Блин блинский...
не особо гениальное начало для рецензии на такую гениальную книгу.
Но действительно вырывается: "Блин,почему я не прочитала это раньше!"

Роман написан в виде письма от главного героя Данстэбла Рамзи своему начальнику, директору школы. В это письмо он умудрился поместить практически всю свою жизнь и это вышло настолько правдоподобно,удачно,смело, что оторваться от чтения просто невозможно.
На мой взгляд, в этой книге соединилось всё - яркие герои, их проблемы, верные и неверные поступки, случай, судьба, разные типажи,сословия, родословные и макеты их поведения. Разнообразие психотипов среди героев позволяет нам почувствовать себя, в каком-то роде, психологами,психоаналитиками, попытаться понять те или иные поступки или наоборот бездействия.

Если начать посвящать вас в сюжет, невозможно будет обойтись без спойлеров, поэтому эту часть я намеренно опущу.
Но могу сказать одно-сюжет не оставит вас равнодушными.
Повествование легкое,ровное,читается очень быстро,не смотря на иногда через чур заумные термины, ведь Рамзи всегда считал себя эрудитом и поэтому не упускал возможности ввернуть в свою речь пару-тройку труновыговариваемых словечек.
Но, что самое интересное, он весьма удачно сочетал нечто заумное с чем-то пошловатым,дворовым и эти сочетания не резали слух,а были как вишенка на торте, в точку.
Автор легко мог в одном предложении соединить такие словосочетания как "кошмарная деперсонализация , апатичная деградация" и "сортирная вонь дерьма". Хотя,согласитесь, многие и в одной главе не смогли бы "поженить" эти слова.
Юмор-еще один плюс книги. Юмор тонкий, я бы сказала "юмор на грани", еще миллиграмм и станет совсем не весело, грустно,печально, пошло,вульгарно. Но это и есть мастерство, отмочит шутку (или "пенку" как любил называть это Рамзи), чтобы читатель не только похихикал или скабрезно усмехнулся,а задумался над чем-то глобальным, например о проблемах подросткового максимализма.
В общем,ребятушки, это было замечательно, моя книга однозначно.

Знаете, что такое "эффект бабочки"? Первое, что приходит в голову - бредберивский рассказ "И грянул гром", неосторожно сошедший с тропы и раздавивший бабочку в эпохе динозавров хроновояжер, который находит свой мир до неузнаваемости измененным, вернувшись. И это не совсем та ассоциация. Потому что всё несколько сложнее, термин введен математиком и метеорологом Эдвардом Лоренцем для иллюстрации чувствительности хаотических систем к малым воздействиям: так бабочка, взмахивающая крыльями в Айове через сложную цепь взаимозависимых последствий вызывает наводнение во время сезона дождей в Индонезии.

Терри Пратчетт в неподражаемой своей манере обыгрывает это в "Мелких богах", но как ни напрягала мозговые извилины, уразуметь полной мерой не сумела. Впрочем, сути аттрактора Лоренца тоже не уловила, для понимания некоторых вещей необходим определенный склад ума и наличие фундаментальной подготовки. Но если совсем честно, серьезно не отношусь и в большей степени склонна полагать, что мир - саморегулирующаяся система со способностью нивелировать последствия вмешательства. Ну, то есть, убийство Гитлера до начала Второй Мировой, буде таковое случилось, вывело бы из строя одного тирана, но роль его неминуемо взял бы на себя другой, возможно худший.

И чему быть, того не миновать, а чему не быть - не случится, разойдется кругами по воде, как ни подталкивай. Что тоже ошибочная точка зрения, истина посередине: должным образом подготовленные, обустроенные и энергетически поддержанные изменения имеют таки шанс влиять на общую картину. А отдельные события, последствия которых нарастают снежным комом и грозят обратиться в лавину, лишь на взгляд непосвященного служат причинами. На самом деле - поводы, катализаторы, спусковые крючки заряженных пистолетов. В мире, движущемся собственным, непостигаемым малым человеческим разумением, путем. В соответствие с еще менее возможным к постижению замыслом Творца относительно него.

