Цитаты из книги Пленник времени

Увидев любопытство во взглядах молодых людей, Своп продолжил: — В случае с планетой H2 мы имеем известную ситуацию, когда потерпевший бедствие экспедиционный корпус смог выжить, но был «забыт». Конечно, такая немногочисленная группа людей начинает практически всё с нуля, полностью теряя связь со своим прошлым. Возникает цивилизация, которая чаще всего проходит известный путь развития. Космические правила запрещают вмешиваться в жизнь этих людей, даже если удаётся определить их изначальное происхождение, но не препятствует жить среди них, перенимая быт и местные обычаи. К сожалению или нет, но некоторые из нас слишком долго странствуют по бесчисленным звёздным трассам, не находя ответов на свои вопросы и постепенно превращаясь в вечных скитальцев. И вот в такие резервации, подобные H2, где заново возникшая цивилизация ещё не отдалилась от жизни в гармонии с природой, приходят уставшие люди. Они отказываются от технологий, которые так долго сулили решение всех человеческих проблем, и хотят вернуться к природе. Провести свою старость вдали от шумных межзвёздных путей.
— И это в наше время, — запротестовал Макс, — когда поиск стал доступен всем и каждому!
— Боюсь, что он был доступен всегда и всем, — ответил Своп. — Да вот только не каждому был нужен.
— Соглашусь с капитаном, — Норелли посмотрела на второго пилота, собиравшегося с мыслями, и
продолжила: — Но как же мы найдём капитана Фирса в мире без технологий?

— Шлюз открыт, — сообщил Своп.
— Внимание! — прозвучал резкий голос в динамиках оповещения, к которым подключились пираты. — Корабль «Полярис» взят на абордаж командой «Сумрака». Просим сохранять спокойствие. Через пять минут штурмовая группа начнёт обследование судна. Просьба всем членам экипажа собраться в пилотском отсеке. В случае оказания сопротивления будет применено оружие. Конец связи! Макс собрался с мыслями, внутренне успокоился и встал около медицинского модуля. Капитан Своп остался сидеть в пилотском кресле. Управление кораблём было заблокировано. Наступили минуты томительного ожидания. Спустя обещанное время послышались звучные шаги штурмовиков, стремительно проносившихся в межотсечном пространстве. Они производили разведку на корабле, разделившись на несколько групп. Отряд во главе с капитаном «Сумрака» направился в пилотский отсек. Двери распахнулись. Сразу начал проникать дым, который до сих пор блуждал в коридорах корабля. Капитан «Сумрака», одетый в защитный герметичный костюм с непрозрачным шлемом, уверенно шагнул в пространство отсека. Красный треугольник на рукаве чёрного костюма резко бросался в глаза и вызывал неприятные ощущения. На высоком воротнике блестели капитанские погоны. На груди были отличительные знаки, сформировавшие ровные линии из разного цвета полос. В руках у него была внушительных размеров штурмовая винтовка. Пройдя вперёд несколько шагов, он остановился и осмотрелся вокруг, тут же обратив внимание на медицинский модуль. За ним в отсек вошли четверо штурмовиков из сопровождения, после чего двери отсека вновь закрылись. Немного постояв, капитан «Сумрака» развернулся к одному из своих подчинённых и передал ему винтовку. Тут же щёлкнули замки шлема, и, сняв его, командир пиратов направился к Свопу.
— Капитан фрегата «Сумрак» Рой Рэвилл, — представился молодой и энергичный мужчина. Правильные черты лица и пристальный взгляд тёмных глаз придавали ему вид решительного и знающего своё дело человека. Макс сильно удивился, заметив на рукаве мародёра небольшую нашивку выпускника академии вооружённых сил Федерации. «Весьма эффектно выглядят предатели и изменники», — с горечью подумал про себя второй пилот.
— Пилот и астронавигатор корабля «Полярис» Своп, — приветливо ответил, поднявшись с кресла, капитан. — Рад встрече с известным охотником из красных треугольников. Честно сказать, можно было обойтись и без ракет.
— Можно было, — добродушно ответил Рой, — если бы не ваши энергичные манёвры. «Сумрак» не так поворотлив, как иногда того хочется, а поиски таких кораблей, как «Полярис», очень трудны. Нежелание упускать вас вынудило открыть огонь.
— Не так поворотлив, как иногда того хочется, — задумчиво повторил Макс, медленно сделав шаг навстречу капитану Рою. — Макс Энри, помощник и техник корабля «Полярис». Не так поворотлив, как корабли серии «Атира»?

