Ваша оценкаКнига выпущена к 100-летию со дня рождения выдающегося мастера слова, классика русской литературы XX века Леонида Максимовича Леонова (1899-1994).
В юбилейный том "Избранного" вошли произведения писателя, созданные им в разные годы: рассказы 20-х годов, роман "Барсуки" (1924), повесть "Evgenia Ivanovna" (1938), отрывки из его лучших романов, принесших Леониду Леонову мировую известность -"Русский лес" (1953) и "Пирамида" (1994).
Творчество Леонида Леонова пронизано глубокими раздумьями о судьб...
Жанры
Рейтинг LiveLib
3,9
7 оценок
- 543%
- 429%
- 314%
- 20%
- 114%
Ваша оценкаПрочитали 6Хотят прочитать 11
Рецензии
Anastasia2466 сентября 2025 г.Читать далееЧтение - это не только наслаждение. Удовольствие от созерцания удачно найденных писателем образов и метафор, не только увлечение сюжетом и разноплановыми характерами. Это еще и немалый интеллектуальный труд, в чем в очередной раз убеждаешься, открывая книги, подобные леоновской "Пирамиде".
Книга-вызов, книга-испытание, книга-искушение (не могла оторваться от попадающихся попеременно в ленте цитат из этого романа. Все время поражали красотой, изысканностью мысли, глубиной и заключенными внутри отсылками-подтекстами). Книга, в которой сразу ощущаешь себя маленьким и глупым, будто растерзанным толщей сюжета и вдобавок придавленным языком и стилем.
К слову, это далеко не первая "сложнонаписанная" книга в моей коллекции прочитанного. Были в моей жизни и читательском опыте и небезызвестный "Улисс", и "Школа для дураков", и знаменитая "Бесконечная шутка", и Вулф с ее тягучими потоками сознания, да и недавно прочитанный гэссовский "Туннель" - из той же оперы, как, впрочем, вообще почти все постмодернистские и модернистские тексты. Но "Пирамида", без сомнения, возглавит мой личный перечень трудночитаемых произведений.
Автор все время словно издевается над собственным читателем, забрасывая его то чересчур расширенными предложениями, то неподъемными философскими мыслями на абзац, страницу и более, то обманывая одной лишь видимостью сюжета, ставя таким образом не в самые комфортные условия. Где уж тут разобраться во всем, да еще и с первого прочтения?
Я давно избавилась от книжных предрассудков типа "начатую книгу непременно нужно дочитывать до конца" и спокойно, без стеснения, ухожу из мира книг, которые не дают мне ничего в читательском плане (в моем списке недочитанного и любимый Кинг - и такое бывает). А вот из "Пирамиды" - этой чертовски сложной конструкции - уйти не смогла, продолжая упорно взбираться на ее вершину.
В немалой степени я ведь была очарована и сюжетом книги. Да, он иногда терялся в философских сплетениях текста, но он все же наличествовал.
...Рвутся тонкие скрепы Мироздания, и на Землю проникает Божественное - в обличье растерянного, совсем неприспособленного к людской жизни ангела. И не куда-нибудь он попадает - в советскую Россию, где в праве на веру уже давно отказано. Здесь мыслят совершенно иными масштабами, здесь куют сверхчеловека и творят новую цивилизацию и реальность.
Но чудо?!.. Нет места необъяснимому в этих строгих реалиях. Начало и первая половина леоновского романа вообще напоминали мне - до поры до времени - обожаемого Булгакова.
Чертовски любопытно было наблюдать за тем, как из ниоткуда (из нарисованной на колонне двери) появляется ангел Дымков, пытающийся адаптироваться к незнакомым условиям и рвущийся совершать добрые дела. Вот только и ангелов, оказывается, очень легко сбить с истинного пути, внушив ложные цели и идеалы.
Здесь действительно нет места чуду. Здесь труд на благо государства, общества, вождя. Здесь работают, учатся, мучаются, страдают и так же хотят продлить себя в веках.
