Избранное

Неожиданный рассказ от автора "Русского леса". Сказывается, что писал его еще совсем молодой человек, не обладающий еще жизненным и писательским опытом. Какая-то любовная мистика. Отдельные моменты воспринимаются с интересом и пониманием.

Но даже в этом, не очень удачном на мой вкус рассказе уже чувствуется большой мастер художественного слова и умелое владение литературным языком.

Книга показалась мне очень схематичной и выстроенной. Завязка, к сожалению, очень распространена – тема белой эмиграции, тема тяжелая и до конца не раскрытая. Я вполне верю в историю Жени и Стратонова, которых мутным ветром революции занесло в Турцию, где они оказались на грани нищеты. Я понимаю, что в поисках лучшей доли он мог завербоваться в Иностранный легион – место для всего сброда, ищущего хоть какой-то работы. Но я не верю, что оставшись одна, Женя три года ухитрялась продержаться, не уронив себя, и даже сохранив колечко – память о муже. Память о матери она продала в первый же месяц.. Ей просто не оставалось иного пути, кроме пути Серафимы Корзухиной – на Перу, а дальше все ниже и ниже. Но тем не менее через три года Женя оказывается в Париже, все еще отказывается от сомнительных предложений и в самый последний момент случайно сталкивается с мало того что порядочным человеком, но еще и английским профессором, специалистом по русскому языку, человеком, влюбленным в Россию, и сразу влюбившимся в Женю. Ну не бывает такого. Сопровождает его по Ближнему Востоку, затем они решают посетить Грузию и первый человек, который встречает их – это бывший муж. Не верю, придуманность сквозит в каждом эпизоде.

И еще явно заказной выглядит история бывшего эмигранта, вернувшегося в Россию, начавшего активно сотрудничать с ГПУ и только потому получившего должность сопровождающего иностранных граждан. Он с готовностью поменял все свои былые идеалы, он верный слуга новой власти, он выглядит такой мразью, словно автор хочет сказать – посмотрите, каково истинное лицо этой «белой кости». Не верю, не верю, и потому вся книга для меня – искусственная заказуха.

Еще одно из самых первых произведений Леонида Леонова, скорее
повесть, чем рассказ, но в любом случае некая черная история. В этой работе
очень четко видится зарождение, исток леоновской эстетики, окончательно
воплотившейся в последнем романе писателя «Пирамида».
Захар Прилепин пишет, что «Петушихинский пролом» – самая сильная
вещь в ранней прозе Леонова. Что Леонов никогда ранее ещё не написал так
талантливо и так остро о дурной изначально человеческой породе.

В 1923 году Леонид Леонов только-только пришел в литературу с
фронта гражданской войны. Еще совсем молодой автор, он сумел показать
понимание абсолютного зла, которое доминирует в человеческой природе. И
как оно рвется наружу из человека. Как зло разрывает человеческие душу и
сердце и, как в пробоину, уходит из человека любовь, доброта, человечность.
Как каждое черное дело разрывает небеса, в пролом которых устремляется
все что есть хорошего.
В «Петушихинском проломе» показано как события в России (Первая
мировая, революции, гражданская война, голод) повлияли на судьбу
патриархального религиозного села Петушиха.
Так большевиками вскрываются мощи святого Пафнутия, разрушают
старинный храм. И в жизни селян образуется пустота потому, что старое
ушло, а новое еще не пришло на смену. Надругательство над святынями, по
религиозным представлениям, немедленно должно караться. Но немедленной
небесной кары не следует.
И все же произошедшее меняет судьбы разрушителей религиозных
ценностей…
Темы рассказа о «великом проломе в человеческом сердце» станут
многолетними, долгими раздумьями писателя, основой большинства
произведений Леонова. Борьба старого и нового, веры и безверия, утрат и
сохранения национальных основ жизни народа, поиски путей человека к
счастью, мотивы страданий будут развиваться Леоновым в последующих
произведениях.
Очень характерное для Леонида Леонова произведение.