А теперь расскажите об этом мальчишке одиннадцати лет, в жизнь которого навсегда вошла женщина, десятью годами старше. Беременная жена баптистского священника. В канадском поселке, где на пятьсот человек населения, пять церквей различных конфессий. В начале прошлого века. Подростку, уклонившемуся от снежка, что бросал в него приятель. И снежок попал в голову жены Преподобного. Спровоцировав преждевременные роды. И ребеночек родился недоношенным, а в поселке без роддома и собственной больницы даже, да 1908 году, да зимой, вытащить дитя, которому еще больше двух месяцев в утробе положено находиться - это подвиг.

Который берет на себя мама мальчика. Нет, она просто соседка. Доброй души и твердых моральных принципов женщина, крепко стоящая на ногах. Не просто стоящая - одна из тех, чьим попечением мир движется в правильном направлении. Так сама она знает и так считают все вокруг. А бедняжка Мэри Демпстер так и не вышла до конца из сумеречного помрачения, в который ввергнута была неожиданным ударом. А от мужа ее, преподобного Амасы, толку вовсе никакого, только и мог, что плюхнуться на колени, да молиться о том, чтобы Бог забрал душу жены и младенца в светлое царствие небесное (ну не дурак ли!).

А младенец оказался боец и оклемался с максимальной помощью мамы мальчика ценой того, что собственная ее семья на долгие месяцы лишена была заботы и попечения матери и жены. Он еще себя покажет! Но то позже, много позже. А пока жизнь канадской провинции будет разворачиваться перед глазами, неспешно и эпически. Тоже нашла, где эпичности искать, деревня на окраине мира! Ну, тут вы неправы, Кухулин и Белый Бык - величайший, вон, мировой эпос, а копни поглубже, о чем там речь? То-то же.

И будет течь сквозь это место время, прежде неспешно, как бывает в детстве и юности, после ускорится, потом вовсе галопом понесется, вовлекая рассказчика и связанных с ним людей в события героические и забавные, трагичные и комические; и местом действия нечувствительно станет весь уже мир. Хотя Канада, разумеется Дэмпфорд, Альфа и Омега, начало и конец и к финалу все возвращается на круги своя, подтверждая постулат о единстве времени и места действия. Да и ту, на первых страницах от лица альтер эго своего высказанную автором мысль что каждый маленький мальчишка - это концентрированный, туго запакованный мужчина, каким он станет позже. Юноша-молодой и зрелый мужчина-пожилой человек-старик.

Человек как носитель собственного архетипа: больше, чем изначально в тебя положено и не возьмется ниоткуда. Но раскрыть это по ходу жизни - ой, какой великий труд. Потому что тысяча томов Британской Энциклопедии на одной махонькой флешке или целые эвересты, упрятанные внутрь единственного камня, что друг-соперник закатал когда-то вовнутрь снежка, от которого ты уклонился. В одном изначально существовал великий финансист денди и сноб. В другом - грандиозный иллюзионист, почти маг. В третьем - замечательно талантливый агиограф (не знаете, что такое агиография? Это наука, изучающая жития святых) и писатель.

И была женщина, слабоумная святая, побиваемая камнями блудница; и чудесное воскрешение одного мальчика; и возвращение в мир живых из совсем уж невозможных сумеречных блужданий другого; и обращение закоренелого безбожника; и все время опаздывающие ко встрече с отцами (роль которых берут на себя здесь матери большей частью) блудными сыновьями. И еще десятки, сотни мифологических аллюзий, которые хочется взять в руки и любоваться. как безупречного плетения кружевом. Ни в коем случае не пытаясь распутать-расплести. Здешние путеводные нити Ариадны не за тем, чтобы в глупые пустые клубки их сматывать. Следуй за причудливым арабеском узора и дивись как пронизана ткань мироздания сверкающими нитями силы. На этом маленьком кусочке тебе показали. А дальше - имеющий глаза, видит больше.

