Еврей Зюсс. Рассказы

Я не поклонница исторических романов и берусь за них редко. И когда все же берусь, то в первую очередь увлекаюсь яркими героями и перипетиями сюжета. На исторический фон, даты, факты обращаю внимание постольку поскольку. Разумеется, я честно читаю все примечания, вникаю в суть исторических событий, но благополучно о них забываю, перевернув последнюю страницу книги.
К чему я веду? К тому, что оказывается, исторические романы Фейхтвангера можно читать и таким способом. То есть тем, кто исторические романы не слишком жалует (как и я), можно попробовать почитать Фейхтвангера. История в его книгах явно не является самоцелью.
Итак, герой.
Иозеф Зюсс Оппенгеймер - человек незаурядный, герой яркий и противоречивый. К нему можно испытывать разные чувства, но интерес он вызывает безусловно. Взлет и падение, трагедия и месть, полное духовное перерождение - жизнь Зюсса полна романтических контрастов и крайностей. Он умудрился достичь абсолюта чуть ли не во всем, что делал. При этом романтиком Фейхтвангера никто не назовет, и вопроса, верить его рассказу или не верить, не возникает. Зюсс - совершенно живой, реальный человек.
А еще он, оказывается, реально существовал, о чем я и не знала, начиная чтение. Роман-то "основан на реальных событиях", как сейчас говорят, и пестрит примечаниями в стиле "жизнь и судьба такого-то описана Фейхтвангером очень достоверно".
Что касается сюжета, его назвать захватывающим с первой же страницы нельзя. Но постепенно действие набирает обороты, так что честно могу сказать - интересно, читайте.
А теперь попробуем по-другому. Фейхтвангер ведь классик, уж наверное он заложил в свой роман множество смыслов? Очень уж просто всё выглядит на поверхности, до разжеванности даже - это неспроста. А копать надо глубже. (Прошу прощения за банальность перед теми, кто книги по-другому и не читает). Немного я откопала, но всё найденное - сплошь брильянты.
Злободневность романа, параллели с современностью - несомненно. Злоупотребление властью, разгул коррупции, крайняя нищета и вызывающая роскошь, пародия на правосудие... увы, это до сих пор актуально. Например, подробный рассказ о том, как разжечь "благодетельный огонь" войны и заварить на нем славную кашу, держа ложки наготове. Это сверху, а что внизу? Мещанство, ограниченность, тупая и злобная толпа. Эти "честные бюргеры", булочники Бенцы, которые так радостно кричат: "На виселицу! Повесить!" И всем нужен козел отпущения - и власти, и толпе. Угадайте, кто назначен на эту роль?
Наверное, главной в романе стала еврейская тема, не зря она брошена читателю в глаза прямо с заголовка. И разве возразишь? Вечная проблема, что в восемнадцатом веке, что в двадцатом, что в двадцать первом.

Это цитата из самого начала книги, из размышлений Зюсса. Даже сейчас она кажется страшной насмешкой. А Фейхтвангер написал эти слова в 1922 году. Он так ясно предсказал назревающий ужас, что читаешь, понимаешь, что случилось в его стране всего через десять лет, и больно становится.
И нельзя сказать, что Зюсс - невинная жертва, вовсе нет. Он совершил немало зла. Так, может, он заслужил такую расплату? Возникает мучительный вопрос: почему на евреев так ополчились? Откуда это взялось? Не виноваты ли они в чем-то сами?.. А с другой стороны, те, кто судит Зюсса - так ли имеют на это право?..
Вопрос о вине или невиновности евреев возникает в разных произведениях Фейхтвангера. Эта проблема важна для него, и он честно пытается найти решение. Мне понравилось то, что "Еврея Зюсса" можно одновременно назвать и антисемитской, и просемитской книгой (и называли так, и предъявляли к автору подобные претензии). Сложный вопрос - неоднозначный ответ.
Наконец, самой загадочной темой романа для меня осталась духовная жизнь Зюсса. Фейхтвангер описывает три мировоззрения, можно сказать, предлагает три дороги:

Иозеф Зюсс Оппенгеймер проходит всеми тремя до конца. Наверное, чтобы успеть это за одну короткую жизнь, надо быть действительно неординарным человеком.
В общем, чем больше я читаю Фейхтвангера, тем сильнее убеждаюсь, что читать его стоит. Присоединяйтесь!