— Капитан Своп, фрегат увеличил скорость.
— Вижу. Он ускоряется гораздо лучше. Догоняет.
«Полярис» шёл на предельной скорости не более часа. Оба пилота внимательно следили за преследователем, пока не стало ясно, что им не оторваться. Неизвестный фрегат находился уже в зоне визуальной видимости. Его навигационные огни таинственно мерцали на фоне сплошной темноты.
— Говорит капитан фрегата «Сумрак». Запрашиваю режим автостыковки.
— Говорит капитан корабля «Полярис». Ваш запрос невозможен, — ответил Своп.
— В случае повторного отказа будет применено оружие. Ещё раз запрашиваю режим автостыковки.
— Вариантов немного, — с досадой сказал капитан Своп второму пилоту.
— Может, блефуют? — Как только Макс сказал это, мимо иллюминаторов пилотской в полной тишине пронеслась яркая предупредительная ракета, запущенная с фрегата.

— У нас гости, — серьёзно сказал капитан.
— И кого могли мы тут встретить?
— Не могу пока разобрать, — всё ещё думая, ответил Своп. — Похоже на небольшой военный фрегат, но эта мысль кажется невероятной.
— Что мог здесь забыть такого рода корабль? — удивлённо спросил Макс.
— Вот и я не понимаю. Но дальше больше, ведь он намеренно нас преследует и при этом не выходит на связь.
— Пиратская манера, — второй пилот читал информационные сообщения. — Только вот откуда у пиратов такие суда?
— В этой части космоса удивительного много. — Своп вывел технические данные преследующего их фрегата на главный монитор. — Обрати внимание на вооружение и скорость.
— Тут без шансов. Под таким огнём нам не выжить.
— Придётся идти на риск. — Капитан подошёл к креслу пилота. Макс последовал за ним и сел во второе.
— У нас есть запас хода, а у фрегата его может не быть. В целях безопасности я не вёл корабль на максимальной скорости, так как радары имеют очень небольшое разрешение. Но теперь ничего другого не остаётся. Как Норелли?
— Она спала, когда я вышел.

Опоры «Поляриса» мягко коснулись рыхлого грунта. Посадка была произведена в небольшой долине, окружённой редким лесом. Вокруг была кромешная тьма, очень некстати нарушаемая острыми линиями ярких посадочных прожекторов корабля. Лейтенант первая отстегнула ремни и покинула место.
— Прошу всех остаться, — сказала Норелли заметно уставшим голосом.
— Выключи прожектора и опознавательную индикацию, — поднимаясь с кресла, сказал Своп второму пилоту.
Как только экипаж собрался за столом, лейтенант обратилась к капитану:
— Отвлекающий манёвр с «метеоритом» не сработал. Это может означать только то, что…
— План лейтенанта был смешным до неприличия, — самодовольно улыбаясь, вмешался Макс.
— Макс, — Своп попробовал заступиться, но Норелли рукой остановила капитана.
— Действительно. Наверное, нужно было обратиться за советом к вам, — с неподдельным сожалением ответила Норелли.
— Да, я бы предложил куда более интересный план, — заявил молодой человек.
— В следующий раз я буду осмотрительней, — сказала лейтенант. — Тем более что ваши идеи действительно интересны. Вот, к примеру, та, где вы хотели запереть меня в одной из жилых кают.

