Наш девятнадцатый век. В двух томах. Том 2

Люблю я, знаете ли, после прочтения книги знакомиться с краткой историей её создания. И "Братья Карамазовы" не стали исключением из правил. Труд всей своей жизни Достоевский писал 3 года и закончил работу над ним за 2 месяца до своей смерти. За основу повествования автор взял реальные события из жизни своего товарища и переделал их под свою задумку и потребности. Объем романа поражает воображение неподготовленного читателя. Нужно набраться терпения, чтобы осилить все 4 части романа, поделенные на 12 книг. На это книжное путешествие лично мне понадобился целый месяц, и стоило ли оно того, я не поняла до сих пор.

"Братья Карамазовы" повествуют нам об "истории одной семейки", чьи родственные связи оставляют желать лучшего. У нас есть не особо приятный отец семейства Фёдор Павлович Карамазов и три его сына (Дмитрий, Иван и Алексей), в воспитании которых батя не принимал никакого участия. Проходят годы, и каким-то волшебным образом вся семья оказывается под одной крышей. Заканчивается эта долгожданная встреча убийством, и каждый из восхитительной четвёрки вносит свою лепту в данное развитие событий. Спойлерить не буду, так как сюжет - это как раз самое интересное в этом романе.

Хочу отдать Достоевскому должное: написать такой объемный труд и ни разу не потерять мысль или какую-то из сюжетных линий - признак особого литературного мастерства. Но объем романа в данном случае можно засчитать как его плюс, так и основной минус. Я могла бы спокойно убрать ровно половину текста, и от этого история ничего бы не потеряла. И это плохо. Это значит, что не каждый читатель найдёт в себе силы пробраться через завал текста до победного конца.

Итак, сюжет романа очень хорош, и претензий я к нему не имею. Вопросы у меня к философской составляющей и к тому, как Достоевский формирует основополагающие мысли для своего романа. Тут я не могу не сравнить его с Толстым, чьи рассуждения о жизни человека и общества мне понятны, близки и разжеваны автором до приятной консистенции. Достоевский же не отличается таким милосердием и я довольно редко понимаю, что он хочет мне сказать. И это печально ведь, читая его, я рассчитываю не только окунуться в прошлое, но и уловить для себя то, что было бы для меня актуально даже через столько лет.

Но это, конечно же, не значит, что "Братья Карамазовы" остались для меня книгой ни о чем и не про что. Я уловила в ней тотальное человеческое одиночество, религиозные мотивы, результат неправильно выстроенных детско-родительских отношений и попытки автора понять, как искоренить человеческие преступления. Я думаю, что у каждого человека есть свой "классик", с которым интересно бродить по потемкам человеческой души и искать ответы на извечные вопросы. И если Достоевский не мой провожатый, то это не значит, что он не подойдёт вам. Попробовать точно стоит.

Две вещи – два понятия – определяют «Войну и мир»: художественный реализм как метод и светский гуманизм как идея. И то, и другое представляется уже давно, если честно, устаревшим и несостоятельным. Толстой – гениальный художник, в первую очередь, художник действия. На главном месте тут батальные сцены, потом салонные ну и, наконец, данные в динамике психологические портреты. Он неплохой психолог, хотя эти развернутые внутренние монологи, составляющие реалистический метод, абсолютно нереалистичны по своей сути. Представить сложнейший – непонятный самому себе – внутренний мир человека цепочкой внутренних монологов наподобие дневниковых записей какой-нибудь провинциальной барышни – дело несложное, но бессмысленное, если желаешь добиться хоть какого-то правдоподобия.

