Демиан. Сиддхартха

Роман-воспитание (1919), преобразованный из заметок писателя, о котором много не напишешь, но прочитав его, многое почувствуешь.

В чем-то автобиографичная история, личностного роста, взросления, становления автора – Германа Гессе. Декорациями роману служит предвоенная Германия, а в сознании Синклера (ГГ) полярный мир разделенный на «Cвет» и «Тьму».

История полна психологизма, рефлексии, философских суждений, страха перед превратностями судьбы и воздействия внешней среды. Концепцию данного произведения, с позиции повествовательной канвы, можно сравнить с «Исповедь» (примерно 398) А. Августин, так как в тексте много библейских аллюзий, которые истолковываются Демианом.

В книге присутствует мистерия познания, восприятия, и трансформация ГГ через подростковый максимализм, агрессию, чувственность, принятие, целостное формирование личности, а многие образы расшифровываются посредство исследовательской работы «Архетипы и коллективное бессознательное» (1976) К. Г. Юнг.

Мощное произведение, очень интересно изложенное, без назидания, чувстводавилки, но последовательно поясняющее происходящее, что будоражит читателя и ведет по сюжету, граничащему с магическим реализмом.

Данная книга, безусловно, стоит прочтения, в том числе и потому, что в ней описана предвоенная Германия, но нет экзальтации темы войны. Она на подходе, рядом, словно в книге «1913. Лето целого века» (2012) Фл. Иллиес.

«В колодец упал камень, а колодцем была моя молодая душа», – и всё начало меняться, вода уже никогда не успокоится, эхо – не замолкнет; как отметит чуть позже один юноша, хотя бы раз подумав о том, что всё не то, чем кажется, вырваться из оков этого убеждения уже не получится. Эмиль Синклер с ранних лет прознал, что есть два мира, светлый и тёмный. Светлый – это родительский дом, прямые линии и порядочная жизнь, тёмный же – это сплетничающие слуги, мрачные улицы и россыпь грехов, и, ясное дело, принадлежал юнец “правильному” миру и очень его любил, но тот второй мир, “неправильный”, такой интересный и запретный, притягивал его, менял в нём что-то, терзал. Но это были лишь мысли, не более, пока мальчик не оступился и не увидел своими глазами, каково это – побывать на той стороне. Попав в сети местного хулигана, он, начав грешить – кража, ложь, – чувствовал себя так, будто принёс на своих ногах грязь в чистый и светлый дом родителей, и не оттереть уже, не забыть, вот они, эти следы, как бы демонстрирующие то, как низко он пал. Поведение десятилетнего мальчика ясно показывало, что с ним не всё в порядке, но – мать смущалась, отец раздражался, сёстры чурались, и, несмотря на полный дом, он остался в полном одиночестве, в то время как золотые сады его детства начали осыпаться, гнить... погибать. «Всё стало другим. Детство вокруг меня разваливалось».

«Этого ни говорить, ни думать не полагалось», – и пока родители отводили глаза и отмалчивались, ребёнок, продираясь к отрочеству, тщился нащупать то, что мог бы назвать своим. Путь был тернистым. Мучаясь от одинокости, он цеплялся то к одной фигуре, то к другой; сначала это был Макс Демиан со своими удивительными речами, оставившими на юном сердце слушателя глубокие зарубки, затем был Писториус с органной музыкой и разговорами про сновидения, свой след оставила Госпожа Ева с её тёплыми улыбками и обнадёживающими сказками, стоит учитывать и Беатриче, этот пусть и вымышленный, но тем не менее важный образ. Он был ищущим, только и всего. «Такая трещина, такой надлом потом зарастают, они заживают и забываются, но в самой тайной глубине они продолжают жить и кровоточить», – лучше про детские – и не только – травмы и не скажешь, они влияют на всю жизнь, и зная, на каком историческом фоне протекала эта небольшая повесть, понимаешь это особенно хорошо. Финальная сцена с Демианом тосклива и даже скорбна, вот они, эти молодые люди, перемолотые очередной бессмысленной войной... Но при этом она, как ни странно, дарит надежду. Потому что всё, через что прошёл Эмиль, было, получается, не зря. Что-то он всё-таки нашёл. «Тебе придётся вслушаться в себя, и ты увидишь, что я у тебя внутри. Понимаешь?..».