— Пограничники не направились в рассчитанную для «метеорита» область. Они ожидали нас здесь, в районе спутника ZR220 и, сказать к слову, с весьма недобрым настроем. — Лейтенант включила мониторы, на которые транслировались сообщения с кораблей пограничной службы. — Недалеко от нас два корабля. Один корабль дежурный. На таком я прилетела к вам на «Полярис». Другой — лёгкий пограничный штурмовик. Их обычно высылают как прикрытие для дежурных. В сообщениях службы требуется немедленно прекратить полёт к планете и допустить людей для досмотра. В противном случае будет открыт огонь.
— Нам не хватит скорости, чтобы уйти. Они догоняют, — сказал Макс капитану Свопу.
— Нам не нужно уходить. Будем садиться на планету сразу, без выхода на орбиту, — вмешалась лейтенант Норелли.
Макс посмотрел на Свопа, который в этот момент запускал вспомогательные системы корабля. Все почувствовали нарастающую тяжесть от ускорения. Капитан повернулся к помощнику и сказал:
— Нам хватит скорости, чтобы дотянуть до атмосферы, не попав при этом в прицел штурмовика. Но посадка «с ходу» — это упражнение не для «Поляриса».
— Будем садиться с перегрузкой на маршевом режиме главных двигателей. Разворот произведём, как только будет пересечена верхняя граница атмосферы, — сказала Норелли, пристёгиваясь в боковом штурманском кресле. — Капитан Своп, выполняйте.
— Вас понял, лейтенант, — ответил Своп уже по внутренней связи, так как резко нарастающий гул маршевых двигателей стремительно заполнял пространство пилотской.
— Выдержим? — с опаской в голосе спросил Макс.
— Надеюсь, с минимальным ущербом, — ответил Своп.
Прошёл час напряжённой работы по разгону корабля и подготовке к посадке, прежде чем ZR220 стала заглядывать во все иллюминаторы «Поляриса». Планета была каменистой и довольно больших размеров, если сравнивать с земным стандартом. Мониторы показывали тёмную часть планеты, её ночную сторону, на которой планировалось садиться. Несмотря на то, что некоторая тяжесть от ускорения. Капитан повернулся к помощнику и сказал:
— Нам хватит скорости, чтобы дотянуть до атмосферы, не попав при этом в прицел штурмовика. Но посадка «с ходу» — это упражнение не для «Поляриса».
— Будем садиться с перегрузкой на маршевом режиме главных двигателей. Разворот произведём, как только будет пересечена верхняя граница атмосферы, — сказала Норелли, пристёгиваясь в боковом штурманском кресле. — Капитан Своп, выполняйте.
— Вас понял, лейтенант, — ответил Своп уже по внутренней связи, так как резко нарастающий гул маршевых двигателей стремительно заполнял пространство пилотской.
— Выдержим? — с опаской в голосе спросил Макс.
— Надеюсь, с минимальным ущербом, — ответил Своп.

— Знаешь, — продолжила Норелли, — вся моя жизнь в один момент превратилась в непреодолимое желание найти отца. Этот мир стал для меня ничем иным, как орудием для моей цели. Даже люди, окружавшие меня, теряли всякую ценность, если не могли мне помочь. И чем дальше я двигалась в моём стремлении, тем больше во мне разгоралась уверенность в том, что я права. Большего мне не требовалось.
— И теперь ты близка к своей цели как никогда. Ещё немного, и мы ступим на планету H2, — поддержал Макс.
— Теперь я близка к тому, чтобы не достичь своей цели. И из-за того лишь, что самоуверенность моя сыграла со мной злую шутку.
— Перестань. Неужели ты думаешь, что идея, пусть даже правдивая, может отгородить человека от ошибок и промахов?
— Я очень хотела в это верить. Я скажу больше: я до сих пор верю в то, что ты сказал. Правда — лучший защитник твоей идеи.
— Хорошо, — задумавшись, ответил второй пилот. — В таком случае тебе нечего беспокоиться. У тебя хватит сил сделать всё необходимое.

