Другой. Романы, рассказы

Мамлеев родился в 1935 году, отец был профессором психиатрии, репрессирован в 1940 году. Окончил политех, преподавал математику. Основатель так называемого Южинского кружка, неформального клуба для любителей мистицизма, эзотерики, хотя, в первую очередь, важны были литературные и культурные пристрастия. Подпольная советская интеллигенция. Интересно, что в послемамлеевские времена в кружок входили такие люди, как Дугин и Проханов (кстати Дугин очень интересно о Мамлееве рассказывает, рекомендую). Сам Мамлеев уехал из СССР в Штаты, затем перебрался во Францию. Там писал, преподавал. И довольно активно печатался в разных странах, имел очень неплохую критику и был достаточно популярен. В Россию вернулся в начале девяностых, тут активно писал (много издавался), преподавал в МГУ индологию. Тут же издал свои главные философские работы - «Судьба бытия» и «Россия вечная». Умер в 2015 году.

«Шатуны», возможно, не главное его произведение, но, наверное, главный роман (хотя Быкову больше нравится «Московский гамбит). Роман написан в шестидесятых, в СССР. Якобы, когда Мамлеев читал куски своего романа членам Южинского кружка, женщины хлопались в обморок, а мужчины грозились его убить (такой себе анекдот, но почему бы и нет). Очевидно, что такое не могло быть опубликовано в СССР, однако и в Америке тоже все было непросто. Мамлеев искал издателя несколько лет, в итоге роман был опубликован в 1980 году, в сокращенном виде, назвали его «Небо над адом». «Мир не готов читать этот роман. И я не хотел бы жить в мире, который был бы готов читать этот роман» - это отзыв американского критика о публикации (до публикации «Американского психопата» еще 11 лет например). Впервые в России роман был опубликован в 1996году.

О сюжете сказать нечего. Это тот самый случай, когда сюжет не то чтобы не нужен, а его просто не может быть. Все это абсолютно о другом.

Давайте так. Отношение к этому роману лежит в диапазоне от «гениально» до «что это вообще за херня». Его сравнивают с Достоевским, Гоголем. А также с Ерофеевым, Сорокиным и Пелевиным. Я напишу, что я увидел, как почувствовал сам. Ну и кое-что додумал с помощью критики. Лично мое отношение в заданной чуть выше шкале ближе к гениальности, хотя основных восторгов с использованием умных терминов я не понимаю.

Итак. Это 1960 год. Как учитель математики вечерней школы мог дойти до такого? Это главный вопрос к Мамлееву. Для того времени это настолько необычно, зрело и наслоено, что Мамлеев сразу представляется какой-то потусторонней фигурой фантастического масштаба. Для меня это такая огромная загадка, это слишком опережает литературу.

Про наслоения. Их очень много. Большинство в силу своей интеллектуальной подготовки я просто не просекаю. Однако вот что сам почувствовал.

Перове – народ и интеллигенция. Тут же Гоголь (отвечает за народ, это личное ощущение) и Достоевский (отвечает за интеллигенцию, тут прямые подсказки). То, до чего народ доходит чувствами, интеллигенция доходит мыслями (это вообще чистая достоевщина, у каждого представителя интеллигенции есть ИДЕЯ, которой он следует). Интеллигенция идет в народ, но безуспешно.

Второе – роман-гротеск. Каждый герой в зависимости от своей роли искажен до крайности для того, чтобы эту роль отыграть так, чтобы вообще все охренели. Соннов – темный народ, русский бунт. Клавушка – стою я перед вами, простая русская баба. Извицкий – самовлюбленный эгоист. Петенька, сожравший сам себя. Мила, которая видит, но не видит. Михей, любивший чтобы все им гнушались. И так далее. Черты, характеры, особенности, возведенные в гиперболу. Все персонажи важны, у всех нагрузка, все несут идею.

Третье – собственно шатуны. Есть мир. Мир населен призраками, чем-то черным и ненастоящим. И по нему бродят наши герои – шатуны. При таком подходе к этой книге все что творят наши герои не такая уж и дичь, просто ищут себя и выживают в темном мире.