«Мы сейчас немного пофилософствуем, то есть помолчим, полежим на полу и подумаем», – будто автор сказывает об очередном сеансе... впрочем, так оно в какой-то степени и есть, учитывая обилие автобиографичного. Вполне понятно, почему Гессе взялся за написание этого романа, можно только представить его состояние в то время, мало того что вокруг происходили безумные вещи, а в собственной семье были серьёзные проблемы, так ещё его яро костерили за пацифистские взгляды и осуждение косности, так что эта история не столько об Эмиле, сколько о Германе, о том, как важно человеку идти своим путём, ведь мир-то всегда будет гореть, а что ты, маленький человек, будешь делать? Делай выбор, свой выбор. «Что это такое, настоящий живой человек, о том, правда, сегодня знают меньше, чем когда-либо, и людей, каждый из которых есть драгоценная, единственная в своём роде попытка природы, убивают сегодня скопом», – что касается религиозной темы, то на неё хочется ответить именно этой цитатой, в ней – всё. Есть что-то ироничное – или печальное?.. – в том, что пока синклеры и демианы, считаясь тёмными, разбирались в себе и никому при этом не вредили, светлые вопили о своей правоте и проливали чужую кровь, подгоняя мир к очередному костру; так что там про человечность... «История каждого человека важна, вечна, божественна».

«Мы можем понять друг друга, но объяснить можем каждый только себя», – вот почему эта книга, пусть многие её моменты и не отозвались, вызвала симпатию; всё-таки самое страшное – это быть как отец героя (и автора, к слову), который, когда к нему подходил его маленький ребёнок с деликатным вопросом, фыркал и говорил, что у него, понимаешь, таких сомнений не возникало, а значит, грубо говоря, это всё бред и только (изумительная логика, конечно). Думать, обсуждать и сомневаться, протаптывать свою тропку, – вот на что надо тратить время, которого не так уж и много и которое быстро, чертовски быстро закончится. «Надо уметь целиком забиваться в себя, как черепаха», – мне так понравилась эта цитата, как же она замечательно описывает вот это вот состояние, которое не должно пугать, ведь мир – это в первую очередь ты сам, и от этого зависит пусть и не всё, но многое. Обычная, казалось бы, история о птенце, который выбирается – с трудом, болью и страхом – из яйца, а затем и из гнезда, но, читая и вспоминая при этом увиденные совсем недавно рисунки писателя, чувствуешь, как много он вложил в эти строки. Принять себя со всеми гранями, укрепить крылья, поднять голову, а там будь что будет, страха уже в любом случае не будет, ведь главное ты уже обрёл: себя. «Меня интересуют только те шаги, которые я сделал в своей жизни для того, чтобы пробиться к себе самому».

Бралась за книгу с опаской. Религия, философия, самокопание - это все не моё. Книги на тему "как надо жить" обхожу дальней дорогой.

На удивление, "Сиддхартха" произвел очень приятное впечатление. Возможно, потому, что один из основных посылов - как раз избегать всяческих учителей и учений. Живи своим умом, сказала мне книга, смотри на других, но иди своей собственной дорогой. Не грех поучиться чему-то у мудрого человека, но вряд ли его жизненная мудрость поможет кому-то, кроме него самого. Каждый должен наступить на свои собственные грабли.

О сюжете рассказать нечего, это история жизни, исканий, ошибок и успехов, радостей и печалей. В общем, история становления главного героя.
Сиддхартха жил, по-разному жил, многое попробовал, много шишек набил и в течение жизни нашел то, что искал. Ему противопоставляется друг его, который искал того же, но пользовался всегда торными путями чьей-то мудрости, чужими учениями. Он искал всю жизнь, но чужой опыт не смог помочь ему, не возместил отсутствие собственного опыта.

