Избранные произведения

Вторая книга, прочитанная мной у Гамсуна, первой была "Плоды(Соки) земли". И я в полном восторге.

Кажется, именно здесь я увидела того Гамсуна, которого заподозрила в "Соках". И побродив по просторам интернета, выяснила, что Гамсун главного героя писал практически с себя, чем, собственно и объясняется такое моё узнавание автора.

Нужно сразу сделать акцент на том, что Гамсун активно разделял принципы национал-социализма и в некрологе на смерть Гитлера назвал того борцом за права народов. И главный герой "Мистерий" Нагель предстаёт перед читателем иллюстрацией мировоззрения автора, оторванной от стигматизированной идеологии фашизма.

Нагель приезжает в маленький городок и своим свежим чужим взглядом наблюдает привычную жизнь провинциальной буржуазии. И это бесподобно удачный приём. Можно бесконечно описывать жизни столиц, показывая, наверное, тем самым титульную сторону страны и народа. Но настоящая живая жизнь происходит именно в провинции. Именно здесь можно увидеть, как в действительности живёт народ, о чём думает, что его волнует и в чём он нуждается, насколько он образован и цивилизован.

Так что же встречает Нагель в маленьком провинциальном норвежском городке? Ограниченность и скудность, высокий градус зависимости от общественного мнения, огрубение нравов и склонность к сплетням, некоторую долю разврата, скрывающуюся за рамками соблюдения традиций и приличий.

Сам же главный герой выглядит в городке этаким нигилистом. Смесь Базарова со Ставрогиным. Мне очень понравились его рассуждения о Ницше, национал-социализме, учении Льва Толстова. Критика в острой, практически хейтовой форме Толстовского "христианства" и Ницшеанская логика права сильного нести ответственность за себя и свой выбор без оглядки на общественное мнение.

Однако, всё повествование главный герой своими рассуждениями отходит от мнения общественного самостоятельно определяя средства, к которым готов прибегнуть для достижения тех или иных целей, в конечном итоге сталкивается с непробиваемостью общественной стены. Как все, видимо, Базаровы и Ставрогины. Надо отметить, что и у Толстого с признанием обществом его учения были проблемки...

Отдельного внимания в романе заслуживает второй его главный герой - Минутка. Минутка местный житель, юродивый, над которым потешается всё местное население, некоторые позволяют себе даже издеваться. Образ юродивого очень любопытен, ибо именно по отношению к самым беззащитным слоям населения обычно и судится о зрелости и моральном облике всего общества.

Однако, в ходе повествования выясняется прелюбопытная деталь - Минутка не так уж безобиден, как кажется на первый взгляд. И его способ взаимодействия с обществом - выгода от позиции шута и жертвы и вместе с этим лютая злоба на общество за обе эти позиции.

Кроме того, одной из любопытных деталей романа является параллель, проведённая автором между Нагелем и Минуткой. Их даже зовут одинаково для того, чтобы уж совсем никаких сомнений у читателя не осталось.

Книга невероятно свежа для времени в которое была написана. Думаю ещё бы немного к постмодерну и Минутка выписался бы не просто альтер эго Нагеля, а именно им. А всё прибывание Нагеля в городке отдельно от личности Минутки - частью болезненного бреда Нагеля.

Очень любопытная история писателя, который находится на грани выживания. Но точно не стоит брать пример с безымянного главного героя, если жизнь припрёт, как говорится.

Герой перебивается небольшими статьями, да и то не особо у него получающимися. Он живёт не по средствам. Как только ему удаётся выручить какие-то деньги, он тратит их — раздаёт, чтобы не подумали, что он беден. Он врёт, что он написал четырёхтомник, который открыл новые горизонты. Собирается “разнести в пух и прах некоторые из Кантовых софизмов”. Но складывается впечатление, что герой сам себе вставляет палки в колёса. Не берётся за те тексты, которые, как он полагает, должны принести ему хорошие деньги. Да, он пишет статью, за которую получает гонорар, но в основном творчество идёт плохо. И не может прокормить героя. Как только он обдумывает очередной текст, то отвлекается на то, что нужно забрать карандаш из жилета, который он только что заложил. А деньги отдал.

Если творчество не приносит ничего (к слову, даже удовлетворения, так как ему везде отказывают), то можно ли было найти ещё какую-то работу? Где можно было бы проявить себя и уж точно не нужно было бы считать. У писателя была попытка устроиться счетоводом, но он умудрился запутаться в цифрах.