В положительных героях у Толстого слишком мало добра: я не увидел его ни в умствованиях Пьера, ни в «духовной работе» княжны Марьи, ни в экзальтациях Наташи Ростовой. Симпатии остались на стороне условно отрицательных персонажей: Элен Безуховой, старого князя Болконского, Анатоля и Ипполита Курагиных. А кто такой Платон Каратаев, этот добрейший человек с тридцатилетним стажем убийств за плечами? Народный голос мы слышим в этих витиеватых бреднях? Да нет же, это что-то другое: то ли юродство, ли скоморошество. Если весь русский народ – это сплошной Платон Каратаев, то упаси нас Господь от такого народа. И еще интересный момент, касаемо Платона. Цитата следующая:

То ли Толстой вслед за Платоном юродствует, то ли таково его знание крестьянских обычаев («слышал звон да не знаю, где он»), но здесь я процитирую Сергея Васильевича Максимова – одного из главных русских этнографов. Описание относится ко второй половине XIX века. Обряд, о котором идет речь, совершался ежегодно почти повсеместно в день празднования того самого «лошадиного праздника»:

Будучи прекрасным художником, Толстой очень слаб как мыслитель. Это проблема многих писателей. Открывая для себя – очевидный, в общем-то - принцип обратной связи в решениях любого настоящего лидера, Толстой делает из этого вывод об отсутствии первичной связи! (банальная логическая ошибка). Для него все - движение масс, подчиненное собственным законам. Но ведь очевидно же, что французский солдат не мог двинуться на Россию по своей воле. Не каждый из них – этих солдат – вообще знал, что есть такая страна – Россия. А если и знал, то вряд ли самостоятельно мог определить направление. Точно так же и русский крестьянин – не будучи призван и направлен стоящим над ним – не мог участвовать, не мог победить в этой войне, потому что он (а) был крепостным и не имел права сдвинуться с места без высшего соизволения (б) не мог знать – сам по себе, в своем крестьянском окружении – что французы напали на Россию, что в России война. Толстой приводит пример с бревном – в этом примере вся его историческая теория.

Пример неправдоподобен и глуп. Это поймет каждый, кто хоть раз в жизни тащил бревно. Если каждый будет полагать лучшим тащить своим способом и в свою сторону, заранее не договорившись, то бревно останется на месте. Граф Толстой – я уверен! – бревна не тащил никогда.

В школе я не любил Толстого. Осилил полностью лишь «Воскресение», самый короткий из заданных к изучению романов. «Войну и мир» читал кусками: скорее листал, чем читал. Решил, в силу ряда обстоятельств, вернуться к этому роману теперь, спустя шестнадцать, кажется, лет. По прочтении книги я понял, с одной стороны, почему этот роман любим столь многими, а с другой, что прошедшие годы не сильно изменили мой вкус: Толстой мне по-прежнему неприятен. «Воскресение» я воспринял почти без эмоций – с таким умеренным раздражением. «Война и мир» оставила сильное впечатление, но впечатление преимущественно неприятное.

Теперь о популярности. При всем сказанном выше, я признаю что "Война и мир" - это безусловная вершина художественно реализма, который, несмотря на все революции в искусстве XX века, до сих пор остается самым популярным у читателя направлением. Возьмите, например, жанровую прозу. Особенно ту, что попадает в списки бестселлеров и считается лучшей. Это почти всегда реализм, лишь иногда с романтическим компонентом. В «Войне и мире» есть все: история, война, мир, дружба, любовь, всевозможные виды человеческих характеров, отношений, настроений. Это действительно Роман с большой буквы. Думаю, что каждый может прочесть его с той или иной толикой удовольствия – особенно если проигнорирует неприятные для себя моменты. А их – я думаю – каждый найдет для себя немало: ведь недаром же, я знаю, некоторые читают только «Мир», а некоторые только «Войну». Ну а что касается эпилога – самой дурной, как кажется, части романа – то поклонников у него, думаю, и вовсе немного.

Всё-таки классическая проза о любви особенно прекрасна. Я люблю современную литературу, но именно в классике нахожу наиболее тонкое, лиричное и прекрасное описание любви. Как точно Антон Павлович Чехов писал о чувствах людей! Каждый раз, читая его произведения, я замечаю, что хорошо понимаю переживания и эмоции персонажей, даже если сама не испытывала что-либо подобное. Так и во время чтения "О любви" я понимала чувства героев, прониклась их ситуацией и искренне переживала за них.