Зачем здесь ангел... Индивидуальное чудо слишком эгоистичная затея, а всем ведь не поможешь. Никогда не услышишь благодарности, а лишь: "Давай еще, и побольше!" (старая, всем знакомая сказка о золотой рыбке и ненасытной старухе).
Сложно найти практическое применение волшебному дару, а дар не прощает подобного к себе пренебрежения...
Параллельно с историей посланника небес разворачиваются по воле автора не менее драматические истории, но уже вполне земных обитателей книги.
Так, отец Матвей переживает кризис веры и сложные отношения с сыном-отступником Вадимом, считающим веру чем-то вроде психического заболевания.
Вадим напишет собственную "Пирамиду" - скромную повествушку, обличающую тиранов, за что едва сам не поплатится свободой и жизнью. А перед этим станет еще и свидетелем грандиозного строительства другой пирамиды, посвященной земному божеству советской России.
Кто-то терзается вечными вопросами веры и смысла жизни, а кто-то на этом делает деньги. Вот и режиссер Сорокин слишком близко подберется к тайнам мироздания. Чего не сделаешь ради славы...
Дуня с ее видениями о грядущем апокалипсисе и прогулками с ангелом по незримым далям и временам...
Никанор Шамин с его громкими речами и лозунгами...
...В этой книге заплутать несложно - трудно выбраться из нее без потерь. Ко второму тому "Пирамиды" повествование вязнет, тащится еле-еле, медленной черепахой, и встает вовсе. Нас без устали пичкают философскими разговорами и особенно монологами героев. Что ни персонаж - целая философская система умовоззрений.
И сознание, кажется, не в силах уже вместить всей этой глубины - даже хорошего может быть слишком много (я еще одновременно с "Пирамидой" читала другую философскую книгу - Дмитрий Галковский - Бесконечный тупик , поэтому, может, философской мысли было для меня здесь с избытком...).
Ты тонешь в этой философии при почти полном отсутствии сюжета во второй части книги.
Это было безумно красиво, познавательно мудро - и тяжело.
Лишь за это, пожалуй, немного занизила я итоговую оценку этому потрясающему роману Леонида Леонова.
Кстати говоря, именно с этой книги впервые прикоснулась к леоновскому гению. Я не читала прежде Леонид Леонов - Evgenia Ivanovna , Леонид Леонов - Русский лес - с них ведь обычно советуют начинать знакомство с творчеством великого русского писателя ХХ века. Я сразу замахнулась на вершину- и не прогадала.
Это, безусловно, вершина леоновского творчества и главный труд его жизни - над книгой писатель трудился несколько десятилетий.
Рекомендовать не буду: не самое простое чтение при непомерно большом объеме книги может вызвать у читателя раздражение. Но если все же решитесь однажды взобраться на ту самую пирамиду, желаю удачи в ее освоении.
Мне отчего-то кажется, что такие книги, разом выбивающие нас из привычной зоны комфорта, учат думать. Да, это труд - читать, вникать, находить спрятанные автором отсылки и подтексты, переживать, осмысливать - труд ощутимый. Но зато это и громадное внутреннее удовлетворение от постижения чего-то в самом деле стоящего и, не побоюсь этого слова, вечного.
2501,3K
Medulla27 июля 2012 г.Читать далееС какой стороны подойти-то к нему, а? Это не роман – романище! Это не писатель – человечище! По силе духа, широте и глубине затрагиваемых вопросов, по мысли народной, по охвату исторических событий в России, философии Леонов для меня оказался сравним с Львом Николаевичем: основательная и мощная глыба, которая у неподготовленного читателя может вызвать контузию при соприкосновении с текстом. А читать текст Леонова, ох, непросто, совсем непросто – то словно продираешься сквозь бурелом и непроглядную чащу лесную, преодолеваешь завалы, устаешь и думаешь: всё, больше не могу – задыхаюсь!; то, вдруг, неожиданно выпадаешь в чистый луг с невероятно высоким небом и к необъятным просторам за которыми и горизонт не видно, а легкие начинают дышать, а там, за поворотом, гудит, плещется, переливается полноводная река, такая кристально чистая, что видно дно и рыбок, хочется нырнуть в эту прохладную прозрачность. И вот в этот момент ощущаешь всю красоту текста, мысли, философии, и гордость за этот роман, за русскую литературу, за мощь автора - переполняют до краев.