Норелли не спала. Она смотрела в сторону иллюминатора и о чём-то думала.
— Мне очень часто не дают покоя сомнения, — начала она, продолжая смотреть в сторону. — Они закрадываются глубоко в душу и каждый раз, даже тогда, когда решение принято, мешают мне, спорят со мной. Я отгоняю их, но они возвращаются обратно.
— В чём ты сомневаешься теперь?
— Теперь мне кажется, что я срываюсь в какую-то пропасть и ничего не может удержать меня. Я пытаюсь выбраться из этого состояния, но всё глубже в него ухожу. Макс, меня начинают покидать мысли, становится трудно о чём-то размышлять.
— Похоже на сберегающий режим. Твой организм в порядке, но умственная деятельность и сознание будто приглушаются. Как это объяснить, пока что неясно, — второй пилот встал с кресла и стал расхаживать по каюте.
— Сколько нам ещё лететь до резервации?
— Чуть меньше недели, — волнуясь, ответил молодой человек.

— Понятно. Макс, оставайся пока с ней рядом. Следи за состоянием. Навигационный комплекс рассчитал для «Поляриса» месячный маршрут вдалеке от межзвёздных трасс.
— Космическая бездна, кромешная тьма и пустота. Место, где ничего и никого нет? — поинтересовался помощник.
— Как сказать… На первый взгляд, оно так, но что кроется в таких забытых местах — известно только одному Создателю, — задумавшись, ответил капитан.
— Создатель спрятал там пиратов? — улыбаясь, спросил молодой человек.
— Думаю, что пираты сами прячутся там от Него, — подхватил Своп. — Макс, там может быть всё, что только подскажет и нарисует твоя фантазия: начиная от скитающихся без дела пиратов и заканчивая угасшими раз и навсегда мирами. Но опаснее всего мёртвые корабли, сошедшие со звёздных трасс и безмолвно несущиеся навстречу своей погибели.
— Жуткое зрелище — эти корабли-призраки.
— Весьма, — ответил капитан. — Макс, мне нужно будет заняться делами. Докладывай мне о состоянии Норелли, как только будут изменения. До связи.
— Хорошо. До связи, — ответил помощник и отключил монитор.

Макс выразительно посмотрел в сторону монитора. Капитан подключил внешнее изображение.
— Норелли, — продолжил Своп, — есть ещё одна не менее важная причина, чем твоё здоровье. Ваша разведка привела мародёров прямо к «Полярису». Пару часов назад они стали собираться около нашего корабля. Взгляни.
Капитан отвёл изображение камеры в сторону, где в свете фар вездеходов переговаривалась группа людей.
— Много их? — спросила лейтенант.
— Мы насчитали пять машин и восемь человек, — ответил второй пилот, — но их становится с каждым часом больше.
— Они явно решают, что с нами делать, — сказал Своп. — А если они узнают, что перед ними за корабль, нам не на чем будет отсюда улетать. «Полярис» крайне ценен в техническом плане.
— Нужно договориться с ними. Потянем время, — предложила Норелли.
— Не выйдет, — ответил Макс. — Красный треугольник на чёрном фоне — мародёры закрытых галактик. С ними даже пиратские кланы не вступают в переговоры.
Девушка закрыла глаза. Думать было трудно, хотелось спать. Логическую цепочку никак не удавалось построить дальше взлёта с планеты. Всё путалось и мешалось.

Спустя несколько секунд шар остановился и всё внутреннее пространство озарилось белым разнонаправленным свечением, исходившим из множества малозаметных для человеческого глаза отверстий в шаре. Первым в ангар зашёл Макс. За ним вошла Норелли. У обоих тут же перехватило дыхание, когда они увидели в центре помещения странного вида аппарат внушительных размеров.
— Впервые вижу подобное, — сказал Макс.
— Таких систем нет на вооружении. Подойдём ближе?
— Постой, — молодой человек напряжённо думал и оглядывался по сторонам. — Я пока ещё плохо понимаю происходящее.
Около минуты они в полной тишине рассматривали острые и стремительные очертания неизвестной им машины. Норелли первая двинулась к аппарату, но Макс взял её за руку и остановил.