Философски-религиозной части касаться не буду, мне не очень близки все эти сансары, нирваны, единство всего и вся и существование всего вне времени. Но читать об этом было интересно и общую идею я уловила.

Книга довольно увлекательна, легко читается. В самом начале было скучно, но недолго. Правда, быстро прочитать эту малышку у меня не получилось. Это надо осмысливать, пропускать сквозь себя, а иначе зачем читать? Вот я и обдумывала, сравнивала со своим мировоззрением, соглашалась, уточняла, спорила.

Хорошая книга. Ничуть не жалею, что прочла. Хотя и впредь подобные произведения буду обходить. Просто это бесполезно, это все скатывается с меня. У меня есть свое мнение обо всем, оно меняется с течением моей жизни, а чужие поучения у меня не задерживаются.

А вот всем, кто любит такие книги, всем, кто в поиске, рекомендую однозначно.

Эту книгу просто невозможно прочитать поверхностно — она словно тихий разговор с самой собой, который требует полной отдачи и честности. Сюжет рассказывает о поисках себя, о сложном пути взросления и о том, как важно услышать свой внутренний голос среди множества внешних ожиданий и правил.

Главный герой — молодой человек, который постепенно раскрывается, сталкиваясь с вопросами добра и зла, света и тени в себе и в окружающем мире. Идеи книги глубоки и философичны, но при этом легко читаются благодаря плавному и поэтичному стилю автора.

Мне очень понравилось, что книга не даёт готовых ответов — скорее, она помогает найти свои собственные. Она учит принимать себя и мир вокруг со всеми его сложностями и противоречиями. Читала с ощущением, что каждая страница — маленький шаг к чему-то важному внутри меня самой. Рекомендую всем, кто не боится заглянуть в себя и ищет смыслы в жизни

Все мы с большим пиететом относимся к детству. Мы - счастливы, мы - невинны, мы заслужили это счастье. А взрослая жизнь никогда не может, не должна быть такой прекрасной, как детство, ведь мы уже давно испачкались в пороке.

Главный герой, Эмиль Синклер, проходит свое испытание - расставание с детской сказкой и встреча со взрослой действительностью. Синклеру это дается с трудом, что не к лицу главному персонажу, но совсем нормально для простых смертных людей. Кажется, еще чуть-чуть и темнота встанет на место света, но чудесным образом на помощь юному мальчику приходит его одноклассник – таинственный Демиан.

Так эта история и идет. То в школе, в пансионе, в университете Синклер пытается разобраться в самом себе, укоряет себя за внутренние пороки, бежит от самого себя, пока он не встречает тех, которые оттягивают его он этой пропасти. Почему лишь оттягивают? Потому что в этой борьбе победить нельзя. Это борьба есть сама жизнь.

Нельзя не упомянуть о «Божественной комедии» Данте. Демиан, подобно Вергилию, неотступно есть в жизни Синклера, который в свою очередь тянется к своему спутнику. И путь этот ведет не к раю небесному, а к раю земному, к принятию полного себя, принятию полноты и сложности нашего мира. И так ли уж важно, что в конечном счете хотел нам буквально сказать Гессе о Синклере и Демиане?

Когда в аннотации пишут слова «притча», часто бывает, что никакая это не притча, а размышления автора и навязывание убеждений. Притча, в моем понимании, эта сама история, которая чему-то да учит, без повелительных предложений, без простых ответов, где там правда, а где – нет. Короткий роман Гессе – это идеальная притча, потому что все, что вкладывал в свой роман Гессе, вам придется искать самому.

Сюжет рассказывает о молодом человеке, Сиддхартхе, который должен быть спокойным и умиротворенным, но таким он себя не чувствует. В надежде найди покой и ответы, он отправляется к аскетам, туда, где он думает, получит желаемое.