''Русский лес'', если можно его так назвать – роман народный, русский, охватывающий около пятидесяти лет истории родной страны от Октябрьской Революции до Великой Отечественной Войны, с многочисленными разветвлениями в вопросы истории русского леса (лучшие страницы романа посвящены именно лесу и миру природы), научно-технического прогресса и проблемы экологии, о жизни человечества, в вопросы взаимоотношения человека и природы. Этот роман – сам словно густой непроходимый лес, в котором каждое деревце – человек проходит свой жизненный путь, проходит тяжелой дорогой становления собственных взглядов, мужания и наращивает внутри личные годичные кольца. Основная тема романа – противостояние двух миров – старого и нового, противостояние двух ученых – выходца из народа Ивана Вихрова и аристократа Александра Грацианского о судьбе русского леса, но лес лишь только повод, только тема для выбора жизненного пути, личных взглядов, но и аллюзия на то, каким путем пойдет новая Россия после 17-го года и после войны. Удивительна чистота взглядов Леонова (можно соглашаться или отвергать их, презирая эту философию чистоты, не соглашаться со взглядами на капиталистические страны, но вызывает неподдельное восхищение это стремление ввысь, к некому кристально-чистому идеалу) и это при его полном понимании, что не всё так гладко в новом построенном обществе. Удивительно ещё для меня вот что оказалось: Леонов очень тонко, почти незаметными штришками выписывает беды своей страны: проскальзывают беженцы из голодного Поволжья, несовершенство образовательной системы, да и эти палки в колеса развитию науки. По крупиночкам он собирает эти беды. Однако, Леонов верил в рыцарей, ну не совсем в рыцарей, но в хозяина леса – лешего или Ивана Калиту, в некое ядро разума и чувств, что убережет лес от вырубки, что русский народный фольклор цикличен из века в век - один хранитель леса, старичок с пасеки обязательно возродится в следующем поколении в пытливом и юном существе. И мне безумно близка философия единения человека и природы, как продолжение каких-то иных связей, более глубинных, чем просто бытие, а связь времен, истории, культуры; только в сохранении природных богатств, в диалоге с природой человек может по-настоящему обрести мир. Вихровская лекция для абитуриентов - это песнь песней о русском лесе, настоящая поэма любви об истории леса. Пейзажи, нарисованные Леоновым в романе, прекрасны и напоминают скорее картины, чем буквенный текст – Саврасов, Шишкин, Остроухов, Поленов, - это ожившие в словах картины, переход одного искусства в другое. Пейзажи у Леонова не просто обозначают некое действие или обстановку, где происходят описываемые события, но и несут в себе эмоциональную нагрузку: настроение героев, описанное при помощи пейзажа; это и единение человека с природой(достаточно вспомнить передвижение Поли по лесу на территории, занятой немцами); это и способность вызвать у читателей соответствующее настроение. Лесом же автор и оценивает своих героев. Но это лишь один угол обзора – лес.