Жвачка для идиота или мир идеальных людей

С первых страниц я начал воспринимать роман, как стеб над советской действительностью, балансирующий на грани с абсурдом и чем-то отдаленно напоминающий аксеновскую «Москва ква-ква». Но с каждой новой страницей всё больше осознавалась ошибка - никаким стебом тут и не пахнет и автор пишет всё на полном серьезе. И так на календаре июнь 41-го, а на блаженном острове коммунизма (в Москве) красные сочные ягоды падают прямо в рот – на улицах незнакомые люди улыбаются каждому встречному (прям страна душевнобольных), заботливо стараются помочь, искренне интересуются делами, чуть ли не все поголовно знакомы друг с другом в миллионном городе, делятся своими наболевшими проблемами (хотя проблем собственно нет, одни сплошные радости) и конечно занимаются партийно-просветительской работой, даже в перерывах между бомбежкой восемнадцати летние девушки не теряют тягу к самообразованию, да и образование на таком уровне, что все от школьницы и до пенсионерки могут поддержать разговор на абсолютно любые темы от философии и до экономики. Даже отрицательные герои, не законченные негодяи, а искренне заблуждающиеся советские люди, которые непременно осознают свою ошибку и исправятся или не смогут вынести позора и наложат на себя руки. Правда рай пока ещё до конца не обустроен, это видно на окраинах Москвы, но строительство идет в полную силу и непременно доберется и до глубинки. А для строительства нужны стройматериалы, в том числе и лес, который вырубаться и отец главной героини стал на его защиту, за что и был подвергнут порицанию со стороны заблуждающихся советских людей и даже собственной жены, которая вместе с маленькой дочкой покинула семейным очаг. В представлении дочки отец выглядит законченным негодяем не желающим из-за своей гордыни пойти на попятную и признавать ошибочность своих взглядов.

В общем довольно нудное идеализированное произведение находящиеся уже за чертой реальности, у самой границы абсурда. Постоянно ловишь себя на мысли, что подобные идеи и диалоги уже было в прошлой главе, но они всё не заканчиваются, а постоянно множатся и восстают из прошлых глав. Весь роман это переливание из пустого в порожнее – из главы в главу, сплошная словесная эквилибристика о комсомоле, общественном долге, чувстве патриотизма и русском лесе.

После прочтения таких романов и не удивляешься, что многие брезгуют советской литературой. Эта книга лишний повод еще раз убедится в том, чтобы что-то изгадить враги совсем не нужны, вполне достаточно своих патриотов.

Беря в руки кирпичик Леонида Андреева «Русский лес» я был в восторге от первых эдак , 80-ти страничек. Сами посудите-начало произведения знакомит нас с юной провинциалкой, Полей Вихровой, приехавшей покорять столицу. Ее восприятие мира-самый шаблонистый шаблон (вера в светлое коммунистическое будущее, всесилие юности), но читать это приятно, до дрожи. Наверное, это детство в сердце откликается, но я не уверен. Ее внимание к мелочам и индустриальным красотам Москвы делает честь автору, его мастерству в описании окружающей действительности. Поля прибыла в Москву в убеждении, что ее дражайший папочка, видный специалист в лесном деле бросил их с мамой на произвол судьбы. И сразу вопрос: как? Как она узнала об этом, если данная тема в семье-табу? Мне совершенно непонятно. Но самое «прекрасное и удивительное», что Аполинария, не имея никаких специальных знаний, пытается выдать окончательное и бесповоротное суждение о правильности профессиональных убеждений отца, основываясь только на критике. ПРОСТИТЕ, ШТО? Какое такое суждение, при полном отсутствии знаний по вопросу? Знаете, это мне напоминает родителей некоторых школьников, которые позволяют себе высказывания из разряда: «Неправильно, ты, Дядя Федор , бутерброд ешь». Бред, бред и еще раз бред. Ставлю автору минус за сомнительную сюжетную линию. Но вы погодите, автор только набирает обороты. Есть у Ивана Вихрова, папы Полины, злейший верный враг, Грацианский, который критикует его и в хвост и в гриву. Есть у этой дружбы –противостояния и своя темная сторона, и это здорово! Ах-ха, было бы, если б эту сюжетную линию можно было читать , не раздирая свой рот от зевоты… Не спасает положение даже довольно значительный экскурс в детство Ивана и описание красот родной реки Енги и тамошних лесов…Будем, впрочем, справедливы и отметим всю ту же завораживающую красоту леса и природы в романе. Но!Автору вновь становится скучно и он нам еще и про оборону Москвы расскажет от фашистских захватчиков. А что-двух тем мало, давай еще парочку введем, так же оно только лучше. Было бы, если бы они логично завершались, а так-увы. Но даже многосюжетность(а так можно вообще говорить?) я возможно простил, если бы..Если бы дверь с ноги не открыла Тетенька Идеология: «Ну че, собаки, не ждали?» Не поймите меня превратно, я ни в коем случае не пытаюсь умалить достижений Компартии, ее заслуг перед народом и роли идеологии в жизни советского народа., но в романе это самый кошмарный кошмар. Все, до чего тететька дотягивается-умирает и становится просто буквами, а не живыми и действующими людьми. Так, из героев она делает образцово-показательных коммунистов и комсомольцев, начисто выхолащивая характеры…Это просто больно читать, поверьте. Весь старый мир-враг, враг опасный и неполноценный, уродливый донельзя. Временами я ловил себя на мысли, что читаю не о русских людях, а о Риме времен упадка Империи с его похотью и пороком…Ну не должно так быть, ни в коем случае! Для меня этот роман пока что-разочарование 2024 читательского года, поэтому только 6 из 10 и не больше.