Все это, конечно, голый каркас, за которым скрывается много смыслов и символизма и об этом куда лучше писали многие в своих рецензиях.

Для себя лично, наверное, я вынесла урок, что мне надо либо поменять что-то внутри себя либо прочитать в другое время, за всей своей суетой не смогла вникнуть в суть. И немного обидно читать слова других людей, соглашаться, но не почувствовать этой самой.

Пока без оценки, в ожидании внутренней тишины, чтобы наконец узреть реку времени.

Перечитывание Гессе пришлось на тот период времени, когда отправилась в очередное исследование глубин сознания, снова препарируя себя по косточкам. Как и главный герой Эмиль Синклер, начала очередной виток самоидентификации с новыми картами на руках, чтобы лицом к лицу встретиться со своим Кромером, Демианом и госпожой Евой. Вам встречались такие книги, которые постучали в дверь в тот самый момент, когда больше всего не хотелось быть одному? Вот у меня как раз это и произошло.

Гессе взялась переоткрывать заново с биографии, где в полной мере отразилась та амбивалентность, что постоянно наблюдаю в мире, в себе и в людях вокруг. Тот, кто заявил о существовании серого цвета, наверное, соврал. Разве есть в нашей жизни что-то среднее, что-то пограничное? Разве нет здесь только Света и Тьмы, Добра и Зла, Гармонии и Хаоса, Каина и Авеля? И живет это в каждом из нас, в самой глубине. Не черно ли ядро? Не темно ли в том подвале, где заперто наше Я?

Гессе написал Демиана в сложный период депрессии и разочарования, поэтому поиск себя здесь звучит оглушительно громко. Это крик вынесен в эпиграф - "Я ведь всего только и хотел попытаться жить тем, что само рвалось из меня наружу. Почему же это было так трудно?".

В мире Эмиля Синклера как будто нет красок - все либо светло, либо темно. Там возвышенные чувства лежат рядом с грязью и низостью, спокойствие постоянно граничит со страхом, а надежда сменяется отчаянием. В черно-белом мире доминирует чернота, но и для света есть место. Пожалуй, нет ничего лучше, чем выражать мысли словами самого Гессе - "в каждом приобрел образ дух, в каждом страдает живая тварь, в каждом распинают Спасителя".

Не нужно бояться черноты, мой друг. Иди вглубь, раздвигая ее руками, чтобы совершить свой бросок из бездны. Жизнь каждого человека есть путь к самому себе, попытка пути, намек на тропу. Откройся самому себе, ведь никто не сможет объяснить тебе самого себя.

"Демиан" - история становления личности, три шага героя на пути к себе - первое познание темноты, разрыв с детством, погружение в хаос и расщепление, а затем преображение и возвращение к себе через любовь. Еще с необычной трактовки печати Каина эта история вызывает какое-то беспокойство. Как это на жизнь главного героя влияет некто с таким говорящим именем - Демиан и влияет не в отрицательном смысле? Макс Демиан - "наибольшее зло", который тоже амбивалентен. Он становится ангелом-хранителем Эмиля Синклера, приходя на помощь, когда он действительно нужен, и направляя Синклера в поисках себя.

Роман философско-религиозный, ведь Гессе был из очень религиозной семьи и возрос на почве немецкой философии, и очень символичный. Незадолго до написания романа писатель прошел курс психоанализа, где столкнулся со своим бессознательным. Герой "Демиана" также сталкивается с собой в нескольких ипостасях. Эмиль - лишь одна из фигур-символов.

Возвращась к амбивалентности мира "Демиана". При черно-белых красках мир Эмиля кажется эмоциональным, но за всем этим стоит холодное рацио. Но как же так, буквально недавно говорила, что есть только черное и белое, нет слияния их вместе с серое. Наверное, они существуют, пока противопоставляем эмоциональность рациональности, войну миру, внешний мир внутреннему, видя либо душевную пустоту, либо богатый внутренний мир, когда мы - всё вместе. И в лице Эмиля сразу же проступают черты Демиана.