В этом небольшом рассказе нет описаний "привычной" любви. Между героями нет бурного романа, накала страстей, они не отказываются от всего и не рискуют, чтобы быть вместе. Это любовь тихая, осторожная, нежная.
Павел Константинович Алёхин рассказывает историю из своей жизни. Поселившись в имении, которое досталось ему в наследство, молодой человек знакомится с семьёй Лугановичей. И муж, и жена сразу же произвели приятное впечатление на Алёхина. Оба были необычайно добры к нему, Павел Константинович всегда был желанным гостей в доме супружеской четы. Ему было приятно навещать новых друзей. В их компании Алёхин, не привыкший к деревенской жизни, находил отдушину и утешение, пытаясь привыкнуть к новым обстоятельствам. Но чем больше времени он проводил с Лугановичами, тем больше замечал, что начинает испытывать очень нежные чувства к хозяйке дома, Анне Алексеевне.

Финал рассказа вызвал у меня смешанные чувства. До последнего я ожидала другого решения от Алёхина, поэтому была удивлена его поступку. Но в то же время я даже рада такому решению со стороны и Алёхина, и Анны. Я понимаю, что это мудрое решение. Да, оно может показаться несмелым, но сколько бы жизней влюблённые могли разрушить, выбрав другой путь? Я не могу утверждать, как было бы правильно поступить в этой ситуации, но я понимаю и одобряю их выбор.

Я люблю творчество Чехова за то, как прекрасно он раскрывал характеры персонажей, показывал такие разнообразные судьбы. И за то, что его произведения всегда заставляют чувствовать и размышлять.

А есть ли хоть один герой у Достоевского, кто не страдает? Кто счастлив, спокоен, в гармонии с самим собой? Разве что Перезвон, он доброго хозяина обрел и ему служит. А остальные - мятущиеся, исковерканные души. У Алеши одного стержень, но разве ему-то спокойно? Слишком он хорошо людей понимает. Ему для спокойствия в пустыню бы надо, но не сможет. Как и Митя в Америку не сможет, как Иван не сможет сомнения свои разрешить... А хорошо, что книга не закончена, так хоть надежда какая-то остается.

Я ни одного священника лично не знаю. И старцев никогда не встречала. Только настоящий праведник и подвижник всегда представлялся таким, как старец Зосима. Как жаль, что нельзя к такому человеку прийти. Нет, ни как на исповедь, а как он с бабами перед кельей разговаривал. И не важно, был он на самом деле провидцем или просто хорошим психологом. Помогал - и все. А от таких, как отец Ферапонт - мороз по коже, хотя... может быть, с точки зрения церковного устава, он-то и есть праведник? Но рядом с таким человеком чувствуешь свою приниженность и ничтожность, а старец Зосима не велит "себя стыдиться". Кто из них ближе к совершенству, не могу знать, не хватает соответствующей подготовки.

Это только Достоевский мог так выписать светлые души, чтобы они со своей чистотой и нежностью не казались чересчур уж "сахарными". Это и князь Мышкин, и Алеша. А кабы они встретились? Вот бы поняли друг друга, наверное... А я больше всего Ивана Карамазова люблю, хотя вначале Митенька приглянулся. Но Митя проще, более цельный. Он так далеко, как Иван не заходит. "Иван - загадка", говорит Алеша. Да, загадка, самая сложная из всех. Он - многоликий, хотя и искренний; рациональный, хоть и горячий; он - мыслитель, а чувствами своими овладеть не может. Ивану из них труднее всего - только умом одним или только сердцем ему не живется. А все-таки, наверное, помечется да и уверует, все к тому идет.

А почему столько странности и "нелогичности" в этих героях всегда? Это оттого, что каждый из них так искренен и открыт, что не привыкли мы в жизни к такой открытости. Как чувствует, как думает - так и поступает, ничего не приглушено, не "приглажено". Это достоевская "истеричная" честность. То, что внутри, глубоко - в его героях напоказ. Иногда - не просто как пощечина, а сразу с ног сбивает.

Помню, в 20 лет взяла я эту книгу, страниц двести прочитала и отложила. Дура была.

