Жюстина

голодные засушливые годы вывели крестьян на улицы. граф де Сад, будучи на склоне лет полковником драгун, опытным глазом прикинул шансы и решил последовать поговорке "хочешь жить - вовремя сядь в тюрьму". старый его шато де Лакост (да, есть такой бренд теперь) народ сровнял с землёй, а далее бунты раскочегарились до уровня "революция".
кровь - рекой, трупы - вповалку, гильотина - чавкает неприрывно. кто там следующий?
разные "соки" вперемешку текут изо всех щелей - как тут не спятить.
уличная дичь торкнула кукушку нашему графу, он не смог молчать и его порнушка "гражданам" зашла невероятно удачно.
на волне успеха втёрся в доверие к новым властям, назвался гражданином, и принялся судить виновную знать во вверенном районе.
но не казнил ни одного человека, попал под подозрение и снова решил отсидеться в казённом заведении.
нигде так легко не думается, как в спратанских условиях - Сервантес не даст соврать.
можно было бы подумать, что речь в книгах маркиза строго о задорном порно, однако, если присмотреться - там нет ни одного положительного персонажа,
мерзость действующих лиц постоянно подчёркивается, и в целом вырисовывается одна большая "фига" читателю.
а как среди читателя водится, каждый берёт из книг только то, что может унести.
поэтому вынёс читатель только разврат (так у нас переводят слово "либертинизм").
и современные (контркультурные) авторы в желании примазаться к скандальной славе выдают на гора ещё больше разврата, забыв, что у де Сада было что-то ещё.

В принципе, если из "романа" убрать все "де Садовское" — получится вполне неплохой роман-притча, с незамысловатым сюжетом, но сложной философской и богословской полемикой о том, что есть порок, что добродетель, где пределы нормы и т.д.
К сожалению, из песни слов не выкинешь, а из книги страницы не вырвешь. В South Park есть серия (про Скотти Макбугерболса), где ребята пишут самую противную книгу, рвотные позывы от которой наступают через пару секунд. И я, кажись, знаю, какая книга там "снималась".
Возникло ощущение, что книга писана школьником, готовым до уср@чки ржать со слов "жопа", "сиськи" (и, естественно, имеющим лишь смутные представления о предмете описания). Ощущение не из приятных. Как и общее впечателние от книги.

Как человек, который верит в добро и до безумия обожает хэппи энды, мне было тяжело ее читать. Несчастная Жюстина, на тебя словно свалились все несчастья мира. И удивительно сильны у этой девушки душа, которая не сломалась после всех пережитых бед, тело, которое раз за разом заживляло отвратительные раны, нанесенные мучителями.

Однако мне с трудом верится, что после стольких увечий, нанесенных Жюстине, она все еще могла существовать. Простите, у нее совсем нет болевого шока? Конечно, медуниверов мы не заканчиваем, но ее таки поистине безграничная живучесть просто поражает.

Еще одна вещь, смутившая меня - просто огромнейшее великолепие всех жертв. Они все как на подбор обладали красивыми волосами, милейшими личиками, самыми лучшими фигурами (причем фигура каждой жертвы была обязательна названа самой прекраснейшей, роскошной, притягательной, и если бы среди них проводился конкурс красоты, вторых и последующих мест просто не было бы).

Я не могу вполне отдать себе отчет, почему я поставила этой книге 4 звезды. Чтобы написать пусть и такое отталкивающее произведение, надо быть или гением, или безумцем. И кто же де Сад, я так и не могу определиться.

Все цитаты, которые мне нравятся в этой книге в рассуждениях героев, говорят обо мне как не очень хорошем человеке, потому что я с половиной из них согласна

Но это какое-то странное согласие

Я читаю рассуждения и думаю- но ведь так оно и есть, но так же нельзя, но ведь так же все равно все делают и никуда от этого не деться 

Вот если бы не эти сцены , то действительно, как диалог с дьяволом получается, испытание веры человека и его внутренних нравственно-моральных установок

Но если без шуток, мне книга нравится, я понимаю, почему её печатают до сих пор

Я только не понимаю, почему до сих пор ее вырезали эти сцены 

А потому что просто философский трактат никто читать не будет, а про то как кому -то в рот нассали-будут

Но если благодаря этому кто-то задумается о более высшем , то хер с ним, пусть не вырезают

В романах де Сада зло и грех, как правило, представляют люди из высшего сословия: судьи, министры, аристократы. Сладострастники, наделённые самыми разнузданными и извращёнными желаниями; исполненные исключительно похотью и презрением (чтобы не сказать ненавистью) по отношению к женщинам и детям.
Конфликт (или идея, или идея, на которой получился конфликт, или конфликт, на котором зародилась идея) строится на противопоставлении религии и гедонизма. Философская схоластика с одной стороны и богословские софизмы с другой. Вечное торжество порока над никчёмной добродетелью.
Люди якобы философского склада ума потешаются над теми, кто утешается жалкими химерами (то есть Богом). Первые ссылаются на праматерь, то есть природу: мол, она не вложила бы в нас качества, которые могли бы ей навредить, а вторые оперируют эфемерными понятиями, например: душа и вознаграждение после смерти.
И всё это происходит неизменно в сопровождении бесконечных сношений: сначала оргия, затем полемика. Иногда наоборот, иногда и то и другое. Для человека незнакомого с творчеством (или автобиографией, если вы поняли) будет невыносимо или крайне неприятно читать подобное.