Избранные сочинения в 3 томах. Том 1. Защита Лужина. Камера обскура. Приглашение на казнь

Уже в какой раз за неделю от прочтения до написания рецензии оценка за книгу в моём сознании вырастает. Напр., я ставлю 4, имея те или иные претензии, а потом на основе книги начинаю строить различные рассуждения, и кажется, что в тексте было заложено больше, чем я увидел сперва, и моя оценка дорастает до 5. Бывает именно так, а бывает, что я постфактум приписываю книге те идеи, которых в ней не было, называя это "скрытым смыслом".
Вот и на сей раз я сначала поставил любимому Набокову 4, а потом "домысливал". Но нееет! Останусь верен первому впечатлению и оставлю 4, поскольку такую элитарную прозу временами очень непросто читать, и надо вчитываться в каждую строчку. А свои домыслы приведу ниже.

Представьте себе, за всю свою читательскую карьеру я не дочитал всего одну (!) книгу - года 4 назад таковой было "Приглашение на казнь". То ли я тогда был ещё не готов, не подкован, то ли фазы луны так сложились. Попытка №2 прошла успешно, помощь в чём, возможно, оказало недавнее чтение "Подвига", позволившее вновь окунуться в поэтику Набокова. Впрочем, и во второй раз чтение не было лёгким; это совсем непохожий на другие работы автора роман. Тут совсем мало от реального и совсем много фантастически-галлюциногенного.

Говорят, тут есть аллюзия на СССР и Германию (которую я не разглядел), мол, тоталитарный режим требует не полного подчинения (диктатура), а требует полюбить палача. Вскоре после Набокова Оруэлл опишет в своём "1984" любовь к Большому Брату. Оба писателя это очень точно уловили: нас умасливают, заговаривают зубы, улыбаются... А потом идут к себе, достают из футляра топор и кладут нашу голову на плаху. Пьер и Цинциннат это не Порфирий Петрович и Раскольников, как видят некоторые, а власть и народ. И не обязательно власть тоталитарная. "Они" приходят к нам дружить, рассказывают несмешные анекдоты, "они" на короткой ноге с нашими местными начальниками, "они" разъясняют нам как надо жить и как устроен мир, хвастаются своими достижениями, играют с нами в шашки, а мы молчим. Стоит нам вякнуть, как нас тут же нарекают неблагодарными и бесчувственными. А в один день "они" говорят: всё, дружочек, твой срок истёк - будь добр пожаловать на казнь! И причины, вины - почти никто не доискивается.
Не доискивался и Цинциннат. Однако, стоило ему задать себе простой вопрос: "Зачем я тут? Отчего так лежу?", как весь мир поменялся. Сопротивление, resistance, или банальное "остановись, задумайся!" ведёт к свободе. Мы заключаем себя в несуществующую камеру, и стоит лишь из неё выйти (не ногами, а как состояние), она сразу же рушится. И стоит только Цинциннату-заключённому проявить знак непокорности (спрашивая "Когда точная дата казни?"), власть приходит в замешательство и спешит отмахнуться от вопроса, как от назойливой мухи.

А вопрос этот волнует не только его, но и меня, и вас тоже. Хотели бы вы знать точную дату смерти? С одной стороны, есть прелесть в неведении, а знание приносит обречённость. А с другой стороны, Цинциннат просит назвать время, ссылаясь на то, что он мог бы успеть закончить свои письменные труды, но имея вдоволь времени, он таки не работал, засучив рукава.
Это дело сугубо личное - знать или не знать. Лично я, как педант, знать хотел бы: думаю, жизнь бы изменилась к лучшему.

Тема творчества - второй мой домысел. Цинциннат - творец, художник. Создаётся впечатление, что он сам придумал себе весь окружающий мир и своё заточение. Или же окружающая действительность ясна и осязаема, "реальна", но настоящей правдивой вселенной (для истинного творца) является мир творчества, в который Ц. и уходит в конце. Или же иное толкование: вся жизнь и есть акт творчества, мы творим свою жизнь. Поэтому граница между мирами у Ц. постоянно расплывается, поэтому все персонажи (кроме ГГ и бабочки) бутафорские и ведут себя неестественно. Один из персонажей, кстати, укрепил мою уверенность в том, что Набоков неровно дышал к девочкам-подросткам. Эммочка - явная пре-Лолита, и в эпизодах с ней разбросано множество эротических символов и намёков. Эта несообразность не принижает величие писателя и его творческий гений.