Последний роман нашего, вернее не только нашего, но и мирового величайшего классика.

Книга настолько многранна, многопланова и насыщена таким количеством философских и общегуманитарных идей, что, пожалуй ни одна рецензия не смогла бы охватить и описать всё это.

О романе так много уже сказано, снято фильмов и проведено различных исследований, что обнаружить и сказать что-то новое, думаю, не представляется возможным. Остается наверно только делиться персональными впечатлениями, да и они во многом будут, скорее всего, повторяться-перекликаться... То есть ничего нового "от тебя" для "других", ты (то есть я, как читатель) уже не сможем сказать...

Единственное, что мы можем "сделать", и самые умные наверно так и делают:

они просто "снимают" для себя ту важную информационно-эмоциональную составляющую романа и также "просто" используют её для формирования и репрезентации уже своих творческих идей... и такой "продукт" в последующем уже имеет больше шансов быть интересным и самодостаточным.

«Нет, широк человек, слишком даже широк, я бы сузил».

История непростых взаимоотношений Фёдора Павловича Карамазова и троих его сыновей - Дмитрия, Ивана и Алексея, представляющая собой монументальное полотно из ярких типажей русского человека и их увлекательных пересечений в психологический детектив.

С первых глав роман искрит напряжением, роковая харизма одних ломает самообладание других, приводя к развязке, которая поднимет людскую волну из осуждения и любопытства.

Сюжет насыщен диалогами, монологами и огромными декламациями героев. В центре множества взаимодействий невольно (или наоборот) оказывается 20-летний Алексей - ему буквально все доверяют сердечные надрывы, сомнения, и пожалуй, большинство стремятся вступить с ним в беседу, чтобы получить мнение относительно любого события в жизни, любого решения, невольно ища одобрения младшего Карамазова.

Сейчас будет признание - Алексей - мой любимый мужской персонаж всех времён и народов!

Глубоко чувствующий окружающий мир, никого не осуждающий, лишь направляющий советами, молодой человек, с невероятно светлым взглядом на людей, отнюдь не наивный, пронзительный в своём, порой безответном чувством к миру. В нем ощущается крепость убеждений, стойкость взглядов, уверенность в сказанном, что удивительно для юности.

Я желаю себе и всем встретить однажды такого человека (хотя бы на миг!) - или стремится стать подобным Алексею, хотя это стоит огромных усилий.

Перечитав позже исследователей творчества Достоевского, я поняла, что не так просто он выписывает настолько разных, но натуральных героев.

Дмитрий - яркий эксцентрик, неистовый, страстный, «рубаха-парень», с доводящим до исступления чувством, которое приводит его к центральному повороту сюжета.

Иван - интеллектуал, тихонько насмехающийся над нравами и бытом, столпами «земли Русской», но с глубоким сердцем, в которое стоит заглянуть, чтобы понять количество сомнений, обуревающих душу героя.

После прочтения захотелось окунуться в эпоху второй половины 19 века - подайте мне уездный городок с старинными монастырями, трактирами и гостиными зажиточных мещан. Эх, провинция России, сколько в тебе колорита!
Дышится легче, думается о великом проще, чем в мрачной тогдашней столице. Послушать перезвон колоколов, окинуть взором бескрайние дали, постичь умиротворения в келье святого отца...

«Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы - сердца людей».

Глубина авторского замысла была для меня местами все ещё недосягаемой - плаваю плохо : ( Главы про жизнеописание старца Зосимы, поэма в прозе «Великий инквизитор» и длинные выводы к концу произведения замедляют продвижение по сюжету - но я рада, не хотелось расставаться с книгой!

Она навсегда в моем сердце и не единожды буду к ней возвращаться! Любителям крепких семейных драм, психологических историй с остросюжетными поворотами, и неравнодушных к героям, сильно напоминающих нас самих.

Главный герой повести Григорий Литвинов приезжает в германский Баден-Баден, чтобы познать азы агрономии и употребить их в дальнейшем с пользой для отцовского хозяйства. Невольно он оказывается втянут в тамошнее светское общество русских, которые, как водится, обсуждают будущее своей страны, да поглядывают с завистью на все европейское. Одно хают, другое хвалят...