Когда читаешь произведения Леонида Леонова, понимаешь, что означает выражение "писатель от Бога". Леонов - блестящий стилист, он пишет как дышит: естественно, свободно, легко. И даже если содержание книги не особенно интересно, и тема "не твоя" (как получилось у меня с "Барсуками"), не оценить и не восхититься писательским талантом Леонова невозможно.
"Барсуки" - роман о расколе в крестьянском мире, о противостоянии Деревни и Города, предводителями которых становятся братья Рахлеевы. Первая часть романа - городская (действие происходит в московском Зарядье, где "жизнь течет крутая и суровая") и по большей части описательная, предметная: картины повседневной купеческой жизни, портреты действующих лиц, звуки, запахи, краски. Во второй части действие переносится в деревню и становится более стихийным и событийным. Крестьянский мятеж ("зелёное движение"), борьба, противостояние братьев - красного командира Павла и анархиста, вожака "барсуков" Семёна. В романе нет главных героев (и нет "плохих" и "хороших", кто победил известно, но проигравших автор не осуждает), нет кульминации и нет финала, "Барсуки" - это не история отдельных личностей, а фрагмент жизни, история об Истории. Разобраться в этом "сплетении судеб, лет, событий" непросто, да и нет такой необходимости. Это было и всё.

Чудесным языком написана эта грустная повесть о щемящей тоске по Родине. Мы так часто и много говорим о патриотизме, а вот, оказывается, есть чудесные литературные произведения, в которых эта тема - первая скрипка.
Героиня повести - молодая русская девушка Евгения, как все молодые, доверчивая и наивная. Вслед за любимым, она готова на тяжелые испытания, скитания и лишения, на бедность. Он, привычно, оказывается предателем и трусом. Только такой мужчина может бросить женщину, не сказав ни слова. Наш не-герой какой-то жалкий, озлобленный, совершенно не вызывающий симпатии. А в душе героини что-то шевельнулось, в очередной раз доказывая, что любовь зла. Разве то, что чувствует Женечка (мне именно так хочется ее назвать) к Пикерингу - на самом деле любовь?
Но главное - героиня отчаянно скучает по родным просторам. И прячет старую истертую газету, и вспоминает о старом сундуке в родительском доме. Но той, старой бывшей страны уже не существует, как и не существует больше молодой наивной девушки.
Автор предоставляет читателю лишь наблюдать за повествованием со стороны и это, возможно, единственный ее минус.

Когда я пришла в районную библиотеку и сказала, что хочу взять «Русский лес» Леонова – видели бы вы её лицо. Получила книгу – формуляр пустой. Пришла домой, открыла – не все страницы разрезаны.

Количество читателей этой книги на ливлибе – это мистика. Чистой воды мистика. Мне было бы интересно послушать, что побуждает обыкновенного человека брать в руки эту книгу. Мистика.

***
Не могу лукавить: я взяла в руки «Русский лес» потому, что мне надо прочитать его по программе. Вообще список немал, но наш Александр Олегович так вдохновенно вещал о Леонове, что первую жертву я выбирала недолго.

Герои

Мне обещали Добро vs. Зло. Обещали характеры, странные под стать эпохе, замыслу и автору, но характеры.
А они оказались… скучными. Не то чтобы хорошими, плохими, глупыми, смешными, дурацкими. Просто очень скучными. Прочитал еще только сто страниц, а челюсть уже болит, а там страниц семьсот шестнадцать. Наверное, ей-богу, если читать долго, с наслаждением, например, летним отпуском, в таком зеленоватом сетчатом гамаке под сенью собственных яблонек, — думаю, можно совсем другое в романе вычитать. Думаю, можно и героев переживать, и характеры исследовать, и про соцреализм (порожденье совдепово) рассуждать. Но вечером после учёбы в автобусе и утром за завтраком перед кино – скучно. Простите.