Леонов создал уникальное литературное произведение, в котором попытался осознать и понять прошлое и настоящее,но в то же время и заглянуть в будущее. В ''Русском лесе'' вместо однолинейного примитивного мира соцреализма с заранее известными мыслями и выводами о светлом будущем, совершенно неожиданно возникают сложные и противоречивые герои, чьи поступки нельзя оценивать однозначно: достаточно вспомнить путь Саши Грацианского, путь Поли к узнаванию отца, путь взросления Сережи. Безусловно, у Леонова были свои взгляды на светлое будущее, да у него было вполне определенное и предвзятое отношение к немецким захватчикам и он описывает их стандартно, но…когда читаешь строки как взрослый мужчина в госпитале каждую ночь просит сестру читать письмо жены, пришедшее с курорта 21 июня, где она описывает радость отдыха с сынишкой и ты понимаешь, что ни жены, ни сынишки уже нет в живых, а есть вот это мужчина, у которого в сердце осталась ненависть к захватчикам; когда читаешь, как партизаны нашли убитую немцами юную девушку и их тихое: в лапшу! В лапшу их всех! То тогда понимаешь всю ненависть автора к тем, кто пришел в чужую страну. В страну, которая пыталась оправиться после революции, начинала строить потихоньку своё будущее.
Я приведу только одну цитату, чтобы понятны были взгляды самого Леонова и чтобы те, кто захотят взяться за этот роман, понимали, что их ждет:
Только в нашей стране человеку предоставлена возможность быть не бессовестным эксплуататором природы и не бессильной былинкой в её потоке, а великой направляющей силой мироздания. Для этого он должен подсмотреть таинственную взаимосвязь, объединяющую её явления в живой, целостный организм, чтобы облегчить и ускорить работу природы в её стремлении к совершенству, которого она расточительно, мириадами опытов и с жестокой выбраковкой добивается вслепую. В этом цель и смысл человеческого разума; социализм — наиболее честная и экономная форма его деятельности. Мы движемся по нашей дороге беспримерными шагами, но могущественное и обреченное зло ещё не раз будет ставить преграды на нашем пути. Сегодня оно шлет на нас очередного пса, полагающего в животном неведении, что действует по своей собственной воле. Однако из всего предварительного опыта истории мы-то знаем, что светлый, тысячью имен владеющий герой народных сказаний всегда справлялся с чудовищем, караулившим источник людского счастья.Настолько же неоднозначны для понимания и его взгляды на религию: с одной стороны он с легкой усмешкой пишет о попах, даже в гротескном несколько виде их изображает, а вот с другой...очень много отсылок к Библии, к православной культуре, к связи народа и Бога, но и допускает одновременно в свой лес и русский фольклор.
Безумно прекрасен язык Леонова: использованы диалектизмы, фразеологизмы, просторечные слова, богатые и красивые метафоры – это настоящий язык народа, который тихохонько вошел в литературную книжку и не просто украсил её, а заставил искриться и переливаться, как настоящий бриллиант. Это настоящее сокровище, а не роман. Сложный, советский, многоплановый, где и неоднозначности достаточно, но и внятна позиция автора. И это далеко не соцреализм, а нечто гораздо более высокое и значимое для русской литературы.
Спасибо всем, кто добрался до конца рецензии :)843,1K
LadaVa30 января 2015 г.Читать далееНе знаю, смогу ли я вообще читать.
Вот уже неделя, как я закрыла "Пирамиду" на последней странице, большой срок. И я пытаюсь, пытаюсь открыть что-то другое, открыть классику, мемуары, что-то гарантировано качественное, но...
Ты насыщаешь взгляд, как тело – хлеб, Как влага освежающая – землю…Да, пожалуй только так я могу передать мое состояние. Сытость.
"Пирамида" - абсолютный максимум того, то можно получить от чтения - интеллектуально, эмоционально и прочая, прочая.
Роман огромен, как гигантская секвойя и не может быть целиком вмещен в сознание. Ничего не могу сказать о нем в целом. Сознание способно только ухватывать краешки, детали, ассоциации.
Давайте начнем совсем с простого. Помните магов и волшебников Лукьяненко? Слабые умеют пользоваться простыми заклинаниями, сильные сложными, но Абсолютные не пользуются ничем. Они работают с чистыми потоками энергий, обходясь вовсе без заклинаний.