Очень сильная книга, но не слишком легкая для чтения. Быстро прочитать не получится: роман почти целиком носит повествовательный характер, идет сплошным потоком, а диалоги сведены к минимуму. Содержание же настолько насыщено событиями и персонажами, что требует большой сосредоточенности, иначе цельный текст может распасться на множество мелких, малосодержательных осколков.
Примерно треть книги можно условно обозначить, как «присказка, не сказка». Все это время автор как бы подготавливает читателя к основному сюжету, дает необходимые пояснения, обрисовывает исторический фон описываемых событий, вводит главных (и не очень) героев. Получилось этакое вот масштабное предисловие. Текст здесь идет наиболее академический, тяжеловесный, но постепенно на это перестаешь обращать внимание и целиком погружаешься в роман.
«Еврей Зюсс» - это не просто история одного отдельно взятого представителя древней цивилизации. Это и история территории, и людей, ее населяющих. История борьбы за власть, за богатство, за величие. Автор очень подробно и красочно показывает нелицеприятные картины нравственной низости, духовной пустоты, алчности, подлости и прочих пороков, присущих большинству персонажей его произведения, характеризуя тем самым на примере Вюртембергского герцогства основные черты общественного уклада, сложившегося к началу XVIII века в Центральной Европе.
И на фоне повальной коррупции, распутства, лицемерия и недалекости различных слоев общества яркими красками показано отношение к еврейскому населению страны: издевательства, побои, грабежи, выселение в гетто (да, они появились задолго до Второй мировой войны) и прочие притеснения. А если что-то где-то случалось, то виноватых искали недолго, они были всегда под рукой.
Йозеф бен Иссахар Зюсскинд Оппенгеймер был одним из немногих исключений, который в силу своих личных качеств смог достичь высочайшего общественного положения, несмотря на его национальность. И качества эти вряд ли можно назвать положительными. Умный, беспринципный, расчетливый и жестокий, этот человек для достижения своих целей сломал многих людей, разрушил многие и многие судьбы. Он достиг вершин, практически недостижимых для еврея XVIII века, но тем больнее было его падение.
И вот что странно: наблюдая за поступками этого персонажа, которые он совершает, находясь у власти, его почти ненавидишь, желаешь ему скорейшей расплаты за содеянное. Но когда расплата, наконец, его настигает, то начинаешь даже сочувствовать этому неординарному, сильному, несломленному человеку. Он, безусловно, заслужил многие из испытаний, доставшихся ему в финале, но только происходящее в этот момент не очень походило на торжество справедливости. Вспомнился классик: «А судьи кто?» Мстительные, алчные шакалы, достойные едва ли меньшего порицания, набросившиеся на павшего титана. Расчетливого, безжалостного, циничного, но все равно титана.
В общем, книга просто великолепна. Правда, в датах описываемых событий иногда встречаются временные несостыковки, но это заметно только если сверятся с энциклопедией, в тексте же все выглядит относительно органично. В целом же это насыщенный, драматичный, исторически познавательный роман, с мощнейшей социальной проблематикой, который не оставляет равнодушным и заставляет о многом задуматься.

Я считаю, что Лион Фейхтвангер одарил читателей мира несметным богатством в виде замечательных исторических романов. Один из них – «Еврей Зюсс». На примере главного героя писатель показывает, как человек может перемениться после пережитой трагедии.
Йозеф Зюсс Оппенгеймер – талантливый финансист, прошедший «сквозь тернии к звёздам», но потерявший человеческое обличье и сострадание. Видимо, путь к высокому статусу был настолько сложным, что Зюссу пришлось пожертвовать всем ради результата.
В романе присутствует глубокая мораль. Но трагического финала я не ожидала. Мне бы хотелось, чтобы жизнь продолжалась в новом «обличье», но у Зюсса не осталось сил для борьбы. Даже у таких сильных и беспощадных людей есть слабые места.

«Еврей Зюсс» - знаковый исторический интеллектуальный роман, в центре которого поставлены острые социальные проблемы. Он не устаревает и сегодня особо актуален. Власть и деньги – вокруг этих божеств вращаются герои романа, ради них они готовы на все.

