Чрево Парижа

Как часто вы читаете книги, где главный герой  - неодушевлённое лицо? Хотя зря я так говорю - Центральный рынок Парижа - это живой организм. Свой первый вздох он делает до первого удара колокола, в 4 утра, а полноценно выдыхает лишь в три часа пополудни. В предрассветный час начинается великая толчея: прибывают из пригородов оптовые продавцы зелени, фруктов, овощей, рыбы, дичи - телеги наполнены доверху различными яствами.
Но тссс, пройдемся (запасайтесь бутербродами):
- ох уж эти рыбные ряды, ряды с морскими гадами, дичью, колбасами, корзинки с морковью разнообразного колора от почти белой до ярко алой, редис, а рядом разливают свежий суп и угощают ароматным хлебом с топлёным салом.
Отступив чуть поодаль  и притупив обоняние, мы  встречаем мясника со свежайшей кровяной колбасой, вонючие сыры, которые должны во рту растаят и подарить удовольствие, а вот здесь чутка рыбка подтухла. Да, да, вам не показалось мясник смотрит на вас своими "поросячьими глазками", а ребятки-помощники в рыбном отделе - как истинные мальки снуют без остановки.
Вторым главный героем романа является беглый каторжник, политзаключённый Флоран. Он чудом сбежал из французской колонии в Голландской Гвинеи. Без денег и пропитания он возвращается в Париж,  вновь обретает брата, связь с которым была потеряна семь лет назад, Флоран становится одной из многочисленных молекул этого кипящего химического сиропа под названием "Чрево Парижа". С помощью брата и его друзей Флорана принимают на место надзирателя в отдел морской рыбы: многие торговки часто обижались на великие принципы мрачного контроллера.
Политическое прошлое не отпускает Флорана и закончив работу, он вместе с рыночными спускался в погребок Лебигра. Главная идея этих посиделок - свержение тирании Наполеона Малого. Ох, как горестны последние страницы романа, рынок продолжает жить и дышать, несмотря на то, что молекула Флорана никогда не вернется в этот фарфоровый тигель!

"Восемь франков за такую большую камбалу!"

19 век. Париж. Центральный рынок. Разнообразные вкусности, наглые торговки и торговцы, их  дети, которые не лезут в карман за крепким словцом, сплетни, скандалы, богатство и бедность, а также молодой революционер Флоран, бежавший с каторги, но не отказавшийся от своих идей и судьбы простых французов того времени.

Если вы фанат активных действий, то этот роман не для вас.
Это произведение очень атмосферное. Читатель глазами Золя становится участником жизни рынка Парижа. Множество описаний гастрономических изысков, иногда даже на несколько страниц подряд, жизни разных простых людей.
Я не могу выделить тут основной сюжет. События протекает медленно. Вялотекущее повествование.
Но меня роман зацепил. Да я вообще люблю данного автора.
Лично для меня минусов нет.
Прекрасный слог замечательного Эмиля Золя и созданная им атмосфера, постоянно манила меня вернуться к чтению.
P. S. Колбасы, сыры, мясо, рыба, птица...
Надеюсь Эмиль всё там попробовал

Отличная книга. Я нигде не встречала одновременного умения у писателя рисовать соблазнительные картины снеди и отвратительные картины того же самого. Первое появление колбасной - это продуктовая поэма, а не проза. Я не хотела, чтобы она заканчивалась. Слюнки текли только так! Рыбные ряды, зелень, мясные лавки - всё удалось Эмилю Золя, вот абсолютно всё. В нём прямо сокрыт талант шопоголика. Он так смакует торговые ряды и процесс "купли-продажи", что сомнений в его привязанностях и пристрастиях не остаётся. Теперь о героях: в этой книге они самые реалистичные, правдивые, живые. В них нет резкого преувеличения плохих или хороших качеств. Всё исполнено в натуральную величину, показан человек с его плюсами и минусами. Немного не хватало внутренних тараканов, но они достаточно ярко отображены в действиях и поступках героев. Браво! Отлично! Продолжаю читать цикл.

Из творчества Эмиля Золя "Чрево Парижа" была второй, прочитанной мною, книгой после шедеврального "Жерминаля".
Роман читается с захватывающим интересом. Парижский рынок здесь предстаёт как символ капитализма, "пожирающий" и "выплёвывающий" живых людей. У каждого персонажа книги есть своё особое окружение из пищи.
Идеалист с революционными настроениями Флоран, который возвращается в столицу Франции со ссылки из заокеанской Кайенны, видит, что вся социальная несправедливость за годы его отсутствия здесь ещё более усугубилась. Он живёт у своего брата Кеню и его супруги Лизы - владельцев колбасной лавки - типичных представителей класса мелкой буржуазии. Вместе со своим дядей Гаваром и другими единомышленниками, Флоран планирует осуществить революцию. Но Флорана, словно Иисуса Христа, предают и "распинают на кресте" те же люди, хорошо знающие каторжника, и жизнь которых старался улучшить главный герой. Общество "пережевывает" и "выбрасывает" его так же как и главное "чрево" Парижа...
Золя очень мастерски показывает все гастрономические прелести рынка и отвращение Флорана от правил и образа жизни окружающего социума. Добрый бывший каторжник не создан для типичной обывательской жизни, которой живёт абсолютное большинство; он борец-интеллектуал за высокие идеалы и никогда не станет частицей "порядочного капиталистического общества".