Маленькая история одного мимолетного, но незабываемого знакомства
Я захожу в кафе. На улице идет дождь. Выбираю столик у окна, понятное дело. Забегают промокшие парочки, с волос течет, хотят укрыться от дождя. Уставшая официантка несет им меню, предвкушая наплыв посетителей и, соответственно, чаевых. Проходя мимо, положила меню и мне. Даже не посмотрев на меня. Я как невидимка. Никто меня не замечает. Даже не открыв меню я уже сделала выбор. Латте, как всегда. Через несколько минут мне принесли заказ. Одной из последних. Я же невидимка. Глотнув немного, чтобы согреться, я достаю книгу. Робертсон Дэвис "Пятный персонаж". Начинаю читать. Вдруг вижу в дверях пожилого мужчину. Он, немного хромая, идет к моему столу и садится напротив меня.
"Сигарету?"
"Нет, спасибо, я не курю".
"Вы мне кажитесь знакомым? Мы нигде не встречались?"
"Возможно вы читали мои книги. Я пишу о святых"
"Странный выбор."
Мужчина вызывает доверие и мне сразу захотелось с ним пообщаться. Точнее, услышать его историю.
Несколько часов пролетели незаметно. Я узнала всё и обо всех в маленьком городке Дептфорде, о семье Пола Демпстера и о его нелегкой судьбе, о лучшем друге этого мужчины - Перси Бое Стонтоне, и о самом мужчине - Данстане Рамзи, о войне, о святых, о судьбе. Мы немного поспорили. Иногда я была с ним не согласна, но разве не это залог приятной беседы? Рамзи даже показал мне несколько фокусов с монетами, очень неуклюже, но, глядя на его большие пальцы, это простительно.
Это было одно из самых лучших спонтанных знакомств в моей жизни. Такой тихий, неторопливый рассказ. Жаль, что скоро Рамзи исчез. Но ужасно хотелось продолжить общение. Единственным выходом было купить две оставшиеся книги трилогии.

...это он расскажет герою тайну его рождения, это он поможет впавшей в отчаяние героине или спасёт от голода отшельницу, а может даже стать причиной чьей-либо смерти, если так требуется по сюжету.

Говорят, что хорошая книга — это та, от которой отрываешься только чтобы сказать: «Офигеееть!» перевести дух. «Пятый персонаж» — несомненно, одна из таких.
Отчасти эта книга напомнила мне Предчувствие конца — не только потому, что повествование ведётся от лица старого зануды, маниакально припоминающего мельчайшие подробности своего прошлого и употребляющего слова вроде «самоочевидно». Отчасти Рэгтайм , — не только потому, что здесь маячит иллюзорная тень Гарри Гудини.
В основном же потому, что герои этих книг, как в бунинском ковчеге «Атлантида», плывут через океан истории порознь, но вместе: пассажиры первого и третьего класса, кочегары и официанты, артисты и путешественники. В конце концов и ты сам, читатель, понимаешь, что и ты — на борту; что все мы сшиты единой нитью в одну большую книгу бытия — величайший текст, совмещающий в себе и под, и интер, и гипер, и мета. И что, как в детской загадке на внимательность, в основе целого судьбоносного спектакля может лежать мелочь, неслучайность, — как [спойлер], спрятанный в снежке.

Робертсон – настоящий классик канадской литературы. Как Диккенс в Англии или Достоевский у нас. Не верите – гляньте на его фото, там такая борода, с такой бородой только в классики и никак иначе. Жил и писал он в 20 веке, основные его романы вышли в семидесятые годы. Он вообще специализировался на крупной форме, однако есть у него и сборник рассказов (вроде бы на русский не переводился) с заинтриговавшей меня историей создания (каждый год специально под рождество он сочинял для чтения своим ученикам рассказ о привидениях, в итоге все эти рассказы собрали в сборник и издали в 1982 году).

