The Magic Mountain

Ура, ура, ура! Я дочитала Волшебную гору и могу с уверенностью сказать, что не взошла на неё.
Глубоко философское произведение, наполненное символизмом в каждой строчке, повествует о герое, приехавшем в санаторий туберкулезников на отпуск и задержался там «несколько» дольше.
Яркие запоминающиеся события можно пересчитать по пальцам одной руки безрукого калеки, но не в них суть романа, а в глубоких диалогах наполненных действительно важными истинами.
Споры двух героев романа, простирающиеся на десятки станиц вообще стоит читать по абзацу в день, иначе не поймёшь о чем ребята толкуют. (Сугубо мое мнение, которое можно сформировать одной фразой «Не доросла»).
Время, которое человек физически начинает ощущать не ранее 25 лет, важный аспект. Поэтому рекомендую поставить на романе ограничение 25+ как минимум.
А я поставлю Волшебную гору на полку и попробую взойти на неё лет в 50, и всё будет как в первый раз.

Не очень лестное сравнение для г-на Манна, но его туберкулезный санаторий "Берггоф" напомнил мне Страну развлечений из сказки про Пиноккио. В обеих локациях гости обильно едят, предаются всяческим утехам и не замечают, как превращаются в тупую скотину - разве что уши не вырастают. Но какие бы веселые ассоциации это не вызывало, истина достаточно нелицеприятна. На тех, кто прибывает в "Берггоф" (меня не отпускает мысль, что название склеено из двух слов: "гофрат Беренс", то бишь главврач санатория, и интерпретируется как: "детище сего досточтимого товарища"), живущие внизу - "на равнине" - ставят крест; желание излечиться горным воздухом от болезней легких автоматически превращает пациентов в отверженных в глазах мира. В каком-то смысле так и есть: в "Берггофе" свой распорядок, своя атмосфера, прикоснувшись к которой на неделю-другую, уже сложно жить иначе. Посудите сами: роскошные трапезы пять раз в день, прогулки, лежания (о них речь пойдет отдельно), вечерами - лекции на животрепещущие темы, занятия музыкой или литературой, забавы с калейдоскопами и проекторами - времяпрепровождение на любой вкус и цвет. Вы, вероятно, подумаете, что эти вольности окупаются строгим лечением, однако за все 800 с лишним страниц книги я не заметила, чтобы пациентов принуждали к чему-либо. Есть медицинские осмотры - ежедневные и ежемесячные - есть прием таблеток, курс уколов, но автор так ловко обходит их вниманием, что об этих моментах, скорее, догадываешься, нежели различаешь в тексте. На весь санаторий два врача сомнительной квалификации, старшая сестра, несколько медсестер и обслуживающий персонал - не мало ли для статуса заведения? Впрочем, подозреваю, санаторий "Берггоф" заслужил свою славу не тем, что в нем реально излечиваются, а качеством сервиса и абсолютной вседозволенностью - были бы деньги. Хочешь - кури, хочешь - прелюбодействуй, хочешь - устраивай ночные пьянки - все сойдет с рук. В начале двадцатого века медицина не обладала такими возможностями, как сейчас, на это можно сделать скидку, но заставлять больных в непогоду лежать на балконе, закутавшись в одеяло, дико: а простуда, а воспаление легких, а обморожение? "У нас такого не случается", - авторитетно заявляет гофрат - ну ок, будем считать, что в Альпах действительно банальным заболеваниям не место. Как и пропагандистским движениям, политическим переворотам, угрозе Первой мировой войны... "Берггоф" - закрытый мирок, элитное общество богачей и бездельников, которые готовы до хрипоты спорить о свободе, равенстве и братстве и игнорировать при этом возможности воплотить свои идеалы в жизнь. Литератор Сеттембрини, гордо именуемый "педагогом", - пафосный болтун, иезуит Нафта, его оппонент, - беззубая кобра, способная лишь критиковать и брюзжать. Ганс Касторп, главный герой, - бестактный, самовлюбленный тип, главная цель которого - пустить окружающим пыль в глаза и покрасоваться: смотрите, какой я добропорядочный, какой чуткий, как хорошо во всем разбираюсь. Мелкая трусливая душонка, наряду с Сеттембрини и Нафтой не представляющая никакой опасности. Люди такого типа, дойди дело до конкретных поступков, бросаются в кусты, подбадривая оттуда лозунгами, - гораздо страшнее люди-Иоахимы. Этот немец мечтал стать военным, и двухлетнему заключению в санатории не удалось сломить его дух. У Иоахима есть цель, он готов достичь ее любыми способами: изображая смирение перед врачами, послушно следуя их рекомендациям, исподтишка копил силы для бунта. И, зная о последствиях решения, не сошел с курса - отправился служить. Без помпы, без патетических речей - просто взял и сделал. В контексте Первой мировой, разогнавшей берггофское сборище, из таких солдат как раз получались офицеры, одержимые идеей войны: умные, несгибаемые, четко осознающие собственные достоинства и недостатки. История вертится вокруг этой четверки (ну как история - бесконечно долгое и нудное повествование) и по сути занимает страниц 200. Остальное - рассуждения, описания, бесполезные объяснения, отсылки к допотопным временам... Как будто автор на радостях, что дорвался до пера, решил написать обо всем, что когда-либо приходило в голову. Читать это невозможно - меня хватило на четыреста страниц из девятьсот, и то из принципа, дальше я просто выискивала хоть какие-то события. Заметила, что с немцами у меня не складывается: Гёте, Ницше, Манн, Гессе - все они суесловны и трудны для восприятия. Однако я познакомилась еще с одним масштабным произведением, то и дело попадающим в списки "100 лучших книг мира", и считаю свой читательский долг выполненным.