Но это только одна сторона дела, которую постепенно перекрывает любовная линия, вся состоящая из напыщенности, слащавости и предсказуемости. И вроде бы уже не так и юн герой, чтобы очертя голову броситься в хмельной омут запретной страсти, а ведь нет...теряя себя, перечеркивая будущее, отдает себя на волю чувств и эмоций... И вся любовная линия тем самым перекрывает другие, которые, может быть, хотел полнее раскрыть в своем произведении писатель. Хочется крикнуть вслед за героем: Дым, все дым....Наваждение, окутавшее его и чуть не погубившее. Тут на память приходят замечательные строки русского поэта: Всё пройдет, как с белых яблонь дым...

Любовная линия настолько предсказуема, что ни удивляться, ни сопереживать не приходится. Да и кому, когда каждый из участников треугольника обманываться рад ? В остальном-же некоторые герои вызывают даже не антипатию или презрение, но противненькое чувство гадливости из-за преклонения перед Западом, пустых разговоров и бестолкового времяпрепровождения.

Прочитать и убедиться, что И. С. Тургенев не твой писатель. Отсутствие острой проблематики, интересных персонажей (для меня они тут все предсказуемые и отсюда пресные), обилие любовной патетики свело практически на нет остальные вопросы повести. При этом язык повести отличный, за что и накинула звездочек.

«...абсолютно все, что надо знать о жизни, есть в книге «Братья Карамазовы» писателя Достоевского.»
К. Воннегут

В начале было Слово, потом Братья Карамазовы. Всё.
Все люди братья. Эта фраза повторяется столь часто, что стала общим местом и люди перестали понимать, вдумываться в её смысл. (Особенно если взять распространённое в духовных кругах, братья и сестры, оно стало как здравствуйте без пожелания здоровья, или спасибо без Спаси бог). И разделённые своим эгоизмом и жаждой наживы, страстишками, люди бегут от этой истины. А стоит постичь её, принять всем сердцем, и мир станет светлее, красивее. Но пока не получается.
Долгим был мой путь к моим братьям. Последний раз была убита главой о детях. В том моём размягченном состоянии, она настолько потрясла меня, что я не смогла читать дальше. Знаю, что есть в мире много мерзости и несправедливости, и именно против детей, и уже в нашем 21 веке, но ради своего подлого покоя, бегу этого знания, прячусь от него. А Достоевский так всё художественно, с надрывом и выдал, на тарелочке. До слёз, страданий, которые что-то совсем не очистили. Только горько стало.
Сейчас, собрала волю и силы, преодолела это страшное место.
Как прекрасно написан роман! Словечки, шуточки, детали, всё на своём месте и слова создают неповторимый узор. И добрый юмор, и сарказм, и души прекрасные порывы выражены просто и ясно, красиво. Читать - непередаваемое читательское удовольствие. И как много меток и отсылок к другим книгам, и вспоминаются отсылки к Карамазовым у других авторов. Такой диалог, который не прекращается и сегодня.
Толстой, как более земной писатель был всегда ближе мне. Но время идёт, и суровый реализм и рационализм сдают позиции, оставляя место непознаваемому, неизвестному, иным мирам. И Достоевский становится ближе, но пока не понятнее. Легко понять роман сердцем.
У старинушки три сына, старший умный был детина, средний был и так и сяк, младший вовсе был дурак. (Не зря же на суде все оговариваются, называя Ивана старшим)
Какие все герои милые, хорошие, несчастные и счастливые. Как я их понимаю. Как их жаль!
Митя с его широтой души, Иван с его умом, и даже Смердяков с его несчастьем. Ну, и Алёша, божий человек. Страсть, разум, вера и разрушение.
Самый гадкий персонаж, конечно сам Фёдор Павлович, разврат и шутовство, стяжательство, жадность и высмеивание всего и всех, святого и чистого. И в то же время умён, но злым, жестоким умом. Не было в его детстве воспоминания, которое могло помочь преодолеть его беса.
Может потому что произведение позднее, истеричность женских персонажей несколько сглажена.
Грушенька - вообще оказалась душечкой. И вовсе не пропащей, как Настасья Филипповна, уцепилась за луковку. И фамилия у неё Светлова, она, наверное, теперь мой любимый женский образ Достоевского.
И конечно она побеждает Катерину Ивановну, тем что умеет любить других. Сумела преодолеть своего беса.
Главной истеричкой романа стала благородная барышня Катерина Ивановна, её не смогла принять. Аглая и Настасья Филипповна поменялись местами.
Бедная Лиза, как ей не стать трудным подростком с такой матерью. Ураган благоглупостей. Самодовольство и желание быть везде, каждой бочке затычкой. Не сплю, думаю про падение рубля. Знаю таких. Вечно всех задерживает своими многословными глупыми разговорами. Как Митя не стукнул её за её золотые прииски в такую минуту.
Какие прекрасные мальчики в романе. Невинные и полные жажды любви, жизни в любви. Кажется в нашем мире информационного мусора очень сложно сохранить эту невинность.
Как бы хотелось, чтобы мир строили Алёша и его мальчики, но пока получается у Смердяковых(
Но и такие мальчики сделали русскую революцию. Потому что жаждем справедливости, но что-то пока её нет.
Очень понятна и созвучна мне идея вины всех, за всех. Именно в таком личном, внутреннем ключе. И стыдно становится быть счастливым. И стыдно быть несчастненьким. Гораздо сильнее и понятнее молоточков Чехова.
И я не понимаю очистительную силу страдания, страдание наоборот может скорее ожесточить, чем примирить с миром. А примирение может прийти через любовь. Только так.
Со всей бездной человеческого ада, в который погружены герои и в которую спускается читатель, роман дышит большой надеждой и верой в людей, оптимизмом. Что-то не оправдываем мы надежд Фёдора Михайловича.
И приходят новые апостолы и сеют зерна истины и умирают эти зерна в земле, чтоб породить новое. Но что-то слишком много плевел заглушают посевы.
А современные методы расследования преступлений могли б помочь в оправдании Мити. Можно было б доказать хотя бы то, что ни на пестике, ни на одежде Мити нет крови Карамазова отца, а только кровь Григория.
Как жаль, что роман не дописан. Его будто дописывает жизнь.