Четвертое – мы в мире, потерявшем бога. Потеряешь бога –будешь жить в мире Мамлеева. Или в картине Босха. Ну или в мире, где победил Дьявол. Или мира нет, а есть только Я, а остальное лишь порождение.

И так далее. Там все запутано и сложно.

А еще:

Говорящие фамилии – сонный Соннов, адепт бога Христофоров, барыня Барская, извивающийся Извицкий, падший Падов и так далее. Чудесно.

Метафоры Мамлеева бесподобны. Возьму несколько прям с первой страницы, для понимания что это за чудо ("Это был грузный мужчина около сорока лет, со странным, уходящим внутрь, тупо-сосредоточенным лицом", "уютно-потерянная" станция, "два облезлых как псы автобуса" "Он точно прикалывал их к своему взгляду, хотя само его внутреннее существо проходило сквозь них, как сквозь сгущенную пустоту". Это все с первой же страницы. Придуманные им слова точны и к месту настолько, что они не кажутся придуманными, а сразу становятся частью языка (искать лень, тут первой страницей не отделаешься).

И вообще, это очень русская книга. Наши типажи, наш язык, наша душа, наше все. Ибо как сказал большой русский писатель «Космический смысл существования России, в том, чтобы перерабатывать солнечную энергию в народное горе». Примерно об этом Мамлеев и пишет. Также как Эллис напишет своего «Американского психопата» как настоящую американскую книгу с истинным героем Америки.

Эту книгу нельзя рекомендовать. К ней надо прийти. К ней надо быть готовым. Ее нельзя воспринимать в лоб. Поэтому не рекомендую. Но сам очень доволен что добрался. И продолжу Мамлеева читать, но попозже.

А это было что-то очень странное. Или слишком сложное чтобы понять смысл, я так и не разобралась до сих пор.

Чтобы читать Шатунов и понимать, что же имел ввиду автор, возможно стоило с этим автором познакомиться, чтобы понять, что он из себя представляет.

Начинается история как вполне обычная отечественная хтонь, которая очень быстро превращается в наш родной «трешачок». Потом, по мере прослушивания, у меня возникли ощущения, что автор решил поиздеваться над религиозной темой и это действительно комедия, как писал уже один из рецензентов. Один куротруп чего стоит.

Местами по тексту я вообще не понимала, о чем речь, видимо, в силу своей недообразованности в некоторых вопросах. Понятия не имею, что такое метафизический реализм. Так и не поняла толком, если честно. Спрашивается, зачем полезла сюда? А игры, товарищи до добра не доводят. Кхм.

Ну так вот, а в последних главах, когда автор пустился в рассуждения уже более человеческим языком, у меня возникли подозрения, что что-то здесь всё таки есть и книга внимания стоит. Но подходить к ней надо аккуратно и подготовившись.

Соответственно, когда-нибудь, когда мои мозги ко мне вернуться и у меня появятся силы на «умные» книги, «Шатунов» надо будет перечитывать. Может во второй раз я таки что-то пойму.

Роман открывает появление Федора Соннова и это пожалуй единственная внятная вещь,которую можно сказать о сюжете. Далее идёт мешанина из убийств, мертвецов,крови, совокуплений и появления других персонажей(например, кружок метафизиков, который увлекает Соннова). Соннов убивает немотивированно и не задумываясь, ведь его цель - заглянуть по ту сторону и понять тайну смерти. Через убийство он ищет свет человеческой души.

По мере чтения романа мы погружаемся в такой беспросветный мрак,что у меня в принципе нет слов,чтобы его описать. Видимо зная, что роман и так не напечатают (дело-то было в 60-ых), Мамлеев отпустил все тормоза и писал как на душу придется. Поэтому тут есть наверное любая табуированная тема для общества. Убийство случайных прохожих? Да. Издательства над детьми? Есть. Их же убийство? Пожалуйста. Поведение людей как животных? Так вот же оно. Как будто Мамлеев подошёл к самой страшной бездне,той,что находится за чертой смерти и заглянул в нее, а бездна глянула в ответ. Герои Мамлеева отвратительны, они зло в чистом виде. Они идут через ад,который сами же и творят и ищут в этом аду смысл и очищение.