Леонов в своей "Пирамиде" вышел на такой уровень мастерства, когда не суть важен стал сюжет, герои, стиль, язык, диалоги - идет поток энергий, свивающихся и борющихся.
Говорят, посещая выставки Марка Ротко, люди вдруг начинают рыдать у его картин от взрыва эмоций. Вы видели его картины? Зайдите, посмотрите в интернете. Вот и роман такой. Поверьте, вы захлебнетесь от слез.
Единственный, с кем можно поговорить (мысленно, конечно) о романе - Дмитрий Быков. Как сам он шутит, он один из трех человек в мире, этот роман прочитавший. И прочитавший лекцию о романе. Убить его готова за каждое слово в этой лекции. За каждое наглое, лживое, самодовольное, хвастливое, поверхностное, ублюдочное слово. Все неправда! Но и полюбить его в очередной раз готова за эту же лекцию. За то, то прочитал, оценил, рассказал, понял (почти).
Но не будем долго задерживаться на посторонних лицах, перейдем к моим сумбурным впечатлениям. Других все равно не предвидится, я не дотягиваю до этого уровня.
Ангел Дымков, попавший на землю по воле и силе Дуниного воображения. Самое не-человеческое существо из тех, что когда-либо были описаны в литературе. Понять насколько не-человеческое можно только прочитав и вдруг поняв, что все читанные до этого инопланетяне до смешного человечны.
Вадимушка... самое жуткое в моей читательской биографии описание заживо вернувшегося покойника. Кадавра.
Дуня - нежная, неземная, почти святая девушка. Как же она - при всей своей чистоте - низменна и жестока рядом с настоящим ангелом. Как готова употребить, погубить его ради спасения брата. Совсем по-человечески.
Юлия. Блистательно описанная червоточина победительных женщин. Их неспособность произвести на свет нечто талантливое. Отсутствие такой малости - способности творить, создавать. Обидно, рождена блистать на экране - но не может туда попасть из-за более чем очевидной бездарности.
Отец Матвей - жалкий, неловкий... центр духовной вселенной. Не потому, что умен или силен. Потому... не знаю почему. Добр? Любящ? Да мало ли таких... Или просто потому, что отец? Священник?
Никанор. Человек-скала. Надежная опора близких, оплот. Не верит в существование потусторонних сил. Краеугольный камень о который споткнулся сам профессор Шатаницкий (да-да, сам дьявол).
Фигура Автора. Этот вырвет свой сюжет, свой роман хоть у дьявола из пасти. Ну, так примерно и вышло.
И многие, многие другие. Жертвы и палачи. Дети, старики, энкэвэдэшники, режиссер, Сталин, наконец.
Да, нет. Я не смогу передать про что это. И сюжет тут не при чем. А сами вы вряд ли прочитаете.
Так вот и конец тут настал рецензии. Пойду, лучше, еще цитат натаскаю.814,9K
Цитаты
- Anastasia2464 сентября 2025 г.
Что делать, операции на душе, как и мозгу, производятся без анестезии...
50709 - Anastasia2464 сентября 2025 г.Читать далее
...Как алмазы зарождаются в перетянутой натуго глотке вулканов... и оттого, охладясь, продолжают жалить зрачок, разжигать костер темных страстей, дочерна обугливать соприкоснувшиеся с ними души, так и возникновению шедевра предшествует исступленный зной души, сохраняющийся, пока не сотлеет его материальная оболочка. Не замечали вы, как в полусумерках перед закрытием галереи на проходе мимо знаменитых полотен и статуй, поглотивших целые жизни мастеров, вас обдает чуть ощутимым жаром? Он еще греет — не остывший в веках, хотя и отпылавший пепел!
50531 - Anastasia2464 сентября 2025 г.
И хотя за недозволенные фантазии у нас пока не расстреливают, все же не советовал закреплять их на бумаге для постороннего пользования.
49333
Подборки с этой книгой
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
- 39 918 книг
В коллекции
- 4 558 книг
Классика
- 31 книга
Другие издания