Меняются времена, но не становится меньше Ларис Огудаловых. Вернее, без приданного-то сейчас уже берут, но не меняется, а только увеличивается количество мам, желающих получше пристроить дочек, да и самих дочек, стремящихся выявить жениха побогаче. Количество девушек с высоко поднятой планкой растет, а количество женихов, отвечающих их требованиям, стремится к нулю. Кадровый голод, что ж поделаешь. Впрочем, все это неважно, ибо брачный союз давно уже доказал свою несостоятельность, не смотря на навязчивую политику государства, понимающего, что заложников семьи легче держать в узде.

"Бесприданница" Островского редкостное по контрастному противоречивому субъективизму произведение. С одной стороны здесь нет ни одного положительного героя, а с другой - каждый может выбрать этого героя сам. Причем любого. Искреннюю и чистую Ларису, отчаянную и хитрую Хариту Игнатьевну, степенного джентльмена Кнурова, перспективного и предприимчивого Вожеватова, скромного, но имеющего свое достоинство Карандышева, неотразимого и уверенного в себе Паратова. И нам неважно, что Лариса - дура, мать ее - бесчестная интриганка, Кнуров - старый циник, Возжеватов - продажная шкура, Карандышев - мелочный клоун, а Паратов - расчетливый урод. Множество оттенков переливаются, соприкасаются между собой и дают самые различные сочетания.