Йозеф Зюсс Оппенгеймер - тщеславный, ненавидимый, величественный и низкий, могущественный, а оттого необходимый человек и, соответственно, неприкосновенный (до поры до времени), ставший негласным правителем герцогства Вюртемберг.
Зюсс не только талантливый финансист, но и один из самых галантных авантюристов своего времени. Он одевался не столько в шелка и парчу, сколько в тайны, зависть и ненависть, он ел на золоте и серебре, в его спальне стояли витрины с драгоценностями, вот только жизнь его была пуста.

Он хитер, эгоистичен, сластолюбив, изворотлив, готов на любую подлость, готов ёрничать на потеху двора ради достижения своей цели. Он играет чужими жизнями, ничуть не задумываясь о последствиях. Зюсс – аферист государственного масштаба, ставший вместе со своим хозяином, герцогом-распутником, жаждущим власти и денег, настоящим бедствием для герцогства.

Дальше...

Единственное слабое место Зюсса – его дочь Ноэми, рядом с ней он преображается. Но полное превращение из беспринципного циника в человека со слабостями и чувствами происходит, когда жизнь героя вступает в темную полосу. Ведь только потеряв дочь, лишившись всех богатств и оказавшись в тюрьме, он понимает, что все «тлен, прах и суета сует». Зюсс изощренно мстит за смерть дочери, а затем порывает с миром и ищет себя в духовных откровениях. Не цепляясь за жизнь, покорно принимает смерть, оставаясь верным заветам предков, которые ранее он предпочитал игнорировать. Этот человек совершил множество преступных и подлых деяний, но только одну вину Зюсса удалось доказать следствию – это связи с христианскими женщинами (один из законов инквизиции), за это его и казнят.

А вот образ Исаака Ландауэра, по-моему, списан с бальзаковского Гобсека, он также живет сознанием своего могущества, он неопрятен и смешон старозаветными замашками:

Фейхтвангер в романе умело раскручивает существовавшее в Европе антисемитское представление о евреях, как о сатанинском племени, поскольку своими успехами на финансовой арене сие племя, несомненно, было обязано дьяволу, да и под кипами у них наверняка были спрятаны рога (чем и воспользовались нацисты, сняв пропагандистский фильм «Жид Зюсс»).
Настолько показательны слова принцессы Августы, которая никогда ранее не видела евреев:

а познакомившись с Зюссом удивленно восклицает:

Также автор удачно обыгрывает и легенду об Агасфере, в роли которого представляет нам дядю Зюсса, старого каббалиста Габриэля, окутанного туманом тайн.

Великолепный, захватывающий, мощный роман, пропитанный тьмой и грязью, но оставляющий читателю надежду. Это произведение стоило бы предложить для изучения в высшей школе в качестве «учебника жизни».

Зюсс О́ппенгеймер (нем. Joseph Ben Issachar Süßkind Oppenheimer; 1698— 4 февраля 1738). Даже не верится, что за сорок лет жизни можно столького достигнуть и так пасть нравственно.

Композиция «Истинное описание», изображающая вверху выезд Зюсса Оппенгеймера из тюрьмы, внизу его казнь. Автор неизвестен, 1738 год.

Великолепный Фердинанд Мариан в роли Зюсса в фильме "Жид Зюсс" (Германия, 1940). Несмотря на то, что это идеологический антисемитский фильм, его необходимо смотреть, чтобы помнить как страшен нацизм и к какой катастрофе он может привести.