Благодаря тому, что мы “слышим” все мысли героя, создаётся впечатление, что перед нами человек, который гонится за какой-то неисполнимой мечтой. Человек, для которого вымысел и реальность размываются. Он просто не способен позаботиться о себе. Он взывает к Богу и судьбе, вопрошая, почему они так жестоки.

Но что привлекает в этом человеке — он не унывает. Еще недавно он был готов забиться под корягу и остаться там навсегда. Но вот наступает новый день и он вновь ему радуется.

Чем сильнее его бьёт судьба, чем беднее и голоднее он себя чувствует, тем усиливается в герое чувство собственного достоинства. Он не готов просить милостыню, в грубой форме возвращает деньги приказчику.

Постепенно отказавшись от квартиры, продав все свои вещи, он нанимается матросом на корабль.

Перед нами внутренний монолог. Чем дольше герой голодает, тем более бессвязны его мысли, а вместе с этим и повествование. Но это лишь позволяет лучше узнать героя, понять его мотивы, его внутренний мир, проследить за переменами в человеке и что к ним привело.

Поступки героя и их объяснения неоднозначны. Пока в своей голове он “право имеет”, в реальном мире герой всё больше становится “тварью дрожащей”. Однако он не идёт мстить обществу, как тот же Раскольников. Герою Гамсуна не приходит в голову мысль обвинять общество во всех его бедах. Хотя он и готов обвинять во всём судьбу и Бога.

Книга оказалась токсичной для моего сознания, мой мозг её выплюнул. Это было беспросветное чтение. Этот роман – апофеоз так называемой «психологической прозы» со всеми атрибутами: рефлексия и самоанализ главного героя, отсутствие нравственных ценностей как следствие текучести сознания, героем книги является не сам персонаж, а его сознание, события в книге вторичны, самым важным являются переживания и мысли главного героя. Со всеми поставленными перед собой задачами автор справляется превосходно. Кнут Гамсун в этом отношении молодец. Меня удивляет другое. Этой книгой Кнут Гамсун прославился. Т.е., если очень сильно постараюсь, я м.б. и смогу это понять – конец XIX века, демократические веяния, брожение умов, эмансипация всего что шевелится… Такое было востребованным. Это новая «демократическая» литература. Но где всё это – «человек – это звучит…»? А как звучит? По Гамсуну – горько. В его персонаже нет ничего симпатичного, того, что не смотря ни на какие обстоятельства, оставляет человека человеком. Поклон Гамсуну – он не злорадствует хотя бы, он сокрушается.

Итак, повествование. Мы не знаем даже имени главного героя. Повествование ведётся от первого лица, голоса автора не разобрать, он смешивается с голосом персонажа. Этот роман – исследование голода как социального явления, исследование скрупулёзное, погружение в голод. Читатель знакомится с главным героем в момент, когда тот не ел три дня. Описываются мытарства персонажа: его метания по Христиании (с 1925 г. - Осло) в поисках куска хлеба; почти всегда тщетные попытки заработать написанием статей; голодные фантазии и главное – рефлексия, самоанализ, выбор между быть и казаться. Главный герой постоянно лжёт, ведёт себя в крайней степени вызывающе и странно по отношению к нейтральным людям. Его ложь вызвана развитой фантазией, та ложь, в которую начинаешь сам верить после того как её озвучишь. Человек – существо иррациональное, но рационализирующее… Это – не про нашего героя. Он даже не пытается. Это просто какое-то броуновское движение, без попытки разобраться, сесть и попытаться решить. Моменты, в которые главный герой не голодает, выкинуты из текста. Роман заканчивается радикальным изменением в жизни героя, голод заканчивается и повествование естественным образом обрывается, естественным для автора образом.

Главный герой. Он странный. Мне сложно описать его личностные качества, я их не вижу. Поведенческие – да, сколько угодно. Та вилка, в которой главный герой себя оценивает – грешник – добродетельный человек, к нему неприменима, его нельзя оценить в этой системе ценностей. Интересно, что главный герой вне голода нам не показан вообще, мы его такого даже представить не можем, не хватает информации. Он постоянно выдаёт себя за другого, представляясь, называет вымышленные имена. Главный герой повязан голодом, не может вырваться из этого порочного круга, в нём самом такого органа просто нет. Ему были предоставлены три возможности вырваться – помощь «мира», от которой он брезгливо и целеустремлённо отказывался; его фантазия (я назвал это выдуманным героем книги словом «кубоа») и любовь к Илаяли, не без взаимности – здесь он сам всё старательно испортил. Невыносимый тип, сам создающий себе проблемы и мужественно их не решающий.