Через пару дней после прочтения я случайно обрёл собрание сочинений Набокова в 4-х томах! Вот так повезло! Теперь у нас этого гуталина Набокова - завались! И если я осуждён горячо любить этого писателя (чей портрет висит у меня на стене) и в бесконечном упоении наслаждаться его творчеством, то я разцениваю это как то, что случай прислал мне приглашение на казнь.

Познакомтесь - Цинциннат.
Он - это вы.
Нет нет, я не настаиваю, что вы хрупки, сложены по мужски и носите на лице полупрозрачные усики - точно солнечный свет. Но, как и Цинциннат, вы скованы тюремной решеткой. Дело в том, что вы преступник. В вас есть страшный изьян, порок, который вы не удосужились скрыть.
Имя ему - личность.

Здесь каждого отличающегося, неугодного обществу, ждет лишь один путь - до эшафота. Ваша голова думает иначе?
Чтож, тогда она и не нужна. Ведь так легко взмахнуть топориком - и оставить в ведерке отсеченную личность-мысли-индивидуальность.

Именно этот трагический фарс разыгрывается на подмостках страниц. Декорации полны кукл, полупрозрачных и пустотелых - свет проходит сквозь них не находя преград. И лишь один герой обладает в ней плотью. Сохранит ли её - или тоже выцветет до призрака?

Но помните - вы сами выбираете, класть ли шею на плаху.

Вся книга - почтовый ящик. Тут каждое предложение - крохотное письмецо, со своим смыслом, образом, полетом фантазии. Все туго свернуто в два-пять-десять словесных слоев. И ты разворачиваешь все это бумажно-буквенное, подносишь к свету, сопоставляешь, с восторгом откидываешься назад от особо удачной строчки, улыбаешься, хмуришься, думаешь...
Упоительно.

Вначале книга читается медленно. Тебя словно пригласили на танец - а ты не умеешь. Сбиваешься, стопори'шь ритм, наступаешь на мыски туфельных точек. Но ты учишься - учишься. Темп ускоряется, глаза и мысли двигаются все более искуссно. Наклон головы, шажочек, поворот, взлет под искрящиеся люстры на руках партнера.
Танец становится прекрасным и стройным.

Эта книга сшибла меня шквалом восторга. Он взбуламутил все внутри. Легкие всплыли к горлу, сердце ушло ко дну, а течение спутало в неровно-нервный клубок сеть сосудиков и капиляров. Язык, авторский слог, эта многоуровневость, эти проскальзывающие смыслы...

Я не могу сказать ни одного негативного слова. Всю бесконечность положительного же сжимаю- сминаю-втискиваю в 8 буковок:

1.   П
2.   Р
3.   О
4.   Ч
5.   Т
6.   И
7.   Т
8.   Е

Если бы не набоковское тошноязычие эта книга могла бы быть оценена максимально. К чему перегружать повествование пафосностью изречений, забивая их до отказа эпитетами, не относящимися к сути произносимого... Вынужденное продирание сквозь громоздкость фраз, теряющих свой смысл, а главное, прелесть и обаятельность, заставляет лишь в очередной раз отплевываться и заречься наконец читать опусы автора. Какие бы многогранность и глубина (пласт за пластом открывать для себя) ни крылись в произведении - манера написания, адресованная будто не имеющим и капли воображения, отторгает и кардинально влияет на изначально положительные ожидания либо первые впечатления.

