Отзывы о книге Праведные убийцы

Инго Шульце «Праведные убийцы»

Matrjoschka. Начну с истины, которая не требует опровержения. Иногда сложно что-то писать, когда прочитанная книга понравилась, потому что есть желание внутренне, интимно пережить написанное; делиться положительными впечатлениями не особо хочется или не всегда хватает словарного запаса для полновесного отобразить восторга и передачи всей той гаммы ярких красок и переживаний, что сопровождали чтение и наполняют после него. Намного проще бывает рассказывать о не понравившемся прочитанном произведении. Что может быть слаще разноса плохой книги? Бесценно — в эпатажной манере поведать миру и выплеснуть негатив с чувством выполненного долга: и людей предостеречь, и самотерапию никто не отменял. Худшим, на мой взгляд, — уверен, что я не одинок в этом убеждении, — вариантом является следующее развитие событий: берёшь книгу, открываешь, читаешь — и она не вызывает никаких эмоций. Разочаровываешься (или остаёшься в недоумении), огорчаешься, находясь среди позднеосенних безлиственных деревьев и по уши в топком болоте, которое засасывает безнадёжностью и предрешённым концом. Глядя на рейтинг данной новинки можно предположить, что по итогу знакомства роман вполне способен не оказаться одним из лучших представителей литературы. У меня был как минимум один пример знакомства с представителем немецкоязычной прозы, когда книга с малым рейтингом мне понравилась и оставила более чем приятное впечатление. Поэтому я питал надежду, что и в этот раз произойдёт нечто подобное. Не произошло.

Я не зря начал свой отзыв со слова «матрёшка». Роман поделён на три главы и каждая следующая позволяет взглянуть на происходящее под иным углом, как бы раскрывая предыдущие события по-иному. Или закрывая пробелы и укрывая глубинные смыслы произведения в слоях историй второстепенных героев книги. Размер их неравномерен и по ходу чтения интересен угасает. По крайней мере, у меня было так. Ход неплохой, но реализовал ли в полной мере писатель задуманное? Ну, вроде да, но чувство недосказанности не покидает всё равно. История, поведанная Инго Шульце, исходя из аннотации, может привлечь внимание определённый тип читателей и читательниц, к которому можно отнести и меня. Я люблю схожие сочинения, в которых описание жизни человека соседствует с размышлениями автора об обществе и стране в очерченном историческом периоде. Размеренный и где-то усыпляющий рассказ о жизни некоего букиниста Норберта Паулини не вызвал вообще никаких эмоций. Думаю, что пройдёт немного времени, и я забуду не только об этом романе, но и о его содержании. Не знаю, что может остаться в памяти. При однотипности персонажей и банальности сюжетов ранних работ Набокова они, тем не менее, запоминаются благодаря надоедающим порой описаниям всего и вся. Но именно они создают настроение, оставляя в памяти некие разрозненные детали, которые если со временем и не превратятся в полноценную картину, то хотя бы дадут общее представление о предмете искусства, коим должен быть текст. Писатель способен захватить внимание и оставить след в воспоминаниях разными средствами художественной выразительности. Инго Шульце выбрал ни то, ни сё. Непритязательный, безыскусный, пресный. Интересен роман, как мне кажется, может быть только своей формой построения повествования. Признаю, что я могу быть несколько радикален в этом утверждении, так как та рефлексия, которая присутствует в тексте и находит выражение в монотонном изложении, уже мною испытана. Рад за автора, раз он сумел облечь свои переживания в слова, предложения, рукопись. Неплохо, когда человеку дано заработать деньжат на своих переживаниях. Глубинные слои и подтексты сквозь призму показанных жизней и исторической эпохи считываются на раз-два.

