Владимир Сорокин. Собрание сочинений в трех томах. Том 3

Восхитительно. Сладкое блюдо, приторное, вот вам и рецепты на все случаи жизни. Какое блюдо Вы пожелаете, Сэр? Особое меню под названием «Пир» от господина Владимира Сорокина – Вы найдете то, что придется Вам по вкусу. Может быть, это Машина, которая сама готовит еду? Как насчет лошадиного супа, приготовленного Борисом Ильичем? Запить? Водка, коньяк, боржоми, моча? Вы не сможете устоять! И цена в разумных пределах.
Изумительная ода еде. Потрясающий вкус автора!

Мерзкая книжка. Рецепты, в которых присутствуют человеческие ингредиенты – органы, кровь, конечности. Это мерзко. Как можно было придумать зажарить свою дочь, и чтобы её подруга мечтала быть зажаренной! Что за бессмысленные, тупые рассказы с рецептами, это что, меню? И вообще, в рассказе Сахарное воскресение – как можно было насмехаться над жертвами чудовищного несчастья, а также над Максимом Горьким и Шаляпиным! Это кощунство!!!

На самом деле, мне очень понравилось. Я такие рассказы не забуду, это точно, и не грех будет привести в пример что-то из книги (так сказать, для «важных» переговоров). Это красиво и элегантно. Почему бы и нет? Почему нельзя такое читать? Это интересно, это куда лучше, чем то, что в нас пихает телевиденье и бульварная проза. Что-то меня не туда занесло.
Сорокин умеет писать книги.

К сожалению, я не люблю рассказы, эти маленькие гадкие истории, будь то о нежности или о том, как приготовить шарики из ногтей (хотя второе в приоритете), будь проклято детство, проведенное в громадных количествах часов за чтением Стивена Кинга, за чтением его страшных больших книг. В день я читала по одному рассказу, в ожидании, когда они закончатся, и в то же время так хотела, чтобы они долго не кончались. Я хотела больших историй. Но мне понравилось - эту книгу ни с чем не сравнить, она оригинальна.

Я читала рецензии – похоже, эта книга никого не оставила равнодушным.
В основном либо положительные отзывы, либо отрицательные.
И как забавно читать комментарии а-ля «это фу», «уг», «не читайте это», «какой кошмар, ужас, бред» и т.д.

Очень хороший Сорокин в этой книге. Мечтательный. Да, много разного рода непонятых до конца вещей, но это ведь только часть трилогии, дальше все будет яснее. Я получил огромное удовольствие читая историю Храм, хоть временами она была жестокая.

В первую очередь это после "Дня опричника" единственная книга ВГС, в которой был интересный сюжет, и хотелось узнать что дальше. В других книгах он крут как концептуалист и стилист, а тут, как будто впервые он выдал что-то полностью своё, особенное.

Несомненно буду читать дальше. Я Сорокина вообще любого буду читать дальше, так как считаю его одним из лучших современных авторов. А эта история еще и захватывающая, не только типично-сорокинская.

Кстати, с нее можно начинать знакомство с автором, однозначно.

Собираясь читать книгу, я немного задумалась о последовательности. То первой книгой помечался "Путь Бро", то "Лед". Про "Путь Бро" также замечалось, что это приквел. И я решила начать с него. В принципе, не жалею о своем решении. Но, должна сказать, что "Лед", который, вероятно, выходил первым, до приквела, написан очень эффектно, с соблюдением всех жанровых норм, интригующий читателя и лишь постепенно раскрывающий ему происходящее. Я же не пожалела о порядке чтения лишь потому, что, не догадываясь о дальнейшем развитии событий, сама бы с удовольствием приложила книгой об лед (правда, морозильник жалко, а на улице льда еще нет), настолько это все не моя тема. А будучи посвященной в сию глубокую тайну, я могла уже спокойнее взирать на происходящее, оценивать владение автора языком и прочие изыски стиля. С прискорбием должна сообщить, что автор, действительно, умеет писать и делать свой роман занимательным. Но он, как злой гений, настолько равнодушен к персонажам (и к читателю), настолько сух и стоит над происходящим, что его вещи невозможно принимать близко к сердцу. Кроме того, он еще и ориентировал его на соответствующую аудиторию, которую описал в этой части. Одна барышня является проституткой, другой молодой человек лоботрясом и кутилой (когда есть деньги), третий - крутым бизнесменом. Книга переполнена матом, сексом, испражнениями, сверху слегка сдобрена алкоголем и наркотиками.
Если по сюжету, то нам расскажут истории от лица трех похищенных и разбуженных. Вернее, они еще это не очень осознали, но автору и интересен этот момент до перехода, вырывание из привычной среды во что-то чуждое. Вторая часть книги посвящена опять погружению в историю, та героиня была подростком в войну, и мы проследим ее путь в Германию, концлагерь и пробуждение.