Это не первое произведение Томаса Манна, с которым мне довелось познакомиться, и "Волшебная гора" в "лучших" традициях Манна неимоверно растянута.
Ганс Кастроп приезжает в интернациональный горный санаторий на 3 недели, навестить своего двоюродного брата и, как понятно по объему книги, остается там надолго. И без того очень медленное развитие сюжета регулярно прерывается целыми главами философских разглагольствований двух покровителей главного героя: Сентербини и Лео Нафта (Кстати, примерно тоже есть и в другой книге Манна: "Доктор Фаустус", где автор уделяет много времени для описания сложных музыкальных особенностей произведений, описания лекций и т.д.; что для непосвященного читателя очень сложно осилить). Как я понимаю, под действием этих самых диспутов мы должны наблюдать изменения в характере, мировозрении главного героя. Однако, в чем это проявляется я так и не понял.
Помимо этих философских рассуждений сюжет сдобрен одной любовной историей и печальной смертью двоюродного брата. Все. Больше ничего существенного в книге на 800 страниц не происходит.
Можно сделать два вывода: либо "Волшебная гора" сложное философское произведение, для осознания которого мне просто не хватило ума, либо это переоцененная и скучная книга.

Книга длиною в месяц. Я думала, что она не кончится уже никогда. Очень трудное слушание. И очень долгое.Задним умом я понимала, что это какая-то громадина, но передним… Передним так и не поймала скрытые смыслы, хотя, видит книжный бог,я старалась.
Внимая разглагольствованиям и умозаключениям на разные темы, ловила себя только на одной, весьма странной мысли, постоянно возвращающейся и напоминавшей о себе(не очень-то умной,кстати)-этот санаторий не лечит.Он убивает.

Может, я пока не доросла до этого романа.Но как подумаю, что, возможно, придется вернуться к нему в старости-внутренне содрогаюсь.

Одна из лучших книг. У меня к ней совершенно особое отношение.
Если говорить только о сюжете, на ум приходит сравнение с романтизированным образом туберкулезных санаториев в романах Ремарка. Здесь другое: жестко, иронично, реалистично, страстно. Но при этом, сюжет - это только внешние рамки, бесспорно, блестящая, интересная, но оболочка. А внутри - огромный мир, не ограниченные пространственными и временными рамками сюжета. В романе преподносится маленькая модель мира накануне Первой мировой с его кипением, многоликостью, столкновениями и непримиримой борьбой идей. Санаторий, в котором представлена поистине интернациональная компания людей, всех возрастов, религиозных, политических и этических взглядов. Маленький мирок и его обитатели, оторванные от реальной жизни большого мира, обреченные на смерть, но все равно не потерявшие вкуса к жизни - споры до изнеможения, до последней капли крови и любовь на краю гроба.
А Ганс Касторп - человек извне, проходящий инициацию и возвращающийся в большой мир.

Еще минутка сентиментальных воспоминаний. Мне кажется, что моя любовь к книжечкам, именно осознанная любовь, началась с Волшебной горы. В детстве и отрочестве я конечно почитывала там школьную программу, Дюма, Ремарка, Хемингуэя и пр. Но вот однажды, когда я была на втором или третьем курсе, папа подарил мне на новый год Волшебную гору. И это был выстрел прямо в голову, я офигела, что так бывает. После этого я записалась в библиотеку и стала осваивать там полку зарубежной литературы 20 века, я прямо провалилась в новый удивительный мир благодаря этой книге. Не то, чтобы я думаю, что без волшебной горы этого не случилось, заход в литературу случился бы непременно, просто другими путями.
Но раз у меня случилось как случилось, то я испытываю дополнительную благодарность к этой книжке, помимо восторга от неё самой.

"Волшебная гора" - философское произведение, задуманное автором, как небольшая новелла, но превратившаяся в двухтомный роман.

Молодой человек по имени Ганс Касторп, приезжает в дорогой туберкулезный санаторий навестить двоюродного брата. Ганс планирует провести в санатории 3 недели и вернуться на равнину (привычный мир), но его планам не суждено сбыться - у него обнаружена болезнь и Касторп остается в санатории на неопределенный срок.