Гамсун однозначно опередил своё время. Он поторопился с этим романом. Самыми значимыми пересечениями с этой книгой мне кажутся: горькая пьеса Леонида Андреева «Царь-Голод» и своеобразные книги-переклички с «Голодом» - «Чужое лицо» Кобо Абэ и «Назову себя Гантенбайн» Макса Фриша. У Андреева такое же нелицеприятное исследование голода, как и у Гамсуна, а у Абэ и Фриша главные герои выдумывают себя заново, подменяют свою личность, что её размывает – это свойственно и персонажу «Голода». Буду читать Гамсуна дальше. Зачем? Я не знаю.

PS Мне показалось интересным… Значимыми в книге денежными суммами являются 10 эре – минимальная сумма чтобы решить локальную проблему прямо сейчас (поесть, купить свечку) и 10 крон – решить проблему на ближайшее будущее (снять жильё на 2 недели, питаться это время, позволять себе маленькие радости). Я попытался конвертировать эти суммы к нашей действительности, у меня получилось примерно 200 рублей и 20 тыс. рублей.

Удивительно тяжёлая, давившая обреченностью книга, которая при общей статичности повествования, сложенного из довольно мелких событий, повседневных и жутких, производит впечатление неких закольцованных американских горок — череды внезапных взлетов, дарующих надежду, и головокружительных падений в отчаяние и мысли о смерти. Главный герой одержим мыслями о писательстве, он пытается писать, мучаясь от постоянно растущего голода, мечется между насущными проблемами (еда, место для ночлега) и потребностью творить. Но его возможности с каждым разом уменьшаются, ему больше нечего продать. Голод возрастает, жизнь превращается в попытки балансировать на тонкой дощечке, простирающейся над бездной безумия. Физическое состояние, как и психическое, ухудшаются, герой едва бредет сквозь череду неудач, отчаянно пытаясь хоть как-то выжить.

Помимо голода физического его также мучает и голод духовный, удушливый кокон одиночества. Герой словно отрезан от социума, заключен в невидумую клетку, которая позволяет соприкасаться с миром. Но все эти контакты настолько неглубокие, что не дают настоящего ощущения тепла. Отсюда и странные разговоры лишь бы говорить, и внезапная симпатия к некой женщине, из которой он сотворил абстрактный идеализированный образ.

Все эти ощущения переданы так ярко, что невольно пробирает дрожь, страх. Всё это ощущение лихорадочной деятельности, выскальзывающая из объятых тремором пальцев реальность. Финал даёт некую надежду на то, что жизненные условия героя улучшатся, а, если физически ему станет легче, то тогда, карабкаясь вверх по системе потребностей, известной как пирамида Маслоу, он сможет реализовать и более сложные желания.

Снизила оценку, так как бездействие героя в самом начале, когда ещё были шансы найти любую работу, мне не было понятно. Конечно, если бы у героя было чуть больше здравого смысла и чуть меньше одержимости идеей написания статей, то этой книги и не было бы.

Не могу сказать, что совсем не понравилась книга, но и оценить высоко тоже не могу. Возникло ощущение какой-то безысходности. Отчасти напомнило «Мартин Иден» Джек Лондон , одна тема – писать, писать, писать… А есть нечего…
Только здесь, в отличие от упомянутой книги нет никакого активного действия. Весь сюжет вокруг, да около. Голод поджимает всё сильней, кушать хочется, но постепенно, даже вода не воспринимается организмом.
Откуда взять средства к существованию? Где найти ночлег?.. На многое ли творчество способен голодный человек?
Осмысливала прослушанное несколько дней, а слов подобрать по-прежнему трудно. Да, есть над чем подумать, но! Прежде всего нужно быть мужчиной, найти способ существования, чтобы было где и на что заниматься любимым делом. Какие же чувства вызывает герой – сочувствие? Возможно, но больше похоже на жалость. Он и сам нередко жалеет себя. Нет силы воли? Тоже не исключаю. Человек творческий, не приспособленный к жизни.
В исполнении И.А. Ерисановой слушать было легко.