Не знаю, что конкретно подразумевал в этом метафоричном творении Набоков (упомянутое тошноязычие на каждом шагу сбивало с пути внимательного* восприятия), поэтому сама себе придумала наполнение, которое и заинтересовало меня, и позволило обрести хоть какую-то основу для оценивания и размышлений о книге. "Приглашение на казнь" - история об узнике Цинциннате, которому не скрывая изменяла жена, с кем вальсировал охранник в тюрьме, кто никогда никому не был нужен, который всегда был не таким как все, за что и поплатился... Для меня все окружающие ожидающего казни персонажи - его отображения: Марфинька, ни в грош не ставящая Цинцинната как мужа, не скрывающая измен, совершая их практически на глазах супруга, рожающая двоих не его детей и требующая утешать себя, а не смертника - продолжение в виде видоизменившейся Анимы самого героя его матери, которой не было рядом. от которой не поступало принятия и безусловной любви; Пьер - оборотная сторона не могущего себе позволить быть весельчаком, развлекателем, фокусником, юмористом узника, его Тень (да и как бы он позволил себе расслабиться и стать таким легким, не зная как противостоять при своей особости обыкновенности) - недаром именно он должен стать катом и казнить, получается, себя же; Эммочка - деткая непосредственная и потому идущая на риск, храбрая, позволяющая себе знать больше, чем привыкли взрослые, но глупо поступающая из-за неопытности часть личности Цинцинната (хотя побег с финишем в директорской квартире не столь глуп, сколь оправдан - сам Цинциннат не готов был освободиться по-настоящему на тот момент); директор тюрьмы и охранник Родион, говорящие то по-детски ("тозе хоцу"), то коверкая смысл ("связали бы мне фаршик"), - свобода и непринужденность, которые есть, но загнаны томящимся в ожидании казни героем в самые недоступные глубины себя. С легкостью распадающийся на части (в прямом смысле) и не пропускающий чужих лучей (как архетип из вчера прочитанной мной книги о зрелых и незрелых мужчинах - желающий отражаться, но не отражать) с одной стороны то, к чему мы все стремимся - уникальность, индивидуализм, белая ворона (хуже нет, чем одним из толпы являться), но с другой - не умея быть пророком со своим даром, Цинциннат всего лишь потерянная душа, слабая, не способная за себя заступиться и отстоять хотя бы даже возможность поговорить наедине перед казнью с женой. К счастью, финал откровенным намеком, если так можно выразиться, ведет читателя к пониманию. что заключение было для героя полезным и привело его к выходу из аркана повешенного - трансформация-путь к таким же как он, где, быть может, найдется даже его отец (это уже мой домысел)...

Идея этой истории - на 10 из 10, стиль повествования - 4 из 10. И если перед открытием первых страниц зиждилась еще надежда, что подобная витиевато-захламленная манера должна вписаться в метафорическое смысловое исполнение, то на первом же абзаце она испарилась - не умеет Набоков писать. Задумывать идеи - умеет, а красиво и качественно воплощать - нет. Печально, что один только корявый язык способен настолько испортить произведение при глубочайших по характеру персонажах и замечательной метафоричности, несущей (для кого-то даже откровение) значимую для каждого человека мораль.

P.S. В цитате, так не совпало, приведен самый лучший - адекватный вариант игры словами автора.

Не знаю как так получается у Набокова, что довольно банальные до  пошлости сюжеты, становятся какими-то психологическими триллерами, от которых, как от дорогих десертов, невозможно оторваться.

А потому что Набоков - это неповторимый стиль, необыкновеный вкус; точное, дерзкое, страстное Слово в литературе.

Она - молода и прекрасна, но бедна как церковная мышь. Он - богат и влиятелен, но женат, глубоко и безнадёжно. Исход, который сразу пришел на ум - и есть суть сюжета. Не ново.. Но!..

Говорят, что красота в деталях. Если это так, то Владимир Владимирович (Набоков в данном случае)) - истинный мастер, гуру и Бог мелочей. Именно отдельные детали, раскиданные по тексту, как флажки на карте путешественника, придают текстам автора такую  притягательность.

И в "Камере обскура" запятые расставлены так лихо, что моя читательская челюсть очень часто покидала свое привычное место))

Не могу, не могу удержаться, чтобы не наброситься с такой же страстью на новую книгу автора. Ну и пусть, книги же не тирамису, авось не потолстею))

Небольшая по объему книжечка — около 450 страниц в электронном формате — а я растянула чтение на целых 3,5 часа. И не потому, что скучно, вовсе нет! Просто я смаковала слог Набокова, возвращалась к понравившимся моментам, перечитывала сразу же, наслаждалась. Хотя по работе отвлекали часто, это ничуть не мешало — книга захватила.

Первое впечатление: «О, божечки... неужели это снова "Лолита"?!»
Серьезно, мысль была в духе: «Набоков — помешанный. Не помню, сколько было Лолите, но тут Магде 16 и она уже такая вертихвостка».
Почему он вообще писал о таких скандальных, морально сомнительных вещах?

Причем сюжет-то он выложил в самом начале: женатый мужчина заводит молодую любовницу — и всё плохо кончается. Бам. Спойлер сразу.
Но Набоков как бы говорит: «История в трех словах — ерунда. Интересно ведь, что за этим стоит». И вот ты идешь с ним дальше, вглубь. И в какой-то момент уже не история тебя держит, а слог, подача, психологизм.

