Гейнрих фон Офтердинген. Фрагменты. Ученики в Саисе

Сначала я немного удивился по поводу обложки. Это ж Новалис, что это за тян с томным взглядом на книге?! И только по мере прочтения я понял, что это ни разу не минус книги и оформления. Это, чёрт побери, её единственный плюс.

Потоки ненависти сейчас польются. Даже Кьеркегор не вызвал у меня такого отвращения с его лицемерным «Дневником обольстителя» от импотента. Чтение было практически пыткой, и прочитав больше половины, я дропнул, считая себя ознакомившимся с этим «поэтом».

Гессе написал замечательную «Игру в бисер», где конечным итогом стало то, что в мир надо идти, хватит сидеть в своей Касталии и делать ничего. Это было полураскаяние за то, что он делал раньше, за интеллектуальные игры, да и просто назидание. Но то, что проповедует Новалис — это просто нечто. Это чистейший духовный онанизм, использование своих творческих способностей coz I can, бесполезность максимального уровня. Не нравятся ему учёные, только поеты своими тонкими чуйствами могут природу понять!

Ладно бы только это, но какая адская каша творится у него в голове! Всякие Блаватские хотя бы подразобрались с тем, что они узнали, а этот может спокойно начать с лекций какого-то Учителя, продолжить притчей, в которой главные герои оказываются полуцветами, потом эту притчу свалить в сказку, а потом ввернуть туда Изиду. Изида-то откуда?! Что за несвязанный поток сознания я читаю? В нём умер Джойс как прародитель потока сознания и Гессе как большой любитель искусства ради искусства. Умерли и не развивались, потому что никакого развития в нём это всё не получило. И это не незрелость — это просто адская каша.

Он не пытался связать свои произведения с реальностью не то что практической пользой — фиг бы с ней, если есть красота и любовь, то ты уже годный поэт. Но он не пытался связать даже при помощи банальной логики! Он забирался на кафедру проповедника, и в качестве философии предлагал свою кашу, нёс просто умопомрачительную ахинею.

В общем, мне могут возразить, что это несформировавшийся автор, что он умер молодым и всё такое. Ну так и уважайте его за это, почему его представляют как автора с каким-то годными вещами? Задатки — да, они есть, но они в настолько зародышевом состоянии, что если мы будем чествовать все задатки такого уровня, то у нас будет звёздное небо писателей. Минимальная оценка. Отвратительное произведение.

Разрозненное, лоскутное произведение словно весенний деревенский луг, где бабочки теряются в обилие немыслимых, совершенно разных, словно в богатой, несколько аляповатой оранжерее, цветов. Небезызвестен тот факт, что произведение написано в духе сиенской школы - замысловато и фрагментарно. Оно похоже на полюбившиеся цитаты, выписанные внимательным читателем из собрания сочинений автора. Каждую из цитат можно развить в отдельный философский трактат, над которым ломали бы голову философии мира. Однако Новалис предпочел не продолжать традиции Гегеля и оставил наследие в форме обрывочных мыслей, но воистину это жемчужины. Он рассуждает о поэзии. Для него это не рифмованное лирическое произведение, не строки, подчиняющиеся законам метрики. Поэзия - все, что возвышается над обыденностью, романтический образ мира, наша душа, великолепии искусства, музыка небесных сфер, идеальный образ, по которому тоскует душа, заключенная в тело. Музыка, романы, живопись - есть поэзия. Поэзия - мысль, в которой присутствует Бог. Все, что составляет не поэзию - Его отсутствие.

Поэт через представления пророчествует о природе, в то время как философ через природу пророчествует о представлениях. Для одного весь смысл в объективном, для другого в субъективном.

Философия и поэзия. Исчезни одна из них, все равно что ангел лишится одного крыла. Иными словами,

Ми працю любимо, що в творчість перейшла, І музику валку, що ніжно серце тисне У щастя людського два рівних є крила: Троянди й виноград, красиве і корисне. Рильский М.

Однако Новалис не просто теоретик литературы, он - философ. Задуматься хотя бы над его размышления о смерти. Согласно его словам, выходит: смерть - есть рождение. Если продолжить эту мысль, то можно прийти к выводу, что само рождение( привычное нам) - по сути своей смерть, ибо доказательством тому служит тот факт, что мы не помним себя до рождения. Рождаемся, выходя из тьмы, видим свет в конце туннеля и ощущаем боль, с которой спустя э-нное количество лет будет суждено уйти нам в неведомый нам мир. Кто знает каков он? И не приведёт ли тем же туннелем он нас обратно?

Смерть - это романтизированный принцип нашей жизни. Смерть - это жизнь после смерти. Жизнь усиливается, посредством смерти.

Лишь поэтическое в широком понимании слова окрыляет нас, позволяет временно покинуть тело, то есть забыть о тёмных потребностях плоти, чтобы причаститься к тайне бытия, узреть Бога и вновь вернуться к обыденности, пройдя катарсис. Жаль лишь, что мысли Новалиса не оформлены в привычном понимании читателя. Однако есть другая сторона такой манеры письма: оно заставляет размышлять. Уверевать в мифологизм романа, сказочный исток жизни. Автор призывает нас воспринимать жизнь как сказку, как миф, искоренять действительность, заменяя ее поэзией. Жизнь, по его словам, борьба поэзии с не поэзией. Такова диалектика по Новалису. Применить его мысль хотя бы к религии. Библия, Коран, Махабхараты мифологичны и сказочных. Что говорить о мифах в чистом виде. Однако эти произведения - квинтэссенция бытия. Согашусь с Новалисом:

Мне кажется, что состояние своей души я наилучшим образом могу выразить в сказке. Все является сказкой.

Прекрасно изданная книга прекраснейшего автора, прожившего до обидного мало и оставившего после себя множество фрагментов и незавершенных работ. Его видение поэзии, человека и природы неисчерпаемо, его прозрения обогнали свое (да, пожалуй, в чем-то и наше) время. Да что говорить, лучше скажет сам Новалис:

Мы никогда не поймем себя до конца, но мы превзойдем само понимание и сможем достигнуть большего... Мало строить миры глубоко проникающей мыслью. Только сердце любовью своей дух насытит, стремящийся ввысь. Все прекрасное есть самопросветленный совершенный индивид. Жизнь должна быть не данностью, а романом, который создаем мы сами. Поэзия есть абсолютная реальность. Чем поэтичнее, тем правдивее. Возвышение - самое превосходное из известных мне средств, чтобы вырваться из-под гнета фатума. Чем больше человек научается жить не мгновениями, а годами, тем благороднее он становится. Образованный человек живет всецело ради будущего. Мой долг быть радостным и спокойным. Мы должны научиться управлять внутренними органами — как всеми вместе, так и каждым в отдельности... Обретя безошибочное чувство собственного тела, человек перестанет зависеть от природы, сможет реставрировать утраченные члены и даже убивать себя усилием воли... При желании он сможет расстаться с собственным телом — будет видеть, слышать и чувствовать что и как пожелает... Тело — орудие образования и преобразования мира — нужно стремиться превратить в орган с универсальными способностями... Время и пространство возникают одновременно и, по-видимому, едины.. Поэт понимает природу лучше, чем ученый муж.