Гамсун для меня неразгаданная планета, которую хочется просто наблюдать с расстояния, без всяких попыток скрупулёзного изучения и раскрывания её тайн. Наблюдать и наслаждаться гениальностью Демиурга, который умеет манипулировать не только сознанием и чувствами своих созданий. Ему удаётся проникнуть сквозь оболочку в тайники сознания и тех, кто наблюдает, меняя их привычное мировоззрение в совершенно неожиданном направлении, причем в глобальных масштабах. После каждого такого ощутимого вторжения в сознание и сущность, в человеке рождается потребность сделать безмолвное признание - ибо нет слов, чтобы выразить. Только глаза, восхищённо взирающие. Да, именно так.

Приступив к чтению данного произведения я поняла, что передо мной почти такой же неуравновешенный герой, как и безымянный молодой человек из романа "Голод". Противоречивый и страдающий, умеющий произвести впечатление - неизгладимое, вызывающее недоумение и даже подозрение. Говоря словами самого Гамсуна главный герой покажется просто-напросто шарлатаном, который вдобавок спятил. Таким представлен вниманию Юхан Нильсен Нагель, нежданный гость в тихом маленьком городке. Его поступки мягко говоря кажутся странными, не подлежат логике и не укладываются в уме. Сначала он берёт под свою опеку местного юродивого, а затем влюбляется в первую красавицу города. Он страстно любит жизнь, чувствует сильную тягу к природе, к земле, к нерукотворной божественной красоте в окружающем его мире, и в то же время его неумолимо влечёт смерть. Таков Нагель - сосредоточие парадоксов.

Безоглядная вера в религию и в мистическое воздействие неведомых сил толкает Нагеля на споры с доктором Стенерсеном, для которого существует единственный бог - наука.
Нагель ненавидит политику и считает своим долгом внушить людям, что куда важнее чувствовать себя частицей всего сущего, чем каким-то никчемным "левым" или "правым".
Понятие человек имеет огромное значение для Нагеля. Более того, он поклоняется перед сверхличностью, великим человеком, способным перевернуть сознания и совершить террор, разрушая миры, устанавливая свой. Нагель считает приемлемой грубую разрушающую силу, направленную против всего обыденного, но в то же время сам слишком сострадателен и чуток к чужой боли, чтобы применить эту грубую силу в реальной ситуации. Исходя из этого можно уверено заявить, что нет никакого соответствия между словами и поступками Нагеля. И в очередной раз убедиться насколько же противоречивая у него натура.

Если присмотреться к причине, побудившей Нагеля совершить фатальный поступок, то абсолютно налицо одна истина - виновата не безответная любовь. Он изначально нёс с собой смерть (в прямом смысле слова), любя и любуясь жизнью. Он искал ответы на извечные вопросы, пытаясь постигнуть тайны бытия. Конечно, он не мог найти этих ответов, потому что никто их не нашёл и никогда не найдёт. Поняв это, Нагель разочаровался, сама жизнь стала разочарованием. Это было великое разочарование, а ему просто не хватило мужества признаться в этом самому себе. Рушились казалось бы такие нерушимые идеи, вера, уверенность. Смириться значит признать себя побеждённым, сдать позиции, а сделать это было выше его сил. Вот он и придумал удобную для себя причину, хотя в глубине души наверняка понимал истинное положение вещей.

А ведь двойственен не только Нагель. Жизнь, описанная в романе тоже двойственна и не однородна, и даже таинственна и скрытна. Она как ларец с двойным дном: взгляд улавливает только видимое, но если покопаться, то можно нащупать самое важное. Вот и в городке на виду только монотонное течение жизни с её предсказуемыми событиями. Однажды в гранит этой серости вторгается одухотворяющая сила. Люди не сразу это принимают, потому что сам источник им непонятен. Человеколюбие, здравый смысл, освобождение от заскорузлого взгляда на мир, чуткость - все эти максимы сплошь пустые звуки для горожан, предпочитающих тихий сон. Они не замечали того, что происходило у них под носом, но Нагелю удалось прорвать оболочку и проникнуть в тайны людей. Хотя, по большому счёту он откапывал суть, дальше строил догадки. Драма событий и судеб так и оставалась непостижимой, оставляя за собой право не договаривать до конца.

