Собрание сочинений в девяти томах. Том 9

Раньше не любила рассказы - ну что поймёшь в маленьком обрывке, просто история без истории, я такое не понимаю, надо чтобы была полная картина происходящего. Но некоторым авторам удаётся и в малом развернуться по полной.

В "Земле" за десяток страниц Льюис вынудил меня переживать полярные чувства и в итоге испытать горечь по причине несбывшейся мечты героя; при том, что мечта эта для меня лично хуже горькой редьки. Возможно, дело как раз в том, что писатель снова разыграл карту с двойным дном; не важно, что герой тянулся к деревенской жизни, важно, что плохо тянулся.

На первом плане конфликт городской и фермерской культур. Уильям Дау вырос в деревне - навоз, коровы, огород, обрыдло ему это до чёртиков - и как любящий "честолюбивый родитель" для своего сына он хотел "элегантности", лёгкой красивой жизни и карьеры, если не адвоката, то хотя бы зубного врача. Правильное желание? Конечно. Он хотел лучшего для ребёнка. Но ребёнок попался какой-то не такой - тянулся к одиночеству, дубравам, телятам и работе в поле. Отец настоял на своём и подарил Сидни зубоврачебный кабинет. Тот смирился, женился на замечательной девушке, которая знала толк в вечеринках и светской жизни, и разговоры о фермерском житие воспринимала, как неуместную и несмешную шутку. Совершенно с ней согласна. И аргумент про "детям лучше на природе" я тоже считаю хохмой. В какой-то момент Сидни попытался восстать и повернуть дело в свою пользу. К тому моменту я, целиком находясь на стороне Мэйбл, ужасно жалела Сидни, он так чах в городских условиях, больно было читать. И было невыносимо метаться между его тягой к земле и правом Мейбл с детьми жить в человеческих условиях с ванной и горячей водой.

Когда Сидни удалось перетянуть детей на свою сторону, я вроде бы и порадовалась, но, представляя чувства Мейбл и перспективы дальнейшего бытия, впадала в прострацию. Тяжёлый конфликт. И внезапная отповедь старого дяди Роба, всю жизнь отпахавшего на ферме, добавила веса.

Сидни по-прежнему жаль, но двойное дно рассказа не в деревенском вопросе; а в том, что человек не смог реализовать свои желания, идя на поводу чужих. Это конфликт отцов и детей, когда отец решил за сына, что ему надо и чего он хочет. Не спрашивая и не прислушиваясь. Ведь до смешного дошло - классическая родительская фраза "вот поработай грузчиком (дворником, фермером), тогда поймёшь" была подтверждена реальным опытом - Сидни поработал всё лето фермером и ему понравилось и он хотел вернуться, но папа-то лучше знает, у него-то опыт другой. Так что получай, сыночка, бор-машину. А Сидни угрюмо молчит. Потом жена любимая. Решила за него одно, другое, третье. Дети пошли. А всё, теперь-то уж точно не имеешь право на свои желания, раньше думать надо было, за мечтой идти, своего добиваться. Честно говоря, я ждала, что он разведётся с Мейбл, уедет на ферму. Ну да, эгоистично, но гробить себя в угоду родным и близким это тоже эгоизм, только уже с другой стороны.

Очень грустное впечатление от рассказа, как на кладбище несбывшихся надежд побывала. Жить в деревне - для меня ужас-ужас, но почему-то безумно тоскливо, что Сидни этого лишился и будет выращивать редиску исключительно на подоконнике.

Слабенький рассказ на фоне остальных текстов Льюиса. Многословный, но без чёткого стержня. Вроде про то, как портят людей вещи, то бишь лишние деньги на пылесборники.

Опять родители у нас поехали крышей от внезапного богатства, обросли массой ненужных финтифлюшек и вместо свободы в рамках финансовой независимости получили рабство от кресел и китайского фарфора. Зачин вроде понятный, дальше ожидается мораль от пролетариата. И даже есть персонаж, который за это должен отвечать, Стэси Линдстром, из бедного квартала, простой клерк, потом рядовой, звёзд с неба не хватающий. Но и он тоже, представьте, хочет денег и фарфора.

Его подружка, Тео, дочка разбогатевших родителей, раза три за рассказ реагирует на его откровения замечанием, что Стэси чётко знает, что хочет получить от работы, но никогда не мечтает о том, что он может дать Америке сам.