Лион Фейхтвангер является одним из авторов, с чьим творчеством я познакомилась еще будучи студенткой. Тогда мною были прочитаны многие из его произведений, которыми я была просто восхищена. Я пообещала себе, что если у меня появится хоть мало-мальская возможность, я обязательно перечитаю этого автора. С тех прошло много лет, даже десятилетий, и, слава Богу, я вновь вернулась к своему любимому писателю, теперь уже, правда, не единственному в этой категории. Не могу сказать, что при вторичном прочтении я испытала те же восторженные чувства, что и в первый раз (причина тому – мое, возможно в силу возраста, критическое отношение к тексту, а также постоянное сравнение с другими авторами (ну хотя бы с его соотечественником Томасом Манном!)), но удовольствие получила несомненное. Меня привлекают, как и прежде, в его романах волнующий, захватывающий сюжет, в основу которого положены, как правило, реальные исторические события. Меня привлекает также умение автора показать эти события на фоне культурных, религиозных, философских достижений описываемой эпохи. И, конечно же –его талант создавать незабываемые образы своих героев, давать им выразительные психологические характеристики.
Возьмем, например, его роман «Еврей Зюсс». Как будто видишь наяву недалекого, простоватого вояку-мужлана герцога, прямолинейную, немного фанатичную, но такую цельную, честную, я бы даже сказала – почти святую Магдален-Сибиллу, легкомысленную, занятую только своими туалетами и своей внешностью красавицу герцогиню, невероятно изворотливого, хитрого, лукавого и вместе с тем мудрого и по своему даже привлекательного (по крайней мере, для меня) Исаака Ландауэра, трогательную, нежную, чистую Ноэми, дочь Зюсса, и его дядю рабби Габриэля -- мрачного мудреца-каббалиста, аскета, пытающегося проникнуть в божественную суть вещей… Этот список можно продолжать -- персонажей в романе много, и все они описаны автором выразительно, характеристики для каждого героя подобраны уникальные. Чего только стоит упоминание о букве Шин -- грозном символе, зачинающем имя Божие – Шаддаи, начертания которого проступают и меж мучительно сведенных бровей рабби Габриеля, и в молитвенно сложенных пальцах рук мертвой Ноэми, и на лице истерзанного бессмысленной и безрезультатной борьбой за жизнь и вместе с тем смертельно усталого от этой жизни Зюсса… О личности последнего, а вернее о том, как его представляет в романе автор, мне хотелось бы поразмышлять особо.
Сразу оговорю, что излагаю только свое личное, частное мнение, никоим образом не претендующее на истину. Когда я читала книгу в первый раз, я была настолько захвачена всеми перипетиями сюжета, настолько поддалась накалу страстей, описываемых на страницах романа, что не особенно вникала в правдоподобность психологических характеристик героев. Вернее, у меня даже мысли не было этим заниматься. Книгу я пропустила, можно сказать, сквозь себя, она меня обогатила и интеллектуально, и духовно. Но во время второго прочтения (замечу, я стала старше и, возможно, умнее (дай-то Бог!), а может просто критичнее), меня не покидало чувство, что автор что-то недосказал, что-то пропустил в характеристике своего главного персонажа.
Попытаюсь разобраться.
Как заметил в своей статье Фейхтвангер, этот роман не столько о евреях или еврейском вопросе, сколько об эволюции мировоззрения человека (в данном случае – Зюсса), об этапах его духовного роста. Хотя мне кажется, что это высказывание автор сделал, возможно, для того, чтобы отвести пристальное внимание к своей персоне и к своему роману со стороны антисемитов. Возможно, я ошибаюсь. Но на мой взгляд, еврейская тема и неизменно сопутствующая ей тема антисемитизма, переходящего в нацизм, все же превалируют. Тем не менее, тема духовного роста личности также звучит, и звучит с каждой страницей все громче.
В самом деле: личность еврея, который, благодаря своему блестящему интеллекту и деловым качествам смог пробиться почти из низов в высшее общество и стать фактически правителем государства, а затем, по трагической случайности (скорее всего – случайности, хотя у Фейхтвангера – совершенно сознательно) попавший под суд и не желающий избежать виселицы ценой отречения от своего народа и вероисповедания, что для него означало бы отречение от самого себя, -- заслуживает внимания. Однако при всем моем уважении к автору, к его таланту создавать реалистичные образы своих персонажей, я не могу не заметить, что образ Зюсса, вернее, его духовный путь, все же не раскрыт во всей глубине.
Автор описывает блестящего светского вельможу, обладающего острым умом и поразительной деловой хваткой, великолепного коммерсанта, конечно же -- любимца женщин…. Вместе с тем, характеристики бывают и нелестными – бессовестного и авантюрного дельца, всецело завладевшего (правда, опять же благодаря уму!) герцогством и тянущего из него соки, черствого, расчетливого господина, безразличного к страданиям ближнего, надменного с подчиннеными и вместе с тем способного пресмыкаться перед теми, кто стоит выше. Но все это, в общем-то, внешние характеристики. Духовная же жизнь Зюсса остается почти сокрытой для читателя.