Могу ли посоветовать романы Мамлеева? Ни в коем случае. Я думаю, достаточно будет прочесть первую главу,чтобы понять,потянете ли вы чтение дальше. В студенческие годы я пыталась читать, но было мерзко. Сейчас я наконец дочитала,но по-прежнему также мерзко. Я специально изучила тему - статьи об этом романе, биография Мамлеева, и теперь я могу сказать так - я понимаю,но не принимаю творчество Мамлеева. Однозначно он достаточно яркий представитель странной подпольной эпохи и был вдохновителем многих людей (например, Владимира Сорокина, Егора Летова). Но это не мой писатель, не мое направление, для меня это слишком шоковая терапия.

Роман, как русский бунт, бессмысленный и беспощадный.

Развитие метафизический темы из "Братьев Карамазовых" и, пожалуй, "Бесов". Но все-таки не покидало меня ощущение какой-то пародийной вторичности. Не знаю. Что-то очень нарочитое и претенциозное. У Достоевского-то хоть что-то светлое есть, теплое, а тут полнейший тлен да безнадега. Кстати, сам Достоевский, как и Моцарт, чуть ли не через страницу тут поминается всуе.

В одной из соцсетей я подписана на аккаунт нейросети, которой скормили некоторую дозу добротной современной литературы вперемешку с похабными анекдотами и байками. Так вот, если в базу ее закинуть еще и Лавкрафта, по-моему, как раз очень похожий стиль у нее и выйдет. Очччень философски. Так то ж хотя бы стеб...

Upd: А что если эту нейросеть как раз Мамлеевым-то и кормили?..

сперва эта книга совсем мне не понравилась — больно уж нарочито странно она написана. безвкусно. но поскольку текст недлинный, я преодолела себя и продолжила читать — и в итоге меня затянуло, а впечатления остались отличные.

СЮЖЕТ
...не слишком важен, но в двух словах: Лёня Одинцов переживает клиническую смерть, и в момент её получает экскурсию по всему мирозданию, от Ада до Рая. но не умирает, потому что, оказывается, он «другой» — человек, чьей душе нет места нигде во всём мироздании. воскреснув в больнице, он так и не приходит в себя, постепенно истончаясь и отдаляясь от мира. а его жена и друзья устраивают нечто вроде паранормального расследования, пытаясь вернуть Лёню в мир и найти его таинственного спутника из поезда, что катал по мирозданию.

КОСМОГОНИЯ
мироустройство книги отталкивается от смутного христианства, но не следует ему в точности — как, впрочем, и подобает русской метафизике. (Мамлеев сам был метафизиком и эзотериком, но прочитать его философские труды руки пока не дошли, поэтому я не знаю, придуман ли тонкий мир «Другого» специально для книги или повторяет повседневные представления автора.)

вот какие остановки проезжает поезд в начале книги:

• Преисподняя;
• Ад ничтожных душ;
• Рассеянные во Вселенной (это где души растаскивает между звёздами);
• Обители (из коих описана одна, обитель «Ожидание», где ты остаёшься человеком и ждёшь, пока твоя душа осознает себя; в общем, это низший Рай);
• и абсолют, который так не называется, потому что его нельзя назвать словами.

  космогония одновременно отчётливо христианская — но завораживающая именно своей индивидуальной спецификой. такие же неоднозначные отношения с христианством сквозят и в остальной книге: герои молятся, но избегают называть Христа прямо; Сатану — тоже, вместо этого его зовут просто «князем»; есть чёткое понятие греха, но грешишь ты скорее перед своим «я», чем перед Богом, а ключевая духовная доминанта — не столько Бог, сколько бессмертие души, к которой вполне можно обращаться и посредством восточных практик.

  ну а больше всего мне понравилось, что человеческий мир в «Другом» часто называют «бред». это не термин, но и не оценочное суждение. просто факт. «он вернулся в бред» тут означает «вернулся в человеческий мир». выразительно.