Книгу эту я прочитал * лет назад, после чего "закрыл" для себя Сорокина, вернее, понял, какое нужно настроение, чтобы продолжать знакомство с его творчеством. За все эти года "сорокинское" настроение так и не наступило. Но - привычка перечитывать книги подвела: увидел у друга книгу, подумал, что надо освежить впечатления, а глядишь, со временем и отношение может измениться... Полное фиаско. Поперву, в махровые года, хоть какой-то интерес к сюжетам, языку, ходам наличествовал, повторно - полное недоумение. Понятно, что нам продают товар, который призван лишь запечатлеть имя писателя в нашей памяти, литературы здесь мало, а те ошмётки, которые есть, легко свести к русской классике, и это неприятнее всего: наш неуважаемый товарищ - эпигон. Часть текстов просто не читается, часть являет собой свободные импровизации ("Банкет", "Жрать"), на которые способны многие неглупые люди, которые, по своей рассудочности, импровизируя, не считают, что это достойно публикации. Нечто вразумительное для чтения, в сущности, ни к чему не приводит. Для меня лично ярким примером выхолощенности рассуждения явилась цитата из "Лошадиного супа": "что бы было, если б Брайен Ферри и Брайен Ино вдруг взяли бы и объединились в группу." Что бы было, действительно?

Эта книга мне напомнила клубок ненужной бечёвки, которая так скрутилась, что распутывать её никто не возьмётся. Наверное, есть среди читателей александры великие, которые рубанут по клубку мечом, но мне лично лень замахиваться.

(Прошу прощения, нужно, наверное, пояснить. Смысл кокетливо-дурацкой шутки, которую я привёл, заключается в том, что Ферри и Ино играли в одной группе. Желающие могут послушать альбом Roxy Music 1972 года. Вот и гадайте: то ли Володя не в курсе, то ли он думает, что произошло бы, если бы они снова сошлись вместе, то ли это просто "накол" со стороны автора. Ещё одна "кухонная" шутка, превращённая в литературный приём, на уровне бородатой шутки про музыканта Рэймонд Ту Флэй.)

Книга В. Сорокина «Лед» выходила давно. Начало века. И видимо большим тиражом. Сравнительно небольшой объем. Сейчас она входит в состав «Ледяной трилогии» под номером два. Положил ее в вишлист интуитивно по давнему совету друзей. Ох, ведь есть там, есть, загадочные белокурые герои с ледяными молотками в руках. Добыча льда. Владение тайной. Пробудить сердце или убить в мясо. Невероятные плачи.

Роман разбит на четыре неодинаковые части. Встречаем измененную Москву на излете девяностых с чатами и «Ленинградом», братками и деловыми воротилами. Ныряем в водоворот войны с фашисткой силой темную и долго-долго путешествуем в Германию, да быстро обратно. Мелькают дачи и заборы в неизменном Подмосковье. Выныриваем вновь в новой России. Обалденно начинаем читать инструкцию по эксплуатации.

Сильные стилизации. Бесспорно мастерство эротической миниатюры. В наличии фирменный знак автора - описание тончайших оттенков испускания газов и говна. Очень много синего цвета: кейс, внедорожник, костюм, головные уборы, кожа. И обилие голубого: лед, глаза, стены, одежда.