Почти, но не совсем. Одна из наиболее ярких характеристик внешности героя – его глаза, крылатые, миндалевидные, унаследованные от матери-еврейки. Глаза – зеркало души. Для читателя с развитым воображением они говорят о многом: об открытости миру, всему новому, прогрессивному, об умении ясно и трезво мыслить, о тонкости и чувственности натуры и о тайной грусти, возможно, неосознаваемой самим героем. И одновременно -- маленькие яркие пунцовые губы на очень бледном, холеном лице -- не признак ли это алчности, бессердечности, демоничности его натуры?
Другая, не менее значимая характеристика – его чувство к дочери, в котором слились и бесконечная любовь, и беспредельная нежность, и безграничное восхищение. Фейхтвангер характеризует это чувство одним словом – «потаенное». И все же дочь не является смыслом его жизни (до поры до времени). Главное – интересы герцога и личная выгода (опять же – до поры до времени), невозможная без удовлетворения этих интересов. Ради личной выгоды Зюсс жертвует даже своим чувством к Магдален-Сибилле -- девушке, полюбившей его всей душой, и по доброй воле (хотя и не без сожаления) отдает ее на поругание (иначе не скажешь!) герцогу. Фактически – ломает ей жизнь, а главное – наносит незаживающую рану ее душе.
А вообще отношения Зюсса с женщинами – это особая тема. Здесь он проявляет себя не только как галантный кавалер (тонкое обращение, дорогие подарки всем без исключения, будь то знатная дама или же простолюдинка), но и как истинный рыцарь -- никогда не хвастается своими любовными победами, имена дам, за редким исключением, умалчиваются.
Таким образом, Зюсс, каким его создал Фейхтвангер, является весьма противоречивой личностью: перед читателем предстает романтический герой, способный, тем не менее, ради своей личной выгоды переступить через многое, в том числе и через себя, свою душу. Да и есть ли она у него? Рабби Габриель, каббалист, пытается внутренним зрением проникнуть в духовную сущность Зюсса, но видит только «мясо и кости».
Однако всему есть предел -- и терпению и самоуничижению. Духовное пробуждение Зюсса начинается с того момента, когда он без всякого желания, а только под напором еврейской общины спасает от верной смерти и мучений бедного еврея Зелигмана. Именно тогда, несмотря на тщеславные мысли и самолюбование, он в первый раз испытал высокое чувство духовного единения со своими собратьями, евреями, почувствовал себя в роли спасителя, что, в свою очередь, дало толчок к осознанию себя как свободной полноценной личности.
Перелом же в мировоззрении Зюсса, его духовное преображение происходит в результате смерти его дочери Ноэми, когда он, убитый горем и оскорбленный до глубины души отец (оказывается, душа все-таки была!) ради отмщения поставил на карту все, и даже свою жизнь. Месть удалась, герцог повержен, Зюсс получил некоторое моральное удовлетворение. Однако девочку не воскресить, она даже во сне к нему не является. Зюсс понимает всю тщету своих усилий, видит никчемность и пустоту всей своей жизни. И что же дальше?
А дальше все выглядит как-то неправдоподобно. Добровольная сдача себя под арест, в «лапы врага»… А может быть, герой бросил таким экстравагантным образом вызов, и не только им, своим врагам, но и всей своей прежней суетной жизни? Поистине рыцарский жест, достойный романтического героя! Но как-то не вяжутся с этим жестом постоянные переходы героя от полной отрешенности и безразличия к своей дальнейшей участи («выше виселицы все равно не вздернете») до энергичной борьбы (как в переносном, так и прямом смысле – на кулаках) за выживание, освобождение из под ареста. Очень уж противоречивое поведение (хотя, возможно, в тюрьме под пытками все возможно) и противоречивый образ получился! По-моему, логичнее и мужественнее в данной ситуации было бы для героя (каким его рисует автор, фейхтвангеровского героя – энергичного, гордого, тщеславного, романтического, демонического) окончить жизнь самоубийством или, по-крайней мере, подготовить себе побег (кто бы препятствовал ему в дальнейшем отречься от всего мирского и умереть?), чем по собственной воле отдаться на поругание своим врагам и навлечь гнев немецкого населения на свой народ? Скорее всего, в действительности арест Зюсса произошел по какой-то роковой случайности. В любом случае, читателю приходится самому домысливать, догадываться, соединять разорванные нити, восстанавливать недостающие звенья повествования.
Возможно, если бы образ Зюсса был произвольный, вымышленный другим автором, не Фейхтвангером, то вся история и закончилась бы как-то «красивее», «пристойнее», «как подобает светскому человеку» (как сказал один из персонажей романа). Но надо отдать должное -- Фейхтвангер верен исторической правде. Реальный Зюсс сразу же после внезапной кончины герцога действительно был арестован и через год казнен. И автору пришлось примирить непримиримое: логику духовного развития созданного им персонажа с неоспоримым историческим фактом.
И все же, несмотря на недостатки, это хороший, добротный роман. Есть мнение, что роман написан про евреев и для евреев. Я считаю, что роман выходит далеко за эти рамки, он адресован всем: и честным и порядочным, неравнодушным к социальной дискриминации, и тем, которые еще собираются таковыми быть, и тем, кто считает, что эти качества не нужны современному человеку.
И еще: этот роман написан "с душой" и про душу, а не это ли главное?