Главный герой практически никак не раскрывается в ходе знакомства с ним. Вроде он есть, он — главное действующее лицо, вокруг него крутится-вертится сюжет, вращаются второстепенные персонажи, он становится побудительным мотивом поступков некоторых из них. Но, в то же время, мы совсем ничего о нём не узнаём. Мы наблюдаем за ним с пелёнок, самую малость знакомимся с родителями. Он растёт, развивается. Да, он с детства любит книги и читать. Да, у него на многое есть свой взгляд (порой радикальный). Благодатную — хоть и много раз уже паханую — почву в виде среды интеллектуалов выбрал для этой книги Инго. Книжные «черви», писатели, торговцы, букинистический магазин — особое пространство. Оно в состоянии бурлить страстями, но оно же допускает возможность затхлости и зависти. Творческие люди не от мира сего. Написать о них (или о нём) скучный роман — надо умудриться. В течение знакомства с книгой и главным героем не создаётся родства и чувства сопричастности его судьбе. Ему не хочется сопереживать. Живёт человек своей жизнью, ну и пусть живёт — мне что с того? Невзрачный, но ценный, профессионал и эксперт в своей области. Ворчун. Сноб. Разбирается выдающимся образом в области букинистических книг и редкостей, торгует ими в семейном магазине, основывает кружок литературоведов — и? Любовные похождения и волнения не трогают (женские чувства, впрочем, тоже). Способны ли излияния сухого и малоэмоционального человека вызвать у читающих бурю переживаний? В теории.

Звенящей пустотой гремит книга, удушливым пространством она кичится. Автор неоднократно упоминает о физической силе и выносливости букиниста — человек имеет привычку заниматься отжиманиями, но вот что составляет его внутренний стержень, что держит его в этом мире? Книги? Возможно. Херр Шульце пишет о безграничной любви к чтению, но у меня создалось впечатление некой искусственности описываемого персонажа. Натуралистичного и цельного образа в моих глазах не получилось создать у творца сего творения. Характер принца Фогельфрая — прозвище главного героя, так же остался неразгаданной загадкой. Минус автору, выговор. Неловкое чувство, когда второстепенный персонаж «живее» и более представителен в моём воображении. Наш герой родился и вырос в ГДР. Он плоть от плоти человек этой страны, хотя чурается политики, потому что его чуть ли не единственная реальность — книги. Рушащийся мир в виде объединения двух Германий и приход капитализма в жизнь торговца книг должен, по идее, вызвать тревогу и беспокойство за его будущее. Накал страстей, борьба за своё существование, за дело матери и своё собственное… смешно, ничего этого автор нам не предлагает. Вовлечённость в происходящее для меня отсутствует как вид, как класс в этом литературном труде.

Книга вроде бы должна говорить о том, как важно сохранять себя и не поддаваться на события извне; как сохранять свой маленький мирок в этом необъятном мире; беречь в себе, распространять культуру и чувство прекрасного; о терпимости и политике мультикультурализма и проблемах с ними связанных; о проблемах отцов и детей и необходимости иметь в жизни человека, который находится с тобой на одной волне, понимает тебя и принимает таким, каков ты есть. Идеалы и верность избранному пути? Ну да, возможно. Губителен ли для индивида слом эпох? Наверняка. Заново собрать себя в новой политико-экономической реальности? Сложно. Ты читаешь, киваешь головой, говоря «Да, да, да», и остаёшься безучастным к написанному тексту. Вопросы, поднимаемые автором, актуальные и не проходные. Способ их донесения до читающего человека некачественен и неказист. И такое я уже встречал ранее в произведении автора из Восточной Германии. Так что нечто знакомое я всё же встретил, окунувшись в данную книгу. Не могу сказать, насколько оправдан финт ушами в конце, учитывая аполитичность херра Паулини на протяжении всего романа. Вдвойне занятно наблюдать подобное от уроженца ГДР. Хотя, читая современные новости, не так уж удивительно выглядит поступок главного героя. Жаль, когда книга совершенно не зацепила и не нашла отклик внутри. Предпосылки были, но не срослось. И кто (или что) повинен в этом, я сказать не могу. Однозначного ответа у меня нет. Книга полнится меланхолией и задыхается скорбью об утраченном (а может и не достигнутом). Погрущу немного и я…

Невероятно странную и одновременно интригующе написанную книгу я прочитал! История человека, сделавшего чтение книг смыслом своей жизни, накладывается на стремительный слом эпох, когда социальные и политические бури способны разрушить видимость порядка и гармонии.