Удивительно, как Гессе умудряется назвать словами то, что невозможно назвать. Есть чувства и эмоции, для которых не подобрать слов. Особенно в детстве. Меня совершенно покорили первые главы, в которых он формулирует мысли и чувства ребёнка. Детство - тяжёлое время. Ты максимально уязвим для всего на свете, потому что слишком чувствителен. Годы закаляют. Но на смену детской ранимости приходят гормоны. И в этот период тоже совсем не легче. Все это кипит внутри, бушует, тянет во все стороны сразу... и тоже трудно формулируется. Отдаю должное человек, который может назвать тайные, глубокие движения души.

Неоднократно в тексте упоминается Ницше. Я не знаток его произведений, но идеи о сверхчеловеке чуть знакомы. Явно чувствуется, что Гессе был его поклонником. И не только потому, что его герой читал Ницше. По сути весь этот роман - та же идея сверхчеловека, который заключается в себе всё, весь мир, полный, совершенный и самодостаточный. Только у Ницше это очень витиевато и мутно описывается. А Гессе простым доступным человеческим языком так хорошо раскалывается эту идею и обосновывает, что не придраться. Очень убедительно. Так что если с Ницше у вас не сложилось - начните с Гессе. А главное, это многое объясняет. Практически всё в вас, чему вы раньше не знали объяснения.

При чём здесь Демиан? Да практически не при чём. Во-первых большой отрезок жизни героя Демиан отсутствовал, оставив в душе мальчика неизгладимый след своими речами. А во-вторых (даже больше, чем во-первых) человек находит то, чего ищет его душа, к чему она стремится - то и видит в окружающих и притягивает к себе. Будь Синклер обычным мальчиком - никакой Демиан не смог бы этого изменить. С таким же успехом роман можно было назвать Писториус. Ведь он сыграл не меньшую роль в развитии личности героя. Это второй роман Гессе, который я читаю. И в обоих случаях обычным, прозаическим событиям жизни, приписывается мистицизм происходящего. С таким же успехом любое сборище странных людей можно назвать магическим ритуалом. Такой вот цинизм с моей стороны неожиданный.

В «Сиддхартхе» Гессе «разделил» Будду (и, одновременно, два первых его имени) на двух разных лиц: Сидххартху и Гаутаму, «отправив» их жить отдельными жизнями и даже позволив им один раз пересечься и пообщаться…
Что интересно, там же и ещё один их друг – Говинда (также сын брахмана), благоговеющий перед обоими обитает.. А Говинда, как мы помним, это одно из имен Кришны.. Такую вот петрушку заварил здесь Герман Иоганнесович (из реально-полуреальных и мифически-полумифических персонажей).
Там же ещё между брахманами и Просветленными имеются саманы - нищенствующие аскеты, может и
у "шаманов" ноги отсюда же растут.
Хорошее конечно произведение, и красивое, чего уж там, чувствуется, писатель весьма мощно погрузился в тему, чуть-чуть, конечно же, добавил и от себя к (обще-буддийскому флёру), а иначе, какой смысл писать?)
Есть конечно и пафосно-полупафосные обобщения, типа:
Нет, в каждом грешнике уже сегодня, сейчас присутствует завтрашний Будда, в нем заключены все его будущие существования, ты должен почитать в нем — во мне и в тебе самом — сокрытого, пребывающего в становлении, грядущего Будду. Мир, друг Говинда, не есть нечто несовершенное, чему предстоит долгий путь к совершенству, законченности. Напротив, он всегда был, есть и вечно пребудет совершенным, каждый грех заключает в себе прощение, каждый ребенок носит в себе старца, в каждом младенце притаилась смерть, в каждом умирающем сокрыта вечная жизнь.
Но без таких обобщений в подобных произведениях и не обойтись.