Не прошло и минуты, как Макс, обратившись по внутренней связи, подозвал Норелли.
— Тебе стоит взглянуть, — сказал он коротко и негромко.
Вернувшись назад и обойдя холмы, лейтенант очутилась возле подножия скалы. Макс стоял рядом с насыпью, состоявшей из разорванных кусков металла разной длины. Поверхность фрагментов была серебристого цвета, но внутри металл был тёмно-жёлтый.
— Будто руками рвали, — вновь заговорил второй пилот. — Чуть дальше есть тоннель, ведущий в глубь скалы. Думается мне, «они» всё-таки добрались до своей цели.
— Охотники за технологиями ушедших цивилизаций. «Мародёры вселенной»? — спросила Норелли.
— Да, кто же ещё будет так варварски и бесцеремонно грабить наследие времени? — ответил Макс. Он повернулся в сторону тоннеля, пристально посмотрел в темноту и едва заметно улыбнулся. — Но самое захватывающее в нашей ситуации знаешь что?
— Как же не знать, — улыбнулась девушка в ответ. Она подняла с земли небольшой фрагмент металла, подбросила его в воздух и вновь схватила. — Грабёж происходит прямо у нас на глазах.
Вдруг возник общий замысел, который не пришлось озвучивать. Макс запустил беспилотник, включил нашлемный и наручный фонари. Убедившись, что вокруг ангара никого нет, молодые люди скрылись в глубине тоннеля.

Включились дальние прожектора, свет которых врезался в высокие скалы, стоящие неподалёку от ровера.
— В скалах устроены ангары, — указывая на створы трапециевидных дверей, сказал Макс. Свет прожекторов скользнул в сторону, выхватив из темноты множество рядом расположенных ангаров. — И их тут немало.
— Потрясающе! — с волнением сказала лейтенант. — Осмотрим?
— Норелли, объекты видны лишь в свете прожектора. Мы одни на чужой и мёртвой планете. Может, есть смысл явиться сюда завтра, в светлое время суток? — Макс серьёзно был обеспокоен перспективой покидать ровер.
— Да, так будет безопаснее, — после короткого молчания ответила Норелли. — Возвращаемся.

— Почему вас исключили из военной академии?
— А, вот что, — вспомнила лейтенант. — Исключили из-за нарушения устава академии.
— А подробнее можно? — улыбаясь, попросил второй пилот.
— Не люблю вспоминать этот день, но за ваше жалование… В учебном бою подожгла истребитель ведущего собственной группы, — удивляясь себе, сказала Норелли.
— Стреляли прямо по летящему истребителю на учениях?
— Стреляла прямо по летящему истребителю на выпускном экзамене и на глазах у всего руководства академии. В общем, получилось весело. — Норелли задумалась и, улыбнувшись парню, продолжила: — Вначале мы летели строем довольно длительное время до места условной встречи с наземной группой поддержки для совместных манёвров на местности.

Норелли повернулась к Максу и указала на небольшую равнину в несколько километров, возвышающуюся над остальной местностью и окружённую высокими скалами. Она выделялась стройностью очертаний на фоне обычного природного пейзажа слегка гористой местности. Второй пилот посмотрел на карту, после чего запустил двигатель ровера и передал запрос на пульт «Поляриса». Капитан Своп по радиосвязи пожелал ребятам удачи и дал разрешение на открытие грузового отсека. — Как думаешь, что это может быть? — спросила Норелли, глядя на медленно опускающийся широкий трап.
— Я склонен думать, что это природное образование, — ответил Макс.
— Вполне может быть, что меж скал нам не проехать туда. Оставим на обратный путь, — сказала девушка. — Начнём с исследования периметра карты. У нас уйдёт на это около пяти часов.
Макс запустил бортовые часы, взглянул на навигационный комплекс, безуспешно пытающийся поймать спутниковый сигнал, выключил свет в салоне и стал смотреть на светло-жёлтую безжизненную траву, видневшуюся в боковое окно ровера. Как только край грузового трапа плавно коснулся поверхности, ровер тронулся с места, медленно съехал на землю и практически по прямой направился на север, поднимая пыль и оставляя чёткий, глубокий след в траве.