«Праведные убийцы» — книга Инго Шульце, немецкого писателя из бывшего ГДР, в своё время возглавившего Академию языка и литературы. Она начинается как вполне спокойный и линейный биографический роман о букинисте из Дрездена Норберте Паулини. О том, как мать любила книги и мечтала открыть свой букинистический магазинчик, но, увы, рано умерла, оставив книги в наследство сыну, буквально выросшему на стопках из книг. Со временем Норберт осуществил мечту матери, превратив часть пансиона, где обитали они с отцом, в букинистический отдел, притягивающий библиофилов со всей Восточной Германии.

«Но действительно ли речь шла о Паулини? Разве он не был скорее символом, шифром, если угодно, того, каким однажды был наш мир и как он теперь беспощадно погибал?»

Мы знакомимся с уникальным человеком, ходячей энциклопедией, знающем каждую свою книгу, выставленную на полке. У него собирается интеллектуальная элита, учёные и филологи, археологи и охотники за редкими экземплярами. Ближайшими сподвижницами Паулини становятся две библиофилки — Элизабет и Марион, другом становится будущий знаменитый эссеист и драматург Грэбендорф. Среди гостей выделяется и молодой писатель Шульце из Берлина, давший хозяину салона имя “принц Фогельфрай“ (из «Весёлой науки» Фридриха Ницше). Но, увы, идиллия знаменитого книжного убежища нарушается на фоне исторического слома — падения Берлинской стены и объединения двух частей Германии.

«Гений полагается на то, куда его принесёт поток текста, или как любит утверждать Грэбендорф — текст сам его выбирает, текст хочет быть написанным. Больно много избранных…»

Первая часть о букинисте из Дрездена так ярко и живо показывает, что человек, как бы он ни хотел оградиться от происходящего вокруг, от социальных и политических изменений, — с помощью книг и чтения, ставших предметом его профессиональной деятельности, должен отвечать на вызовы времени. Норберт Паулини теряет дом из-за вернувшихся после в Дрезден настоящих хозяев здания, а потом жену, которая, как оказалось, стучала в Штази на посетителей его кружка. В конце концов он теряет и самое дорогое — книги.

Но это лишь первая часть книги. Вторая часть написана от имени Шультце (почти как фамилия автора самого романа) и она описывает ту драму, которая развернулась вокруг Паулини из-за Элизабет, его давней подруги, в молодости вышедшей замуж за драматурга Грэбендорфа. Любовный треугольник и непростые отношения между Элизабет, Паулини и Шультце раскрывают биографию букиниста совсем с другой, как оказалось теневой и скрытой от глаз стороны. Постепенно мы начинаем задавать вопрос: а кто же на самом деле этот интеллектуал, в основу жизни взявший немецкую литературу и посвятивший всего себя чтению?

«Читайте! Читайте, пока не встретите свой злополучный конец! Займите своих людей книгами, пока они ещё способны читать»

Третья часть ещё больше ставит читателя в недоумение, потому что она написана и вовсе от лица незнакомого доселе персонажа — редакторки Терезы, которая готовит к изданию новеллу писателя Шультце, которую тот посвятил жизненному пути Норберта Паулини. После гибели Элизабет и Норберта во время прогулки в горах Тереза пытается узнать подробности жизни букиниста и его внезапной гибели. Она посещает последнее пристанище Паулини — наследием букиниста управляет чета беженцев, боснийских сербов. Книга из интеллектуального романа превращается в триллер, где разные версии произошедшего возникают на последних страницах романа.

«Вы так ничего и не поняли! Понимать книги — значит одолевать книги»

По ходу чтения у меня несколько раз менялось отношение к героям и в целом к книге. Но это действительно хорошо написанный и очень насыщенный литературой и книгами, аллюзиями и цитатами текст, который дал мне много поводов задумать о своём отношении к чтению и о том, что никакая культура не в силах защититься от деградации и варварства. Хорошо вписаны персонажи и их жизнь в контекст истории Германии последних тридцати-сорока лет.