При огромной любви к французскому языку я подозрительно отношусь к французской литературе XIX века. Но знакомство с Золя - довольно позднее, к сожалению, - оказалось весьма удачным. Этот ровный, гладкий, слегка лоснящийся от сытого жирка слог, выпуклые персонажи, концептуальность - все это заставляет читать Золя еще и еще.
Книга, которая в самом своем начале пробуждала аппетит, какой-то скотский голод. С рынком у меня всегда связаны яркие впечатления. Особенно я обожаю мясные ряды с их характерным запахом, с видом этих темно-розовых шматков мяса. И "Чрево Парижа" - это фантасмагория потребления, когда жратва и вещи правят людьми и отражают их характеры лучше, чем какие-либо слова. Вот только под конец начинаешь себя чувствовать гусем, которого откармливают на foie gras - ты уже не можешь, а тебе пихают в глотку больше, еще больше жратвы.
Персонажи - парад уродов, ужасно убедительных в своей мерзотности. Бал "ачотакова" и гимн "моейхатескраю". Тошно и липко. И от некоторых просветов становится только тяжелее.

Натурализм в ущерб психологизму – так бы я определила содержание этого романа классика французской литературы.

Описания рынка и гор громоздящейся снеди, безусловно, дивные. Поначалу их действительно читаешь с удовольствием, ощущая желание немедленно броситься все это рисовать (хотя рисовать я не умею абсолютно). С середины книги натюрморты изрядно приедаются, остается только скользить замыленным взглядом (раз уж читать через страницу я тоже не умею). Слишком однозначные герои, слишком упрощенное разделение на «толстых» (непорядочных, занятых наживанием денег и – совсем уж плоско – чревоугодников) и «худых» (порядочных, занятых деланием революции или сочувствующих ей).

Я, наверное, могу понять замысел, при котором подобными чрезмерными описаниями достигается эффект почти физического пресыщения и отторжения, неприязни к этому городскому «брюху» - символу торгашества, жажды наживы, обжорства и жадности. Вполне могу оценить трагическое положение человека, чуждого по своим взглядам и, как следствие, образу жизни обитателям Центрального рынка, но вынужденного, тем не менее, жить среди них и пытаться сохранить себя. Объективно, наверное, - да, но субъективно – скучно, и предсказуемо, и уныло.

После побега с каторги, Флоран оказывается на месте Парижского Центрального рынка – именно здесь он был схвачен, и именно сюда он бежал спустя годы, чтобы найти убежище от преследующих полицейских и префектуры.

Флоран найдет родного брата, устроится на работу инспектором рынка, и даже заведет новые знакомства, но прошлое всегда будет о себе напоминать. Что делать, если ты недоволен порядком Империи, а все «порядочные» люди вокруг так и источают лицемерием?

Первое знакомство с нашумевшим автором Эмилем Золя прошло вполне удачно – не скажу, что книга мне безумно понравилась, но и негативных эмоций нет. Единственное, что меня выбивало из процесса чтения, так это долгие описания рынка и еды – автор на целые страницы даёт полет фантазии и рассказывает о разных сортах колбасы, сыра и других угодий рынка. Слог у автора безусловно роскошный и красивый, но беря книгу в руки, я почему-то не думала, что будет такое перенасыщение информации.

Сам сюжет можно поделить на две условные части – семейная сага торговцев и родственников Флорана; и размышления о предстоящем бунте. Если убрать чрезмерные описания, то книга понравилась бы мне на самый высокий балл, посколько у каждой торговки или лавочника не похожая на других жизнь, полная скелетов в шкафу.

Размышления Флорана и его друзей по общей проблеме можно понять. В каком-то смысле я даже им сопереживала, но предчувствовала такой исход истории. Сама же книга больше про то, как люди готовы сплетничать о других в угоду себе. И рынок – как никогда отличное место для таких сплетен.

Эмиль Золя хотел показать, что жизнь в самом чреве Парижа, его источнике, его центральном рынке, гораздо отличается от той, что присуща глубинке и окраине.

«Чрево Парижа» – это запах копчёной колбасы и селёдки; это аромат сыра с плесенью; это критика общественной системы и нравов; но это изучение влияния городской среды на жизнь и характер людей.

Всё-таки книга вышла неплохой! Золя мастерски исследует жизнь различных слоев общества в Париже, от бедняков до богатых, и показывает, как деньги и власть оказывают влияние на их судьбы. Теперь интересно прочесть и другие книги автора.

Весь роман посвящен когда-то реально существовавшему Центральному рынку Парижа и его жителям. Это и есть главный герой, а его работники являются только частью огромного живого рынка, они рождаются, растут, обзаводятся семьями и стареют тут же, на глазах друг у друга. Поразительно, с каким вкусом и красками можно описывать страницу за страницей груды овощей, фруктов, «петь» «песни» сырам, колбасным и рыбным изделиям. Эти картинки, правда, не пробуждают аппетит, слишком натуралистично изображаются не только цвета фруктов, но и гниль овощных листьев, отходов, подробности умертвения птицы и изготовления «кровяной» колбасы. Живописные и «выпуклые» образы.
Герои настолько яркие, хорошо представляешь себе этот рыночный мир «толстых», а как же иначе, в окружении такого количества еды. «Тонкий», худой Флоран тут совсем лишний, и в весовой категории, и в желании продвигать свои революционные идеи. Было не совсем понятно, как среди такого изобилия и благополучия могли зародиться политические всплески, настолько все налажено и крепко обустроено. Флоран мечтал поднять весь Париж в мятежном восстании, но был повержен этим сытым мирком в центре города, боявшимся любых потрясений и изменений.
Очень много описаний, погружающих в такую сытую и сонную жизнь рыночных торговцев. Ожидаемо добротная, хорошая французская классика.