Грацианский, устами которого, по словам А.О., вещал миру собственную истину Леонов (под шумок, конечно, и выяснилось это уже значительно позже) — кажется каким-то абсурдным глупцом. Не потому что нет ума, но потому что он зачем-то его засунул глубоко и теперь уныло паясничает. Я просто не люблю такого поведения. Как мальчик в средней школе, серьёзно.

Грацианский, который по лекциям представлялся титаном, не вызывает во мне большего чувства, чем Вихров, который должен был оказаться студенистым и никчёмным. Они оба малочестны (то есть нечистоплотны) и по сути слабы. Их характеры работают ТОЛЬКО в паре: не только критика-стервятника Грацианского не существовало бы без плодовитого учёного Вихрова, но и герой Вихрова бы не стоил выеденного яйца без злодея Грацианского. Никто не крутой и никто не хлюпик.

Скучные. Дело не в том, есть или нет положительных героев, а в том, что нет у Леонова – героев. То ли А.О. всё же перестарался на лекциях; то ли он и правда видит в романе больше, чем я, потому что умнее и опытнее, потому что читал больше и представляет это время и эту литературу лучше.

А в чём смысл? (Или немного постмодерна)

«Русский лес» — не эпопея, это не Толстой и не Шолохов. Это 716 страниц… — бесконечного, витого, тугого, скучного, смешного, медленного, красивого, несовременного — повествования. Фабулу можно переложить в нескольких фразах (Москва, канун второй мировой; поступать в институт приезжает дочка профессора лесного института Поля Вихрова, но вскоре 22 июня, и постепенно Поля сначала добивается отправки в полевой госпиталь медсестрой, а потом отправляется в немецкую оккупацию для исполнения секретного задания, которое успешно выполняет, и в итоге оказывается в госпитале вместе со своим сводным братом и возлюбленным. И всё это на фоне отношений Вихрова и Грацианского, первый из которых кричит, что лес вырубают нещадно и надо же что-то делать, а второй — что без вырубки нам никуда и вообще всё тлен; по итогам жизни Грацианский топится в проруби, а Вихров выбирает между кафедрой в Москве и счастливой старостью в местах детства).

Но всё это растянули вширь и вдаль, добавили немного демагогии, странных диалогов, перетасовали и шлёпнули в переплёт. Как будто разбили несколько цветных плиток, а потом наклеили на стенку как попало, не замечая, что вместо рисунка оказался абсурд. Однако именно об этом нам и говорил А.О.: как Леонов ползал по полу и раскладывал и перекладывал карточки с кусочками сюжета, будто бы пасьянс вёл по одной ему явленной логике. (Это – приём постмодерна.)

Я две недели эти его выкладки изучала, а теперь, закрыв глаза, ни одного почти фрагмента этого пасьянса воспроизвести не могу. Я читала текст, и он сыпался тут же у меня в руках, как песочная глыба. Во мне, по правде говоря, ничего не осталось. Но…

Если бы не лекции, я бы ни в жизни, наверное, не стала дочитывать «Русский лес» до конца. Во всяком случае, не стала бы искать в этом какой-то смысл. Однако университет своё дело знает всё-таки. И теперь… скажем так: это как мама досидела до конца «Трудно быть богом» из уважения к Герману. Александр Олегович сказал – и я Леонова уважаю.

Один из основных инсайтов, которые выносишь с лекций по литературе — что во всём есть смысл. В совершенно непонятной, абсурдной литературе иной эпохи – есть смысл. Начинаешь воспринимать это по-другому. Не за чистую монету (в таком случае читать не получается: в моей голове не помещается мир, где люди искренне такое пишут), а как игровой так или иначе текст. Такая глупенькая песня для постылых якобы друзей. И сразу становится как-то легче.

Мы даже не станем выходить из вагона: только часок, от поезда до поезда, погуляем в одном глухом городишке за Ростовом… хотя там и для вашего обозрения нашлись бы нераскопанные курганы. Так и не сердитесь же, я сделана из э т о й земли, милый!