И что по-настоящему удивительно — мне стало жалко главного героя. Прямо по-настоящему. А это у меня бывает редко.
Жалко этого взрослого мужчину, который повелся на юную охотницу за деньгами и оказался раздавлен, унижен, испепелен изнутри.
Я аж сама себе удивилась — оказывается, умею сочувствовать.

А почти под конец... там такая сцена! Такое падение! Настолько ярко описано моральное разложение, предательство, человеческая мерзость, что аж выворачивает.
Но написано — потрясающе. Концовка просто сносит крышу: я одновременно восхищалась и плевалась от отвращения. Браво, Набоков.

Сюжет — класс.
Слог — выше всяких похвал.
Книга — мощная.
Рекомендую.

Я абсолютно не умею играть в шахматы , зато вся семья умеет и любит эту игру. Зато обожаю нарды , шашки , домино , русское лото, но шахматы - увольте меня пожалуйста.

С данным произведением  знакома  ещё с школьной скамьи и помню ,что когда читала тогда эту книгу , то практически выла как волк насколько  мне было  тяжело её читать.

Спустя много лет я всё таки решилась вернуться к творчеству Набокова и взяла в руки эту книгу . Думала ,что с возрастом моё отношение к этому произведению поменяется . Ни фига подобного.

Дочитала лишь из принципа , а так готова была просто выкинуть сие литературное " чудо". Очень тяжёлое , депрессивное произведение , которое при незнании может запросто отбить желание читать или вогнать в жуткую  депрессию.

Главный герой с первых же строк не вызывает никаких эмоций , желания как то хоть немного посочувствовать  не возникает от слова " совсем" . А дальше лишь ситуация становится более агрессивной , депрессивной и ты попросту умираешь от скуки .

Я искренне не могу понять почему данное литературное творение столь высоко оценено  современными литературными критиками . Но видимо им так полагается делать - собственное мнение запихнуть в дальний угол , а  высказывать то ,что выгодно .

Но это не значит ,что я ставлю крест на творчестве Владимира Набокова , просто именно с этой книгой у меня разошлись пути - дороги . Я искренне надеюсь ,что следующие его произведения  прочитаю с  гораздо большим удовольствием , чем 'Защита Лужина" .

Кстати эта книга основана на реальных событиях , и прототипом Лужина являются целых два известных гросмейстра конца 19 века. Это было приятным сюрпризом для столь непростой книги .

Спасибо большое что прочитали мой отзыв ❤️

После "Лолиты" думала, что Набокова больше читать не буду, с ней у меня совершенно не сложилось. "Защита Лужина" досталась мне в игре, обнадежил и высокий рейтинг, поэтому решила сделать еще попытку подружиться с автором.
И, честно говоря, пробрало. Великолепный язык и сложная, обреченная на трагический финал, история.
Мы знакомимся с главным героем, когда он был еще ребенком, в тот момент, когда он начинает зваться Лужиным, потеряв свое имя до самых последних страниц книги. Все его будут звать только по фамилии.
Мальчик, по всему видно, аутист. Тогда не было такого понятия, да и сегодня это не лечится, ребенок так и рос, стараясь забиться в угол, чтобы его не было ни слышно, ни видно.
Но появились в его жизни шахматы, в которых он обрел свой новый мир, постепенно заменивший ему все, что окружает обычных людей. Он играет и выигрывает, его имя знакомо всему миру, но весь этот мир Лужину не нужен.
Лужин не следит за собой, растолстел, может лечь спать прямо в пальто. Ему все внешнее безразлично. Существует только игра.
Он даже женился, вернее, его на себе женила хорошая женщина. Непонятно, что толкнуло ее на такой поступок. Любила? Или она из тех женщин, которым обязательно нужно устраивать чью-то судьбу? Но она очень старалась приспособить Лужина к нормальной жизни.
Он тоже делает вялые попытки, но устроен Лужин по-другому, ему бы только играть, да чтобы не мешали. Но постоянное напряжение отбирает здоровье, ставя перед выбором: игра или жизнь.
Тяжелая история.
Отдельное спасибо Евгению Терновскому, озвучившему эту книгу. Замечательный чтец. К сожалению, его давно нет в живых, но вот книги с его великолепной озвучкой, продолжают нас радовать.