Рассказ Лиона Фейхтвангера "Тетя Вруша" во многом повторяет судьбу самого писателя. Он, как и героиня рассказа тетя Мелитта, вынужден был бежать из родной Германии с приходом к власти Гитлера, он, как и тетя Мелитта, жил во Франции, где после оккупации страны и был посажен в концентрационный лагерь , он, как и тетя Мелитта, сумел бежать и перебраться в США, где и прожил до своей кончины.
Потому и вопрос сразу же встает - сколь много художественного (т.е. выдуманного) в нем, а сколь много реального? Вопрос, конечно, риторический, ведь провести чёткую черту между вымыслом и реальностью в художественном, пусть даже небольшом, произведении очень сложно. Но я, всё-таки вижу в нём много личного. Ведь склонность к вымыслу, склонность к фантазии - это неотъемлемая часть таланта любого писателя. Нет писателя без склонности к вымыслу, к фантазии. Потому и тетя Мелитта, которую противные дети прозвали Врушей, такая же литератор, как и сам Фейхтвангер.
То, что произошло с ней и с её мужем в Китае ранее, видимо, и стало той причиной ухода этой женщины в мир своих фантазий, которые она уже считала реальностью. Это своего рода защита психики человеческого организма, это и есть та граница, что встала между жестокой реальностью и внутренним её миром. Конечно, это не психическая болезнь, это лишь желание уйти в другой мир. (А примеров психического расстройства у литераторов предостаточно).
А дети? До чего же противные! Сами же её подзуживали, сами же просили её рассказывать очередную историю, зная, что она, конечно, будет выдуманной, а потом имели наглость эту историю уличать в неправдоподобности. К сожалению, дети жестки бывают часто и с этим нужно считаться как с фактом.
Что же до фантазий её, так ведь и мы, читая очередную художественную книгу, прекрасно понимаем, что она состоит из фантазий автора, но ведь нам ИМЕННО ИНТЕРЕСНА ЭТА ФАНТАЗИЯ! А СКАЗКИ? А ПРИТЧИ? Да, разве всё возможно перечислить. Получается, что всё искусство, включая музыку, живопись и литературу, и есть одна большая фантазия, что демонстрирует развитие человечества в веках.
Вот и получается, что мы живём с детства среди всевозможных фантазий, которые называем художественным вымыслом. И ведь воспринимаем это как данность и реальность. А вот, возвращаясь к этому рассказу, остаётся лишь пытаться понять сколь много в нём художественного вымысла, а сколь много в нём реальности...
Да, и про реальность в конце моих скромных рассуждений.
Помните знаменитую сказку "Волшебная лампа Аладдина", что была снята в 1966 году и показана по ТВ многократно, что стала классикой? Помните, что говорили наимудрейшие про сон принцессы? Забыли, так напомню и процитирую. Это прекрасно образно ложится в тему выдуманных рассказов тетушки Мелитты, которые так ли уж были неправдой.
" — Говори, мудрейший! — Когда принцесса видит сон про не сон, ей кажется, что сон не сон про сон, а думает что сон про не сон... Надо сказать принцессе, что сон — это не сон, а про не сон, что это пересон, а пересон — не сон... — А что скажет Наимудрейший? — Поистине, пути всезнания неисповедимы, осознание знания есть признак незнания, осознание незнания... А почему я? — Ээээ... Повелеваем про сон сказать, что это не сон, а сон — это про не сон! "