Она ясно поняла, что этот молодой человек предчувствует её намерения, причём интуитивно. «Он может всё испортить», — пронеслось у неё в мыслях. Рука Норелли медленно, но неизбежно начала уходить за спину. Глаза девушки заблестели, на лице появилась решимость. Макс уже понимал, что происходит, и хотел было ринуться к ней, но капитан Своп взмахом руки помешал ему. Норелли направила оружие на второго пилота, капитан Своп встал. Макс внимательно следил за действиями девушки, ожидая ошибки, которую он обязательно использует против неё.
— Я слушаю, — сказал Своп, нарушая смертельную тишину.
— Капитан, вы следуете к планете Инэ? — спросила лейтенант.
— Да, это так. Орбита Инэ, цель — закрытый аукцион, — ответил капитан Своп совершенно спокойно, но весь насторожился внутри.
— Мне потребуется ваша помощь, капитан Своп.
— Я внимательно выслушаю вас, лейтенант. При этом совсем необязательно держать на прицеле моего помощника, — пытаясь снять напряжение, сказал Своп.
Макс медленно сделал шаг назад. Несмотря на внутреннюю тревогу, он был внешне спокоен. Норелли, убедившись в том, что её будут слушать без оружия, опустила бластер и подошла к иллюминатору. Прошла минута в полной тишине, прежде чем она заговорила:
— Капитан Своп, мой отец — без вести пропавший капитан Грей.
«Вот откуда этот знакомый взгляд светлых глаз, — пронеслось в голове Свопа. — Сколько раз вот так же, как сейчас она, Грей смотрел на меня и, улыбаясь, ждал ответа на какой-нибудь сложный вопрос».
— …До сегодняшнего дня нет ничего по делу о его исчезновении. Я не могу жить с мыслью о том, что мой отец где-то среди пустоты один борется за свою жизнь, — завершила короткую речь лейтенант Норелли.
— «Поломка линейного ускорителя». Насколько мне известно, дело практически не рассматривалось после этой формулировки, — вспомнил капитан Своп.
— Да, верно. Они не хотят говорить, что ускоритель просто вырвал корабль из нашего измерения! — взволнованно сказала лейтенант.
— Это закрытая и очень опасная тема, — дополнил Своп. — Лично я думаю, что ускоритель, выйдя из строя, уничтожил корабль вашего отца.
— А я так не считаю, — ответила лейтенант. — Ничего, вы же знаете, ничего не было найдено.
— Взрыв мог быть колоссальной силы, — попытался возразить Своп.

— Капитан Своп, разрешите?
Когда двери открылись, Макс не сразу вошёл в отсек. Капитан заметил напряжённый взгляд на лице помощника и спросил:
— Есть проблемы?
— Хочется думать иначе, капитан Своп, но лейтенант резко переменилась в лице, когда мы перешли к сканированию двигательного отсека.
— Нашли что-то? — озадаченно спросил Своп.
— Никак нет, в том и дело. Но ей явно стало не по себе.
— Что сейчас?
— Она сказала, что доложит на базу об успешном сканировании и вернётся для установки ПМ.
— Пограничный маяк? Это ещё к чему? Мы не представляем опасности, — возмутившись, ответил капитан Своп. Пограничный маяк подразумевал наблюдение и контроль при перемещениях «Поляриса» в пределах пограничной зоны, но обычно такие маяки ставили на сомнительные корабли.
— И мне показалось это странным, — ответил второй пилот.
— Ладно, это всего лишь неудобство, на которое мы можем закрыть глаза. Главное, что нас пропустят, хотя я попрошу лейтенанта объяснить подобные меры.