Если не испугал своим отзывом, то советую обратить внимание.

"— Я решил стать читателем, — признался Паулини. — Кто сам пишет, теряет способность к истинному чтению. Лишь самоотверженный читатель, готовый безоговорочно открыться книге целиком и полностью, сможет познать ее во всём разнообразии и сложности. Тот же, кто читает с определенной целью, перелагает на книгу свои потребности и подчиняет ее собственным творческим влечениям".

Дочитала и не понимаю: понравилось мне или нет? Тема определённо сильная и интересная, но подача тяжелая, путанная, а после первой части (их здесь три) я все чаще теряла связь с романом, уходя в свои мысли. Возможно, такое неудобное построение истории было намеренным: короткие главы, резкие переходы между действиями, словно нужно собрать конструктор без инструкции. С одной стороны такая хаотичность, как художественный прием, усиливает ощущение отсутствия стабильности в жизнях персонажей, а с другой — делает происходящее неудобоваримым. А может это просто попытка удержать внимание читателя таким образом, чтобы он ничего не упустил, но мне хотелось лишь побыстрее прийти к финалу, но и он оказался размытым.

Главный герой книги — Норберт Паулини, интеллигентный букинист и книголюб до мозга костей. Его любовь и тяга к литературе действительно воодушевляют, но мне показалось, что как человек, Норберт весьма высокомерный и неприятный. В начале романа вся его жизнь вертится вокруг книг: свой книжный магазин, общение с интеллектуалами, но падение Берлинской стены переворачивает абсолютно все. Потеря того, чем Паулини дорожит, резко меняет его взгляды на мир, которые все больше тянутся в крайнюю и нелицеприятную сторону.

История Норберта — это по сути метафора судьбы целого поколения жителей Германии. Автор наглядно отражает, как человек, привыкший к стабильности и прочному жизненному фундаменту, ломается под натиском перемен и находит успокоение в неправильных и радикальных взглядах. Я не просто так сделала акцент на том, что у романа очень сильная и важная задумка, но ее раскручивание показалось слабым. Я читала более весомую историю, которая препарирует в том числе и идею, взятую Шульце за основу своего романа.

"Истинными писателями — таков был ее постулат — являются лишь те, кто не хотел быть писателем, Кафка или Эмили Дикинсон. Кто пишет и думает о публичности — тот царь Мидас, перед чьим взглядом или прикосновением всё застывает и гибнет, даже если это приносит большие деньги. Кто не готов вести откровенную и честную жизнь, кто начинает всё подсчитывать, тот как художник никуда не годен и смешон. Она повторила: «Необходимым условием для произведения искусства является честная жизнь». Неготовый принять это условие не смеет брать в руку грифель".

Авторский слог плотный, насыщенный и глубокий, сразу чувствуется, что читаешь высокую литературу, с которой не выйдет отдохнуть, но точно получится преисполниться, даже если не все строчки найдут внутренний отклик. Но эмоционально книга меня совершенно не зацепила. Безусловно я восхищена и слогом, и замыслом, и тем, как автор отразил иллюзорность защиты, — мол, если ты начитан, образован и культурно развит, то жестокость никогда не поселится в твоем сердце, как и чужие взгляды и принципы, — но сухое исполнение не позволило проникнуться историей так, как хотелось бы, учитывая мою любовь и тягу к этой значительной исторической эпохе.

Роман изобилует важными и интересными мыслями, особенно по части литературы, обстоятельными диалогами, что в совокупности запускает мыслительные процессы, позволяя полнее анализировать происходящее и в романе, и внутри себя. Даже грустно, что при всем при этом мне не удалось ни высоко оценить произведение, ни распробовать его всеобъемлемость.

"Можно ли считать мир человечным, если в нем нет места для слабовидящих и робких людей, что предпочитают осмыслять этот мир, а не завоевывать его? Где таким людям, как мы, найти пристанище?"