Самым великим таинством, состоящим из предположений явилась всё-таки мистерия любви - сокрушительной силы стихия, не знающая жалости. Любовь, возникающая из ниоткуда (как и сам Нагель) с одним-единственным геном эго, требующая от влюблённого абсолютной самозабвенности, нередко и жизни. Любовь, какая бы красивая она ни была - она всегда сокрушает и властвует на руинах. Почему так? Можно строить только догадки, это тайна.

"Голод" - это повествование, которой потрясает с первой минуты чтения, повествование от лица молодого журналиста, который голодает на протяжении всего действия романа в буквальном смысле этого слова.

Гамсун, в этом своем первом, полуавтобиографическом романе, опубликованном в 1888 году, добился потрясающего эффекта, когда рассказ от первого лица показывает нам человека, достигшего критической точки психологического напряжения. И если теперь, для современных авторов, такие техники повествования обычны, то для конца 19 века такие романы были редким явлением в литературе.

В этом замечательном романе безымяный главный герой рассказывает о воображаемых действиях других, представляет себя другим человеком и все время находится на некой грани существования, на грани, которая кажется уже сюрреализмом.

И как результат - прекрасная чистая проза о, в общем-то, жизненном кошмаре. Красота и сила этой книги делают ее незабываемой.

Один из самых любимых романов одного из самых любимых писателей.

Читая книгу ("романом" это произведение Гамсун отказывался называть), некое внутреннее чутье твердио мне о её автобиографичности. Чтобы написать подобное, все описываемое нужно пережить. И, действительно, в основе книги лежит жизнь автора в очень тяжёлых условиях в Америке. Повествовование о его жизни ограничего: мы не знаем его прошлого, читаем только о настоящем, а будущее можем лишь предугадать. Примечательно, что главный герой без имени и фамилии, неизвестный писатель, борется с двуликим голодом. Его сознание, порой целый поток, в книге главенствующее. Оно помутняется, непредсказуемо ведёт себя и заставляет своего собственника вести несоответствующим образом. Его поступки вызывают подозрение и редко находят оправдания в глазах других. Физический голод тянет за собой душевный. Человеку, чьё тело истощено, все равно нужно общество.
У меня главный герой вызывает сочувствие, а книга заставляет задуматься об очень важных жизненных вещах.

Главный герой данного романа – Голод. Тот самый, изматывающий, съедающий изнутри, медленно убивающий, сводящий с ума.
Как это не удивительно, но страшное и угнетающее произведение принесло автору славу. Кнут Гамсун утверждает, что роман во многих деталях является автобиографическим. Действительно, случилось чудо.
Персонаж книги не имеет имени. У него есть только талант и доброе сердце. На пропитание молодой человек зарабатывает написанием газетных статей. Но его труды плохо покупаются издателями, вследствие чего ему приходится голодать.
На протяжении всей книги неудачный журналист встречается с разными людьми, общается с ними на разные отвлечённые темы и фантазирует о прекрасной даме. Видимо, герой таким образом спасается от Его Величества Голода.
Книга тёмная и трудная, но в конце она наполняется светлой надеждой. Мне хочется верить, что путешествие и новое занятие принесут счастье и стабильность в судьбу этого хорошего человека. Я точно знаю, что жизнь талантливого перфекциониста наладится.

"Сытый голодного не разумеет." Так и есть.
Возможно, перед прочтением мне надо было, ну не знаю, сжечь холодильник, окопаться в безлюдном месте на пару недель и продержаться на хлебе и воде, одичать и озвереть от голода. Вот тогда уже браться за эту книгу, где автор с первых страниц окунает читателя в сознание безумствующего человека. А там такая борьба!
Физиологические потребности устроили бойню с моралью, нравственностью, и муками совести, желание поживиться пытается перегнать муки совести, чувство жалости и сострадания, порывы щедрости и взаимовыручки в кровавом бою с позывами наложит лапу на чужое добро.
Эта жестокая война внутри, снаружи выглядит как полное безумие.
В пирамиде Маслоу не зря физиология самая устойчивая платформа, и как бы яростно он не боролся, а животное начало всегда побеждает.
Борьба должна была окончиться жертвами.
Поэтому финал меня огорчил. Но поскольку книга автобиографична, пусть будет так.
Я просто не смогла проникнуться его эмоциями, чувствами и потребностями.
Так хотелось спросить – почему же ты какую-нибудь «бабушку» не тюкнешь, Родя!