«Пятый персонаж» - первый роман из «Дептфорской трилогии», написан в 1970 году. Роман это считается у Дэвиса одним из лучших, говорят, что именно тут ему удалось в одной книге собрать все лучшее, что он может и умеет. Роман меня совершенно покорил, это одна из лучших книг, что я в последнее время читал. И дело тут не в том, что именно этот роман хорош, а в том, что писатель, который написал такой роман, хорош бесповоротно раз и навсегда. Никаких сомнений, что все его книги мне зайдут, у меня нет ни на секунду (впрочем, творить себе кумиров и разочаровываться в них я мастер, один Семак чего стоит).

Я не буду на этот раз останавливаться на сюжете. И дело не в том, что с сюжетом что-то не так. Это второй такой роман, который зацепил меня до восторга, но я не могу четко сказать почему. Первый был «Стоунер», я там долго думал и вывел свою формулу – многоличие главного героя. Тут я тоже сходу не смог сам себе объяснить, что с этой книгой настолько ТАК, что я не мог от нее отклеиться пока читал, а сейчас о ней размышляю постоянно.

Дело в том, что на любой из основных вопросов, которые я сам себе задаю про прочитанное, я могу ответить – ну норм в принципе. Сюжет – норм. Герои – норм. Идеи – норм. Развитие – норм. И все в принципе норм. Но много нормов в сумме не должны дать восторг, а тут дали. И ответ, который я даю себе, что восторг вызывает то, КАК он пишет.

Его язык называют ироничным. Я не совсем с этим согласен. Его язык, в первую очередь, остроумный. И как раз слово «остроумный» я тут использую в самом прямом смысле, это язык порожден острым, как ножницы Фискарс, умом. Не смешной (хотя и не без этого), а удивительно точный и мудрый. Эту книгу надо читать медленно.Не так медленно, как Данте, конечно, но точно не глотать, а пытаться вникнуть в каждое предложение. Тут нет ничего лишнего, все на месте. Главная прелесть этого романа заключается в том, что Робертсон умудряется очень кратко и точно изложить все то, что хочется ему до нас донести. Мысли, на которые ему достаточно одного предложения, большинство писателей излагают в нескольких абзацах. А его внутрироманные истории (их очень много и они прекрасны), которые он спокойно укладывает в десяток строк, иной автор раздул бы до небольшой повести. В итоге роман получился небольшой, страниц триста, хотя условный Фрайзен или Макьюэн сделали бы целую эпопею страниц так на тысячу.

Благодаря этой его сверхспособности роман становится прекрасным. Его безумно интересно читать, он плотный, он умный, он безумно точный. Герои оживают, мир оживает, все это прям чувствуешь и радуешься. Необходимо отметить и чудесную работу переводчика, Михаила Алексеевича Пчелинцева, который, в основном, переводил фантастику, но с этим романом справился великолепно, помогая воссоздать неповторимый стиль Робертсона в русском переводе

Если говорить о сюжете, о построении истории, то меня восхитила вот какая штука. В романе нет главных и второстепенных персонажей. Сам рассказчик, от имени которого ведется повествование, второстепенен, тот самый «Пятый персонаж». А вот все его окружение одновременно и главные, и второстепенные. Интересно, что все, что происходит в книге, случается как бы вопреки. Робертсон придумал героя, который всю свою жизнь не живет, а избегает, как бы уворачивается от жизни. Как в начале книги он отклонился от снежка (который, в итоге, и предопределил всю его судьбу) так и в дальнейшем все ключевые события в его жизни происходят потому, что он от жизни этой пытается улизнуть. И в итоге на первый план выходят все остальные персонажи. Такая вот авторская идея, довольно любопытная и интересная.

Если же говорить о сюжете и прочем таком, то все нормально. Историю нам рассказывают интересную, достаточно оригинальную, повороты динамичные, герои отличные. И это, не говоря уже о познавательной части – канадская глубинка, отношение между различными церквями, религия и ее место в жизни канадца, академическая среда, первая мировая, великая депрессия и так далее. Историческая канва там есть, это важный элемент романа, описано все глубоко, точно, интересно. В романе, я так понимаю, много личных, автобиографических ощущений.