Инго Шульце рассматривает природу человечности и ее морали, рассуждает о границах дозволенного и коллективной ответственности, размывая привычные этические опоры, и вводя понятия «праведности» и «убийства» в некий конфликт, поэтому название книги идеально отражает ее суть. Все это раскрывается через понятную повседневность, но почему же так безэмоционально?... Не знаю, какой из факторов больше на этом сказался, но лично мне роман показался невыразительным, несмотря на интересные художественные приемы и глубину задумки.

Уложила свои мысли и пришла к выводу, что книга больше понравилась, чем нет, но после тетралогии Оксаны Кирилловой мне сложно проникнуться таким коротким, сумбурным и несколько обрывочным, пусть и важным, произведением. Если книги Оксаны Кирилловой для всех, то роман Инго Шульце скорее для узкого круга читателей, как минимум потому, что не все люди любят настолько открытые и невнятные финалы. Да, мне нравится, когда произведение оставляет после себя почву для собственных интерпретаций, но в этом романе она недостаточно плодородная, если, конечно, можно так выразиться.

Книга состоит из трех частей:

• Описание жизни букиниста, который снова на фоне падения Берлинской стены пытается жить эту жизнь, продавать книги, как-то интегрироваться в мир капитализма, в том числе на других работах.
• Писатель, имя которого лишь на пару букв отличается от имени автора книги (я слушала в аудио, это было непонятно, я потом отдельно изучала вопрос, но это именно художественная история), пишет историю о букинисте, с которым мы познакомились в первой части.
• С букинистом кое-что происходит, а редактор книги, которую пишет писатель из второй части, узнала про это и решила самостоятельно узнать больше о ситуации.

  Да, намешано много, звучит интересно. Но как-то я не прониклась. Сам букинист как герой меня не зацепил, вторая и третья части были более интересными, но мой интерес уже сдулся к этому времени. Не мое, не мое

«В городе Дрездене, в районе Блазевитц, проживал некогда букинист, пользовавшийся несравненной славой из-за книг, знаний и нежелания поддаваться веяниям времени».

Так, почти в притчевой манере, начинается роман немецкого писателя Инго Шульце, в котором одна человеческая судьба становится способом осмысления исторических и политических перемен в Германии после падения стены.

Первая часть романа, самая объёмная и, на мой взгляд, наиболее интересная, погружает в историю жизни Норберта Паулини, дрезденского букиниста, строгого хранителя книжного мира, который всегда хотел быть читателем. С детства он был буквально окружён книгами. Они сформировали его убеждение, что подлинная жизнь разворачивается на страницах текстов. Постепенно в нём укрепилось ощущение особой связи с авторами и их произведениями, словно именно он является тем читателем, ради которого они когда-то писали. Став взрослым, Паулини решает продолжить дело своей матери-книготорговки и превращает магазин антикварной книги в пространство, куда стремятся настоящие ценители литературы.

Паулини живёт в ритме книг: покупает и продаёт их, расставляет на полках, создавая из корешков сложные узоры, и убеждён, что каждый посетитель, переступивший порог, должен испытать не просто удивление, а внутреннее преобразование. Но его мир строится на принципиальном отказе от современности. Паулини избегает новых книг и идей, предпочитая старые издания и проверенные тексты, которые кажутся ему более устойчивыми, чем быстро меняющаяся действительность.

«Какое счастье - отдавать всего себя книгам. Вдыхать - покупать, выдыхать - продавать».

Вместе с падением Берлинской стены рушится и мир Паулини. Книги, некогда бывшие предметом гордости и тщательного коллекционирования, внезапно теряют ценность. Их продают за бесценок или просто выбрасывают. Особенно сильное впечатление производит сцена, в которой герой обнаруживает огромную свалку книг и в отчаянной попытке спасти хотя бы часть этого культурного наследия собирает тысячи изданий. Букинист, когда-то считавшийся знатоком литературы, превращается в своего рода собирателя книжных обломков исчезнувшей эпохи. Экономические трудности, распад семьи и ощущение утраченного мира постепенно отталкивают Паулини от общества.