О, как хорошо я вас понимаю, уважаемый главный герой! Вот и я себя спрашивала: на кой, вот на кой я читаю вторичную, лишенную индивидуальности книжку, да еще с крайне артхаусным смыслом (простите, поклонники этой повести, но у Набокова есть вещи поинтереснее).

Кое-что меня категорически раздражало с самого начала, вот просто в самом начале я поняла, что с этой книжкой у меня романа не выйдет.

Во-первых, слишком явное подражательство Кафке. Ничего не имею против подражательства, если оно мельтешит на заднем плане. В «Приглашении на казнь» же подражательство выпячивается, составляет смысл произведения. Если вы читали хоть что-то у Кафки, тем более если читали «Процесс», то не заметить этого невозможно. Герои, их позы, их слова – переработанный Кафка, может быть, с примесью Достоевского (и Замятина?). Проблема в том, что Кафка, как и Достоевский, слишком узнаваем, его работы индивидуальны, и, не будучи Кафкой, нереально аутентично передать его настроение, его чувственное восприятие – получается кривое зеркало. Кафка – это единый монолит. За подражательством ему теряется Набоков, словно бы ему поставили задачу вообще ничего своего, личного, не вставлять в текст. Да и зачем нужна книга, настолько близкая к «Процессу», если уже есть сам «Процесс»? Ничего «эксклюзивного» в книге нет, все – чье-то, уже переработанное. Тем более странно слышать от Набокова, что Кафка на него никак не повлиял, его он не читал и немецкий он вообще не знает (хотя семь лет учил его и жил в Берлине, не на английском и русском же изъяснялся с местными). К слову, «Процесс» существует не только на немецком языке, Кафку активно переводили уже в те годы.

Во-вторых, мне решительно не нравился язык. Внезапно. «Лолита» и «Камера обскура» у Набокова мне казались естественнее в этом плане. Понятно, что Набоков хотел написать «поэму в прозе», а это обязывает. Но язык у меня (хороший, красивый, кто бы спорил) дисгармонировал с содержанием. Тут он слишком избыточен, наигранно красочен, именно наигранно. Я так и вижу, как Набоков сидит за столом и морщит лоб: хм, что бы поинтереснее вставить на это место? это же «поэма», должно быть изящество в каждом предложении, нужно больше необычных сочетаний, еще больше красок, пестрых оттенков… Текст у меня не хотел литься, он казался мне мозаикой, пусть и качественно собранной… но швы бросались в глаза. Конечно, элегантны все эти «масло сумерек, содержавшее необыкновенные пигменты», «разные части разобранной луны», «лунный ветерок веток». Очень красиво. Но я постоянно ловила себя на мысли, что слежу за движением языка, а сюжет, герой, его чувства – все остальное второстепенно, незначительно. Герой и его проблемы попросту стирались за этими необыкновенными красотами, потому что меня просто не хватало на осознание описываемой ситуации. У Кафки (опять же) язык не бросался в глаза, не был главным героем произведения; ты, по сути, вообще не замечаешь, как написан «Процесс», потому что внимание сосредоточено на сюжете. У Набокова же все наоборот. Ну не люблю я изящество во имя изящества.

Что касается смысла… Возможно, не читай я ранее бесконечно упоминаемого тут Кафку, Камю и Сартра, Бориса Виана, Платонова и прочих писателей «мрачных» направлений, – в этом случае «Приглашение…» могло бы стать для меня откровением. Атмосферу сна, нереальности происходящего, помноженную на убедительный солипсизм, нельзя так безжалостно эксплуатировать. У Набокова я не нашла, к сожалению, ничего, кроме уже много раз использованных смысловых штампов: о сложности нашего восприятия, о возможном обмане наших органов чувств, о жизни в образе тюрьмы, о невозможности человека выбраться из навязанного образа, о неизбежности и неизвестности смертного приговора, быть может, даже о цикличности положений и смыслов (вот уж точно, «Приглашение…» это прекрасно доказывает!) Но, как я уже жаловалась, тут слишком много чужого и мало авторского. При желании любой грамотный человек может прочитать философские размышления условного Камю, а потом пересказать (или записать) их своими словами. Но каков в этом смысл, если в этом есть только Камю, но нет вас, полноценного переосмысления; если вы спрятались за множеством интересных смыслов и красивых слов, но не позволили читателю понять вас, не Камю, а именно вас?..