Прекрасная книга, к прочтению прям настоятельно рекомендую. И, обратите внимание на афористичность текста, его можно с удовольствием цитировать и восторгаться.

И просто пару цитат. Не то чтобы первые попавшиеся, но и не лучшие, просто случайная выборка из нескольких десятков, а то и сотни, что я с восторгом для себя отметил.

«Бедняга не мог похвастаться ни особым умом, ни красноречием, а потому нередко высказывал свои чувства значительно яснее, чем ему хотелось бы».

«Я корпел над энциклопедией с упорством и целеустремленностью, о которых теперь могу только мечтать, и проглотил столько информации, что стал если не эрудитом, то уж во всяком случае заправским занудою».

«При этом мне нужно было вжиться в роль героя, то есть с одной стороны не позволить себе поверить в подлинность своего героизма, а с другой – не оскорблять людей доверчивых в лучших чувствах».

«Война не придала мне зрелости, я – нечто вроде куска мяса, подгоревшего с одной стороны и сырого с другой, вот над этой-то сырой стороной мне и нужно работать» (эта цитата хороша еще и контексте, будете читать – поймете ее второй, значительно более поверхностный смысл).

Ну итак далее. Это невообразимо хорошо, в том числе и потому, что такого там очень и очень много.

Возлагала на «Дептфордскую трилогию» большие надежды, но «Пятый персонаж» неожиданно не оставил желания продолжать знакомство. Роман объективно хорош, есть за что похвалить, чем восхититься, но за душу не взял – то ли темы не мои, то ли не ко времени пришёлся. А ведь каковы герои! Блестящий бизнесмен и политик, гениальный иллюзионист, преподаватель истории. Да каждый из них способен стать ядром увлекательного романа. Последний вообще стал приятным бонусом, люблю сталкиваться с коллегами на страницах книг, однако надо признать, что Данстан Рамзи больше помешан на святых и чудесах в наименее историческом, если так можно выразиться, смысле, да и темой его заставляет увлечься череда весьма странных эпизодов из детства, связанных с миссис Демпстер, которую городок считает просто полоумной, а наш герой – чуть ли не святой («малоумной святой», как её впоследствии определит один учёный товарищ). Теме преподавания посвящено не так много страниц, но, к примеру, улыбнуло вот это: «Узнав, что я действительно читаю по-французски, по-немецки и на латыни, ребята выпучивали глаза; думаю, им было полезно воочию убедиться, что эти языки действительно существуют, а не придуманы нарочно, чтобы мучить школьников». Вообще, несмотря на некоторые несовпадения с романом, не перестаю считать Робертсона Дэвиса мудрым, тонким, интеллектуально-ироничным и глубоким автором.

«Пятый персонаж», пожалуй, не так полифоничен, как романы «Корнишской трилогии», но в этой спаянности и цельности есть своя прелесть – случайность и фатум, факт и миф, которым он обрастает. Интересно, как, на первый взгляд, мелкие события способны задать вектор и определить чуть ли не всю жизнь человека, как по-разному люди реагируют на собственную вину. Умница Бой Стонтон забывает о своём проступке и стремится к вершинам, склонный к рефлексии Данстан Рамзи мучается всю жизнь, взваливая на себя двойную ответственность «за себя и за того парня», Пол Демпстер убегает от вины и того ада, в котором ему суждено расти. У каждого свой путь; и после «Пятого персонажа» возникает искушение действительно поверить в набившее уже оскомину «всё идёт из детства». Где роман расползается, так это во временных рамках. И, возможно, как раз это не слишком идёт ему на пользу. Робертсон Дэвис очень подробно и метко описывает юные годы своих героев («Господи, да какое же это кошмарное время – молодость! Такое изобилие чувств при полном неумении с ними обращаться!»): провинциальный Депфорд с его сплетнями и традициями, окопы Первой мировой и возвращение к нормальной жизни. Последующие годы как бы распадаются на отдельные фрагменты: путешествия-паломничества в Европу, взваливаемые на себя обязанности из прошлого, наблюдение за жизнью Стонтонов. Рамзи и правда словно «наблюдает за жизнью со скамейки запасных», по меткому выражению Лизл, и тем самым несколько вгоняет в тоску читателя. И всё-таки, когда тебе кажется, что всё уже про всех понятно, Дэвис выкладывает козырь из рукава. И пусть он не переворачивает картину мира с ног на голову, а лишь дополняет её, тем не менее, финальный финт получается отменный.  