  РЕЗИНОВОЕ ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ

посреди диалога героиня «так удивилась, что отпрыгнула в дальний угол комнаты», после чего собеседница её теряет из поля зрения — но вскоре находит, и диалог продолжается. масштаб объектов не пытается быть реалистичным (найденный героиней дневник другой героини занимает лишь полторы страницы), время действия — тоже. собственно, маркеров времени часто вовсе нет, как будто течение его невозможно измерить, и длинная сцена укладывается в одну фразу, а короткий эпизод может растянуться на несколько страниц. а когда эти маркеры есть, они порой не по масштабу («шёл двадцать первый век»).

так же нарушается и сама логика повествования. авторский голос вклинивается в действие в скобках в самые неожиданные моменты, сообщая нам вроде бы не к месту, как дразнили героя в школе или какого цвета одежду любила героиня. а иногда и вовсе исправляет у себя неточные формулировки каким-то почти школьничьим тоном (ну, знаете, как когда непонятно, к чему относится местоимение). поломана и структурная логика повествования, неожиданно выделяющая нескольких совершенно побочных персонажей и эпизодических сцен в отдельные небольшие линии, вроде бы никак особо не связанные с главной.

странную логику являют и сами герои. кличка Тараса Ротова — «рот Истины», притом что он, играя в тексте не последнюю сюжетную роль, ртом Истины в нём не выступает ни в каком смысле.

благодаря всем этим постоянным нестыковкам текст как будто мерцает, будто он резиновый и пляшет. знаете, как в мультике «Потец». мерцает сам мир действия. это и логично — мы же находимся в бреду, да и тонкие миры, к которым приходится обращаться за помощью и куда так или иначе стремятся многие герои, не статичны, они неуловимы.

итоговый эффект — крайне интересный. пошлое сравнение, но вынуждена признать, что мне эта книга показалась лучшей возможной новеллизацией картин Линча, у которого тоже ужас может принимать форму розетки, убийство быть гигантскими ножницами, а рука иметь форму танцующего карлика.

***
а ползвезды я сняла за социальное лицемерие. мне было очень интересно почитать, какими глазами смотрит столь необычный художник и автор на нулевые, и я принимаю его позицию, но в конечном итоге книга перебирает с нытьём о том, что духовность потеряна, а искусство распродано. и опять же, ладно бы он просто так думал — но читать это от автора, который весь поздний период СССР прожил в успешной эмиграции, а печататься в России стал только в эти самые бездуховные девяностые, неприятно.

Еще в студенчестве, лет 10 назад, прочел роман "Шатуны", прифигел (начал книгу с вечера, прочел какую-то часть ее, а ночью мне потом снились кошмары, мозг каким-то образом сам генерировал внутри сна схожий стиль повествования) , почитал еще пару-тройку рассказов из сборника "Черное зеркало", снова прифигел и как-то на Мамлеева больше не тянуло...
И вот, будучи на самоизоляции, захотелось мне еще чего-то такого поехавше-веселенького, решил взяться за роман "Другой". Сперва показалось слабовато, но чем дальше продвигался, тем становилось интересней. Спойлерить не хочу, но свой цимес от этой книги я отловил: были и веселящие чудаковатости, были и какие-то умные диалоги героев, сюжет менялся неожиданным образом.
Важно упомянуть, что в отличие от "Шатунов" это более адекватный и доступный для восприятия роман, что как по мне даже хорошо: то есть "Другой" - это типовая мамлеевщина, ты что хотел, то и получаешь, но без передозировки для психики.
Не раз в рецензиях попадалось, что поздние романы Мамлеева более "приглаженные", так вот меня таковая приглаженность скорее радует. Обязательно прочту у данного автора что-нибудь еще.