Чаще всего не любят Карандышева. Но на самом деле этого человека практически не в чем упрекнуть. То, что он пытается жениться на Ларисе не по любви - в этом ничего удивительного нет. Браки вообще редко заключаются по любви, а в то время и подавно. Походили, друг другу поулыбались, приданное подсчитали и под венец. Упрек Ларисы в том, что Карандышев слишком мелок - вообще несостоятелен. Бедность не порок, накладывает отпечаток, и никто не может упрекнуть Карандышева в том, что он не старался. Да, старался не из чистых побуждений, но кто об этом знает, кроме нас с вами. Большая часть человечества вообще предпочитает скрывать и никто никогда не узнает - что на самом деле движет людьми в той или иной ситуации. Даже убийство Ларисы Карандышевым пошло во благо самой Ларисе, о чем та успела заявить.

Харита Игнатьевна выбивается из сил, всеми средствами пытаясь пристроить дочек. Задача эта непосильная и неудачами со всеми тремя Островский хочет подчеркнуть, что так и должно быть. Не факт - бывали же случаи, кому-то везло. А желая выжить - чего не сделаешь.

Лариса, которую чаще всего любят и сочувствуют ей - на самом деле перед всеми вертит хвостом, обладает диким самомнением, которое не очень умело выдает за скромность и совершает кучу глупых поступков, которые автор и читатели объясняют неземной любовью. Любовь у нее, естественно, к первому парню на селе, самому крутому и богатому на определенном этапе. А еще говорят, что любовь слепа. Почему-то в юнг мы не влюбляемся, а ждем капитанов Греев. И еще ее эта вселенская любовь к ближним на фоне выбивающейся из сил матери, которая только усугубляет ситуацию. Если она вдруг решила, что браком с Карандышевым всех спасла, то это не так, причем все не перестают ей это повторять. Тупое самопожертвование - результат врожденной глупости, ибо всем становится только хуже.

Кнуров вообще никому ничего плохого не сделал, только помогал бедной семье. А что мужчины могут иметь виды на некоторых женщин - в том нет ничего удивительного. Этих женщин никто на аркане не тянет, не говоря уж о том, что они сами дают повод. Частично это касается и Вожеватова. От купца, запрограммированного зарабатывать деньги, было бы нелепо требовать чего-то сильно отступающего от этого курса.

Наконец, подлец Паратов. Упрек "ты меня не любишь" настолько всеобъемлюще нелеп и так часто звучит, что Паратов - это уже олицетворение всех желанных мужчин. Любви можно требовать, если это процесс или работа. Поэтому вообще все разборки между двумя влюбленными не подлежат вмешательству со стороны, ибо никто не в состоянии оценить чужих чувств. Меня порадовал комментарий одной девушки на этом ресурсе на тему того, что Джоз Седли из "Ярмарки тщеславия" в самом начале повествования бросил Бекки Шарп. Оказывается, если Вы решили выйти за кого-то замуж и ему об этом даже не сказали, а он не захотел сам, то это называется "бросить". С ужасом представляю - сколько раз бы в этом случае я был женат, если бы выполнял подобные морально-этические нормы.
В общем, пьеса обалденная, все ее знают и ничего в природе лучше нет.

Почему решил прочитать: помогал дочке с ответом на вопрос по литературе "В чём ирония рассказа "Смерть чиновника""

Гротескная сатирическая зарисовка Чехова про нелепый испуг чиновника. Очень гоголевкий по духу анекдотический рассказ про малодушного "маленького человека".
Ирония рассказа в том, что экзекутор Червяков раздул из пустяка трагедию. Также ирония в том, что чрезмерная услужливость, чинопочитание и мнительность могут быть опасны для жизни.
Рассказ в шутливой форме доносит до нас мысль о том, что во всём, даже в извинениях, важна мера и такт.

И далее мои размышления по теме, не вошедшие в отзыв.

• Червяков экзекутором работал. Это палачом, что ли?
• А может он вовсе и не зря переживал? Может, он знал про генерала Брижзалова, что тот отмороженный изверг и за такое прилюдное унижение он испортит жизнь не только самому Червякову, но и всем его близким? Сожжёт дом, отдаст на поругание жену? Тогда его череду извинений вполне можно понять. Мы же не смеёмся над теми, кто вынужден прилюдно извиняться перед главой одного из российских регионов.