Я совсем не американец, мне в принципе странна такая постановка вопроса - мне кажется, нормально мечтать о том, что ты хочешь получить, а не отдать. Даже если грёзы связаны с отдачей, мечтатель сознательно или бессознательно знает, что получит, как минимум, моральное удовлетворение.

Что и доказывает последний разговор Тео с Эдди, который предлагает ей выйти замуж, но она отвечает, что замужество с ним ничего ей не даст, из того, что ей нужно. В этом рыночном духе выдержан весь рассказ, Льюис пытается выдвинуть в дамки позицию Тео и Стэси, которые решили поднимать сельское хозяйство во Франции. Но позиция шатается - она тоже эгоистична и тоже про то, что человек получает от происходящего, а не происходящее от человека.

Поэтому и разваливается рассказ. Диалоги Тео с матерью крайне слабые, Тео не способна внятно изложить свои социалистические позиции, о вредном влиянии материальных вещей на душу человека, её речи беспомощны. Заключительная сцена пожара предсказуема от и до, по-моему, она списана с десятка похожих рассказов. И виновника тоже сразу знаешь, но не потому что к этом подводит логика текста, какие-то предпосылки в поведении этого человека, нет - просто в десятке похожих рассказов было тоже самое.

Рассказ затрагивает военное время и разницу между Эдди из высшего света (ставшего офицером и воюющем в основном в офисе) и Стэси (рядовым, сразу отправленным в мясорубку во Францию). Выписано это достаточно топорно, без изящества; пожалуй, Льюису лучше удаются социальные конфликты общества в мирное время.

Рассказ в целом произвел размытое впечатление - он то ли про отсутствие вкуса и вещевое рабство, то ли про невротическое стремление к работе, то ли про любовные терзания Тео, которая не может найти сильного мужчину в своем окружении. Многословно и не конкретно.

Очень остроумный текст, искренне хохотала пока читала. Не без американского снобизма, конечно. А кто нынче не патриот-то.

Тогда как раз началась в Америке мода на культуру, которая в наше время достигла высот передаваемых по радио симфоний и лекций дилетантствующих в поэзии великих князей.

Высмеивается тяга американцев к "культурному европейскому прошлому". Вот, мол, папа тупо деньги зарабатывает в поте лица, чтобы сыночка в Париже жил, как художник и духовно одарённая личность. Не знаю, что смешнее описал Льюис - вафельно-дрожжевой бизнес папочки (поэму из стали и стекла) или мыкания сына по богемному Парижу.

По тяге к духовному автор жестоко прошелся. Поиздевался и над французскими творческими личностями - пустота и алкоголь. Но при этом трогательно отметил, что они-таки смогли утром поднять себя с постелей, чтобы проводить мимолетного американского приятеля-художника домой. Знатно прошелся по собирательному образу "знаменитого ирландского критика из Южного Бруклина", рассуждающему о том, как подсказывал старине Марселю (Прусту) идейки. После очередной лекции критика в школе мудрости Уит психанул и отправился искать своих. Чтобы у Льюиса была возможность поёрничать на тему "американцы заграницей" - не стоит думать, что патриотизм писателя слишком крепок ;)

Больше всего мне понравилась Айседора с неизвестной фамилией. Не удивлена, что в итоге именно она составит счастье Уита))

Айседора живописью не занималась. Она писала книги. Разумеется, она ходила с портфелем. Однажды он раскрылся, и Унт увидел в нем бутылку вермута, чистую бумагу, прелестные красные, синие, зеленые и лиловые карандаши, носовой платок и шелковые чулки.

Все мы немного Айседоры. Дамская сумочка должна быть такого размера, чтобы в неё непринужденно помещалась бутылка мартини! А вовсе не томик стихов Пушкина или мольберт.

Уит делает правильный выбор между двумя очаровательными и прелестными девицами. Одна хочет от него возвышенности и философии, другая не против того, чтобы он зарабатывал деньги. Любовь-то зарождается там, где желания парочки совпадают.

Прекрасно еще и то, что герой осознал свой собственный выбор, понял свои чаяния. В конце концов коммерция это тоже талант, дар и искусство. У Старого Света - Париж и высокая культура. В Новом Свете - новая духовность и высокие доходы. В общем-то Льюис остроумно и ярко показал, что лучше хорошо зарабатывать деньги в городке Зенит, чем плохо писать картины в Париже.

Ну, а богатый папочка может позволить себе на старости лет заниматься благотворительностью и быть председателем Общество Содействия Развитию Финской Оперы.