Вторая часть романа переворачивает всё с ног на голову. Оказывается, что прочитанная история Паулини была написана писателем по фамилии Шульце, очевидным альтер эго автора. Повествование превращается в своеобразный метатекст: речь идёт о попытке написать книгу о загадочном букинисте и о взаимоотношениях писателя с героем и его окружением.

«Я хотел воздвигнуть памятник этому дрезденцу, показать западникам, где обитает подлинная просвещенность».

Третья, заключительная часть написана от лица редактора, которая пытается восстановить обстоятельства жизни Паулини. Так роман выстраивает сложную систему повествовательных уровней, где реальность, художественный текст и его интерпретация переплетаются.

Главная тема произведения — попытка понять истоки политической радикализации в Восточной Германии. Шульце показывает, насколько неразрывно переплетены личная биография и исторические потрясения: экономический крах, культурная дезориентация и чувство утраты прежнего мира.

Вместе с тем после прочтения остается осадок некой искусственности и неубедительности. Превращение Паулини из наивного библиофила в сторонника праворадикального движения смотрится странным.

Праведные убийцы. Инго Шульце. Перевод Софья Негробова

Первая часть рассказывает нам о человеке, который решил, что он будет - читателем. И он стал им на деле. Лучшие собрания и издания, качественную литературу можно было найти в его магазине. Профессионал своего дела, если быть краткой. Он знал свое дело, но он не знал экономику и политику. Мир не стоит на месте и лечь спать можно с карманами денег и амбициями, а проснуться с обесценивавшимися марками и морально разбитым.

И, знаете, очень разные размышления вызвала у меня книга: стратегически правильное решение в той экономической ситуации, было для него отличное от того, которое он принял. И вот, после потерь человек себя успокаивает, что он не прогнулся под системой и остался преданным своим книгам и профессии, другие так не смогли и они пустышки. Стать нищим, начать работу в супермаркете, лишиться и дома и места хранения своей библиотеки, потерять внушительную часть самой библиотеки, чтобы что?

Разве сделать шаг в сторону от своих убеждений, но спасти свою драгоценную библиотеку и свое положение, перерасти - это предательство самого себя?? Или все же нужно отстаивать свои убеждения ценой здоровья, благополучия, положения и далее по смыслу? Или же это глупость?

На мой взгляд, Паулини оказался заложником и системы, и себя самого. Он, как по мне, стал человеком с высоко задранным носом, который читал много историй и мыслей других, предполагая, как высоко эти знания его ставят… но в реальной жизни он нисколько не мудрец.

Я понимаю одну вещь, но не могу ее пока что полноценно принять: нет смысла упираться в изменения, которые происходят в мире. Нужно успевать за ними, быть адаптивным и учиться лавировать. Не будет сейчас так, как было в детстве или 100 лет назад. Это невозможно. И тоска по былому к хорошему не приведет.

Вторая часть мне понравилась рефлексией.

Признания самому себе в своих негативных чувствах - сильно. В своей ревности, в своих иллюзиях, утратах, горечи, в своих разочарованиях, страхах, упущенных возможностях. Потому что с этим можно работать, вопрос каким образом правда. У каждого свои методы..

Еще книга отлично напоминает, что любая история - смесь из правды и домысла. Иначе ее бы не стали читать. Мы не объективны и лживы в своих рассказах и о себе, и о других другим.

Ну и цитата, вложенная в уста действующего лица, которая взята из Библии:

«Любовь снисходительна и благосклонна, любовь не соперничает, любовь не мучит, она не злочинствует, не возрадуется несправедливости, но возрадуется правде. Любовь все перенесёт, она всему верит, всего надеется, все претерпит. Любовь никогда не перестаёт» Как думаете, существует такая любовь?).

