого то внешнего фактора и раздражителя.
Тереза и Лоран омерзительны, поступки их отвратительны, а их душевные метания и их моральное падение это естественный результат и цена которую они должны заплатить. Тварь ли я дрожащая или право имею?...... По ходу вопрос этот интересовал многих писателей второй половины ХIX века, правда каждый решает его в своих условиях, вот только к выводу все приходят одному, за любым преступлением всегда следует наказание.

Вот у этих французов всегда так - женщина, женщина, коварная женщина во всем виновата!
"Шерше ля фам", как говорится.

Произведение Эмиля Золя повествует о драме, разыгравшейся в тихом провинциальном мещанском семействе галантерейной торговки, последующем убийстве и вытекающими из всего этого психологическими переживаниями действующих лиц. В основном все действие происходит на забытой сырой и неприглядной улочке Парижа - декорации меняются по комнатам и роду деятельности в той или иной период действующих лиц. Количество действующих лиц, как и водится в произведении подобного сюжета, довольно ограничено - муж, жена, любовник, свекровь, пара еженедельных гостей для декораций.

По сути все произведение делится на две части: до убийства (так называемая "действующая" часть - тут главные герои двигаются, разговаривают, замышляют, предаются усладам, путешествуют, растут, развиваются, женятся и проч.) и после убийства (эту часть можно назвать "внутренняя, переживательная" - в ней герои переживают глубокую психологическую драму, которая и приводит к логичной развязке.

Эмиль Золя в очередной раз подверждает свою уникальную способность проникать в самую суть человеческой души, он как опытный хирург дотрагивается, раздражает, провоцирует у своих героев самую темную часть души, затем медленно вскрывая её, обнажая самые низкие из человеческих пороков. Он не просто описывает действия, он докапывается до самой сути момента зарожения преступления, исследует любое малейшее движение души, каждое мельчайшее решение, которое могло привести к подобному развитию событий. Затем, с подобной четкостью, точностью и подробностью, он так же описывает регресс, что в конце-концов приводит к саморазрушению и нравственному катарсису личности.

Золя пишет не про то, что случилось, а что такое есть человек - сложное, скрытое существо, в котором добро со злом переплетаются самым замысловатым образом, пробуждая, казалось бы не у самых плохих людей, темные стороны души, толкая их на самые страшные поступки.
Именно в этом состоит притягательность произведения - осознание факта того, что у каждого из нас темная сторона очень близко соседствует со светлой, и как легко иногда бывает попасть в омут своего помутненного сознания и найти оправдание для любого своего поступка.
В этом произведение жестоко - в своих обличениях автор не щадит ни героев, ни читателя.

Я высоко ценю такой уникальный талант автора, но мне, если честно, книга показалась затянутой как раз в той "переживательной" части - блюдо это мне показалось не только переваренным, но и пережеванным уже настолько, что читателю не остается ничего, как слепо следовать за препарированием характера, искусно выполняемым автором. Иногда мне просто казалось, что уже начинаются повторы описания метаний главных героев.

В целом, книга очень хорошая и найдет своего читателя вне времени и места, что и подтверждается признанным высоким статусом автора.