Здесь есть и разношерстная и одновременно единая в своем убожестве троица персонажей первой части. И невероятные приключения хозяйки льда в чьем сердце живет память о Свете. Целый калейдоскоп стилизаций. И мальчик.

Легко читать. Увлекательно. Ожидания тайны присутствует. А тайна эта вдруг обернулась женщиной с журналом «Пробудись!» в руках. Гностическая хтонь кругом, да в версии лайт. «Евангелие от Иуды» пересказанное для детей. Пресловутое безалкогольное пиво с обалденным вкусом. Вдруг остро ощущаешь отсутствие главного компонента.

Развлекает прекрасно. Автор складывает вечность из ледяных кубиков в бесконечном разнообразии попыток и получается ничего. Ничего особенного, ведь так получается.

Богат и славен Сорокин В.Г. Обилен, разнообразен и весел его "Пир", роман про еду во всех ее проявлениях. Столы ломятся: 13 новелл, 13 фирменных сорокинских угощений. Есть глава, похожая на "Роман", есть - на "Сердца четырех", на "Голубое сало". Это все равно, как если бы Пелевин написал роман про Штирлица - роман на бис, подарочное издание для поклонников, трибьют самому себе. "Как "Норма", только еще лучше", - должны рекламировать "Пир" лоточники. Увидите, наверняка весь он разойдется на цитаты, и вся Москва будет твердить еще год как минимум: "это нээээ", "гнилой буратино требует модного клея", "оbo- bo", "не надо делать чукоу, надо делать жукоу". Что действительно obo- bо - так это то, что тексты Сорокина больше не производят впечатления развернутой цитаты из каких-то других авторов. "Настя", первая же глава "Пира", в которой обитатели дворянского гнезда на 16-летие своей обожаемой дочери запекают ее в печи и съедают с аппетитом, более не напоминает ни о Татьяне Лариной, ни о Наташе Ростовой, ни о тургеневских барышнях. Это типичный Сорокин, и "Настя" отсылает нас именно к "Роману" и к "Норме". Сорокин перестал быть литературным вампиром - он накопил достаточную массу, чтобы жить старыми запасами. Стало бессмысленно выяснять, с какими чужими дискурсами он работает - со своим, и только. Оттого Сорокин и издается так хорошо, что потерял свою репутацию ангела-истребителя русской литературы. "Пир" никоим образом не шокирует. Настю запекли? - Ну так а чего вы еще хотите, это ведь Сорокин. Если б ее, наоборот, не запекли - вот был бы шок. Роман, весь состоящий из повторений и самоцитаций, стал возможен потому, что это - пир победителя, пир в честь перехода из статуса маргинального писателя в статус литературной мегазвезды. Оттого все телескопы на него теперь направлены. Раньше о Сорокине-человеке была известна лишь история про штырь, на который он напоролся в детстве; от пожизненного шока он пытается оправиться посредством создания своих текстов. Не байроновская, конечно, биография, но даже и этот забинтованный штырь впечатлял изрядно: шутка ли! Сейчас вдруг оказывается, что Сорокин - прекрасный повар, коллекционирует литературу по кулинарии и только что не сменит вскоре А.Макаревича на посту ведущего телепрограммы "Смак". Словом, из загадочного графа Монте-Кристо, мстителя за все мучения, претерпленные от русской литературы, он стал весьма антропоморфным персонажем со своими милыми странностями. Уж и дети малые знают, что для Сорокина признаться в том, что он ел говно, гораздо проще, чем сказать, что он прочел роман "Бесы": при слове "культура" этот человек берет ложку и отправляется в уборную. Подумать только! Шикарно! Сорокин, ранее считавшийся Великим и Ужасным, воплощенной невозможностью Литературы, впервые опубликовал в "Пире" свою примирительную программу. Название романа - "Пир", - сами понимаете, отсылает к диалогу Платона, в частности, к пассажу про андрогинов. В сорокинском "Пире", по сути, обсуждается то же самое: разделенность человека говорящего и человека физиологического (жующего и пьющего). То есть либо ты глагол божественный изрекаешь и в языковой концлагерь попадаешь, либо жрешь и пьешь, и тогда глух и нем - на выбор. Сорокинский андрогин, пирующий писатель, позволяет снять эту оппозицию. "Пир" - про любовь к еде. Писатель-гурман-эротоман избавлен от власти языка, книги его - в верхних строках списка бестселлеров, и дом его - полная чаша. Хочешь - варенье из пейджеров жри, хочешь - салат из палехских шкатулок наворачивай. Так выпьем же за кибернетику