Возможно, я отношусь к той категории людей, которым не нравятся книги, которые нравятся всем. Так вот и с этой книгой. Читала предыдущие отзывы и все положительные, а у меня нет такого впечатления от книги "Пятый персонаж". Книга мне не понравилась и показалась очень скучной. Не зацепило... Даже отзыв тяжело написать, потому что впечатлений нет. Дочитала с трудом
Продолжать читать трилогию не буду, потому что, раз эта книга не пошла, то и другие две тоже.
Но, всё же стоило прочитать для ознакомления с классикой канадской литературы

Это было поистине книжное наслаждение!
Невероятно качественный текст и, конечно же, великолепный перевод романа, тончайшая самоирония, юмор и глубокий психологизм, нетривиальные размышления в сочетании с двойственным сюжетом - все вкупе есть первая книга трилогии. Ничего подобного ранее не читала. От книги только интеллектуально-положительные эмоции, вперемежку с удивлением и восхищением от непевзойденного умения так писать. Неудивительно, что канадский писатель номинировался на Нобелевскую.
Автор умело интригует, а читатель жаждет продолжения. И как хорошо, что есть ещё две книги трилогии.

Я не люблю книги на религиозную тему, поэтому они у меня всегда стоят под запретом. Но в аннотации о религии ничего не сказано, кроме того что один из героев был агиографом. Многие ли из вас знают, что это за профессия, сомневаюсь. В другой аннотации есть еще такая фраза: Одному из них суждено погибнуть при загадочных обстоятельствах, двум другим - разгадывать загадку. Возможно эта фраза относится к последующим книгам трилогии, но уж точно не к этой.
И все же книга мне понравилась, старалась не слишком вдаваться в религиозную тему. Хотя она и есть подоплека жизни героев. Ибо вера их родителей, их жизненный уклад заложили основы характеров, жизненные принципы, и противоречия.
В книге нет плохих и хороших, в ней нет героя за которого я бы переживала. И вместе с тем книга очень психологическая, автор очень хорошо исследует как религия, семья, события детства влияют на последующую жизнь. Рамзи - сплошной комплекс, основной из которых это вина, а еще обязательства которые он сам на себя накладывает. С другой стороны он все же от многих книжных героев не совсем замкнутый человек. У него есть любимые ученики, и увлечение святыми, их жизнью, историей.
Второй герой - Бой - я бы сказала герой своего времени. Красивый, обаятельный, есть отцовский капитал, везучий, тот кому все дается очень легко, и по жизни он идет не оглядываясь назад. Прожил кусочек жизни, закрыл дверь и не вспоминает. Ну и Пол, здесь мне вообще сложно что либо говорить. Если по жизни я не сталкивалась с подобным, то мне сложно судить о таких людях. Преданность похитителю - скорей всего это стокгольмский синдром в чистом его проявлении. Но вместе с тем, его отношение к прошлому, которое он хоть и помнит, но все же умышленно не соотносит то что было и что есть.
Мадам Дэмпстер - была она изначально такой, последствия родов, удара, что было в основе ее болезни, или здесь сыграла свою роль и долбанная религиозность ее мужа. Во всяком случае на маленького Пола она имела колоссальное влияние.
Что же относительно названия романа - Пятый персонаж. Как на меня мы сами есть и главные герои в одних сценах жизни, в других мы играем роли злодеев, но все же в основном мы все пятые персонажи влияющие на жизни окружающих нас людей в той или ной степени. Главное не быть в этой жизни статистами.