Эту книгу можно читать, как схему метрополитена, нить повествования приводит ко входу в иное измерение, благодушно пересекаются историческая, ментальная и моральная площади, читатель сам выбирает, сойти ли ему на кольце или же выбрать неприглядную станцию на окраине текста, где он обнаружит философские тупики, диковинные улочки мыслей и сеть дорог, одна из которых к себе.

• Станция Историческая - переход на Менталитет Евреев. Выход на станцию Ксенофобов закрыт. Музей золотого тельца находится на реконструкции.

  На историко-культурном фоне стран Западной Европы представлена история евреев, полная гонений, преследований, ненависти. Еврей Зюсс - доказательство теории о несломленности еврейства, что, как гибкое деревце, распрямляется после каждой бури, даёт новый цвет и активно питается подземными соками.

  Если об отношении человечества к этой богоизбранной нации, что несмотря на свою рассредоточенность по земле, не стремится к ассимиляции, а вбирает лучший опыт народов-соседей, заимствует образцы культуры, прислушивается к чуждым звукам, вместе с постановкой языка, впитывая нечто малоосмысленное, но основательно - ментальность. Однако, сколь странно узнать, что герои романа - не вымысел автора. Истории посчастливилось иметь знакомство с господином Зюссом - живой иллюстрацией тех качеств, что вменялись евреям в вину. Дьявольская изобретательность, алчность, беспринципность, хитрость, финансовый ум...Став тайным советником в экономической сфере при малость слабоумном правителе-воителе, он прибрал герцогство к рукам. Однако, если до того герцогство лежало в кармане любовницы слабого другим местом правителя, подданным не приходило в голову определять её национальность, теперь блеск Зюсса при нищете государства, рассматривался лишь как иллюстрация к еврейским порокам.

  Не Зюсс, а товарищ Воланд с еврейским носом.

  2. Станция Нравов (ранее именовалась Горемычная).

  Известно, что по закону жанра на каждого дьявола найдётся своя слабость. Таковой для Зюсса была дочь. Здесь Фейхтвангер обращается к излюбленному приему повтора деталей портрета, пейзажа, некоего элемента, что обособляет персонажа, делает его цельным. Вдруг обнаруживается, что у сластолюбца гедонизм - лишь способ познания, а честь - позвоночник, на котором крепится личность Зюсса. А дочь - адвокат в отношениях с жизнью. Именно при посредствовании адвоката читатель знакомится с оборотной стороной Луны. И нам открывается прекрасный лик Зюсса-Януса.

  Спрашивается, где лучше завести знакомство с Зюссом? На перекрестке двух его ипостасей, на месте встречи жизни и смерти, на казни, в момент ночных дум. Главное, застигнуть врасплох, в момент диалога двух ликов Януса.

Кто как, а я получаю дополнительную радость, если берусь за нового автора и его произведение мне понравилось. О Лионе Фейхтвангере я узнала давно и благодаря Лайвлибу (да-да, вот такая я "темнота"). Долго не могла решиться на знакомство. Но звездный час настал и выбор пал на "Рассказ о физиологе докторе Б.". Я толком не могу выразить, чем именно мне понравился этот рассказ. Он по духу напоминает эдакую сказку-притчу. По сюжету доктор Б. (скромный, но склочный; гений, но не карьерист) создал аппарат, позволяющий определять уровень интеллекта. Вернее, сначала прошел слух об изобретении. Но вы же знаете, как быстро слухи набирают популярность:

И вот когда слухи достигли ушей диктатора страны, профессору пришлось заговорить. Что было дальше, угадать вроде бы несложно. Но как раз отличительной особенностью рассказа является непредсказуемость. И тонкая ирония, сопутствующая всему повествованию, вызывает только положительные эмоции.