Об этой книге я ещё месяц назад не знала абсолютно ничего, пока знакомая со схожими интересами не посоветовала мне прочитать "Настеньку" (первый рассказ в книге), больше ничего не говоря. Я, проникнувшись интригой, сразу же побежала искать книгу на просторах сети и в тот же вечер дочитала "Настеньку"... с тех пор прошло почти две недели, но я только сегодня решила вернуться к книге и поняла, что кроме первого рассказа я эту книгу не осилю.
Во-первых, тут затронута тема каннибализма, которая, как указано в Вики, является основной темой (не могу опять же этого подтвердить, потому что не дочитала книгу). Я на самом деле не брезгую и отвращения не испытываю к подобным вещам (не в жизни, а именно на страницах книг), мне было не противно, но всё же немножко неприятно. Я тут подумала и решила, что мне просто чужд язык, которым изъясняется автор, потому что я не могу воспринимать таких произведений, где присутствует сюжет, есть диалоги, описываются события, но в этом произведении просто нет смысла. Нет ничего, что можно было бы взять для себя из произведения, "намотать на ус". Потому я бы такое чтиво назвала бесполезным (если только вы не бьётесь в восторженных конвульсиях от каннибализма).
Во-вторых, я считаю, что есть книги, где тема каннибализма раскрывается гораздо лучше, удачнее. Мне на ум всплывает пока только имя Брайт (и то только потому, что я прочитала не всю Витткоп, и вообще ознакомилась не со всеми авторами, работающими в таких направлениях), и я бы сказала, что вот её читать действительно приятно, и язык понятнее, и вообще она великолепно играет словами, потому, даже если не проникнуться сюжетами её книг, то хотя бы понаблюдать за красивой игрой слов стоило бы. А тут ни то, ни сё: ни сюжетом насладиться, ни почерпнуть для себя что-то новенькое, ни ужаснуться, потому что примерно это мы можем видеть почти в любом ужастике, где присутствует сжигание заживо, расчленёнка, и далее, и далее...

Первая часть «Ледяной трилогии» о Людях Льда и Света. Избранных, короче. В одном из интервью Сорокин предлагал начинать знакомство с трилогией с «Пути Бро» (это корректнее хронологически), но уж так вышло, что в университете нам как-то вот так представили трилогию, поэтому первым у меня всё-таки случился «Лёд».
Люди Льда с поэтическими именами типа Храм, Мэр, Диар – это Проснувшиеся.
Да-да, подумавшие о Том-Самом-Фильме, всё так. Мало того, в одной из глав будет такой уважительный реверанс братьям Вачовски, когда один из героев навещает приятеля, а у того на стене висит постер «Матрицы». Еще периодически в диалогах всплывает имя Киану Ривза, который, конечно, нифига не избранный, но в таком контексте он, конечно же, только Нэо – и точка.
В отличае от простых смертных, ласково именуемых «мясными машинами», проснувшиеся Люди Льда созерцают бытие как бы «сердечно»: их лозунг при «побудке своих» - «Говори сердцем». Побудка, кстати, весьма оригинальна. Неофита со всей дури лупят в грудь ледяным молотком, наконечник которого изготавливается из Тунгусского метеорита. Во как.
Невероятная эта история сопровождается типичной «сорокинщиной»: оригинальными сценами насилия, чередованиями мерзких и убийственно красивых эпизодов, путешествиями во времени, виртуозно матерящимися героями и прочими прелестями. Обычно меня с таких дел воротит, но здесь сорокинские уродцы удивительно органичны, и вся эта дрянь и мерзость берет и выстреливает, реально выстреливает и попадает «в яблочко».