Я, человек прочитавший почти всего Достоевского, долго искал, что можно найти из похожего -- не находил ни в чем и в какой-то момент я случайно узнал о Шатунах Мамлеева. Пока я читал, я пережил те же эмоции, что и во время чтения Достоевского, -- мурашки, озноб, истерики, припадки, но у Мамлеева, стоит признать, они ощущались совсем иначе, подспудно, инобытийно.
Читая его, от жесткости и мерзости, НЕ де Садовской жестокости и мерзости ради их самих же, я испытывал непреодолимое, странное состояние, будто весь мир вокруг растворяется, пропадает, словно он и до этого был ложным, тенями, играющими на стенах пещеры, -- я попал в иное пространство, в котором был до этого только при чтении Бытия и Времени Хайдеггера. Это ужас, не страх, а настоящий трепет перед бытием, повергание ниц. И Мамлеев делает так, что человек, который способен умосозерцать, почувствует это тоже.
Всем людям, кто привык читать настойчивую классику, всяких Гюго да Шатобрианов, лучше лесом, не ваше это. Кто же любил читать Достоевского, Кафку и знаком хоть с Платоном, обязательно читайте.

Это была вторая книга в моей жизни, дочитывать которую я не вижу смысла. Причем, какая была первая -- я не помню.
Странные персонажи, поведение и диалоги которых я не могу объяснить ничем, кроме как желанием намеренно вызвать отвращение у читателя. А это, в свою очередь, объяснить невозможно ничем -- никакой идеи за всей этой писаниной я не увидел. Видимо, необходимость очищения, которой должна обладать большая литература, о которой говорил Мамлеев, мне пока не требуется. Или у меня другое понятие о большой литературе.
Неуклюжий, чудовищно громоздкий язык. Сочетание несочетаемого в одной из своих ужаснейших форм.
Обидно, что по таким образчикам многие судят о современной русской литературе.

То ли не мое, то ли невовремя.
Первое - потому что я всегда была скорее равнодушна к играм на тему славянофильской хтони или православного мракопомешательства, второе - потому что стеб там лезет из всех щелей, а стеб сейчас в меня категорически не лезет.
Читается легко, да и размер небольшой - но дочитала скорее на автомате, интереса так и не появилось.
Единственное, что отметила (как занимательный факт) - насколько пересекаются гротескные сцены здесь и в тех же только что прочитанных "Благоволительницах", пусть и написанные под разным углом, в разное время, разными людьми, в разных странах. Ох уж эта вывернутая нутрянка.
Ну хоть гештальт закрыла, больно долго висела книга в очереди на чтение.

Впервые вижу, читаю под одной обложкой такое концентрированное собрание мракобесия под личиной чего-то мифического, немного может даже магического. Но нет, это не любимый мною магический реализм, это как утверждает сам автор - метафизический реализм. Все происходящее восринимаеться как фантасмагория, как бред обдолбанного наркомана или полет мысли прокуренного режиссера артхаусника.
Люди по своей природе порочны и часто тянуться к такому болоту какой цветастой тиной произратает буквально с каждой страницы романа. Быть может в нас при этом говорит далекий предок, для которого не стоял моральный вопрос убийства, насилия или секса.
Знакомство с книгой произошло случайно, кто-то обронил заветное "никогда не читайте Шатунов Мамлева, никогда слышите? Шатуны! Мамлеев! Запомнили?" И естественно я запомнил и прочитал, теперь тоже самое говорю другим подозревая что тем самым создаю нехилую рекламу для этого романа. Напечатайся он подпольным мизерным тиражом я думаю многие бы его искали и покупали за хорошие деньги, а потом давали почитать близким друзьям чтоб проверить как он на нее среагирует.
Особо восприимчивым натурам вредно такое читать, особенно тем кто любит погружаться в повествование с головой, опасно, можно свихнуться и заболеть той же болезнью вседозволенного отрытого мракобесия. И тем не менее при всем при этом я не могу назвать книгу мизантропской, что-то язык не поворачивается.
Еще при чтении меня мучал вопрос как автор проживающий в стране где якобы "секса нет" мог написать такое, залез в гугл, проверил, все точно ссср, с картинки смотрит такой себе физик-интеллигент. Как так может быть?
Вообще книга загадка, второй раз я ее точно читать не буду, и не потому что много насилия, а потому что много метафизики и похожей скучной бредятины, но те кто хочет окунуться в грязь, советую.