Срок написания повести – 1938-1963, но верилось едва: от нее так веяло XIX веком, что к действительным датам возвращали разве что упоминания Первой мировой и гражданских войн, да обстоятельства путешествия героев – на автомобиле. В остальном же: язык повествования – мерно текущий и связный в перечислении событий прошлых и насущных, приправленный иронией авторской и героев; героиня, именуемая по имени отчеству, в окружении мужчин, называемых по фамилии; некоторая часть сюжета, разворачивающаяся на Кавказе…

А история, в общем, о том, как в обстоятельствах ломки общественных отношений в России двое молодых супругов оказались разлученными; верней, как Евгения Ивановна оказалась одна-одинешенька в чужой стране, тогда как муж ее пропал, отправившись на заработки; короче, как мужчина бросил женщину, не в силах ее прокормить. К счастью, девушке повезло и на пути ее встретился неказистый, но заботливый и талантливый (я вслед за героиней влюбилась , конечно же, тоже) англичанин, обладатель профессии-мечты моего детства:

Как иные подносят рифмы и цветы, мистер Пикеринг дарил любимой женщине воскрешенные миры, лишь бы коснулась их рассеянной улыбкой…

Мистер Пикеринг был археологом. С ним Женни, Евгения Ивановна, отправляется в экспедицию, по окончании которой, уже супругами, они прибывают, намеренные возвращаться, к удовольствию героини, посредством российских территорий, в Тифлис. Каково же было удивление некоторых действующих лиц, когда в Тифлисе экскурсоводом четы Пикеринг становится бывший супруг Женни, считавшийся почившим?.. Воскресает подзабытое, скрещивают шпаги «живой» социализм Стратонова и «мертвая» история Пикеринга… В общем, становится интересно и так… так по-русски грустно и ностальгически.

И я искренне советую вам, друзья мои, очередного не самого читабельного автора, оставившего по окончании повести своей такое, знаете, тоже ностальгирующее послевкусие. Ностальгирующее по старой и доброй тургеневской, наверное, прозе; и захотелось перечитать тот же, об эмигрантах, «Дым» Ивана Сергеевича.

Русский лес – книга действительно про лес, это не переносное значение, не метафора, не загадка. Хотя, скорее даже не русский лес, а просто – лес. Чего стоит только лекция профессора о мировом лесе, его истории, перспективах, о влиянии на планету, климат, экономику. Все эти колебания с потеплениями связаны с лесом в том числе, с его количеством и влиянием на всякие там испарения, накопления воды и т.д.

Автор придерживается мнения, что лес необходимо беречь. На самом деле, я даже не представляла масштабы бедствия. Те места, которые ассоциативно связаны со степью, например, лет 1000 назад были лесом. Реки Волга и Дон были «одеты в зеленые шубы». Автор так убедителен, что самой хочется идти на баррикады, приковывать себя к деревьям-великанам, спасать белочек, Агафью Лыкову (в книге это Калина), выезжать в лес волонтером на посадки молодняка и все такое прочее. Это ж надо быть настолько глупыми созданиями (это я про человечество), что дальше носа своего не видим.

После такого внушительного героя идут помельче: профессор Вихров, его потомство, враги семейства, друзья семейства.

Книга начинается с приезда Поли Вихровой в Москву, половину книги она узнает о своем отце, мать ушла от него, когда Поля была совсем крошкой, меняет свое отношение к отцу, к его деятельности. И читатель вместе с Полей, сначала относится настороженно к Вихрову, все-таки не от каждого мужика, проживающего в Москве, жены убегают в глушь, а со второй половины книги мы узнаем и о его сыне. У Вихрова есть и настоящий враг, бывший как бы друг. О котором постепенно тоже можно узнать много «интересного». Враг такой, что мне лично хотелось прийти к нему в гости и выписать леща, пусть человек и пожилой, но таким гадким быть негоже.

События в пласте реального времени происходят накануне Великой отечественной, буквально за сутки. Для чего война? На мой взгляд, автору нужна была опасность. Не мог же он написать, что в мирное время в Стране Советов может быть опасно настолько, чтоб девушки-юноши могли понять на что именно они способны, из трусишек превратились в героев.

Книга то на самом деле хороша, всякие такие идейки, вроде такой: когда Поля приехала счастливая в Москву, все вокруг ей улыбались, в следующий раз она шла по улице в плохом настроении и люди тоже были мрачные. Т.е. вроде бы автор показывает, что внутренний мир человека гораздо важнее, но в то же время жестко долбит совком. И вот, пожалуй, именно из-за политической подоплеки читается с некоторой неприязнью, но, возможно, по-другому тогда нельзя было.