Мне понравилось все в этой книге. Хотела бы увидеть ее экранизацию ️ 10/10

Когда я читаю такие книги, точнее пробую читать передо мной всегда встаёт этот вопрос. Чем отличается хорошая книга от так скажем не хорошей. и вот сейчас читаю другую, не эту , уже хорошую книгу и там читаю -  "Жизнь – это не стрела, не путь из пункта А в пункт Б. Жизнь в книге должна выглядеть как кисть винограда, таящая в себе безмолвие, вмещающее дикость древней музыки, чтобы можно было отрыватьвиноградинки и пробовать их. Одни будут спелыми, сочными. Другие – яростно-зелеными. Третьи – переспелыми и уже подгнившими. Четвертые – до того горькими, что их лучше уж сразу выплюнуть, чтобы не портить желудок. Но так, по крайней мере, вы услышите настоящую мелодию взрыва, а не тиканье часов."
...Как то так вообщем

Что-то как-то не алё. Начало было такое интересное. Снова мальчик, который любит читать и на вопрос, какую профессию хочешь получить, когда вырастешь, отвечал: «читателем». Еще и возмущался, почему нельзя работать читателем.У меня тот же вопрос. Я б неплохо зарабатывала. А потом он вырос, а потом женился, появился сын… Всё, можно сворачивать удочки. Норберт Паулини, букинист из Дрездена, любит книги и управляет книжным магазином. Место, где собираются местные для того, чтобы обсудить литературу, пообщаться, СЧ в офлайне. Норберт аполитичен, что говорят вокруг, он отметает, ему важнее книги и только книги. Но всё поменялось после падения Берлинской стены. Книги уже никому не нужны, их выбрасывают на свалку, больше не хотят читать и просто обесценивают то, что было так дорого. Норберту пришлось закрыть магазин, утрачиваются и друзья, и его привычное окружение. Также выясняется, что жена много лет шпионила за ним и другими людьми для Штази (тайной полиции ГДР). Постепенно Норберт меняется. Из спокойного интеллектуала он превращается в человека с жёсткими, даже радикальными взглядами. Это не внезапный переворот, а медленный распад прежней жизни — и вместе с ней прежней личности. Через жизнь Паулини автор хотел показать, как тяжело было людям в Восточной Германии после объединения страны: они потеряли не просто работу, а смысл, опору и привычный уклад. Книги были для героя всем — и вот теперь их выбрасывают. Это метафора того, как быстро может обесцениться то, что ты считал вечным. Автор не даёт готовых ответов, не говорит, кто тут плохой, а кто хороший. Он показывает, как обстоятельства ломают даже тех, кто хотел оставаться в стороне. Я ожидала какого-то детектива, а получила очередную историю о том, как развалили Берлинскую стену и как люди деградировали, и про конфликты, слежки, обвинения… Буээээ, можно уже заканчивать на этом?

#ПраведныеУбийцы #ИнгоШульце #ЯсноПолянскиеЧтения2026

Книга поделена на три части: первая – о читателе, том самом букинисте. Сначала читать довольно интересно: Норберт осознает свою любовь к чтению и решает посвятить ей свою жизнь – так он открывает свой магазинчик, который становится центром притяжения восточногерманских книгочеев. Однако затем Германия объединяется, и восточная литература и издания становятся никому не нужными. Букинист пытается сохранить свой образ жизни и магазин, но у истории свои планы.

Вторая часть – о писателе, который посещал магазин из первой части и теперь решает написать книгу о владельце. А третья – о редакторе, которая работает с писателем из второй части. Редактор замечает в рассказе писателя что-то неладное и решает разобраться.

Мне стало скучно читать уже на середине первой части, и дальше даже триллерный поворот не спас историю. Кроме того, автор не стремится сделать произведение прозрачным: многие события подаются намеками и иносказаниями. С одной стороны, человеку, действительно, не дано узнать, что в жизни и в голове у другого. Но с другой – зачем я вообще это прочитала?

Идея о том, что ни образование, ни количество прочитанных книг не гарантируют, что человек останется хорошим (в чем мы в последние годы имели несчастье убедиться), сама по себе интересна. Как и приём, который можно назвать рекурсией: сначала мы читаем историю о читателе, затем — о писателе, пишущем историю о читателе, а потом — о редакторе, работающем с этой историей. Но для меня этого оказалось недостаточно, чтобы книга действительно увлекла.