Помножьте это на то, что никто из главных персонажей писателя не вызывает сопереживания. И ладно бы в одной книге такое было, но в третьей книге Набокова подряд?.. Даже в «Приглашении…», более-менее нейтральном по «нравственной» наполненности, заметна эта… брезгливость, что ли. Кажется, что и герой-то не плохой, но описывают/показывают его так, словно он – отвратительный жук, словно писатель ничего не чувствует, а просто рассматривает любопытный экспонат подобно герою «Коллекционера». Заинтересовал меня только пресловутый месье Пьер, почти доппельгангер главного героя (привет, Достоевский!), в итоге книжка могла бы превратиться в каламбур, где главного героя прибил бы его же двойник (или главный герой убил бы двойника, если это сон Пьера, чему я бы не удивилась). Добавьте к этому слишком явные фрейдистские мотивы, образ инициации и откровенное издевательство правильного мещанства над иными формами бытия. Остальное можно додумать самостоятельно.

(Ну хватит уже, это же не «коронная» тема Набокова – какие-то там заключенные, замкнутые пространства, он человек благополучный, «здоровый», так сказать, у него все на разуме основано, нет у него несчастливой иррациональности Кафки, он слишком умен для этого…)

Как итог: прибить писателя все-таки не хочется, он искренне старался написать хорошо, но и я не считаю себя скотиной за то, что разрешила себе его покритиковать. У «Приглашения…» и без меня хватает поклонников.

Для меня Набоков - это три разных писателя. Один пишет нон-фикшн, и это интересно, когда ты знаешь контекст. Второй пишет остро социально ("Лолита", "Пнин", "Защита Лужина"), что мне тоже очень нравится. А вот третий рассказывает про любовь ("Машенька", "Король, Дама, Валет") и вот тут я всегда буксую. "Камера обскура" к сожалению оказалась "про любовь", мне было очень интересно сюжетно, я ждала возмездия, я негодовала, но при этом прекрасно понимаю, что пройдет пол года и книга уйдет на сотый план, и я никогда ее не посоветую, не захочу перечитать. Почему-то язык в любовных историях у Набокова становится проще, тех удивительных поворотов и певучести языка как в "Лолите" или "Защите Лужина" здесь нет, разве что есть подшучивание над этими вывертами в прозе местного писателя. Очень простая получилась книга, когда есть с чем сравнивать, но намного сильнее, чем обычный проходняк.

«Приглашение на казнь» - роман В. Набокова, написанный в Берлине.
Правдивый набоковский абсурд. В произведении писатель предполагает, как может сложиться судьба простого человека, который снимет маску и будет самим собой, что окружающие не поймут, не примут и осудят. Как дорого может стоить «непохожесть»?
Вернее… Я скажу так: Цинциннат – самый адекватный персонаж из всех представленных. Видимо, именно за эту непохожесть его и не взлюбили остальные.
Посудите сами.
Рассмотрим, маму главного героя Цецилию. Она работает акушеркой, помогает рождаться детям, а сама отказалась от собственного сына сразу же после рождения. Как такое может быть? Нельзя сказать, что такое положение вещей нормально. Я вам больше скажу, это нонсенс. Это страшная ложь обществу. Цецилия –преступница, прикрывающаяся личиной добродетели.
Идём дальше. Марфинька, жена героя, родившая мужу от случайных любовников двоих детей и особенно не переживающая по этому поводу. Цинциннат с рождения окружён женским предательством.
А Роман Виссарионович? Адвокат, который не делает ровным счётом ничего, чтобы спасти своего клиента.
А палач, добивающийся дружбы со своей жертвой, за двадцать дней до казни? Как минимум, это странно.
Бедный, бедный, бедный Цинциннат! Его никто не понимает. Он не находит поддержки ни в одном человеке. Его воспринимают как мутного и странного, но так ли это на самом деле?
Казнь – это спасение для героя. Единственный выход. Свет в конце туннеля.
Наверно, на месте Цинцинната периодически оказываются все люди на земле, потому что мы по природе одиноки, живём в своей скорлупе, иногда вылезаем, не находим понимания и снова прячемся.
Не стоит понимать тюрьму и казнь буквально. Это образность набоковского стиля. Но я поняла то, что хотел донести писатель. Не будем слепы и глухи друг к другу! Давайте проявлять сострадание и соучастие к судьбе близких и родных, иначе можно потерять связывающие ниточки, которые слишком тонки.