В санатории царит особенная атмосфера. У пациентов санатория другие ценности, взгляды, понятия. Это отдельный мир. В этом мире и происходит становление Ганса Касторпа как личности. Он знакомиться людьми, которые оказывают на него очень большое влияние (Сеттембрини, Нафта, мадам Шоша, Пеперкон, Беренс. В романе очень много философских суждений о жизни, смерти, времени, различных ценностях и т.д.

По поводу романа существует достаточно точек зрения. Кто-то говорит, что роман увлекает и оставляет глубокое впечатление, кто-то считает роман скучным и не видит смысла дочитывает его до конца.

Мое мнение - роман, действительно получился несколько затянутым и местами скучным. Но все же, обилие философских рассуждений заставляет задуматься и в определенной степени увлекает читателя. В целом роман интересен, увлекателен и полезен. Подобные произведения, безусловно, нельзя оставлять без внимания.

С Гансом Касторпом, главным героем этого романа, я провела неприлично (да и непривычно) много времени – почти три недели. Мир стоит на пороге Второй мировой войны, что жителям «Волшебной горы» совершенно безразлично, у них своя жизнь, в которой большую часть дня занимает неукоснительное соблюдение ежедневных ритуалов, таких как постоянное измерение температуры тела, обильные приемы пищи, обязательные прогулки и отдых в удобнейшем кресле под верблюжьими одеялами, заворачивание в которые требует особого мастерства и сноровки. В этом санатории для больных туберкулёзом, с его неспешным течением времени, где самой маленькой единицей измерения является месяц, и происходит становление личности Ганса. Тихо, довольно-таки безболезненно и без шума ему удается найти себя, прочувствовать и понять множество вещей.
Здесь очень много философских рассуждений о времени, смерти, искусстве, политике, революции, и некоторые из них (особенно диалоги Сеттембрини и Нафты) порой казались мне крайне утомительными и сложными для восприятия. Вообще это масштабное произведение требует предельную концентрацию и вдумчивость, здесь некогда расслабляться.
Слог Манна хорош, этого у него не отнять, но это не мой писатель. Вот так бывает: вроде читаешь книгу и всё в ней "правильно" - и слова, и мысли, но всё равно чего-то не хватает. Трудно объяснить, но, наверное, каждый с таким сталкивался. И не только с писателями возникают такие чувства, но частенько и с обычными людьми в реальной жизни.

P.S. Какие же меткие слова! Прочно засели у меня в голове:
"Есть люди, которые так и не могут здесь привыкнуть, меня двоюродный брат предупредил, как только я приехал. Но ведь привыкаешь даже к тому, что не можешь привыкнуть".
-------
"Ведь фактически смерть больше затрагивает остающихся, чем уходящих; ибо знаем мы эту цитату или нет, но слова некоего остроумного мудреца сохраняют для нас и теперь свой полный внутренний смысл: пока мы есть, смерти нет, а когда есть смерть — нас нет; таким образом, между нами и смертью не возникает никаких конкретных связей, это такое явление, которое нас вообще не касается, и лишь отчасти касается мира и природы, почему все создания взирают на нее с большим спокойствием, хладнокровием, безответственностью и эгоистическим простодушием".

Читала месяц. Не могу сказать толком, понравилось или нет - я просто роман не поняла.
Это роман о времени. Герой оказывался в месте без времени (на "волшебной горе") и вместо намеченных трех недель проводит там 7 лет. Это - туберкулезный санаторий; и сатира на жизнь легочных больных там - самый интересный и понятный для меня пласт книги.
"Словно издали слышал он голос фрау Штёр - она что-то объясняла или доказывала, и это представилось ему таким диким вздором, что он совсем растерялся и даже усомнился - быть может, виноват его сонный мозг, превративший слова фрау Штёр в какую-то галиматью. Она уверяла, будто умеет приготовлять двадцать восемь разных соусов к рыбе, - и имеет смелость на этом настаивать, да, да, хотя собственный муж предупреждал ее не упоминать об этих ее талантах. "Не заговаривай о соусах, - сказал он ей.

• Никто тебе все равно не поверит, а если и поверят, то найдут это смешным!" И все-таки она решила сегодня заявить вслух и признать открыто, что да, она умеет готовить двадцать восемь соусов! Бедный Ганс Касторп пришел в ужас; он прямо-таки перепугался, схватился рукою за голову и забыл дожевать и проглотить кусок честера с пряником, которые были у него во рту."

Книга читалась долго и трудно, виной тому нехватка времени, не просто времени, а чистого, сконцентрированного времени, в тишине и одиночестве, которое могло бы дать возможность хотя бы попытаться проникнуться духом санатория Бергофф, вникнуть в споры Нафты и Сеттембрини, проследить, как растет и меняется духовный мир главного героя. Эту книгу нельзя читать в транспорте, между делом, она требует отдать ей все мысли, всё внимание и тогда можно будет почувствовать всю грандиозность и масштабность романа о времени и смерти.